Давай снова общаться

      Сегодняшнее утро выдалось чуть ли не самым лучшим на свете. Я проснулся в хорошем настроении, голова наконец-то стала работать нормально, и я мог мыслить здраво. Сегодня я принял такое решение, которое, возможно, изменит всю мою жизнь. надеюсь, что к лучшему.       Прошел месяц с того злополучного концерта. Мне казалось, что, когда мы сходим на него вместе со Стар, то барьер между нами исчезнет, но стало еще хуже. Не надо было брать с собой Джеки, не нужно было ей говорить о концерте. мы со Звездочкой почти не видимся, только если Линн Томас соберет нас вместе для прогулки.       Но этот день все изменит. Сейчас я прихорашиваюсь перед зеркалом, перед встречей со Стар. Смахиваю буквально каждую пылинку, с подаренной ею толстовки. Я уже чувствую ее удивление. Как же не терпится все рассказать!       Я не забыл и про Джеки. Сейчас я не был готов ей что-либо говорить по этому поводу, не хочу ей огорчать и не хотел бы делать этого вовсе, но когда-нибудь придется. Мы не видели друг друга где-то неделю, потому что я болею, вернее, это моя отмазка. Даже видеться с Джеки я пока не готов.       Вдруг кто-то позвонил в дверь. Кто это мог быть? Точно не родители, ведь ключи у них всегда с собой. Я открыл дверь и увидел на пороге того, кого не ожидал увидеть, по крайней мере сейчас. — Джеки? — удивлению моему не было предела. Что она здесь делает? Весь мой план может пойти прахом! — Что ты тут делаешь?       Девушка добродушно улыбнулась, кинулась ко мне и обняла за шею: — Марко! Почему ты так одет, ты ведь болеешь?       Она недоверчиво взглянула на меня, упирая руки в бока. Я даже услышал, как она нервно топала ногой в ожидании моего ответа. — Я… — мои глаза забегали, нужно снова быстро что-то придумывать! — Хотел сделать тебе сюрприз. Сюрприз!       Улыбка на лице Джеки была от уха до уха. Она засмеялась, словно маленькая девочка, она была счастлива.       Линн Томас постоянно говорила мне о том, что находиться на седьмом небе, когда рядом со мной. Может это и так, по крайней мере, я никогда не видел ее хмурой во время наших свиданий и прогулок. — Марко, а теперь поиграем в мою любимую игру, о чем я сейчас думаю?       Я никогда не любил играть в «о чем я думаю». У меня никогда не получалось угадывать. Но сейчас я не хотел обидеть Джеки, поэтому произнес первое, что пришло в голову: — Может быть ты хочешь прогуляться?       Девушка удивленно вскинула брови вверх и после того, как пришла в себя, одобрительно кивнула и похлопала в ладоши. Значит, что я угадал. Я даже немного удивлен. Казалось бы Джеки открытая книга, она сама об этом часто говорит, но узнать ее мысли практически невозможно.       Взяв Линн Томас под руку, мы направились в любимое место девушки. Это был парк аттракционов, а точнее — пирс. Мне тоже всегда здесь нравилось, тут столько выигранных мною игрушек для Джеки, столько съеденной и утащенной чайками сахарной ваты. Такие воспоминания всегда будут со мной, даже когда наши пути разойдутся. — Марко, Марко! — девушка подбежала к какому-то игровому прилавку и запрыгала, указывая на большую зеленую собаку в карате-костюме. — Я так ее хочу! Выиграй ее для меня, прошу!       Она посмотрела на меня точно такими же глазами, как у этой игрушки. Я не мог ей отказать, она ведь моя лучшая подруга… язык почему не поворачивается назвать Джеки своей девушкой. Знаю, что медлить нельзя, потому что так будет только хуже, но что-то внутри все равно не хочет говорить ей горькую правду.       Получив свой новый подарок, Джеки запрыгала от радости и поцеловала меня в щеку. Её взгляд метался из стороны в сторону, побегая к каждому прилавки она издавала удивлённый охи. Возникало даже такое ощущение, что Линн Томас здесь в первый раз.       Я должен был уже давно быть у Стар, но бросить Джеки, не мог, по крайней мере сейчас. Но ещё есть время, возможно я ещё успею зайти к Звездочке.       