Посланник Дьявола

      Зайдя обратно в комнату, Капхед присел на кровать рядом с братом, разматывающем с руки, слегка покрасневший от запёкшейся крови бинт. — Как твоя рука? — спросил чашка, осматривая уже зажившую рану. — Не знаю что ты сделал, но она как новая! — улыбаясь, ответил Магмен. — Я просто капнул на неё той жидкости, что дал мне дедушка. — Кстати, точно! Я совсем забыл про неё. Но разве она не нужнее тебе? — Пфт… Всё нормально, Магзи, для брата не жалко.       Чашкоголовый улыбнулся, и кружка сделал то же в ответ. — Знаешь, Капс, думаю сегодня я никуда не пойду, — начал он, — ты так часто бываешь дома один, что мне уже кажется это ненормальным. — Ты уверен? Я думал у тебя опять какие-то важные дела. — Ну я же механик, хотя пока только начинающий. Но у меня уже есть хорошие успехи и мне за это платят! — Платят??? — Ну да, а что не так? — Да не, ничего. Но я все равно не обязан держать тебя дома, если для тебя это важно — иди. — Ты… не шутишь? — Ни в коем случае! — Спасибо! Я постараюсь придти пораньше, — голубоносый вскочил с кровати, схватил сумку и выбежал из комнаты, уходя на улицу.       Капхед снова остался дома один. Но не собирался сидеть просто так. Он зашёл в ту комнату, где ещё вчера его схватил приступ ностальгии и немного порылся в тумбочках: сначала в одной, потом в другой. — Папины старые карты, — рассуждал в слух чашка, крутя в руках колоду, обвязанную резинкой.       Присев на большую кровать, он снял с карт резинку и начал раскладывать их так, как это делал папа. Странно немного, но Капс очень хорошо запомнил порядок разложения, словно его этому учили с самого детства. Одиночная игра затянула, и если раньше это казалось красноносому странный и скучным, то теперь он не мог оторваться, это как пазл или стратегия.

***

— Ты не боишься оставлять его дома одного? — Что ты, конечно нет! Он мой брат, я не должен так сильно за него бояться. — Но ты ведь боишься? — Да…       Кружкоголовый опустил взгляд на воду под ногами. В нескольких сантиметрах от него, по воде скользил зелёный рыбий хвост. Русалочка сидела на деревянном полумостике, играя этим же хвостом. Она смотрела на голубоносого недоумевая, но в тоже время с каким-то переживанием. — Это нормально, все переживают за своих родных. — Я знаю… но я соврал ему про важные дела, а я не люблю врать. Меня мучает совесть, хотя я понимаю, что он сам был не против.       Мария придвинулась ближе к Магмену, и тот немного застеснялся. На лице кружки проявился лёгкий румянец. Кала тихонько хихикнула, заметив его состояние. — Что смешного? — спросил Магз, отведя взгляд. — Ничего, — отмахнулась русалочка.       Кружкоголовый слегка закусил губу, набрал воздуха и наконец высказался: — Знаешь, Мар-Мар, я… давно хотел сказать. Спасибо. Возможно, это звучит банально. Просто у меня не так много хороших друзей, единственный мой лучший друг — мой брат. И… я рад, что у меня всё же есть такие друзья, но… ты мне больше, чем просто друг, гораздо больше. Я л-лю… Нет! Я на это не способен!       Раскрасневшийся парень закрыл лицо руками и зажал губы изо всех сил, дабы из них не вырвалось больше ни одной фразы. Русалка на мгновение замерла, но тут же сменила удивление на милую улыбку. Она молча подвела лицо голубоносого к своему и поцеловала.

