Амнезия

Гарри давно не просыпался таким выспавшимся. Казалось, что его внутренний аккумулятор наконец-то зарядили на полные 100%. Он чувствовал себя уютно под теплым пуховым одеялом, обхватив верхними и нижними конечностями хрупкое тело. От переизбытка чувств губы брюнета растянулись в улыбке, и он зарылся носом в светлые тонкие волосы на затылке Драко, а руки крепче обвили мерно поднимающуюся грудь. Его собственная грудь в настоящий момент, казалось, лопнет от переполняющей ее нежности к партнеру. Хотелось со всей дури сжать худощавое тело блондина в своих лапищах до хруста ребер и вымученного стона, или искусать бледную кожу, пытаясь выразить всю полноту чувств, бурлящих в брюнете. Но вместо всей этой жестокости, он лишь коснулся губами выпирающего позвонка на шее и выполз из кровати. После водных процедур, Гарри спустился вниз, чтобы приготовить легкий завтрак для пациента, кофе для него и травяной чай для Гермионы, зная, что сейчас она кофе пить не сможет, а к напиткам зажарил тосты с малиновым и клубничным джемом. -Боже, как восхитительно пахнет кофе! – воскликнул бы рыжий друг, если бы были силы в искалеченном теле. Но получился лишь тихий хрип с последующим охом. Только прооперированный живот все еще приносил боль, несмотря на болеутоляющее зелье. -Рон, ты же знаешь, что тебе пока его нельзя, - учительским тоном сказала девушка. Взглянув на нее, Гарри понял, что от запаха кофе ей сделалось дурно. Ее лицо стремительно начало бледнеть, отдавая зеленоватым оттенком, аккуратный нос сморщился и начал глубоко дышать, пытаясь подавить рвотные позывы. Чтоб не раздражать ее обонятельные рецепторы, невербально он убрал запах кофейных зерен. От заклинания он, естественно, стал более безвкусный, потеряв глубину вкуса, но ради подруги он пожертвовал этим, поймав ее благодарный взгляд. Помогая все еще обессиленному другу принять полусидячее положение, подложив под поясницу мягкую подушку, Гарри сел на второй стул, находящийся у кровати больного. Призвав небольшой столик с колченогими ножками, стоящий в углу у, когда-то изумрудной, портьеры, он поставил на него поднос с едой. Гермиона, усевшись на мягкой перине, начала кормить мужа водянистой ячневой кашей. Рон поморщился от вкуса каши и с отчаянием посмотрел на Гарри, который пил кофе с невозмутимым видом. -Гарри! За что ты так со мной?! Еда как в Мунго! Тот на это лишь засмеялся, а Гермиона серьезным тоном возразила: -Гарри все правильно сделал! Для твоих поврежденных органов нужно щадящее питание. -Знаю-знаю, - проворчал рыжий, смиряясь со своей судьбой. Покормив мужа, Гермиона дала ему бутылек с красным и голубым светящимся зельем. Рон выпил сначала первое, поморщившись, следом, не раздумывая, опрокинул и второе в себя. Придя в себя, чувствуя как боль и слабость уходят из его тела, Рон сел поудобнее и, повернувшись к другу в пол-оборота, расплылся в улыбке. -Гарри, я должен сказать тебе очень волнующую и радостную новость! Он дождался вопросительно вскинутых бровей и, прокашлявшись, продолжил: -Гарри! Ты скоро станешь отцом! Не ожидав такого поворота событий, Поттер закашлялся, подавившись кофе. Зеленые глаза воззрились на довольного рыжего друга. -Ч-что? Бледно-голубые глаза хитро сщурились, выдавая довольство реакцией друга. -Крестным, Гарри, крестным! А я настоящим. Было слышно, как Гарри с облегчением выдохнул и слегка улыбнулся. -Да, Рон, я поздравляю вас с пополнением. Для меня будет честью стать крестным отцом для вашего первенца. Поттер взглянул на порозовевшую подругу и мягко улыбнулся. В это время голубые глаза с подозрением посмотрели на брюнета. -Чего-то ты не удивлен этой новостью, - после секундного молчания, Рон шокировано открыл рот и завопил: -Ты знал?! -Да я сам вчера узнал, когда ты рассказал про симптомы недуга жены! -И даже мне не рассказал! Друг еще называешься! – губы