Нет никакого чуда

— Я чувствую сильных слева от меня. С-соня, — Костя тянет букву «с» резинкой между зубов, и от этого голоса щекочет на языке. — На самом деле не завидую её мужу, от неё ничего не скроешь. — Соня оторопело моргает, тут же невольно смущается и тупит взгляд в пол, стараясь, чтобы это не выглядело слишком жалко. Такие слова ей приятны, что уж скрывать. — И очень большую силу чувствую от вас, — Марина благодарно царапает острым взглядом пространство перед собой. Башаров улыбается, скалится по-кошачьи, и его лукавая ухмылка не предвещает ничего хорошего. Он ещё не успел подойти к массивной двери готзала, как половина участников вздыхает, недоумённо переглядываясь. — Твою мать… Цокот каблуков виснет в наполненном свинцом воздухе и прежде, чем тонкая шпилька успевает в последнем шаге царапнуть паркет, воздух взрывается недовольством. Никитин небрежно бросает: — Сюда можно и до пенсии ходить. Он в точности до омерзения повторяет сказанные в запале слова Надежды Шевченко, и Мэрилин хмыкает, понимая, что никто ей не рад. Ожидаемо. Разве что Марат продолжает улыбаться, оглядывая её с ног до головы. Она ему нравится — это знают все. Поднимается ропот, кто-то растерянно переглядывается — её тут не ждали. Кто-то позволяет себе нелестные высказывания — Мэри была к этому готова, поэтому она лишь улыбается, разглядывая своих соперников исподлобья. Совсем ещё юный мальчишка, кажется, возмущается громче всех, но её это лишь смешит. — По-моему, трёх сезонов должно было хватить, чтобы понять, что зрители тебя не любят, — словно бы в воздух бросает Олеся. — Упрямство иногда граничит с глупостью, — глубокомысленно вздыхает Турчин. Мэри понимающе кивает, и в изгибе её бровей проступает нечто зловещее. Она может выслушать мнение каждого, но позицию свою не изменит. Она не привыкла уступать. Башаров улыбается, да так, что кожа на щеках вот-вот лопнет от напряжения. Они с Мэрилин переглядываются. Лидеры видны чуть ли не с первого выпуска, на них специально делают акцент при монтаже, но Мэри — это беспроигрышный финалист. Неважно — провалит ли она какое-либо испытания, да так, что её фотография рискнёт появиться в чёрном конверте, нет. Её не выгонят до финала — это известно всем. — Но ведь я даже не сказал, что Мэрилин новая участница восемнадцатого сезона. — Будто этому нужно подтверждение, — хмыкает Марина, и Мэри с любопытством переводит свой хищный взгляд на неё. Она стоит ближе всех, и Мэрилин, не стесняясь, разглядывает португальскую ведьму. — Мэри, как думаешь, кто из участников здесь самый сильный? — Марату нравится подливать масло в огонь и сталкивать лбами врагов. Мэрилин указательным пальцем тычет в рядом стоящую Марину, на секунду они сталкиваются глазами, одинаково лисьими, и даже оттенок волос у них теперь кажется на удивление похожим. — Марина? — удивляется Башаров, но Мэри его не слушает. Она медленно приближается к Никите, каблук цокает по полу, и звук выходит почему-то весьма противным, аж мороз по коже. Но Керро лишь небрежно машет в его сторону рукой, теряя к нему интерес. Турчина это задевает, но виду он не показывает. — Он всегда ей перечит, — Мэрилин наконец произносит первые за этот вечер слова и кивает острым подбородком в сторону Жана. — Сильная, — она, особо не церемонясь, тычет пальцем в Дану. На Олесю даже не смотрит, застывает перед Константином, и ей приходится задрать голову вверх, чтобы посмотреть ему в лицо. Он слишком высокий, и обычно всегда горбящаяся Мэри выпрямляется, но всё равно смотрит исподлобья. Костя опускает глаза, они сталкиваются тяжёлыми взглядами, словно неповоротливые корабли и сцепляются обломками, таща друг друга на дно. Мэрилин протягивает к нему ладонь, касается лацкана пиджака и неодобрительно косится на рядом стоящую Соню. У той скучающий и одновременно весьма недовольный вид. — Очень сильный, будет в финале, — шепчет Мэри, но на Костю уже не смотрит. — Сильная, — она также небрежно машет кистью в сторону слегка ошарашенной Сони и останавливается рядом с Кинжиновым. Ласково улыбается. — Добрый. — Добрый? — удивляется Марат. — А сильный? — Для того, кто гадать на картах, — да, — кивает Мэри, возвращаясь к Башарову. — А как же все остальные? На других даже смотреть не будешь? — Да там всё ясно, — хмыкает Мэри. На неё смотрят зло и угрюмо. Она же смотрит на Костю. Дурацкое понимание того, что и этот сезон ей придётся довольствоваться вторым местом, горечью оседает на корне языка.

