Просто Лукас

Наступило долгожданной утро. Солнце, вышедшее из-за горизонта, одарило своими лучиками всё вокруг, желая поиграться с каждыми листочками на деревьях, с деревянной кровлей деревенских домишек и с любыми грустными цветочками, которые, кажется, заснули на ночь, чтобы утром вновь заискриться, даря людям счастье и хорошие воспоминания о их запахе, если такой, конечно, имелся. Монстры, попавшие под воздействие ярких лучей солнца, начали искать убежище, где можно было бы укрыться. Зомби старались убежать в тёмные пещеры, чтобы ни капля вредного света не смогла причинить им вред. К несчастью для них, многие из-за своей характерной для себя медлительности не успели спастись, превратившись лишь в пару кусочков вонючей плоти. Скелеты, гремя своими костями, прятались под деревьями, любуясь на то, как горят несчастные зомби не в силах выжить, хотя говорить, что они любовались — это неправильно и довольно-таки странно, так как глаз у них нет. Криперы, расхаживая по постепенно выходящим из темноты местам, пытались почувствовать хотя бы одного человека, чтобы подойти и, грозно шипя, взорваться, забрав его жизнь с собой. На радость им, они не были уязвимы к лучам солнца, поэтому могли расхаживать в любое время, выискивая свою жертву. Паукам так же везло. Они могли днём спокойно ползать везде, изучая обстановку и не нападая на проходящие мимо людей, а с наступлением ночи атаковать блуждающего по лесу путника, который решил на свой страх и риск прогуляться по ночному месту. — Фух! Кажется, последний… — очень устало вздохнул Рик, убив своим каменным мечом маленького зомби, который по какой-то причине был исключением из правила, что все зомби горят, хотя, если на них надеть броню, то они тоже могут не гореть, как в этом случае. — Ты так тяжело дышишь, будто убил не трёх маленьких зомби, а целую орду в алмазной броне, — хихикнула Петра, облокотившаяся на подобие стены, которая была сделана из земли и явно выглядела не очень надёжным укреплением для деревни, хотя и временным. Девушка внимательно наблюдала за юношей, одетым в простой кожаный нагрудник, который, услышав её речь, вмиг к ней повернулся, чуть не свалившись с ног. — А тебя не учили не подкрадываться вот так к людям? Это очень гадко, — быстро выпалил парень, окинув её недовольным взглядом, в котором явно читалась лёгкая обида за то, что какая-то там, по его мнению, девчонка жёстко его подкалывает на тему его боевой слабости. — Чего так рано встал, ведь почти все в деревне спят? — проигнорировала рыжая слова кареглазого брюнета, подмечая про себя, что переднего нижнего зуба у него нет, — Так ещё и с маленькими зомби сражаешься, — дополнила она, подходя к юноше, который был почти на голову ниже. — У меня примерно такой же вопрос, — пристально смотрел Рик в глаза недавней знакомой, раздражённо понимая, что на её фоне выглядит самой настоящей коротышкой, — Чего ты-то не спишь ещё? — Я всегда рано просыпаюсь, — хитро сощурилась воительница. — Зачем? — спросил парень и, пытаясь выглядеть более грозно, встал на цыпочки, чтобы не казаться для неё слишком малого роста, — Ты же… — хотел что-то ещё сказать он, но послышавшийся сзади шорох листьев и рык заставили его медленно развернуться. Кареглазый взглянул на источник шума, чуть ли не вскрикнув во всё горло и не запрыгнув на руки рыжеволосой воительнице, которая уже догадывалась, что такое может произойти. — О! Зомби, — без какого-либо удивления пробормотала Петра, разглядывая монстра, одетого в железный нагрудник и золотой шлем. Он, издавая грозный рык, медленно шёл к ним из-за деревьев. — Я… Я такого… не потяну, — Рик нерешительно направил свой каменный меч на разодетого в броню зомби. — Хах. А вчера так махал мечом, — колко заявила она ему, видя, как лицо брюнета принимает очень недовольный вид. Девушка достала из своего инвентаря любимый золотой меч с наикрутейшими зачарованиями, Мисс Маслицу, и, встав рядом с не слабо удивлённым юношей, без грамма сомнений навела на зомби довольно-таки тяжёлый меч. Когда монстр подошёл к ней очень близко, Петра замахнулась и быстрым рывком нанесла удар, из-за которого тот сразу же отскочил и исчез, отставив после себя только вонючую гнилую плоть и практически до конца доломанный железный нагрудник. Парню после такого оставалось лишь стоять с открытым ртом и неким понимаем, что, если бы вчера она не просто уворачивалась от его ударов, а атаковала, ему бы пришёл конец на первой же секунде боя. — Вау! — только и смог он из себя выдавить, наблюдая за тем, как Петра убирает обратно свой меч, внимательно оглядываясь по сторонам, чтобы убедиться, что больше ни одно вонючее чучело сюда не выйдет…

