CARAMEL

— Ты точно хочешь побыть одна? — спрашивает встревоженная Ксения свою подругу уже у ее подъезда. — Да. Мне сейчас очень нужно побыть в одиночестве. Я должна все переварить, переосмыслить и разобраться с тем, как быть дальше. — Женя поежилась от холодного дуновения ветра. — Я понимаю. Ладно, иди давай домой, а то еще простынешь. — Ксю крепко обняла Евгению. — Если что-то нужно будет, звони в любое время. — Угу. Женя помахала рукой подруге, прежде чем зайти в подъезд. Как только за ней закрылась дверь, с ее лица сползла вымученная улыбка, которой девушка хотела показать, что все не так плохо, и она справится. Справится ли? Утро вечера мудренее, так Женя решила. Девушка приняла ванну, сделала себе горячий чай и забралась в постель, под одеяло. Чтобы отвлечься от мрачных мыслей о своем уже бывшем, наверное, парне, она включила на ноутбуке музыку. Телефон, лежащий на столике, завибрировал. Девушка посмотрела на экран, но увидев имя звонившего, даже не прикоснулась к мобильному. Не сейчас. Не сегодня, когда эмоции сильнее разума, а чувства сильнее всего вместе взятого. После таких слов Евгения не может позволить себе броситься в объятия Глеба. Она глубоко вздохнула, а затем отключила мобильный. Поставив чашку на стол, Женя укрылась одеялом с головой, отвернувшись лицом к стене. Глеб чертыхнулся, услышав металлический голос, сообщающий о том, что абонент находится вне сети. Он так и не уснул до утра, проведя всю ночь в компании пачки «Мальборо» и бутылки коньяка. Ну и, конечно же, айфона. Женя проснулась уже разбитой. Как только она открыла глаза, то сразу же осознала, как одиноко и пусто без Глеба. Девушка подумала позвонить ему, но тут же отмела эту мысль и пошла принимать душ. Проснувшись, Голубин первым делом схватился за телефон. Но она не звонила. Проверил соц сети. Множество фанатов в очередной раз признались ему в любви, в обожании и почитании. Но потом он увидел, как Женю поливают грязью. Некоторые писали, что знают, где она работает и устроят ей темную. Глеб выругался и, вскочив с постели, пошел на балкон курить. Руки затряслись от гнева, так, что он не смог сразу подкурить. Что они себе позволяют, в конце концов? Он, конечно, способен обеспечить ей защиту, но. Это блядское «но» включает в себя две проблемы: первая — он не сможет постоянно быть рядом с Евгенией, чтобы предотвратить возможные нападения, вторая — не факт, что она вообще сможет простить его за вчерашние слова. Он бы себя не простил. Айфон зазвонил. Глеб побежал в спальню и быстро схватил его. — Алло. — едва не закричал он в трубку. — Привет. — неуверенно прозвучало в ответ. Словно бы она колебалась, стоило ли звонить. — Привет. — виновато произнес Голубин. — Жень, ты прости меня за вчерашнее. Я не стану отрицать, что я сволочь, но я могу все объяснить. Мы можем увидеться? — Можем. — коротко раздалось в ответ. Евгения едва сдерживала себя, чтобы не сказать о том, насколько ей без него паршиво. — Отлично. Тогда сегодня я к тебе заеду. Ты не против? — Давай. — В семь нормально будет? — Отлично. — Я тогда позвоню? — Да. — Ну ладно, до вечера. — Давай. Как только в трубке раздались частые гудки, девушка облегченно выдохнула. Она готова была простить его за то, что случилось вчера, если он сможет нормально объясниться. Глеб был рад. Она дает ему шанс, который он не должен вот так взять и упустить. Потом может быть уже поздно. 18:00 Женя досмотрела первый сезон «Очень Странных Дел». Смотреть дальше уже ничего не хотелось и она решила позвонить Ксюше. — Ну как ты, дорогая? — сразу поинтересовалась Вахрушева. — Да нормально. А ты как? — Я-то как всегда супер. Ты лучше расскажи о себе. Как ты себя чувствуешь? Если хочешь, я приеду. — Давай завтра. Через час приедет Глеб. — Ууу, — протянула Ксения, — Что там у вас, мириться собрались? — Да не то, чтобы мириться. Просто он хочет объясниться, а я решила его выслушать. — Даа, подруга, любит он тебя. — Это еще не факт. — ответила Евгения, которая все же улыбнулась. — А я тебе говорю, точно. Потом расскажешь мне