Catwalk

— Пять минут до выхода! — слышится голос координатора. За кулисами подиума просто бешеный переполох. Кто-то натягивает на кого-то в спешке блейзер, слышатся звуки застёгивающихся молний, раздаётся шорох лёгких платьев, мужчинам затягивают галстуки, визажисты кружат вокруг моделей, добавляя последние штрихи на их «идеальные лица». — Минута! Слышно вступительную музыку. Чередуясь, встают в длинную цепочку высокие худощавые мужчины и женщины. Концепт — «деловая страсть». — Первый пошёл! Толпы журналистов, богатая публика, блогеры, аристократы, музыканты, ведущие мировые стилисты… Сотни взглядов обращены на модель. Но он ни на кого не обращает внимания. Есть только ОН и подиум. Любая вещь, которая оказывается на теле этой модели, разойдётся потом тысячами заявок о заказе. Все хотят то, что носит ОН. Все хотят то, что ОН рекламирует. Изящный поворот, уверенный взгляд навстречу бесчисленному количеству вспышек. Любовь к сцене тянется с самого детства. Восхищение модой передалось от мамы. От отца — характер. Высокомерный. Самовлюблённый. Неповторимый. Ким Тэхён. *** — В чём причина выбора данной вакансии? — Мне порекомендовал знакомый. — Какие качества вы цените в себе больше всего? — Пунктуальность. Сосредоточенность. Серьёзность. — Нам вас тоже порекомендовали, но…вы же понимаете, что придётся терпеть достаточно неординарную личность? — Зарплата окупит все потраченные нервы, — холодный отточенный голос. — Думаю, вы нам подходите, — пожимают руки. Парень в тёмной полосатой футболке и тёмных джинсах выходит из отдела по набору кадров. Сегодня ему предстоит встреча с тем, на кого он будет работать. Встреча назначена сразу после модного показа. Хосок появляется точно в назначенное время. Он пытается вычислить среди бесчисленного числа моделей того, кто ему нужен. «Тэхён», — держит имя искомого человека Хосок в голове. Решает спросить у координатора. Двигается к нему, но его тут же слегка отталкивают с пути, чуть ли не в лицо пихают пиджак, проходя мимо. — ДИКАЯ НЕОРГАНИЗОВАННОСТЬ! — недовольно кричит парень, пихнувший предмет гардероба, — Я ПРОСТО В ШОКЕ! «Тэхён», — узнаёт его Хосок. Он следует за ноющим по коридору, заходит в гримёрку, пытается вставить хоть слово, но из-за нытья не получается ничего сказать. Они оказываются в гримёрке одни. — НУ ЧТО ЭТО ЗА ИДИОТИЗМ. ДЕШЁВЫЙ ПОКАЗ. НИКОГДА БОЛЬШЕ НЕ БУДУ ПРИНИМАТЬ УЧАСТИЯ В ПОДОБНЫХ МЕРОПРИЯТИЯХ, — бурчит под нос Ким, стягивая с себя рубаху и откидывая её назад, прямо на голову Чону. И вот когда он начинает расстёгивать ремень, Хосок решает, что нужно всё же дать о себе знать. — Извините, — говорит он, покашляв, и немного округляет глаза, когда видит реакцию модели. Тот в ужасе оборачивается назад, подскакивает от неожиданности на месте и падает на пол, прикрывая свою грудь руками, словно бы это была какая-нибудь невинная девица. — ТЫ КТО ТАКОЙ, ЧЁРТОВ ТУПИЦА! ФАНАТАМ НЕЛЬЗЯ В ГРИМЁРКУ, УХОДИ БЛЯ, СЕЙЧАС ЖЕ! Я ПОЗОВУ ОХРАНУ! Чон невозмутимо смотрит на Кима, раскрывает ладони, выбрасывая рубаху и пиджак на пол, и обходит злую модель, устраиваясь за столиком в углу гримёрки. Достаёт блокнот, делает какие-то пометки. — У вас ужин в даунтауне сегодня в пять. Нужно успеть. — ДА ТЫ КТО БЛЯТЬ ТАКОЙ ГРЁБАНЫЙ ПАРШИ… — Хосок. Чон Хосок. Ваш новый менеджер. — Что? — Ужин в пять. Вам стоит поторопиться. — У тебя есть манеры? — встаёт вдруг бойко Тэхён, собираясь начать словесную перепалку, но тут же вспоминает об оголённой груди и прижимает ладошки к соскам, — у меня будет серьёзный разговор с теми, кто позволил тебе получить эту должность! — Хорошо, — спокойно ответил