***

Лучики солнца проникли в маленький деревенский дом и, скользя по фиолетовым стенам комнаты и полу из дубовых досок, стали будить его обитателей, которые спокойно посапывали на полу, никому не мешая своим присутствием. — Хм.? — приоткрыл глаза только что проснувшийся Лукас. Он сонно зевнул и полностью открыл свои очи, замечая рядом с собой чёрную макушку, в которую, как он понял, уткнулся носом во время сна. Какое же у него было удивления, когда он увидел, что это Джесси с ним очень близко спит, как теперь оказалось, ещё и в обнимку. Блондин от такого расклада дел аж ойкнул, тут же закрыв свой рот, чтобы ненароком не разбудить девушку, но уже через пару секунд нахлынувшая паника дала о себе знать. Он очень захотел отодвинуться от брюнетки, чтобы не смущать себя и чтобы ненароком не получить люлей от неё, если она вдруг проснётся и увидит ту позу, в которой они находились. Всю абсурдность ситуации Лукас прекрасно понимал, но, к несчастью или к счастью, у него не получилось сократить расстояние, так как крепкие руки женщины-война обвили его талию, не давая и шанса выбраться. Не смотря даже на то, что Лукас пару минут усердно ёрзал на месте в новых попытках убрать её руки, всё оказалось безуспешным, ибо Джесси лишь ещё сильнее обняла его, при этом даже не желая просыпаться. Уж прикладывать всю свою мужскую силу он не захотел, потому что она после этого могла и проснуться. — Вот влип… — прошептал он, рассматривая спящее лицо брюнетки, которое ему вмиг показалось довольно-таки милым. И с каких это пор он стал на неё так заглядываться? С того момента, когда они стали ночевать в одной кровати ради отпугивания её дурных снов? Может, после возращения в Орден Камня спустя долгое время? Или, может быть, перед тем, как он ушёл на год в далёкие леса?.. Лукас тут же покраснел, вспомнив тот день, когда он покинул будущие Маяки. Джесси тогда знатно напилась, а ему пришлось её провожать до храма Ордена, чтобы она выспалась и протрезвела, но всё пошло явно не так… Да и как можно просто сказать «явно не так», когда твоя лучшая подруга, пусть и подвыпившая, попыталась тебя поцеловать? После такого, что вообще нужно думать и как себя вести, а? Притвориться, что ничего не было? Обвинить в домогательстве? Убежать? Ну, как можно посудить по происходящему, выбрал он именно третий вариант, решив избежать каких-либо разговоров. Тогда и сейчас парень прекрасно знал, что ушёл он в тот день не из-за жгучего желания писать книги, а именно из-за смущения. Да, знаю. Ранее говорилось, что его причина уйти заключалась только в писательстве, но это были просто слова, которые он усердно пытался вбить себе в голову, чтобы даже самого себя заставить думать именно так. Но всё это как-то безуспешно у него получалось, так как он всегда возвращался к вопросу: «А зачем это всё нужно? Как следовало поступить?» Он понимал, что думать над этим — это очень большая трата времени впустую, ведь зачем сейчас об этом задумываться-то, когда прошло так много времени?.. Лукас даже не заметил, что его рука непроизвольно стала трогать чёрные пряди волос Джесси, закручивая и пропуская сквозь пальцы. Его слегка огрубевшие после долгих тренировок ладони ощущали их мягкость… — Что за… — отдёрнул блондин руку, как ошпаренный, когда понял, что творит. — По вам двоим романы плачут, — послышался сзади тихий и язвительный мужской голос. Лукас повернул свою голову и увидел Рика, который закрыл за собой дверь, проходя к своей ещё незаправленной кровати. По виду он был запыхавшимся и уставшим, а кожаный нагрудник, который он стянул с себя, надев на стойку для брони, наводил на мысли, что он ходил на какие-то тренировки, или, может быть, просто посражаться. — Может, поможешь? — умоляющим взглядом посмотрел покрасневший от стыда (за свои прошлые действия) на юношу, который взбивал свою подушку с целью заправить кровать. — Чем? — спросил брюнет, изучающим взглядом рассматривая спящую Джесси, которая крепко его обнимала, — Я думаю, тебе нравится находиться в таком положении. — Ч-чего? — удивлённо захлопал глазами блондин, пытаясь уловить в его словах хоть какую-то нотку сарказма. — Вы же влюблённая пара. Разве нет? — проговорил Рик, заправив свою кровать. — С чего ты решил?!.. — чуть ли не крикнул вмиг покрасневший до кончиков ушей Лукас, с опаской взглянув на брюнетку, которая сожмурила во сне свои глаза, но, к счастью, не проснулась. — Ну… — задумчиво почесал затылок Рик, усаживаясь на пол, — Во-первых, вы спали в обнимку всю ночь; во-вторых, возле вас так и витает аура любви… Ну, а в-третьих, если ты не был бы в неё по уши влюблён, стал бы вот так себя вести, как пару минут ранее? — упомянул он про волосы брюнетки, которые блондин трогал. Писатель вдруг уставился в одну точку задумчивым взглядом. Про его мысли сложно сейчас сказать что-то конкретное, так как они похожи на какую-то кашу, в которой нереально отыскать какую-то суть всего лишь за пару минут. — Доброе утро! — входная дверь в доме открылась и на пороге показалась Петра, которая быстро оглядела комнату, замечая Лукаса. Он шокировано на неё смотрел, а Рик, который наблюдал за всем происходящим, просто улыбнулся. Они всё-таки разбудили Джесси, — Оу… — состроила рыжая хитрый взгляд, — А я похоже вовремя, — брюнетка открыла свои глаза и сонно посмотрела на свою подругу. Не стоит забывать о довольно-таки щекотливой позе, в которой она находилась вместе с Лукасом…