все? — Конечно. — заверила Женя, рассмеявшись. — Ладно, мне на массаж нужно ехать. Позвони сегодня. — Хорошо. — пообещала Арсеньева и сбросила вызов. Девушка решила зайти в инстаграм. Уведомлений было очень много. Женя начала читать комментарии под своими фото. Многие девушки, по никам которых было ясно, что они фанатеют от Глеба, писали, что ненавидят ее и что она не достойна такого идеала, как Фараон. Но вовсе не это задело девушку. Вовсе не от этого ее глаза увлажнились от слез, а телефон упал на диван. Это был комментарий, оставленный пользователем Coldsiemens. «Угомонитесь. Какая она мне пара? Это просто недоразумение, вот и все. Оно уже разрешилось.» Внутри все оборвалось. В эту секунду девушке показалось, будто она умрет, потому, что сердце грозилось разорваться от боли. А Глеб тем временем уже купил вино и шоколад и ехал в сторону ее дома в приподнятом настроении. Он позвонил в дверь. Девушка открыла ему почти сразу же. — Входи. — радушно сказала она, пропуская парня внутрь. Глеб снял олдскулы и пошел вслед за Женей на кухню. — Чаю? — спросила она. — Я вообще вино взял. — растерянно сказал Голубин. — Чай как-то больше располагает на откровенный разговор, как по мне. А вообще, пить сегодня нет настроения. Ага, конечно. Как раз наоборот, хреново настолько, что хочется ужраться в говно, или обдолбаться чем-то, лишь бы только не болело так внутри, не рвало грудную клетку. Но только не с ним. Евгения, зная себя, была уверена в том, что внутри забушуют чувства и она простит его за все. — Ладно, делай чай. — Глеб достал шоколад и разломал его. — Я могу быть уверена в том, что ты со мной будешь предельно откровенен? — поинтересовалась Женя, сидя напротив парня и глядя ему в глаза. — Да. Я обещаю. — уверенно ответил Глеб. — Хорошо. Я тебя слушаю. — В общем, вчера я перегнул палку… — начал Голубин. — Перегнул? Тебе не кажется, что ты вообще нес бред? — не выдержала девушка. — Не совсем бред. То есть, вчера я напился, у меня что-то щелкнуло, и я вспомнил, как одна уже ушла от меня к другу моему. Они поначалу тоже просто хорошо общались. Я побоялся, что потеряю тебя. — Что? Этот цирк был из-за того, что я поговорила с Даней? — опешила Арсеньева. — Ты мне настолько не доверяешь? Знаешь, если бы мне нравился Даниил, я бы давно уже с ним была. Но, как видишь, я по сей день хочу быть с тобой. Даже после того, что ты наговорил мне. И не только мне. Даже после того, что ты назвал меня недоразумением. — Это я тоже могу объяснить. После того, как кто-то слил фото, на котором мы целуемся в магазине, мне начали приходить письма в директ с угрозами в твою сторону. Я это написал, чтобы тебя защитить. Пойми, я смогу быть рядом 24/7, а я боюсь за тебя. — Господи, Глеб… Ты не мог просто взять и сказать мне все это сразу? — Женя схватилась рукой за голову. — Я не знал, как ты отреагируешь. Я растерялся. Потому, что тебя легко ранить, а этого я боялся больше всего. — Что ж, молодец. Ты все-таки этого добился. — в глазах девушки выступили слезы. — Жень, прости… — Голубин положил свою руку на ее руку, но Арсеньева тут же резко отдернула свою. — Нет, Глеб. Не трогай меня. — у нее начиналась истерика. — Не нужно больше. Не прикасайся ко мне, иначе все просто рухнет окончательно. — Ты меня не простишь? — спросил он, глядя в ее глаза. Имевшие по обыкновению теплый цвет с медовым отливом, они теперь стали темными, как черный шоколад. — Знаешь, тебе просто нужно найти девушку, с которой не будет столько проблем. Певичку какую-нибудь, или модель, чтобы она была с охраной и ей не угрожали твои фанатки. Такую, с которой тебе будет не стыдно находиться в своих кругах. Ровню тебе, а не простое недоразумение, вроде меня. — Значит, так ты считаешь. А почему ты решаешь за меня, с кем я должен быть? — А почему ты решил за меня, что я не справлюсь сама с этим хейтом, что я не пойму тебя и твое беспокойство? — Женя не осталась в долгу. Каждое слово давалось ей с трудом из-за кома, подступившего к горлу и всхлипов, рвущихся наружу. — Ну, раз мы друг друга не понимаем, может тогда нам