Наступил вечер — любимое время Джеки, на пирсе всегда превосходный закат. Мы сюда приходили чуть ли не каждый день, чтобы насладиться этой красотой. В такие моменты мы всегда молчали, каждый из нас думал о своём, нам было достаточно того, что мы рядом друг с другом.       Эти мысли снова стали посещать мою голову. Я-то думал, что они уже давно улетучились, но все же вернулись вновь. Мысли о выборе, Стар, или Джеки. Не знаю почему я снова об этом думаю, ведь и так все решено, но сейчас вокруг меня будто невидимая стена, не позволяющая никому входить, кроме Линн Томас.       Джеки — удивительная и милая девушка, с замечательным чувством юмора и красивой необычной внешностью. Улыбка никогда не сходит с её лица, а в глазах всегда горит огонёк веселья. С ней легко. Я добивался Джеки несколько месяцев, а теперь сам все порчу.       А Звездочка — она уникальна, такой сумасшедшей девушки я в жизни не встречал. На вид она обычная, ничем не примечательная девчонка, которая хоть как-то пытается выделиться с помощью своих татуировок на щеках, но у неё богатый внутренний мир. Она та, к которой хочется тянуться, с которой хочется быть всегда. Мне этого хочется. — Марко? — встревоженно позвала меня Джеки. Но я её не слышал, снова прибывал в каком-то трансе, из которого сложно бывает выйти. — Все в порядке?       Почувствовав прикосновение её холодной руки, я мигом пришёл в себя. У девушки был какой-то рассеянный и слегка испуганно взгляд. — О чем ты думаешь? — тихо и мягко спросила она, глядя мне прямо в глаза. — Джеки, — я встал и взял руки девушки в свои. Я почувствовал, как тревога вокруг неё усилилась. Что же мне говорить, ничего хорошего в голову совсем не приходит? — Это очень тяжело, и я долго думал об этом. Мне кажется, нам не стоит больше встречаться.       Глаза Джеки округлились и недоверчиво взглянули на меня, но после она усмехнулась. — Какой же ты дурачок! Это не смешная шутка! — Я не шучу, — старался чётко выговорить все я, чтобы показать всю серьёзность, но похоже и без моей интонации Джеки все поняла. Её глаза блестели от слез, которые она пыталась сдержать, это заставило меня слегка испугаться, понять не имею, что делать если девушка плачет. Нужно было продолжать говорить, поэтому я отвёл взгляд: — Джеки, ты прекрасная девушка, но тебе нужен тот, кому ты действительно дорога. В моей жизни появилась такая, но это не ты. — Но почему? — дрожащий голосом, чуть ли не крича, спросила Линн Томас. Я не думал, что это будет настолько сложно. Блин, даже тосты на свадьбу говорить легче! — Что случилось? — С ней я могу быть собой, — я снова попытался посмотреть на неё, кажется, что взглять в её глаза у меня не получиться уже никогда. — Мне не нужно казаться каким-то идеальным. — Но я вовсе не заставляла тебя кем-то прикидываться! — она крепко сжала мои руки, словно была уверена, что это ей поможет. Джеки не хочет, чтобы я уходил, ей больно, и я это понимаю. — Извини, с ней я чувствую себя лучше.       Шмыгнув носом, Линн Томас опустила голову и закрыла глаза. Слеза одна за другой стекла по её щекам, хотелось прижать ее к себе и успокоить, но мне казалось, что так будет только хуже.       Через некоторое время, немного успокоившись, Джеки убрала слезы с глаз и посмотрела на меня. На её лице почему-то появилась слабая улыбка. — Мне кажется, что я знаю эту девушку, — Джеки говорила тихо, почти шёпотом, мне едва удалось её расслышать. Она прикоснулась рукой к моей щеке. Думаю она действительно понимает, в последние дни все было так очевидно. — Она правда хорошая. Мне даже кажется, что ты ей тоже нравишься. — девушка таинственно подмигнула. — Ты не сердишься?       Линн Томас наклонилась ко мне, поцеловала в щеку и на прощание сказала: — Удачи тебе, Марко Диаз.       Теперь Джеки ушла и на этот раз уже навсегда. Все же я не смогу её забыть, как никак она моя первая девушка, с ней мне и правда было хорошо. Может быть у нас все было бы как нельзя лучше, если бы мне не пришла в голову идея о возвращении дружбы со Стар. Но я ни о чем не жалею.