***

«Костя красавчик». «Ты похожа на Мэрилин». «Скажи правду». «Вы так похожи!» «Когда свадьба?» «Устройте вместе прямой эфир». «Ты её копируешь?» «Все видят ваши взгляды». «Ты и Костя — сладкая парочка». «Соня, прекрати копировать Мэри, ты ей и в подмётки не годишься». «Ещё одна моделька». «Что-то есть в вас одинаковое». «Вы обе так смотрите на Костю, а он как между двух огней». «Мэри сильнее». «Вы правда из готзала уехали вместе?». «Даже красное платье ради него нацепила и так смотришь на него вечно». «Мэри тоже неровно дышит к Косте, вы заметили?» «Не ревнуешь?» «Достали вы уже! Не похожи они!» «Ну вот, теперь и БЭ превращается в Дом-2. Вторые Шерро». «Ну и правильно Мэри делает. Пора бы уже Швепса-то и забыть. Как же нереально красиво вместе смотрятся Костя и Мэрилин». «Похожи они, вот Гецати выбрать и не может». «Вечно в зале все втроём рядышком стоят да взгляды друг на друга кидают». «Ура! Наконец-то Костя и Мэри разделили белый конверт». «Соня ему больше подходит!» «Сонька красивее». «Мэри лучше». «Чо вы пристали к мужику? Пусть мне достанется, ну их нафиг этих ведьм». «Ох, с какой ненавистью друг на друга смотрели Соня и Мэри, когда им обеим достался БК». «Ага, а Константин на них такой сверху вниз смотри, мол, угомонитесь, женщины». «Вы видели, вы видели, как Костя посмотрел на Мэри, когда они оба оказались в БК? Сердце шиппера растаяло». «Шерро тоже рядом стояли». «Соня и Мэрилин так похожи, как две капли воды». Соня фыркает, едва удержавшись от того, чтобы не швырнуть свой телефон в стену. Сравнения с Мэри её уже порядком достали. Каждый норовил ткнуть её носом в их схожесть, которой Соня в упор не замечала. Что внешность, что стиль в одежде, что способ работы — всё, на её взгляд, было разным. Ни одного сходства Соня так между ними и не заметила, разве что они обе были женщинами. Упоминание Кости в каждом её эфире в перископе или инстаграме вызывало у неё поначалу улыбку, затем вопросов стало больше, да ещё все такие неадекватные, что её это стало раздражать. Она даже позволила себе весьма нелестные высказывания в сторону глупых шипперов, но вряд ли это их вразумило. Взгляды, что она кидала на Костю в готзале, всегда выдавали её с потрохами, и Соня злилась, что не может не смотреть на него в принципе. Он так и приковывал к себе взгляд. Высокий, статный. Что уж, красивый. Немудрено, что и Керро на него запала. По крайней мере, Соне так казалось. Да и комментарии в пабликах о многом говорили. Иногда люди видят то, что хотят, но Соня видела больше. Мэри смотрела на Костю, пожирала его взглядом, глотала. И взгляд у неё всегда был такой хищный, орлиный, Соню это раздражало. А Костя смотрел перед собой или в пол, как обычно всегда это делал, смущался, когда ему доставался белый конверт, снисходительно улыбался, отвечая на вопросы Башарова. Иногда поглядывал на Мэри, и Соню раздражало и это. Потому что на неё он упорно не смотрел, сколько она не пыталась привлечь его внимание. Со стороны это выглядело так, будто она все свои усилия приложила к тому, чтобы соблазнить бедного кавказского мужчину. Декольте, красная помада, каблуки, открытая шея, украшения. Возможно, она себя накрутила, возможно, между Мэри и Костей искры не летали. Возможно, между ней и Костей тоже никаких искр и в помине не было, но чёрт. Как бы этого хотелось. Стыдно признать, но Костя был слишком видным, чтобы на него не запасть. Он автоматически притягивал взгляд к себе. Это хватило, чтобы втюриться с первого взгляда. Любое упоминание о нём приводило Соню одновременно и в бешенство, и в экстаз. Противные зрители эфиров в перископе давили на больную мозоль. Соня с одержимостью сталкера лазила в пабликах, до дыр засматривала фотки и скриншоты с Костей, каждую секунду обновляла новостную ленту, вбивала хештеги с его именем в поисковую строку. От и до облазила его страничку в инстаграме, прочитала все комментарии под каждой фотографией, и в конечном итоге почувствовала себя полной дурой. Костя действительно на неё не смотрит: ведёт себя сдержанно и вежливо. Как со всеми… Это огорчает. Но с Мэри он ведёт себя точно так же, а это заставляет Соню злорадствовать. Плохо, конечно, ужасное чувство, но оно дарит удовлетворение. Вот только она боится. Боится, что между Мэрилин и Костей всё же что-то способно вспыхнуть. Соня боится и ждёт.

