Stitch By Stitch

Он задыхается, открывает рот, чтобы что-то сказать и тут же больно закусывает губу. Сжимает ее зубами, чувствуя отрезвляющую боль, и вкус метала во рту. Не так представлялась ему первая встреча со «знаменитой» Клэри Фэрчайлд. Джейс ему все уши прожужжал вестями о новой охотнице, которая решила посетить их скромный Нью-Йоркский Институт. Джейс говорил об этом так, будто сама Уитни Хьюстон забрела в далекий брошенный городок. Иногда ему хотелось назвать Джейса «Королевой преувеличений», но в такие моменты он вспоминал, что парабатай не хрустальная барышня и может за такое отрезать язык. Клэри Фэрчайлд оказалось обычной глупой девчонкой с большими глазами и локонами цвета огненного солнца. Она оказалось храброй до глупости, а еще полностью захватившей сердце Джейса. Алек впервые видел, как Эрондейл «покоритель сердец» превратился в «безмозглого идиота, забывающего обо всем». И это Алеку совершенно не нравилось. Его устоявшийся мир, где все было ясно и расставлено по полочкам, вдруг взорвался, оставив его разбираться с хаосом чувств и мыслей. Клэри Фэрчайлд была, словно зараза — впитывалась во все, чего касалась и улыбалась так, словно не понимала, что творит. Она была ядом, который травил при этом, пытаясь казаться слаще меда. Алек ненавидел ее, потому что она была всем, чего так не хватало ему. Она была красивой, она была солнечной, она была возлюбленной Джейса, а он продолжал оставаться в тени. Он ненавидел ее до зубовного скрежета, до желания придушить собственными руками, до противоречивых мыслей. Он хотел бы позволить демонам растерзать это тело, но чувство долга побеждало. И он точно знал, что это пока…до поры, до времени… Когда-нибудь он не сможет удерживать черную зависть и ненависть, клокочущую в грудине. Она была девушкой, а Алек никогда прежде не чувствовал столько эмоций к представительницам слабого пола. Она была соблазном, который он не мог себе позволить. Она была его слабостью, его червоточиной греха и это убивало, не щадя храброго сердца и свободы воли. Клэри Фэрчайлд была демоном во плоти, дьяволом в деталях, ведьмой в душе. Она была той, против которой не действуют запреты и приказы. И противостояние ей с трудом давалось Лайтвуду, который не мог пойти против парабатая и норм вбитых в детстве.