Уизли забавно надулись, а руки сложились на груди, в притворной обиде. Он до боли напоминал обиженного ребенка, вызвав смешок друзей. – И это не смешно! -Рон, ну как я могу такую новость говорить за ту, что носит под сердцем твоего ребенка? Рыжий друг кивнул брюнету, соглашаясь с его словами, а сам, рукой накрыл тонкую ладонь жены, показывая свою любовь и заботу. У Гарри защемило в груди, видя как счастливы его друзья. Он чувствовал, как вокруг них, словно, создавая кокон, переплетаются любовь и нежность, благодарность и единство. Это и есть магия. Незримая и крепкая. Чувствуя себя лишним, брюнет встал и тихонько вышел, медленно прикрыв дверь, чтобы ее хлопок не нарушил атмосферу. Развернувшись, Гарри вздрогнул, не ожидая увидеть, стоящего Малфоя, который сложив руки на груди, опирался на перила. -Ох, еб твою мать! – прошипел Гарри, хватаясь за грудь, и пытаясь успокоить, свое бешено бьющееся сердце. – Ты меня напугал! Давно тут стоишь, подслушиваешь? -Достаточно, чтобы услышать краем уха, что ты скоро станешь папочкой, - усмехнувшись, ответил блондин. Брюнет ухмыльнулся в ответ, подходя к Драко вплотную, обхватив перила руками по обе стороны от парня. -В таком случае ты слышал, что я стану крестным папочкой. -Нет, так как уже успел обидеться, - в серых глазах плясали бесенята, чей танец с удовольствием подхватили озорные огоньки в зеленых омутах, Поттер приблизил свое лицо к бледному лицу так, чтобы губы едва касались губ другого. -Я готов искупить свою вину. Гарри уже хотел накрыть губы Слизеринского принца, как тот резко отвернулся, губы влажно прошлись по бледной щеке с выступающими скулами. Брюнет проводил блондина удивленным взглядом, когда тот отошел от него к основанию лестницы и очаровательно улыбнулся. -В таком случае, сделаешь мне кофе и тосты, - проговорил хитрец, спускаясь по лестнице. – И не пережарь, как вчера! Поттер фыркнул, опираясь рукой о перила, а другой прикрывая глаза. -Вот же задница! * * * Золотое трио и Слизеринский придурок – так мысленно назвал эту картину Рон, когда они вчетвером собрались в комнате. Гермиона продолжала сидеть на его кровати, сжимая огрубевшую ладонь в своей изящной ручке. Выглядела она лучше, чем утром, как заметил Гарри, радуясь, что токсикоз не беспокоит подругу постоянно. Гарри сидел на стуле, а Драко он любезно транфигурировал кресло из колченогого столика, заметив на кухне, как тот слишком аккуратно садится за стол. Впрочем, за такие неудобства блондина он себя виноватым не чувствовал, ведь тот сам ночью его поторапливал. -Так, - начал Гарри, взглянув сначала на друга, потом на блондина. – Нам с Гермионой хотелось узнать, что вчера произошло. Это как-то связано с покушением на Малфоя и умбрами? Рон чуть нахмурился и вперился взглядом в Малфоя. Он продолжал молчать и, когда их взгляды встретились, блондин плотно сжал губы, выражая недовольство, но встал и пробормотал: -Пусть вам все расскажет Уизли, а я прогуляюсь с Графом. Гарри и Гермиона молча проводили его взглядом, а когда дверь закрылась, удивленно посмотрели на рыжего друга, который тем временем наложил заглушающее заклинание на дверь. -Что? – встречаясь взглядом с осуждающим взглядом друга, воскликнул Рон. – Пока я точно не уверюсь, что ему можно доверять, я обсуждать это дело при нем не буду. -Но оно его непосредственно касается, - возразила Грейнджер. -Теперь это касается в первую очередь Аврорат, - проговорил Уизли, нахмурившись. -Что?.. Как?.. Неужели ты... – Гарри не мог подобрать слов. -Нет, не собираюсь я выдавать Малфоя и тебя. И нет, я теперь не подозреваю его в побеге Люциуса. -Почему? Рональд взлохматил свои рыжие волосы, проведя по ним всей пятерней, из-за чего напоминал нахохлившегося воробушка, но серьезный и пронзительный взгляд светлых глаз шел вразрез с его внешним видом. Уизли достал из-под подушки сложенный