Продаю. Покупаю.

      Юнги после пар срывается сразу же домой. Там он долго метается по квартире, совершенно не понимая, что же произошло. Как же так получилось, что мальчишку избили за связь с одним из преподавателей. Мин точно никому не рассказывал о том, что произошло между ним и Паком. Юнги ведь не идиот, это и его бы в грязь с головой окунуло и мальчишку. Но тогда как…       Мужчина зло швыряет в стену собственные тетради с лекциями, а после кричит, отчаянно, без надежды на понимание ситуации. Неужели мальчишка переспал с кем-то еще? Он ведь был с ним довольно откровенен, почти не стеснялся. Тогда Мин счел это шоком от происходящего, но ведь объявление висело на сайте целый день, мало ли, кто еще им заинтересовался. Сейчас никто не афиширует свои нестандартные предпочтения. Маленькая шлюшка, а ведь Мин действительно поверил Чимину, поверил и хотел помочь. А вышло все совсем не так, как предполагал мужчина.       Ближе к полуночи Юнги звонит коллега — Ким Сокджин. Джин устало выдыхает в трубку, а после произносит:       — Хочешь, расскажу, что сегодня произошло после того, как ты ушел? — мужчина на том конце провода говорит крайне устало. Юнги даже представляет, как его коллега сейчас сидит с дочкой на руках, тихо напевая ей и иногда прерываясь на короткие реплики в мобильник. И действительно, в динамике слышно, как Джин тихо мурлычет своей малышке колыбельную.       — Это твой студент, Ким Тэхен. Девчонке из потока случайно проболтался, — Ким снова прерывается, тихо напевая, — извини, я, как обычно, укладываю дочь.       Юнги внимательно слушает, ему очень хочется поторопить коллегу, заставить выдать все на одном дыхании, но воспитание мешает. Джин мог вообще ничего не сообщать Мину, а просто дождаться утра, когда на совещании узнали бы все.       — Так вот, Тэхен отчисляется из университета, по словам студента, из-за преподавателя, что на него надавил. Правда, кто это был, он так и не сказал. Зато сообщил, что с этим преподавателем спит Пак Чимин, и, чтобы отомстить, Ким избивает своего одногруппника. Какая-то дешевая драма. Учитывая, что Чимин мальчишка, то спал он с кем-то из нашего женского состава, но никто из тех, кто еще может жить половой жизнью, в их группе не преподает. Хотя, кто знает, что там у них произошло.       Малышка на руках Джина уснула, это Юнги понял по тому, как Джин стал говорить. Голос коллеги стал значительно ласковее и тише. Вряд ли он старался для Мина.       Юнги сглатывает, прикрывая глаза, уже почти не слушая товарища. В его голове стучат слова о том, что Тэхен сделал это с Чимином из мести. Мальчишку сильно избили и еще неизвестно как изуродовали. А во всем виноват всего один дурной натурал, что решил на старости лет попробовать что-то новое, изменить свою жизнь. Чертов идиот! Как же он виноват!       Но в голове все еще остается один вопрос: как же Ким узнал о том, что между ним и Чимином что-то было? Как же они себя выдали?       Мин не решается прийти в больницу. Он долго звонит анонимно, уточняет, сколько мальчишке нужно на лечение и чем еще можно помочь, но просьбы прийти игнорирует. Не может мужчина вот так просто появится, учитывая, что из-за него пережил Чимин.       Увидеть мальчишку хочется безумно. Он был таким искренним, честным. И вот к чему все это привело. Надо было сразу выключить телефон и просто никому не звонить. Что за дурость, купить девственность у явного ребенка?       Юнги плохо спит, постоянно видит один и тот же сон: Чимин лежит на траве без сознания, его тело в крови, а Тэхен с улыбкой смотрит в глаза мужчине и каждый раз произносит одно и то же:       — Трус, ты никогда не сможешь быть собой.       