Дело, холодящее кровь...

***

Погода, грубо говоря, задница. Почему? На улице дождь, и плюс ко всему туман, темнеет сейчас поздно, так что хоть это радует. Чонгук вместе с отрядом едет по новому адресу. Юнги скинул сообщением адрес дома матери Намджуна, что ему остался по наследству.  Последняя надежда — этот домик… Пока ехали, Чон много думал. Он вспомнил, что ему рассказал Тэхён днём ранее. Тэ всегда интересно рассуждал. «Всего четыре жертвы — три девушки и мужчина, что совершил самоубийство, выпрыгнув из окна. Девушки были как-то связаны с преступником, они его знали. Первая жертва была в ссоре с убийцей, и вот, после его перевода в другой университет, она умирает. Вторая жертва, скорее всего, познакомилась с убийцей в клубе. Третья жертва была его куратором. Тактику убийцы не понять, он убивал их из-за мести, или же они не соглашались быть с ним, ну или… Он уродовал их под себя. На четвёртый курс он перевелся в университет, в котором учился Ким Тэхён…» И тут связь обрывается. Ведь убийства были и до того, как он перевёлся в университет к Киму. Это значит, что Тэхён здесь просто мимо проходил. Их отношения не были связаны с убийствами. Но при чем здесь та записка: «Он перестал быть верным»? Это всё очень странно. Возможно, Ким Намджун решил, что все, до чего он дотрагивается, теперь принадлежит ему? Психопат…

***

Всё могло бы закончится хорошо, как в сказке, если бы это не было дело про серийного убийцу. Доехал Гук до места быстро, они обыскали всё, но даже мельчайшей зацепки не нашли. Телефонный звонок. — Гук…  Плохая новость! Помнишь того профессора, что взаимодействовал с нами? — интересуется Юн. — Да. — Он убит. Всё выходит за рамки. У нас пять жертв и один пропавший, — тараторит Мин. — Как убит? Значит, это точно не он связался с Тэхёном той ночью. Есть подсказки? — Сейчас дам Чимину трубку… Чимин говорит долго, раскладывая всё по полочкам, как для ребёнка. — Любишь страшилки? Если нет, то лучше закрой уши. Он был просто задушен в своём кабинете, рот был заклеен клеем. Внутри, в желудке жидкий клей… Ещё он успел нацарапать на его животе нам записку «Слишком много болтал. Тэхён». Это как бы заметание следов. Только вот зачем, если улик предостаточно… Да ещё и эта подпись. Он подписался Тэхёном… — Блять, когда я его найду, я убью его! — Мы не знаем, зачем он подписался именем Тэ, но одно я могу сказать точно, манера убийства не похожа на его обычную. Он раньше не оставлял следов. А теперь же отпечатки пальцев на шее убитого, также кровь в волосах. Скорее всего, у него пошла кровь из носа. Возможно, от удара об голову преподавателя. Он боролся. Я уже отослал анализы на проверку. Должны перезвонить с минуты на минуту, — договаривает Чимин и как-то расстроенно вздыхает. — Я не знаю, что и сказать. Думаешь, он хочет и Тэ убить? Только вот зачем, что он ему сделал? Возможно ли такое, что он хочет выставить Тэхёна за убийцу? — Чон на взводе, он кусает губы и рассуждает вслух. — Хочешь услышать моё мнение? Я правда не знаю. Я познакомился с Тэхёном за две недели до того, как он к вам перешёл. Мы с ним сдружились. Но только сейчас я понимаю, что толком ничего о нём не знаю. — Замолчи! — рычит Гук. Чимин снова вздыхает и просит задуматься Чонгука, что тот знает о Тэ. А ведь правда, кроме того, что он сам рассказал, никто и не интересовался больше. Его даже по базе не пробили. Обычный парень, что пришёл после университета на практику, а за хорошие оценки его приняли в главный Сеульский участок. Но кто его принял и почему направили к Гуку, никто и не сказал. Ким Сокджин, шеф, попал в аварию. Он до сих пор в тяжёлом состоянии, поэтому на замену ему поставили Гука, а так как парень следователь, ему должны были прислать помощника из другого участка, им и стал Ким Тэхён. Но чего-то конкретного, опять же, никто не сказал. Чонгук не верит, это всё совпадения. Или нет… Он возвращается в домик. Навстречу идёт участковый. — Бон, что там? Ничего не нашли? — Нет, чисто. Раздаются  крики. Двое мужчин в форме бегут к следователю. — Мы нашли погреб, собаки унюхали. Хорошо был спрятан. Чонгук уже хотел было побежать, но раздался звонок. — Я занят. Мин, что-то срочное? — Пришли анализы. ДНК и отпечатки Ким Тэхёна. Молчание… Сердце в смятении. — Что? — как-то неуверенно. — Это твой помощник убил профессора Бека. — Что ты несёшь?! — рычит Гук. — Мне жаль… Молнии стреляют в груди. А сердце, оно больше не отбивает здоровый ритм. Чон падает на землю, он начинает громко кричать и рвать на голове волосы. Как такое могло произойти? Тэхён все подстроил? Они были сообщниками или между ними что-то серьёзнее? Почему именно Гук попал в сети Тэ… Это не может быть правдой… — Я не верю! — рычит в трубку следователь. Мин качает головой, он тоже не верит, но экспертиза не может врать. — Чон, поезжай в участок. Мы на время отстраняем тебя от дела. Я навещу Ким Сокджина, его жена звонила, сказала, что он вышел из комы. Подъезжай тоже. Мы должны навестить его и все рассказать. Вам знакомо такое чувство, как непонимание ситуации? Вы вроде бы были уверены, что все разруливается. Вот, вы почти нашли выход из ситуации. И вдруг, на тебе, приплыли, как говорят. Ваша ситуация, оказывается вовсе вам не знакома, вам даже предпринять нечего… Остаётся только смотреть и ждать, во что же эта ситуация перерастет. — Эй! Следователь Чон, вставайте! — кто-то громко зовёт Гука. Он находится в своих мыслях. Почему этот кто-то кричит? Чонгук открывает глаза. Мокрые глаза. Нет, не из-за слез. Дождь. Дождь опять намочил землю своими каплями. Рядом с Гуком стоит участковый, он что-то говорит, но Гук его не слышит. Участковый куда-то ведёт Чона. Тот волочит ноги следом. — Вы не выглядите счастливым. Что-то произошло? — говорит участковый. Чонгук фыркает. — Вы не рады, что Ким Тэхён нашёлся? — снова спрашивает участковый и тыкает пальцем на погреб, к которому они подошли. — Блять… Чон и забыл, что бежал к погребу. Гук толкает мужчину и спускается по лестнице. Погреб большой, опергруппа работает. Кровать стоит посреди полок с банками. На той самой кровати лежит синий, как утопленник, Тэхён. У него связаны руки и ноги. Гематомы на руках и ногах, лицо тоже не без ушибов. Волосы ярко рыжие. Парень без сознания. — Что здесь творится? Развяжите его! Вызовите скорую, живо! Гук подбегает к парню и начинает щупать пульс… Стук, стук. Живой. Парень хватает его на руки. Похудел, такой лёгкий, как пушинка. Чон выносит его на улицу. Тэхён еле дышит. Скорая приезжает быстро. Чонгук отправляет сообщение Юнги, в котором говорит в какую именно больницу они едут и, что собственно Тэхён нашёлся. Только вот еле живой и совсем не здоровый. Уже в машине скорой помощи Гук едет с Тэ, держа его за руку. — Малыш, прости меня, ты так усердно работал… Это я во всем виноват. Следователь кривит губы и щурится, чтобы не заплакать. Холодная рука вытирает мокрую дорожку с его щеки. Чон приоткрывает глаза. Он видит Тэхёна, что улыбается своей кривой улыбкой. — Й-я т-так ра-ад, что ты нашёл ме-еня. Я боялся-я! Мне было так страшно-о-о! — Тэхён начинает реветь и дрожать. Такой жалкий, в драной, грязной одежде. Но такой родной, до боли с левой стороны груди. Гук подскакивает с места и тянет помощника на себя. — Прости меня… — Он, Намджун пришёл тогда, он не знал, что я с тобой говорил. Он сказал, что я его предал, раз не дождался его и стал встречаться с тобой. Т-ты понимаешь… Он, о-он, задушил профессора, а, потом положил мои руки на его ш-шею, он сказал, что я во всем виноват. Гу-уки, мне было так страшно. Я был связан, он заставил меня смотреть… Чон гладит по волосам своего мальчика. Врач вкалывает парню успокоительное. — Это я его убил? — шепчет Тэ. — Нет, детка, поспи…

