Мое сердце

Мы не знали друг друга до этого лета Мы болтались по свету - земле и воде И совершенно случайно мы взяли билеты На соседние кресла на большой высоте

Так уж получилось, что Антон никуда не собирался лететь. Самолеты – это вообще не его. Нет, он не боится высоты, но ему становится не по себе от мысли, что его жизнь может оборваться из-за ошибки одного человека. Он терпеть не может зависеть от кого бы то ни было. Как кошка, Антон сам по себе. Однако до Москвы из Новосибирска так просто не добраться, а если и добраться, то на это уйдет дня три, которых у Шаста нет, так что выбирать не приходится. Шастун просто молится, что полет пройдет удачно, и совершенно не обращает внимания на мужчину в соседнем кресле, который кидает на него заинтересованные взгляды. Арсений, наоборот, в самолетах как рыба в воде – чувствует себя уверенно и непринужденно. Как будто это его стихия. Попову и правда нравится летать, поэтому он старается как можно больше путешествовать по миру – передвигаться с места на место быстро и на таких вот железных птицах – чем не веселье? Он просто ловит кайф от всего: от разгона самолета на шоссе, от самого взлета, от аромата дешевого кофе, который разносят стюардессы, даже от соседей. Особенно от соседа справа. Он не видит его лица полностью, но за пятьдесят минут полета успевает залипнуть на его профиль, набраться смелости и наконец сказать: - Молодой человек, если вы так боитесь летать, можете взять меня за руку, я вас успокою, - сказать и рассмеяться, переведя все в шутку. Однако Арсений не ожидал, что его сосед спустя десять минут, стакан чая и небольшой разговор ни о чем все же вложит свою ладонь в его и сожмет его пальцы своими длинными пальцами. В этот момент в душе Арсения что-то переворачивается с ног на голову.

И мое сердце остановилось Мое сердце замерло Мое сердце остановилось Мое сердце замерло

Когда Антон поворачивается к нему лицом, Арсений понимает, что этот парень совсем скоро будет его. Понимает так просто и четко, что никаких сомнений не остается. С огромным трудом он заставляет себя молчать, не выкладывать все сразу новому знакомому, потому что кто же так делает – признается в любви мужчине спустя полчаса знакомства? И хоть Антону деваться некуда, – он никак не сможет встать, открыть аварийный выход и сделать шаг в пустоту, в безграничное небо – Арсений думает, что ему бы сейчас не помешало встать и выйти в окно. По крайней мере, ему уже кажется, что он падает, падает в пропасть, откуда не выбраться. Одновременно он чувствует себя таким глупым, но таким счастливым, что ему страшно за свое душевное здоровье. Антон оказывается не только интересным собеседником, но и замечательным человеком. По крайней мере, так кажется Попову. Ему не терпится узнать об Антоне все-все, однако полет длится так мало, что Арс жалеет, что не познакомился с Шастуном в первую же минуту, как тот сел около него. Он берет у него номер телефона и все странички во всех соцсетях, чтобы уж точно не потерять человека, к которому чувствует притяжение. И пока они еще находятся в соседних друг от друга креслах, Арс ловит кайф от Антона. Наслаждается его обществом, как может, потому что понимает, что в следующий раз они увидятся (если вообще когда-нибудь увидятся) нескоро: он улетит в родной Петербург, а сам Шаст через пару дней вернется в Воронеж. Что ж, это Арс может принять. Не хочет, но придется. Он уже все равно умер: его сердце остановилось от обаяния Антона.

И ровно тысячу лет мы просыпаемся вместе Даже если уснули в разных местах Мы идем ставить кофе под Элвиса Пресли Кофе сбежал про Propellerheads, ах