вчетверо пергамент и отдал Гарри, зашипев от боли, когда чуть наклонился. Брюнет раскрыл записку и нахмурился. «Рональд Уизли. Дело набирает непредвиденные обороты. Нарцисса Малфой пропала. Малфой-мэнор пуст» -Что это значит? – пробормотал Гарри. -Это значит, Гарри, что охотятся не Малфои, а на Малфоев. -Но она ведь могла просто уехать. Во Францию, например, я слышал, что у Малфоев там дальние родственники. -Нет. После войны, благодаря оставленным тобой воспоминаниям, ее оправдали, но посадили под домашний арест. То есть, у нее нет палочки, она не может выйти из Мэнора без предварительного согласования с Авроратом. На ее доме стоят сигнальные чары, и они не срабатывали, миссис Малфой не договаривалась об уходе, но в Малфой мэноре ее нет. Загадка. -То есть она где-то в Мэноре? Но где неясно? -Авроры перерыли весь Мэнор, но так ее не нашли, мы подозреваем, что в нем есть потайные комнаты, которые запечатаны родовой магией, их невозможно определить ни одним заклинанием, ни одним артефактом. Но тут встает другой вопрос. -Кто ее там заточил? Вы думаете, что Люциус? – поинтересовался Гарри, нахмурившись. – Потому что в это время Драко был с тобой. Рон кивнул, продолжая хмуриться и вертя палочку в руках. -Да, это точно был не Хорек, но и вряд ли это был Люциус. Как мне кажется, есть кто-то третий. Только что он замышляет и почему так неистово охотится за семейством Малфоев. И зачем ему Нарцисса Малфой, ведь она не кровный Малфой. -Это может быть хоть кто из родственников из Франции, - вклинилась Гермиона. – Я слышала, что пол-Франции являются теми или иными родственниками Малфоев. Рон устало вздохнул, действие зелий начало снижаться, и он начал чувствовать, как боль волнами накрывает его. Но пока это было терпимо, следующую порцию зелий можно не просить. -Нет, Герми, они из побочной ветви. Они не имеют права пользоваться родовой магией семьи Малфой. В семье Уизли тоже есть капля крови Малфоев, но мы не можем пользоваться их родовыми артефактами или открыть тайники, а также создать родовой портал, через который исчез Люциус из-под носа страж Азкабана. -А у Люциуса нет брата или, может быть, бастарда? – поинтересовался Гарри, почесав шею, отклонив голову в бок. -Хм, насчет бастарда – это мысль, - одобрительно протянул Уизли, улыбнувшись бледными губами. – Это предположение надо подробно рассмотреть. Герми, дай, пожалуйста, перо. Та подскочила и растерялась, вопросительно смотря на Гарри, который тут же указал на дверцу тумбочки. Получив в руки длинное орлиное перо, Рон что-то написал на обратной стороне записки, сложив ее вдвое, он направил на нее палочку и что-то прошептал, пергамент взлетел в воздух и, завертевшись, исчез, оставляя после себя сноп искр. Поттер удивленно посмотрел на место, где лежала записка и на друга, который с довольным выражением лица, спрятал палочку под подушку. -Это новая разработка невыразимцев специально для Аврората, - пояснил Рон на немой вопрос друга. – Дистанционный Исчезающий Пергамент. Наподобие магловских ЭС-ЭМ-ЭС. -Рон, можно, просто СМС, - с улыбкой поправил Гарри. – И все-таки расскажи, что произошло. Лицо Уизли резко помрачнело, даже ярко-рыжие волосы, казалось, стали темнее и безжизненными паклями свисали у висков. Он нервно облизал губы, а глаза смотрели куда-то сквозь плотно зашторенные портьеры. Ни Гермиона, ни Гарри не торопили его, давая время подобрать слова и собрать мысли в кучу. Хотя судя по пробегавшим по лицу теням, было чувство, что перед глазами друга стоит вчерашний поход в Отдел Тайн и то, что там произошло. Казалось, посмотри в глаза Рона и увидишь, словно в кино, то, что произошло. Со всеми красками и без прикрас. В комнате стояла гробовая тишина и, когда Уизли сглотнул, скопившуюся слюну, молодые люди вздрогнули, вскинув взгляд на начавшего говорить парня. -Сначала все было как