Наполни меня

      Дайк узнал о трагедии почти сразу.       Сказать, что он чуть умер на месте, когда услышал о происшествии, значит ничего не сказать. Чудо как он телефон смог удержать в руках.       Ему позвонили, еще когда Анокина везли на скорой в больницу, так как номер Дайка был первым в вызовах и самым часто используемым. Дайк тут же бросил все и поехал на названный адрес больницы. Кажется, он забыл запереть оранжерею, да и забрать пальто. Но это сейчас его не волновало. Через минут пятнадцать он уже был в больнице и ждал хоть каких-то новостей, к Анокину не пускали, говорили только успокоиться и подождать.       Дайк не плакал сколько себя помнил, однако сейчас очень хотел бы. Но заплакать – значит сдаться и поверить в худший исход. А Дайк все же был реалистом, или пытался им казаться.       Он попытался успокоиться, пару раз выдохнул и уселся ждать, прикрыв глаза и положив голову на сцепленные руки. Он отдаленно слышал, как приходила мать Анокина, вроде еще братья, даже его однокурсники. Дайк не поднимал голову ни на кого из них, он так и сидел с закрытыми глазами и думал лишь об одном.       “Пожалуйста, пусть он живет!”       Дайк не дышал, когда к ним вышла медсестра и сообщила, что особо серьезных повреждений у Анокина нет, только вот он пока не приходил в сознание, и никто не знает, когда это случится. На ее языке явно звучало “если очнется”, но родственники и друзья Анокина уже спрашивали, можно ли его увидеть. Пока они там нервничали, бурно что-то обсуждали с доктором и всхлипывали, Дайк уже смотрел в никуда, думая о своем.       “Все-таки жив. Слава богу”.       Дайк не знал, что с ним было бы, если бы Анокина сейчас не стало, наверно, он сам перестал бы существовать в то же мгновение. Дальше смерти Анокина для него лежало пустое ничего.       Он все же постарался настроиться на более позитивные мысли. В сознание приходят в любое время, даже из комы выходят. Анокин не похож на того, кто запросто умирает на улице под машиной. Вот Дайк точно бы умер как-нибудь глупо, а Анокину положено жить долго и законопослушно, умерев лишь в старости.       Дайк посмотрел на дверь, за которой скрылись родные Анокина. Он еще успеет его увидеть, все же именно он забирал все внимание блондина последние месяцы, а они его видели куда меньше. Он потерпит, не будет наглеть.       Родственники Анокина решили дежурить возле него по очереди, пока тот не очнется, в долгом часовом ожидании Дайк все же вышел с ними познакомиться и уверил, что он будет здесь все свое время, так что если кто-то не сможет здесь посидеть, он сможет точно.       Обменявшись телефонами, мыслями и надеждами, все просто продолжали ждать, когда Анокин откроет глаза.       Дайку не нужны такие моменты, чтобы внезапно понять, насколько дорог ему человек, он это понимает и так каждый день своей жизни, может, потому, что каждый свой день он сам немного умирал внутри себя, когда изнывал от одиночества и бессонницы. Но именно благодаря Анокину он стал переживать не только моменты смерти, но и жизни; стал понимать, какая она прекрасная и как он хочет быть счастливым, даря счастье другому человеку. Сейчас Дайк скорее понимал, что только научился жить, но реальность такова, что жизнь непредсказуема и в плане смерти.       Дайк просто ждет, он еще успеет подумать о многом, когда будет часами здесь сидеть и смотреть на Анокина. Но он будет терпелив и обязательно дождется его. --------------       Медсестра с подносом в руках аккуратно и тихо заходит в палату.       Здесь вот уже три недели как одна и та же картина: молодой мужчина неподвижно сидит перед кроватью с молодым человеком, попавшим под машину.       Блондин не приходил в сознание с того самого дня. Мужчина по имени Даикири не покидал палату ни на один день. Периодически здесь дежурили родственники или друзья парня, но Даикири их уверил, что будет здесь все время, так что по большей части все положились на него, иногда навещая и проводя в этой палате долгие часы. Странно, но даже медсестра видела, что родные блондина чувствовали себя неловко, когда приходили и видели, какими отрешенными глазами смотрел на них Даикири. Ощущение, будто больному они были никем, а вот этот человек был всем. Или наоборот.       - Даикири, я принесла вам поесть, - девушка прошла в палату и поставила поднос с едой на столик рядом с креслом Дайка.       - Спасибо.       - Лучшей благодарностью будет, если вы поедите на моих глазах, так мне будет спокойнее. Пожалуйста.       Девушке тяжело было смотреть на это исхудалое лицо и скрытые от нее явно безжизненные глаза. Даикири, намеренно или нет, не особо смотрел в глаза своих собеседников. Сейчас он все же послушался и взял в руки чай и бутерброд.       