действительно лучше больше не встречаться? — наконец сказал Глеб. Девушка ничего не ответила. Лишь только когда он ушел и захлопнул входную дверь, она уронила голову на стол и зарыдала. Прошло два с половиной часа. Ксения обрывала телефон подруги, но потом перестала, решив, что они просто заняты примирением. Но что-то подсказывало ей, какое-то внутренне чутье, что что-то там не чисто. Она набрала номер Глеба, но тот тоже не отвечал. Женя перезвонила сама, через час. — Давай поедем и напьемся. — сходу сказала девушка. — Что случилось? — Ничего особенного. Мы всего лишь окончательно разошлись. — говоря эти слова, Евгения горько усмехнулась и размазала новую слезу по щеке. — Я сейчас приеду! — воскликнула Ксения и быстро начала собираться на выход. Дверь брюнетке открыла ее подруга. Бледное лицо, красные глаза. Картина пугающая. — Хорошо, хоть с собой ничего не натворила. — констатировала девушка вслух, входя в небольшую прихожую. — Я что, на дуру похожа? — парировала Женя, наблюдая за тем, как Ксения снимает свои туфли на каблуке. — У меня есть вино. И ты сейчас мне расскажешь, что стряслось. — тоном, не терпящим возражений, произнесла Вахрушева. — Как скажешь. — Так, давай по порядку. — попросила она, сидя за столом. Женя пересказала недавние события, после чего почти залпом осушила бокал красного полусухого. — То есть, как, вы совсем-совсем порвали? — с грустью в голосе спросила Ксю. — Да. И я не хочу сидеть дома и зацикливаться на этом. Я хочу поехать в клуб и напиться. — Эк тебя понесло. — Ксения внимательно посмотрела на подругу, — Ну ладно, сейчас поедем с тобой в «Сохо». — Урааа. — обрадовалась Евгения, будучи уже на подпытку. — Я пойду оденусь. После того, как девушка собралась, подруги на машинке Вахрушевой поехали в сторону клуба. 23:00 Глеб сидит за вип-столиком, лениво положив руку на талию какой-то пьяной девицы, которая увлеченно щебечет ему что-то на ухо. Напротив них расположился Грязный Морти со своей девушкой Анжелой. Всем было весело. Кроме него. Тем временем, Женя и Ксюша уже вошли в раж и танцевали под громыхающую песню Элджея, которую заказала Арсеньева. — Иии яяя холодный, как лимонад, никтооо в этом не виновааат. — подпевает девушка, совершая какие-то странные движения, которые она считает чем-то вроде танцев. Но и такое вполне сойдет, когда ты пьян и накурен. — Кстати, о лимонаде! — прокричала ей на ухо Ксю. — Я бы сейчас попила чего-то, но точно не лимонада! — Я с тобой, но только после того, как закончится песня. — проорала ей в ответ Женя. Девушки продолжили танцевать и смеяться. Девушка, назвавшаяся Юлей, что-то шепнула на ухо Глебу, а затем поднялась и повела парня за руку. Заметив это, Славик одобрительно улыбнулся другу. — Я хочу в туалет. — сказала Евгения подруге, когда они уже собрались идти на бар. –Закажи пока и на меня, а я сейчас подойду. — Хорошо. Девушка, покачиваясь, пошла в сторону уборной. Дойдя до кабинки, она потянула дверь на себя и ахнула от удивления. Глеб быстро натянул обратно свои джинсы, а вот его спутница наоборот была возмущена. — Ты кто такая? — спросила она Женю. — Я? Ха, я всего лишь маленькое недоразумение. — девушка нервно рассмеялась. — Но это не важно. А вы запомните, что нужно закрываться. Арсеньева уже развернулась, чтобы достойно уйти, когда услышала неуверенное: «Женя, подожди» — О, нет-нет, я не буду вам мешать. Приятного вечера. — сказала девушка и захлопнула белую дверь. Евгения вышла из туалета и пошла искать бар. Проталкиваясь через густую толпу танцующих людей, девушка почти дошла до бара, когда в ее глазах резко потемнело. Открыла их она уже утром, как она поняла по яркому дневному свету, который бил в глаза сквозь неплотно задернутые шторы. «Кстати, знакомые какие-то шторы.» — подумалось Жене. Девушка почувствовала что-то неладное, чувствуя, что узнает обстановку спальни, в которой она находится. С трудом повернув кружащуюся голову в сторону, она увидела рядом с собой мирно сопящего парня. — Какого хера?! — громко воскликнула Арсеньева, мигом подскочив на постели.