- Надеюсь, сегодня ты не проспал? – голос Арсения доносится раньше, чем доходит его изображение, и Антон проклинает медленный интернет в своей двушке, потому что, черт возьми, он мешает ему увидеть уже ставшее родным лицо. - Сегодня нет, я герой? – смеется Шастун, улыбаясь Арсению, которого наконец видно на экране его мобильного телефона. Попов улыбается в ответ. – Я просто не мог проспать, ты же меня разбудил, ну, посмотри на меня, я же не одет еще, - Антон разводит руки в стороны и поворачивает фронтальную камеру своего смартфона таким образом, чтобы Арсений увидел: Антон действительно не одет. Он невольно облизывает губы, представляя, как бы каждое утро отбирал у Шастуна одежду, лишь бы тот не надевал ее никогда. Ему и так идет, особенно если таким его будет видеть только Арс. - Так чего ты ждешь? Бегом одеваться, а то стендап сам себя не покажет, - конечно же, Арс пока не может высказать свои не очень приличные мысли вслух, потому что, ну, они не вместе, пока не вместе, и Арсению приходится говорить то, чего говорить ему не хочется. А что сказать как раз-таки хочется, сказать он не может. Однако время идет, меняется отношение Антона к Арсению, и Попову необходимо только запастись терпением чуть больше, чтобы не испортить все. Как он решил в день их знакомства - Антон будет его. Однако надо подождать. - Я бегу… и кофе бежит, ой черт! Я отключаюсь, Арс, позвоню тебе после выступления, - Антон отключается и идет спасать плиту от будущей жесткой влажной уборки и себя самого от этой самой уборки. Как будто у него больше дел нет, кроме как мыть плиту. Например, он может позвонить Арсению и провести за разговором с ним три часа, потому что они давно нормально не общались. Или же вообще купить билеты и приехать к нему в гости, потому что они с Арсом после их знакомства не виделись. Антон считает, что это очень и очень плохо.

И мое сердце остановилось Мое сердце замерло Мое сердце остановилось Мое сердце замерло

Антону кажется, что его сердце сейчас остановится от страха. Он-таки поддался своим желаниям и купил билет на самолет до Санкт-Петербурга. Он купил билет. На самолет. До Санкт-Петербурга. И не сообщил об этом Арсению. Антон прокручивает в голове это предложение и не знает, чего бояться больше – очередного перелета или же реакции Попова на его действия. Будет ли он рад, увидев на пороге Антона? Сам же Шастун не собирается рассказывать ему о своем возможно глупом поступке, желая сделать родному человеку сюрприз. Однако будет ли он счастлив снова увидеть Антона, как сам Антон будет счастлив увидеть Арса? А если он не собирается больше никогда с ним видеться, а Антон раз – и снова появится в его жизни, как Попов отреагирует? Хотя нет, эти мысли глупые. Если бы он не хотел больше знать Шаста, к чему многочасовые переписки и телефонные разговоры про все на свете? За полгода знакомства они стали друг для друга дорогими людьми, о чем каждый из них не побоялся признаться. Антону было по-странному легко признаться самому себе, что он влюбился в Арсения. Влюбился как мальчишка, влюбился по-настоящему. Именно желанием наконец обнять объект своей любви Антон мотивирует свой импульсивный поступок, однако в то же время весь внутренне сжимается от картинки, в которой Арс, вопреки его ожиданиям, отталкивает его и закрывает перед его лицом дверь. Нет, такого наверняка не будет – вот так убеждает себя Антон, сжимая подлокотники кресла в самолете. Кресло слева от него пустует, и Антон думает, что это неспроста. Место Арсения в его сердце и воспоминаниях уже никто не займет, и это не так уж и плохо, как могло сначала показаться Шасту. В самых противоречивых мыслях и в прокручивании вариантов развития событий Антон не замечает, как пролетает время, и его самолет уже садится в Пулково.

И может быть ты не стала звездой в Голливуде Не выходишь на подиум в нижнем белье У тебя не берут автографы люди И поешь ты чуть тише, чем Монсеррат Кабалье Ну и я, слава Богу, ни Рикки ни Мартин Не выдвигался на Оскар Французам не забивал Моим именем не назван город на карте, Но задернуты шторы и разложен диван

За окном будний день, и во второй столице России кипит жизнь, однако и Арсению, и Антону наплевать на чужую жизнь. Для них сейчас, лежащих на диване и упоенно целующих друг друга, важна только их, их общая насыщенная жизнь. Для них важны только они одни, и больше никто. Плевать на всех, плевать на мнения, они любят друг друга и понимают это в полной мере только сейчас. От этого ощущения щекотно где-то в районе груди, в районе сердце, которое то останавливается, то скачет как бешеное. Пульс зашкаливает, а шум в ушах заглушает тихие чужие стоны. Арсений действительно был рад увидеть Шастуна, который импульсивно прилетел к нему, не пожалев ни времени, ни денег. Дотронуться, коснуться. Обнять и также импульсивно, как Антон прилетел к нему, поцеловать. Еще пару дней – и Арсений бы сам прилетел к Шасту, так сильно он хотел снова увидеть его. Встретить, чтобы больше не отпускать. Шастун оказывается смелее, чем он, и это даже удивительно, однако Арс понимает, что да, все правильно. Первый шаг сделал Антон, но именно от него зависит, каким шагом будет второй шаг. И Арс делает первое, что приходит ему на ум: обхватывает лицо Антона двумя ладонями, стремительно приближается к нему и чувственно целует.