Хосок, не отвлекаясь от блокнота и пытаясь лучше вникнуть в расписание, составленное прежним менеджером. — Ты так и будешь сидеть тут? Я вообще-то переодеваюсь! Взгляд Хосока поднялся на Тэ, осмотрев того с головы до ног, на что модель съёжилась, словно бы он был совершенно обнажённым. Чон также молча обошёл Тэхёна, и вышел из помещения под «НИКАКИХ МАНЕР» Тэхёна. *** Хосок сидит на переднем пассажирском сидении, разговаривая с водителем ДонХваном. Сзади раздаётся резкий хлопок дверью. — Кто-то сегодня не в настроении, шёпотом усмехается ДонХван Хосоку, на что Тэхён кричит: — Ты блять ещё поговори мне тут! Одно моё слово и вылетишь как пробка! — Извините, господин Ким. «Господин Ким?», — подумал Хосок. Мужчина-водитель уже в преклонном возрасте, и на все эти ругательства всё, что он ответил, было «извините, господин Ким»? Чон в очередной раз мысленно убедился в том, что всё рассказанное про характер модели — не выдумка. Тут все носились с ним как с королём. Даже отдельную гримёрку выделили на показе… «Слишком заносчивый». Когда Тэхён выходит из машины, то стучится в окошко, где сидит Хосок. Стекло опускается. — Ты… Как там тебя… — Хосок. — Плевать. У меня запланировано ещё что-нибудь на сегодня? — Ничего. — Вот и проваливайте, чтобы я вас сегодня не видел. Чон с мистером ДонХваном переглянулись и, не проронив ни слова, втопили, уезжая подальше от избалованной модели. *** — Почему вы терпите такое его поведение? — спрашивает Чон, когда они с водителем отправляются в местную забегаловку выпить соджу. — Я работаю на их семью вот уже пятнадцать лет. Они — хорошие люди. Но мне всегда его было жалко. Знаешь, Хосок, когда родители слишком богаты, им бывает не до ребёнка. Его характер — защитная реакция на сложности жизни. — Отвратительная реакция, скажу я вам. — Согласен, но попытайся понять его. Тебе ведь только и нужно, что формировать его расписание и сопровождать на мероприятиях, чтобы этот ребёнок не сбился в своём бешеном мире моды с пути. — Только-то, — усмехнулся Хосок, и они выпили по стакану горького напитка. *** — Нет, ну я сходил на маникюр, но этот мастер… зря я его сменил. Предыдущий лучше справлялся с моей нежной кутикулой. А от этого одни проблемы, честное слово. Даже закровоточило, представляешь? Я сказал, что одно моё слово, и его мигом вышвырнут… Ага-ага, и не говори. И, пока Ким расхаживал в пушистых тапочках в одном халате и с полотенцем на голове, в дверь позвонили. — Ой, сейчас, Антуан, подожди, кто-то врывается в мою уютную норку. На пороге огромной двухэтажной норки стоял Хосок. — Это ты? — скорчил Тэхён лицо, словно бы увидел что-то мерзкое, а потом просто ушёл куда-то вглубь дома, продолжив болтать по телефону. Чон закрыл за собой дверь, разулся и прошёл в гостиную, там обнаружил стол и начал работу над расписанием. Вдруг к его ногам примостилась белоснежная кошка. Она тихо урчала, а затем и вовсе запрыгнула Хосоку на колени. Он поглаживал её по спинке, чесал за ушком, проводил пальцем по влажному носику. Их прервал неожиданный крик со стороны дверей: — НЕ ТРОГАЙ! ОН ЖЕ БЛОХАСТЫЙ! — шлёпая тапочками по паркету, Тэхён подбежал к дивану, а Хосок оторвал ладони от мягкой шёрстки бедного животного. Ким выхватил кошку, поднял её на уровень своих глаз и, посмотрев ей прямо в глаза, сказал: — Элизабэт, он же может быть блохастым. Почему ты позволяешь ему трогать себя? Не смей больше к нему приближаться. Бегом в ванную! Тебя нужно выкупать! Губы Хосока вытянулись в одну тонкую прямую линию от злости. Тэхён, поймав на себе тяжёлый взгляд менеджера, тут же добавил: — Ну м-мало ли… всякое бывает.