А Мин просыпается, крупно дрожит, чувствуя, как пот бежит по спине. Совесть? Ответственность? Желание снова увидеть мальчишку? Что толкает его каждый раз делать анонимные переводы на лечение, звонить в больницу, но так и не появится там?       На визит профессор решается только тогда, когда медсестра сообщает, что полиция больше не дежурит около палаты, мальчишка постоянно спит, очень плохо ест. Юнги уже не ждет часов посещения, он просто спешит сначала в больницу, потом платит сестре за то, что никто не войдет в палату в течение получаса, а та кивает и лишь уточняет:       — Так он из-за вас?       Мин качает головой и тут же пожимает плечами:       — Наверное. Вероятно…       Горло неприятно щиплет, а ком никак не хочет проваливаться дальше. Мужчина подходит совсем близко, он видит, как дрожат ресницы спящего Пака. Это вызывает улыбку и тут же чувство вины: если бы не Юнги… Если бы он не позвонил тогда…       Чимин почти не помнит ничего, кроме парочки эпизодов со злыми глазами Тэхена и его членом в своем рту. Это бы он как раз предпочел забыть, но память решает иначе. Поэтому мальчишка лежит в палате и долго не решается начать спрашивать о том, какие же травмы он получил, было ли продолжение у его унижений. Но медсестра — милая девушка, с улыбкой сообщает, что у Пака сломана пара ребер, что не смертельно. Ну да, множественные ушибы, синяки и ссадины, но до свадьбы заживет.       Чимин тихо смеется, но есть совсем не может. Кусок в горло не лезет от воспоминаний, как Ким пихал в это самое горло свой член.       Дни летят друг за другом слишком быстро. Иногда Чимин с каким-то трепетом уточняет, не приходил ли кто к нему, пока он спал. Но девушка каждый раз качает головой и гладит мальчишку по волосам:       — Он обязательно придет, просто еще не время.       Пак усмехается, а что ему еще делать? Ведь он прекрасно понимает, что профессор Мин не идиот, не станет из-за разовой шлюхи рисковать своей карьерой, а уж тем более положением в обществе. Ждать его так же бессмысленно, как летом носить коньки. Ни единого шанса, что они пригодятся.       И только спустя неделю, Чимин просыпается голодным, желудок недовольно воет, а девушка рядом особенно мягко улыбается.       — Ты странный, если выбрал его, — тихо произносит она, теребя пальцами край одеяла, которым укрыт ее пациент. Пак смотрит на нее с каким-то странным ощущением, что что-то изменилось в ней за то время, пока он спал.       — Кого я выбрал? — уточняет парень и лишь тогда понимает, что имеет в виду сестра.       Глаза Чимина тут же загораются, но слова больше не складываются в предложения.       — Он приходил. Мужчина лет шестнадцати на вид, но чувствуется, что ему около тридцати. Здравый взгляд, уверенная улыбка. Думаю, ему очень жаль, что с тобой приключилась беда.       — Он что-то передал? — наконец выжимает из себя Пак, ожидая ответа, но медсестра протягивает парню чек и оставляет пакет с фруктами на столе. Вот и все. Больше ничего. Ничего не осталось ни у Чимина, ни у Юнги.       Медсестра замирает в дверях и долго молчит, а после все же добавляет:       — Думаю, ваши пути должны разойтись.       Чимин кивает, доставая яблоко из пакета. Да, пути их должны разойтись. Хочет мальчишка или нет, его не ждут ни в университете, ни в собственной квартире, не уж тем более в доме Юнги. Его никто нигде не ждет. И это намек на то, что пора бы идти вперед. Хочется или не очень. Выбора другого быть не может.       — Купи мне, пожалуйста, новый телефон.       — Конечно.       Сестра уходит, легко улыбнувшись, но даже в ее взгляде было это сочувствие, которое сейчас Чимин ненавидел, как и весь мир вокруг. Но как бы там не получилось, пора собирать свои вещи, выписываться и покупать билет на самолет. Где-то совершенно точно есть место и для того брошенного всеми мальчишки. Просто нужно еще немного поискать и все получится, только еще немного усилий.