***

Гук звонит Мину и рассказывает все в подробностях. Они решают поймать Намджуна в этом погребе, где и спрячется полиция. Как они и предполагали, ничего не подозревающий убийца приходит ночью с продуктами. Его ловят, но одно не ясно, для чего ему нужен был весь спектакль с Тэхёном. Это Гук узнает на допросе, когда ему удастся найти слабые стороны убийцы. — У тебя есть мать? Ой, а ты ведь убил её… Как жаль, а она ведь любила тебя… «Он был моим, я сделал его своим, когда он был на первом курсе. Ким Тэхён не был моей жертвой, он первый, кто полюбил меня по-настоящему, не за красивое лицо… Но он променял меня на другого, когда я вернулся в Корею. Что было с другими девушками? Зачем? Они велись на меня и мои деньги, продажные твари. Мы общались, трахались, но когда я показывал им своё настоящее лицо, они сбегали. Почему так? Они не могли меня любить искренне… Я хотел разоблачить их всех, показать, насколько они продажные. Я делал их страшными, такими, какими они были в душе. Они виновны и должны были умереть. Моя мать, она боялась меня. Сдавала меня в больнички, я сбегал, а она снова меня туда закрывала. Отца я скинул с балкона, когда мне было шесть лет. Он был пьяный, курил свою последнюю сигарету, что тлела так красиво. Я сделал это для мамы, он бил её и кричал, называл шлюхой. Когда я это сделал, я думал, что она меня похвалит, а она назвала меня уродом, мне было больно. Когда я впервые убил? Мне было четыре года, я задушил друга подушкой, он тоже меня предал… Тэхён должен был стать моим помощником, я хотел вернуться и взять его к себе в ученики, но завертелся. Когда, я понял, что Тэхён встречается со следователем… Он оказался очередным предателем. Я бил его, он ревел и просил пощадить, но я тогда только начал. Душил его шарфом. Пилочкой поцарапал спину. Я не успел его наказать как следует». — … — Юнги слушает, записывает что-то в тетрадь, поглядывая на стену, за которой следят за процессом ребята. Он надеется, что Гука удержат и он не казнит в комнате для допросов Ким Намджуна. Чонгук сидит за стеклом комнаты для допросов, его удерживают Чимин с Хосоком. Дело, холодящее кровь. Психопат. Продолжение следует…