***

— Мэри, что заставило тебя в четвертый раз принять участие в Битве? Воля к победе? — Скорее упрямство, — она улыбается. — Почему это я должна уступать, когда рука вот она прям рядом? — Но ведь три вторых места о чём-то да говорят? — Говорят. О том, что стараться надо больше. Я ведь как… Мне же интересно, правильно? Я ведь и сама своих способностей до конца не раскрыла, не знаю их. Я хочу знать, на что я способна в принципе. Вдруг есть ещё чего-то… что-то, чего я не знаю и не умею. А рука как бонус. Приятный очень. — Но вот, например, Никита говорит, что ты крадёшь шанс у других. — Шанс я краду? Но я не могу ничего украсть, — Мэри невинно захлопала глазами, — если этого чего-то нет изначальный. Он считает, что я у него место украла. Но вы думаете, что он чего-то умеет? — Мэрилин усмехнулась. — Ты думаешь, что у Турчина нет способностей? — Я такого не говорила, — девушка нахмурилась. — Но и поверить в это сложно, разве нет? Я смотрела выпуски. Я знаю, кто на что способный. — А что ты думаешь насчёт Сони? — Она моя соперница, это всё, что я могу о ней сказать. — Вас многие сравнивают, говорят, вы похожи. — Чепуха. Я видела эфиры, разные мы. Да и не похожи. Я вот, — Мэри коснулась пряди своих волос, — рыжая. А она… как это по-русски. Тёмный у неё волос, не рыжий. — Техники у вас похожи. — Немного. Но я чёрная ведьма. А она такими вещами не занимается. — Но свечи-то у вас у обеих чёрные. — Это не значит, что она сама чёрная. — А кто твой главный соперник? Кто стоит на твоём пути к победе? — Они все мои соперники. Каждый. Вот вы заметили? Что все в этом сезоне дружный, как семья. Все общаться, вместе куда-то что-то ходят, фотографируются. Вот я в шоке от этого. Потому что все прошлые сезоны, в которых я участие, я такого не видел. Вот помнишь Даши?.. Весь сезон милый со мной, а в финале помои на меня вылил. Я ожидала это, для меня это не стало сюрприз, поэтому пусть вот сейчас эти люди, нынешние, в этом сезоне который, пусть не удивляются. Мы — соперники, мы не дружим. — Но ведь не все вместе ходят и фотографируются. Вот Константин не ходит. — Да, я заметила. Вот он мой самый большой соперник. Я смотрела эфиры же. Он очень сильный. А вот знаешь ещё что? — Мэри лукаво улыбнулась. — Харизма. Энергетика. За него люди будут голосовать, это видно. Потому что сильный. Не потому что красивый, а потому что дарит людям чувство уверенности. — Считаешь Константина красивым? Мэри удивлённо-смущённо хмыкнула. — А кто?.., а пальцем ткни в того, кто не считать. Разве нет? Когда у человека харизма, он красивый автоматически. Это не зависит, глаза большие, голубые, нос прямой, нет, это изнутри, — девушка указала себе на грудь, куда-то в район ключиц. — Он твой главный соперник? Мэрилин глубоко задумалась. — Да.