надо. Малфой надел мантию и я уверенным шагом пошел к библиотеке. Охранные чары с легкостью пропустили нас. Не знаю, либо это волшебство мантии-невидимки, либо невыразимцы реально не позаботились убрать Малфоя из списка, кому входить разрешено. Еще с 5 курса мне не понравился Отдел Тайн. Эта мрачная таинственная атмосфера, тишина, которая нарушается только гулом наших шагов и пустота. Такое чувство, что этот Отдел всегда пустует, либо невыразимцы прячутся по углам. Потому что нам совершенно никто не встретился на пути. Либо это такая магия, отводящая глаз друг от друга, либо я не знаю, что еще предположить. Библиотека у них находится в самом конце отдела. И сколько я по нему не ходил, всегда вспоминается этот роковой 5 курс и пророчество. Извините, отвлекся. Так вот, мы дошли до библиотеки и сразу разошлись. Бесит, что их библиотека всегда во тьме и приходится одну руку занимать светящейся палочкой. Жаль я раньше не додумался, что темная библиотека отличная среда для Теней. Я просматривал книгу «все тайны о тени», когда услышал полу вскрик Малфоя. Тут же помчался к нему, а там он окружен 6 или 7 умбрами, схватили его за руки, за ноги, будто в себя впитать хотели, но не душили, как тебя, Гарри, он им живой нужен был, понимаешь? Я тут же сделал Люмос Максима, чтобы отпугнуть их, больше ничего в голову не пришло, кроме проклятий на темноту Отдела Тайн и Люмоса. Они отпустили его на долю секунды, но тут же снова обступили кольцом, не выпуская Хорька. Когда я хотел снова наколдовать Люмос, мою руку с палочкой обхватили склизкие руки с присосками на подушечках пальцев и подняли над землей, откинув в стеллаж с книгами. У меня от присосок даже следы остались, - Рон задрал край рукава, показывая четыре ровных багрово-синюшных кровоподтека на запястье. - Я таких существ раньше не видел. Землистого цвета кожа вся в слизи и с какими-то бородавками, круглые глаза и слишком длинный рот с рядом острых, словно копья, зубов. Они были дистрофичного телосложения руки непропорционально длинные с выступающими локтевыми и лучезапястными суставами, над плечами были острые выросты, ноги, будто лишены мышц, а кожа плотно прилежит к костям, они были наоборот непропорционально коротки. Шея слишком длинная и тонкая, как будто вот-вот сломается под тяжестью абсолютно лишенной волос головы. Как будто лягушки-переростки, ей богу. Не смотря на такое телосложение, они были очень сильными, пока я не нашел выпавшую из рук палочку, мне пришлось вырубить парочку в рукопашном бою. Кстати, Ступефаем они хорошо вырубаются, в отличие от умбров. -Так это они так с тобой, - с волнением в голосе спросила Гермиона. Уизли покачал головой, облизывая пересохшие губы и подавляя желание застонать от боли, которая вернулась и доставляла большой дискомфорт. Но он снова не стал просить зелья, продолжая историю. -Нет. Это было бы слишком просто. Когда я вырубил пятерых, что напали на меня, я снова пошел вызволять Малфоя, который в принципе и без меня справился, наколдовав самостоятельно Люмос и отогнав по краям от себя Умбров, которые, словно инферналы, проплывали рядом, но не прикасались. Я сказал ему скорее достать портал, чтоб перенестись к тебе, а сам повел его подальше от места происшествия. Малфой только достал эту чертову булавку, как его сбила с ног подмога из еще десятерых лягушек-переростков. Естественно, Хорек все уронил и булавку, и палочку. Умбры, тут же налетели, его Люмос исчез, а мне приходилось отбиваться от вновь прибывших. Их я тоже раскидал и направил свет на Малфоя, который пытался одновременно выпутать ноги из захвата сумрачных лапищ и найти в темноте палочку и улетевший не пойми куда портал. Палочку он нашел вовремя, так как теперь тех существ было очень много, я бы не справился со всеми. Но, что было странно, они не нападали, а лишь стеной преграждали нам путь. Как будто