***

      Капхед собирал карты обратно в колоду, периодически растасовывая их, просто так. Он даже начал пробовать делать какие-то фокусы, как это делал Дайс. Получалось, мягко говоря, не очень. Но несмотря на частые неудачи, он продолжал пробовать. В какой-то момент он выточил до идеала тот самый трюк с заменой карт, который так долго не давался ему ни в какую.       Шестёрка пик — Девятка червей. Как два пальца об асфальт! Это возбудило в парнишке особый азарт, азарт тайны, удовольствие от секрета, которого никому не откроет. Даже собственному брату. У него возникло некое пристрастие к этому, словно карты — то, что ему нужно. Игрока не изменит проигрыш.       Изрядно засидевшись, Капс встал с кровати и направился обратно в их с братом комнату. Как раз в этот момент входная дверь открылась, и на порог зашёл Магмен. На его лице застыло странное выражение лица, а на щеках проглядывался еле видный румянец. — Я обещал, что буду раньше и вот я здесь, — сказал он, растянув рот в улыбке. — Быстро ты. — Быстро? Меня почти пять часов не было и ты говоришь «быстро»? — Хех… Я как-то не обратил внимания на часы. Наверное был сильно занят. — Занят? Чем? — Да так… ничем, — проговорил чашка, засовывая колоду карт в карман. — А ты как день провёл? — Ты обычно не спрашиваешь меня об этом. — Ну я же должен знать, что мой брат делает вне дома. — Ну… ты же знаешь, что я обычно делаю, когда ухожу. — Ты никогда не рассказываешь подробности. — Это так важно?! — Ладно. Не хочешь — не говори.       Капхед ушёл в комнату, прикрыв за собой дверь и сел на свою кровать, как обычно облокотившись на стену. Он снова начал тасовать карты, от нефиг делать. За ним в комнату зашёл Магз с мокрым лицом, он только что промыл его холодной водой, дабы скрыть этот румянец. Он тоже сел на свою кровать, взяв со стола книгу, с каждым разом в новой обложке. Не сказать, что он так быстро читает, просто иногда его сильно затягивает воображаемый мир, описанный в буквах, словах и предложениях.       Оба брата занимались своим делом, и на этот раз ни одному из них не было скучно за этим. — Эй, Маг, — решился спросить чашкоголовый, — и всё-таки чем ты занимался, пока я был дома один. — Ничем, — кратко отрезал голубоносый и на его лице снова проступил румянец.       Капхед заинтересованно хмыкнул, и недоумевающе поднял бровь, смотря прямо на брата. Тот положил книгу на постель и скрестил руки, нахмурив взгляд: — Не смотри на меня так, это напрягает. — Да ну?       Кружечный вытянул свою трубочку и начал пить жидкость из своей «кружки», причём на зло своему брату. — Прекрати, — прошипел чашечный, тоже скрестив руки на груди. — А если нет? Что ты мне сделаешь? — Хм… Что-нибудь да сделаю! Я тебе не паинька, чтобы играть на моём терпении. — Ой, напугал. — Хочешь поругаться? — А может и хочу. Что не так? — А ну иди сюда!       Капхед накинулся на брата и начал его щекотать. Тот всеми силами пытался вырваться из этих пыток, но не мог даже сдержать смех. — Кап, перестань! Мне щекотно! — Ну уж нет! Ты сам напросился!       Капс щекотал и щипал его, не давая ни малейшего шанса выбраться. На глазах Магза проступили слёзы от смеха, он продолжал смеяться до изнеможения. Наконец красноносый отпустил его, и кружкоголовый, всё ещё смеясь, вытер глаза от слёз. — Ладно, хватит с тебя, — усмехнулся чашка, довольно улыбаясь. — Ну хорошо, хорошо, ты победил, — ответил кружка, так же вытирая слёзы. — Ты так и не рассказал мне, что ты делал, пока был не дома. — А что если я не обязан это рассказывать?       Чашкоголовый молча сел рядом с братом, достав колоду, и начал растасовывать карты: — А хочешь фокус? — Какой?       Капхед достал карту из колоды, ту же Шестёрку пик, и пара ловких движений превратили её в Девятку червей. — Вау! Как ты это сделал? — Иллюзионист не раскрывается своих секретов.       Чашка снова начал тасовать колоду и случайно поинтересовался: — Сыграем в карты? — Давай. А на что? — Хм… Давай… на желание!