***

Длинный и тёмный коридор, слабо освещённый какими-то вечно мигающими тусклыми лампами. Пол из еловых досок, который предательски скрипит каждую минуту из-за любого шага, даже самого маленького. Стены, которые, кажется, состоят не из булыжника, а из красных глаз летучих мышей, смотрящих за порядком в помещении. Всё здесь прямо-таки очень похоже на логово какого-то злодея, ведь обычно именно в таких жутких местах они и обитают. — Господин, — послышался хриплый голос. Человек без лица в абсолютно чёрной мантии с капюшоном встал на колени перед своим повелителем, со страхом поглядывая на него своими красными, как кровь, глазами. Он с трепетом в душе ожидал чего-то, улыбаясь кровожадной улыбкой, не смотря на проходящую по всему телу дрожь. — Где? — с холодом спросил человек, сидящий на троне из кварца, смотря на своего подчинённого, как на предателя. Этот человек тоже был в чёрной мантии c капюшоном, но хочется отметить, что у него хотя бы было лицо. Можно было усмотреть его скрытые под капюшоном глаза чёрного цвета (с белой склерой*) и бледную кожу, которая сама за себя говорила, что этот неизвестный почти никуда не выходит погулять на улицу, подышать воздухом и насладиться лучиками солнца, которые смогли бы сделать его кожу не такой бледной, как снег. Даже кожа Айвора, по сравнению с его, казалась более яркой и румяной. — Ей удалось от нас скрыться, — ответил слуга, нервно сглотнув образовавшийся комок в горле, — Устроить погоню? — Это лишняя трата времени, — спокойно произнёс обладатель бледной кожи, сохраняя прежнее хладнокровие, — Мне всегда было любопытно, что она станет делать с уже почти ничтожным «Подчинением». Будет забавно на это посмотреть, — на губах появилась улыбка, которая явно таила в себе что-то безумное и чуждое для этого мира. — Тогда… Вы будете просто смотреть? — Конечно же, нет. Уже давно стоит приступить к осуществлению плана, — лёгкое недовольство и разочарование по отношению к слуге просияло в чёрных глазах, — Надеюсь, твоего ума хватит понять, что я от тебя требую? — на мгновение показалось, что его сумасшедшая улыбка превратилась в улыбку победителя. — Конечно, господин, — подчинённый встал на ноги, поправив свой капюшон, — Клянусь, что всё будет сделано в лучшем виде! — с этими словами он ушёл в темноту длинного коридора, попутно продумывая каждую мельчайшую деталь своей миссии, ведь от успеха её выполнения будет зависеть его дальнейшая судьба.