Девушка ласково улыбнулась и молча посмотрела на лежавшего на койке парня.       - Я уверена, что он очнется, он парень молодой и здоровый. Не сомневайтесь.       Дайк повернул к ней голову, посмотрел на удивление ясными глазами и улыбнулся.       - Я знаю.       Медсестра на мгновение даже удивилась, но выдохнула с облегчением и решила, что ей незачем оставаться здесь.       Они не пропадут. --------------       Дайк по-прежнему сидит в кресле перед кроватью Анокина.       Многие думают, что он сошел с ума от горя или похож на умирающего больше, чем Анокин в коме. Ему сочувствуют и не могут долго находиться рядом.       Но Дайк не отчаялся, он просто ждет.       Ему не хочется пропустить то мгновение, когда Анокин откроет глаза. Не имеет значения, сколько ему придется ждать, он дождется. Люди без его присутствия не умрут, квартира и работа никуда не денутся, оранжерея закрыта и ждет их возвращения. Обоих. Так что да, Дайк дождется.       Дайк прикрывает глаза и старается очистить голову от мыслей, которые каждый день пытаются свернуть его мышление не в ту сторону, в отчаяние, чтобы он сдался.       Чтобы заполнить себя чем-то другим, он начинает говорить вслух.       - Знаешь, мы никогда не говорили о моем прошлом или проблемах, что меня мучают ежедневно, - его спокойный голос неожиданно прорезает тишину палаты. - Я вижу, что ты замечаешь все эти моменты в разговорах и хочешь мне помочь, а я не позволяю. Наверно, я несправедливо поступаю по отношению к тебе, ты заслужил самого искреннего и открытого общения. Я постоянно копаюсь в том, что тебя беспокоит, стараюсь узнать о причинах и решить все это, навязывая свою помощь. А сам не позволяю тебе даже узнать, что у меня за ситуация такая.       Дайк замолкает на мгновение и смотрит на лицо Анокина.       - Прости меня. Когда ты очнешься, я обещаю это исправить. Я расскажу тебе то, что знаю, и свои догадки. Это будет честно.       Дайк снова затихает, сцепив руки в замок и уперев их в колени.       Веки Анокина неожиданно дернулись.       Дайк замер и во все глаза уставился на блондина. Неужели у него уже галлюцинации?       Он же не уснул???       Он отчетливо видит, как глаза Анокина очень медленно приоткрываются. Дайк усиленно щиплет себя за руку и в то же время быстро и максимально бесшумно встает, чтобы не спугнуть момент, если он действительно происходит.       Невероятно огромные и красивые сиреневые глаза Анокина смотрят прямо на него.       Дайк очумело хлопает глазами и не может произнести ни звука.       - Дайк… - у Анокина такое лицо, будто он проспал целую вечность, но все равно не выспался и смертельно устал.       - Я здесь, - единственное, что сейчас может сказать Дайк.       - Что произошло?..       - Тебя сбила машина, поэтому ты в больнице.       - Прости… - тихое и печальное.       Дайк в недоумении.       - За что ты просишь прощение? Ты же не виноват.       Анокин не отвечает и просто смотрит в лицо Дайка. И Дайк понимает. Наверно, он выглядит не самым лучшим образом, и Анокин винит себя в этом.       - Не волнуйся об этом, теперь все будет хорошо, - с улыбкой говорит Дайк и аккуратно гладит Анокина по голове.       Тот ему слабо улыбается, соглашаясь. --------------       Через две недели Анокина отпустили из больницы.       Дайк тут же забрал его к себе домой, убеждая, что так полное восстановление пройдет гораздо лучше. На удивление Анокин сопротивлялся не особо сильно.       Все необходимые вещи Анокина были забраны и перенесены за день, потому сейчас блондин раскладывал их в спальне Дайка, а Дайк же готовил ужин.       После того, как они поели, они еще рассматривали каталоги с семенами, обдумывая, что интересного можно вырастить в своей оранжерее.       Когда пришло время сна, Анокин не уходил в спальню, а просто сказал, что хотел бы спать вместе.       Был ли Дайк удивлен? Немного.       После аварии Анокин и Дайк только сблизились, это как когда оказываешься у края пропасти и начинаешь осознавать, как ты ценишь все то, что было рядом, что жизнь слишком коротка, чтобы из-за глупой неловкости упускать важные совместные моменты.       Даже Анокин это понимает.       Раньше он бы засмущался и нашел тысячу оправданий, чтобы ничего не сделать по отношению к Дайку: чтобы ему не мешать, не докучать и так далее. Но сейчас он понимает, что что-то изменилось. Скорее неосознанно. Но если он ничего не сделает сейчас, то будет об этом жалеть и вдруг уже никогда не исправит это.       Потому прямо сейчас они лежат вместе на диване, хотя, может, логичнее было бы уйти на кровать, но спать здесь показалось более правильным.       Они быстро засыпают, чувствуя рядом друг друга.       Теперь точно все будет хорошо.