***

— Как ты относишься к тому, что Мэрилин Керро вернулась? — Ну, упорства человеку не занимать. — Думаешь, она выиграет? Костя пожал плечами. — То есть ты не видишь, что она выиграет, или не хочешь смотреть? — А зачем? Пусть будет так, как должно быть. Если она пришла, значит, есть какая-то причина, значит, так нужно было. — Ты считаешь её своим соперником? — Нет. Не потому, что считаю, что она слабее, а я сильнее, а потому, что я не за этим сюда пришёл. Не победа главное в моей жизни. Я хочу помочь людям, которые нуждаются в помощи. А рука… Ну бог с ней. — Ты бы отдал эту руку кому-нибудь? Той же Мэрилин, чтобы угомонилась? Костя склонил голову набок и усмехнулся. На вопрос он так и не ответил.

***

— Ты ведь пойдёшь с нами в кафе? — на Соне сегодня прозрачное платье, настолько прозрачное, что просвечивает чёрный бюстгальтер, и это уже совсем отчаянный крик в сторону Кости. Такой громкий, что оглохли все вокруг, а тот, для кого предназначался этот наряд, даже ухом не повёл. — Нет. Соня недовольно поджимает губу. Она буквально грудью упирается в плечо сидящего Кости, пытаясь привлечь его внимание, но он даже не оборачивается в её сторону. — Мог бы и отпраздновать очередной белый конверт. Костя усмехается, и Соне кажется, что он всё же мельком взглянул на неё. А может, всё же кажется. В любой другой бы раз она бы в гневе отметелила того мужчину, что посмел бы взглянуть на её грудь, но тут она буквально жаждет, чтобы плотоядный взгляд всё же опустился на её новое нижнее бельё за семь штук. — У меня их так много, что уже и праздновать необязательно, — улыбается Костя, утыкаясь в собственный телефон. Он с ним никогда не расставался. Гаджет буквально прилип к его руке. Соня выдыхает, поджимая губы. Ненароком она надеется, что Гецати каким-то чудом наткнулся на видео о них. Монтаж был столь сногсшибателен, что Соня не смогла удержаться и засмотрела это видео до такой степени, что у неё сел трафик. Каким-то шестым чувством она знает: Костя в курсе, что пользователи сети их отчаянно сводят. — Точно? — ещё раз интересуется Соня, надеясь, что мужчина передумает. — Там будут все. — Все? — хмыкает Костя и переводит взгляд на Мэрилин, одиноко сидящую за столом. Она держит в одной руке стаканчик с кофе, в другой — телефон, что-то с интересом там разглядывает, через пару секунд Соня понимает, что она смотрит какое-то видео. — Ну кроме Мэри… — Я не пойду, — снова повторяет Костя, словно бы расставляет все точки над «ё», и Соне становится до омерзения обидно. Хочется топнуть ногой как маленькая девочка, которой не достался самый красивый кусочек праздничного торта. — Желаю хорошо повеселиться. — Спасибо, — тянет Соня, запахивая пальто. В прозрачном платье холодно, благо на ней ещё и брюки, но на улице далеко не лето. Девушка клянёт собственное стремление поразить Костю своей фигурой и невольно разглядывает Мэри. Она сегодня на удивление скромно одета: синее закрытое платье, длинное, но блестящее. Ей идёт. Впрочем, ей идёт всё, и Соню это чисто по-женски злит. Пока она копается в рукавах пальто, Костя встаёт и присаживается за столик к Мэри. Егорову это настолько поражает, что она застывает у входа с открытым ртом и забывает поменять обувь на уличную. Мэрилин удивлённо приподнимает свои идеально накрашенные брови и убирает телефон. Соне не слышно отсюда, о чём они разговаривают, но одного только взгляда на них хватает, чтобы её мигом сожрала зависть. Несколько секунд она топталась, решая, вернуться ли за сапожками или к чёрту их, и вылетела из буфета быстрее пули.