чего-то ждали. Я тоже ждал, когда этот остолоп найдет портал, и отгонял от него теней, которые так и норовили схватить его за щиколотки. И так на этом сосредоточился, что удар в бок снес меня с ног, а когда я поднял взгляд передо мной стоял Он. Метра два в высоту, одет как офицер 18-19 века, в руках секира, а вместо головы череп. Не человеческий, а какого-то рогатого скота типа быка или буйвола. И это была не маска, а его голова, там, где должны были быть глаза темные пустые орбиты с двумя светящимися огнями. Демон, не иначе. Вот он-то меня и порубил одним точным ударом, пока я пытался хоть как-то его проклясть. -То есть заклинания на него не действуют? – уточнил Поттер, шокировано смотря на друга. Тот кивнул. -Они, словно об стену горох, рассыпались в разные стороны, пока он шел на меня. Если честно, когда я свалился и от боли начал терять сознания, я был уверен, что Малфой, этот трусливый Хорек меня там бросит умирать и истекать кровью. Но нет, нашел портал и изловчился меня выхватить из лап того монстра. -Рон, ты знаешь, кто это были? Что это за существа? – пробормотал Гарри, потрясенный его рассказом. Тот покачал головой и застонал не в силах сдержаться от боли. К нему тут же подскочила жена, помогая ему лечь, чтобы уменьшить нагрузку на шов и поврежденные кишечные петли. -Действие зелий закончилось! Почему ты не сказал, а терпел? – воскликнула она, проводя диагностику состояния. Тот слабо улыбнулся, а Гарри увидел, как на свету лампы поблескивает от испарины его лоб, как плотно сжаты бесцветные губы, как резко побледнело лицо, что на его фоне коричневые веснушки стали еще ярче. Гермиона дала выпить зелья и погрустневшая снова уселась у основания кровати. -Получается, от похода в Отдел Тайн у нас вместо ответов, появилось еще больше вопросов, - пробормотала она, теребя край простыни. -Я знаю, кто они, - проговорил блондин. Трое пар глаз воззрились на него. Кто-то с удивлением, кто-то с недовольством, а зеленые с неприкрытой радостью и нежностью. -Как давно ты тут? – проворчал раненный аврор, снимая с двери заглушающее заклинание. -С момента про остолопа, - проговорил Малфой с улыбкой, хотя в глазах стояли льдинки, которыми, казалось, можно заморозить. Атмосфера в комнате начала резко портиться. От Малфоя веяло холодом, от которого Поттера прошиб озноб, а волоски на руках встали дыбом, покрываясь утиной кожей. А от Рона несло огненным раздражением, которое, словно, языками пламени, заполняло комнату. -Малфой, ты сказал, что знаешь, кто был в Отделе Тайн? – решила разрядить атмосферу Гермиона, пытаясь перевести внимание на себя. – Ты что-то нашел в библиотеке Блэков? Тот кивнул, прижимая фолиант к груди, и прошел к креслу, на котором он сидел до того, как его нагло попросили выйти. Рон во все глаза смотрел на черный фолиант, сделанный из кожи кентавра с инкрустированными голубыми алмазами и бриллиантовой крошкой, тисненный замысловатым узором с золотым напылением, на корешке красовался герб семьи Блэков. -Видишь, Гарри, он держит в руках фолиант, который принадлежит Блэкам, - сказал Рон. – Его может взять только прямой потомок семьи Блэков. И, несмотря на то, что он Малфой, родовая магия все-таки принимает его, потому что он наполовину Блэк. А ты, хоть и наследник семьи Блэков, вряд ли когда-нибудь будешь принят ей. Гарри благодарно улыбнулся Рону, который, судя по виду, с большим удовольствием делился познаниями в наследии чистокровных (хотя в школе этого за ним не велось). -Может, я начну уже рассказывать, а про всякую непонятную родовую магию и наследие Блэков вы обсудите потом? – поинтересовался Малфой, получая в ответ недовольную гримасу аврора. – Вот и замечательно. -Малфой, так что это были за существа? – обратила на себя его внимание девушка, скрывая свое недовольство за вежливой улыбкой. -Как Уизли и сказал это были демоны.