И мое сердце остановилось Мое сердце замерло Мое сердце остановилось Мое сердце замерло

Все на своих местах. Теперь все так, как должно было быть еще полгода назад, как только они познакомились. Арсений обнимает Антона, бережно держа его в своих руках, чуть возвышаясь над Антоном. Они оба лежат на диване и целуются, словно наверстывают те полгода, что их разделяло расстояние. Антон крепче прижимается к Арсу и обхватывает его руками за шею, продолжая упоенно целовать, и Арс опрокидывает Антона на спину и наконец опускается на него сверху, удобно устраиваясь между его ног. Все происходящее между ними настолько волнительно, насколько и желанно. Желанно, как они друг для друга. От одежды они оба избавляются очень быстро, и вот уже поцелуи становятся горячее, безумнее, а руки глядят везде, до куда дотягиваются. Рука Арса первой проникает под белье и начинает двигаться вверх-вниз, пока сам Попов переключается с губ Антона на его плечи, шею, ключицы. Антон так доверчиво подставляется, так соблазнительно выгибается под Арсом, тем самым прижимаясь к нему ближе, что Арс не выдерживает и почти что рычит, ускоряя движения. Антон теряется в ощущениях, ему не было так хорошо никогда и ни с кем, и в тот момент, когда он чуть приходит в себя и также кладет свою ладонь на твердый член Арса, понимает: это все потому, что он делает это с любимым человеком. Раньше бы он посмеялся над тем, кто сказал бы ему, что он полюбит человека, которого, по сути, видит второй раз в своей жизни, но они за эти шесть месяцев стали друг другу настолько близкими людьми, что встреча – лишь повод коснуться, повод держать друг друга в объятьях, повод обнять и никогда не отпускать. От белья избавляются быстро; Антон двигает рукой вверх-вниз, отзеркаливая движения Арса. Большего пока не хотелось, сейчас было важно утолить голод друг по другу, подкормить зверя, который требовал свою пару здесь и сейчас. В их распоряжении все время мира, так что к чему-то большему они могут прийти попозже. А пока хватит и того, что Арсений берет в руки оба их члена и быстро, но до одури приятно двигает ладонью, заставляя Шаста захлебываться в стонах. Арсений кончает на секунду раньше Антона, однако оргазм, один на двоих, затапливает настолько сильно, что они одновременно выдыхают и проваливаются в приятную дрему, после которой лениво шевелить даже пальцами. Сил хватает только на то, чтобы удобнее устроиться на узком диване и прижаться друг к другу так крепко, что никакая сила не заставит их оторваться друг от друга.

Я наяву вижу то, что многим даже не снилось Не являлось под кайфом, Не стучалось в стекло Мое сердце остановилось Отдышалось немного И снова пошло

Арсений считает, что картина, в которой Шастун готовит для него завтрак, никогда не станет для него привычной. Как можно привыкнуть к тому, что любимый человек принял предложение съехаться и теперь делает каждое его утро самым великолепным утром в его жизни? И не только утро, но и день, когда они могли забить на все дела и остаться дома вдвоем, валясь на диване и болтая обо всем, что приходит на ум, и ночь, когда Арс ловит сладкие стоны Антона под ним, когда тот чувствует особенно глубокий толчок внутри себя. Антон теперь рядом с ним, и Арсений думает, что он самый счастливый человек на свете. Он ловит все движения Антона, все его действия взглядом, и не может насытиться увиденным. Его потрясающий парень настолько завораживает его, что все вокруг кажется таким мелким, таким неважным, потому что теперь для Арсения важно только одно – счастье Антона. Раньше Антон терпеть не мог зависеть от кого бы то ни было, надеясь только на себя. Но после знакомства с Арсением он понял, что зависеть от любимого человека – не так уж и плохо. Главное – идти по жизни вместе. И тогда не страшно ничего.

Мое сердце остановилось Мое сердце замерло Мое сердце остановилось Мое сердце замерло