Как я попала в Атаку Титанов...

РОV терминатор Алина Так как нам нужно было заскочить ещё и в магазин по просьбе Фикуса, то мы шли по самой обычной улице, по самому обычному тротуару Киева. Странно только, что эта местность частично пуста, и кроме припаркованых по бокам машин. Лишь изредка проходит пару тройку человек и все. Все знают маленькое пространство между двумя домами? Так вот, мы шли по тропинке мимо него, в проулке, что очень зря… тихий паф. — Л-леви! Алина, что это?! — Леви внезапно подкосило и он потерял равновесие. Мне стало страшно. Волна мурашек пробежала по спине, а дыханию мешает подступивший ком в горле. — Бляха-муха, у него р-рукав ш-штанины п-п-покраснел, тут дыырочка… И… И идет кровь, Аля… Аля, что делать?! — Уходите и звони в скорую! — скрипнула я, не понимая, что делаю, я заслонила собой друзей. Я встала в стойку «ноги в раскорячку и взгляд „щас всех порежу“». Мне не передаваемо страшно, мои ноги слегка подкосились, но я продолжаю стоять. Я понимаю, что нужно отвлечь внимание врага и застать врасплох непредвиденными атаками, но черт возьми… — Но… — попыталась запротестовать та, и я со всей силы рявкнула: — БЫСТРО! Господи, как же мне отбиться от пуль? Тут расстояния метров десять… Что у меня есть с собой? Да особо ничего! Только ножны с мечом, что только замедляют меня… Стоп. Меч. Я стояла лицом к пространству, и это было больше похоже на часть комнаты, потому что в конце «коридорчика» стояла невысокая стенка, слева лестница, что ведет, как мне кажется, на непрочный второй этажик. Как я поняла, наверное, дома хотели объединить. И как раз там мог сидеть снайпер, но очередной вопрос: зачем? паф. Мне повезло отскочить. Пуля пронеслась прямо около моего уха, моё сердце ушло в пятки с криком «моя остановочка». Чёрт, чего я туплю? У меня при себе холодное оружие, большое и толстое до такой степени, что для того чтобы отбить пули мне придется слегка им помахивать и изредка отскакивать. Но он заметно меня замедляет, и если я оступлюсь, то… паф… пуф… пуф. К чёрту, выбора нет. Тут ровная местность, закрытая, а значит, нас почти никто не услышит и не пострадает, по крайней мере, я надеюсь. Сердце вырывалось из грудной клетки, в груди не хватало воздуха, и кажется, что я сейчас несу ещё один камень, но внутри себя. Руки предательски тряслись, а следом за ним и мой громоздкий меч, что не унесешь в одной ладони. Мне чертовски страшно. Меня одолевают сомнения, «что если»? — К черту. — Снайпер делал промежутки меж выстрелами, делая их внезапными, надеясь на то, что я ослаблю защиту и помру в переулке. Хер вам, я так легко не сдамся. Я же пообещала Леви, что мы выживем, и пообещала себе, что не сдохну как его бывшие соратники. — ХВАТИТ ИГРАТЬ, ПОРА УБИВАТЬ! — рявкнула я во тьму и, не дождавшись ответа, обнажила клинок и как можно быстрее побежала к лестнице. Я специально старалась двигаться как можно быстрее и увиливать как могу, надеясь на то, что обойма скоро кончится, и у меня будет секунд пять чтобы забраться на второй этаж. В шестнадцать лет познать всю горечь войны — адское испытание. Побегать под пулями и наблюдать как твои соратники умирали на твоих руках — повод для самоубийства… Но я живу дальше, понимая, что это судьба. Когда я дерусь, когда вижу лезвие меча и чувствую биение своего сердца — сразу вспоминаю все, что со мной произошло, и становлюсь настоящим Дьяволом наяву. Потому что больше я не допущу былые ошибки — я защищу тех, кто мне дорог. POV Фикус — Алло, скорая?! — мои руки тряслись похлеще чем у нарика, язык заплетался, а горло захлебывалось слюной, мои коленки трясло, а башка отказывалась думать при одном только взгляде на стиснувшего зубы Леви. — Тут раненый, сильное кровотечение, приезжайте как можно быстрее, адрес… Так я позвонила и скорой, и полиции, а сама стала допирать что делать. Ранение в ногу, судя по всему, ни кости, ни вены не задеты, а только мышечная часть, насквозь не прострелено и пуля застряла внутри, а значит, её нужно вытянуть и перевязать раны. В моей сумке был спирт и пинцет (маман маладець) вместо бинта можно взять кусочек майки… — Леви, я прямо сейчас могу вынуть одну пулю и перевязать одну рану, но я не думаю, что у меня получится… — промямлила я и сползла вниз, опираясь о дом. Мы сидели за углом и ждали помощь. Прохладно. Страшно. Больно. — Не надо, — бетонным голосом отрезал Леви и попытался сдвинуться с места куда я его посадила, но лишь выдавил из себя «кгх» и присел обратно. — Чёрт, зачем она туда поперлась? — Я хз, но я очень, очень волнуюсь за неё, — всхлипнула я, — дура, зачем, зачем я её отпустила?! — Не ной, она справится, — цыкнул Леви, разминая шею. — Действительно, чего это я разнервничалась… Ты — ЛГБТ ЛБЧ, она — терминатор в реальной жизни, так чего мне трястись-то? — пораскинув мозгами, задумчиво протянула я, и Леви ничего не оставалось кроме как раздраженно закатить глаза. На месте мне не сиделось, поэтому я выглянула из угла и заорала: — ТЕРМИНАТОР, ДАВАААЙ!!! — Дура, не высовывайся! — меня что-то потянуло за руку, и я упала на пятую точку, и оказалась снова за уголком на холодном асфальте. Я испуганно обернулась. В глазах моего друга мелькнула искра полная переживания, и мне показалось, что он… Испугался за меня. — Да ничо со мной не будет, — пискнула я, и в то место, где я была прилетела пуля, — бляя… — (=.=) — Леви раздраженно цыкнул. — Чо ж у них там прасходет? — по спине пробежали мурашки. — Леви, держись, еще чуть-чуть! РОV Алина. Я снова почувствовала замедление вокруг себя. Чувство неограниченности и полной свободы обуяли тело, мозги от резкого адреналина стали откидывать здравый рассудок и напролом идти к цели. Я.. Не… …Проиграю! Перезарядка, враг перестал стрелять — и это мой шанс. Вставив меч в ножны, я молниеносно забралась на первые три ступеньки, а после и на остальные пять. Я с невероятной скоростью забралась по лесенке, почти не перецепляясь за ржавые лестничные острые комочки. Откинув сомнения и телепающиеся в ногах ножны, я решительно ринулась вперед. Снайпер офигел и стал суетиться, его руки тряслись и были не готовы к очередному выстрелу. Он пытался вставить обойму, но постоянно промазывал, это и сыграло с ним злую шутку. В детстве я боялась быть слабой. Боялась, что не выдержу естественного отбора, что не продержусь в жизни, сопьюсь или покалечусь, это было моим ночным кошмаром. Он преследовал меня повсюду, заставлял поежится при одном лишь упоминании. Я падала, но поднималась, хоть и с трудом, но поднималась. Мне помогали дорогие мне люди, именно они сделали меня такой, какая я есть, и именно они подавали мне руку со словами «Вставай». И ради этих людей я не проиграю. пуф, паф, пуф…