***

Соня отчаянно ищет через Shazam тот трек, что играет на их совместном видео, и ищет на Youtubе похожие. Попадаются лишь какие-то дурацкие ролики, якобы разоблачающие, но чаще всего просто подборка общеизвестных фактов и монотонной болтовни блоггеров, пытающихся что-то кому-то доказать. Чисто случайно, — Соня клянётся в этом своей собаке, почему-то напрочь забывая, что это наглая ложь, — она находит видео на Гецати и Керро. Несколько секунд она медлит, царапая ногтём мышку, но всё же открыть ролик не решается. Вот чёрт. Она уже знает, что Вконтакте есть паблик посвящённый не только Гецаровым, но и Герро. Соню почему-то это название очень смешит: будто Керрати лучше. На её рабочем столе фотка Кости из тренажёрного зала. У него там плечи как у Геркулеса.

***

У них у обоих исколоты пальцы до кровавых точек, плохо заживающих и часто ноющих. Мэри колола пальцы иглами или резала ножом, и это было в тысячу раз больнее, чем когда это делал Костя, вдавливая скарификатор в подушечку. У Мэри тонкие и очень холодные руки, а у Кости, наоборот, большие и всегда горячие ладони, и он сжимает в своих руках её ледяные пальцы, пытаясь согреть. Мэрилин худенькая и звонкая, как колокольчики на ветру, и рядом с высоким Костей она звенит ещё громче. Он обнимает её, будто сгребает в охапку, трогает угловатые плечи, и Мэри утыкается носом ему в грудь, потому что выше не достаёт. Проводит пальцами по его лопаткам, линии позвоночника, так чётко очерченной под чёрной рубашкой. Он касается её шеи там, где чернилами пестрит «Believe». Целует губами её щёки, царапая нежную кожу колючей бородой. Соня ревёт в гардеробной, потому что у неё тоже холодные пальцы, так остро нуждающиеся в том, чтобы их согрели. У неё мурашки бегут по шее, потому что она тоже хочет, чтобы её гладили по затылку и целовали в щёки, мокрые от слёз. Она тоже хочет утыкаться носом в его могучую грудь и чтобы его ладони скользили по её спине, вычерчивая узоры. Она тоже хочет, чтобы её колола его густая борода. Она тоже хочет верить, но расклад гадальных карт смеётся ей вслед, и сам Саша смотрит на неё сочувственно. Ей не нужна эта синяя, отдающая мертвечиной Рука, ей нужен был Костя. Это Мэри Рука нужна была больше, чем всё остальное, и Соня рыдает в голос, потому что у Мэри есть то, в чём так отчаянно нуждается она сама, а у неё есть то, что раньше так нужно было Мэрилин. На ней золотистое длинное платье, и отдающая глубиной морей Рука отлично гармонирует с цветом. Соня вытирает сопли и не глядя поправляет тушь. Пусть зрители думают, что она ревела белугой от счастья.