***

      Впереди уже виднелся большой двухэтажный дом. Такой знакомый, как же я давно тут не был. Сколько уже времени прошло? Где-то чуть меньше года.       Подойдя к дому, я стал собираться с мыслями. Я ощущал себя не перед дверью Стар, а у школьного кабинета, в котором сейчас нужно будет сдавать устный экзамен (они даются мне труднее всего). Я сделал глубокий вдох и нажал на звонок.       Через минуту на пороге появилась Звездочка. Она выглядила очень мило в своих домашних шортиках и слегка помятой футболке. Она удивлённым взглядом оглядела меня и спросила: — Марко, что ты здесь делаешь? Ты разве не болен? — Нам нужно поговорить, — сказал я прямо, пропустив вопросы девушки мимо ушей. Хотелось обо всем поговорить прямо сейчас, без промедлений. — Я тебя слушаю, — Баттерфляй облокотилась об косяк двери и смотрела на меня очень внимательно, но одновременно почему-то насмешливо. — Может не здесь?       Стар натянуто улыбнулась и предложила войти. Когда я вошёл в её дом, то в нос ударил приятный аромат выпечки, прям как в кондитерских.       Мы поднялись на второй этаж, в комнату Звёздочки. Тут ничего не изменилось: светлые стены, которые легка слепят глаза, даже с закрытыми занавесками, разбросанные вещи, они были буквально повсюду, такая же необычная кровать, которая ещё с первого моего взгляда на неё, запала мне в душу, плакаты с «Любовным приговором». Обычная девчачья комната, но в ней столько воспоминаний.       Стар села на белый ковёр, и я решил последовать её примеру. Было немного нервно, её равнодушный взгляд больно прожигал во мне дырку. — Что ты хотел сказать? — прервала Звездочка наше молчание. — Мы с Джеки расстались, — я пытался сделать свой голос более уверенным, думаю у меня это получилось.       Глаза Стар заметались из стороны в сторону. Я заметил, что она сильно сжала руки в кулаки. Громко выдохнув, она посмотрела на меня печальным глазами. — Мне жаль, Марко, — тихо произнесла Звездочка, но мне удалось услышать в её голосе искренность. Конечно, очень приятно, что она говорит правду, но я ожидал совсем другой реакции. — Стар, но…       Договорить я не успел, так как в комнату вошёл какой-то парень, чем привлёк наше внимание. Я с надменностью огляделся его с ног до головы. Он был почти во всем чёрном, словно был каким-то байкером или готом, а волосы у него стояли так, будто его током ударило. Этот парень мне как-то не особо нравится, у меня было плохое предчувствие. — Том! — радостно воскликнула Стар и кинулась к парню в объятия, повиснув на его шее. — Я думала, что ты придёшь завтра. — Просто заскучать без тебя, — мило улыбнулся парень, придерживая Звёздочку за талию. Эй, а меня как будто здесь совсем нет? Хоть бы меня тут не стошнило!       Девушка тихо захихикала и поцеловала Тома в щеку. От этого стало как-то противно и не приятно. — Ой, чуть не забыла! — Стар отпустила парня и повернулась ко мне. На её лице была улыбка, она не улыбалась уже несколько месяцев. Мне этого так не хватало, но я знал, что она предназначалась не мне. Но все равно спасибо, парень, кто бы ты ни был! — Том, это Марко — мой лучший друг. Марко, это Том — мой парень.       Неужели мне не показалось? У Стар появился парень? Но когда это случилось, как? Столько вопросов появлялись в моей голове, их было так много, что получилось бы из них построить дом, в сто этажей.       Выходит, что мои догадки насчет Стар, ложные? Она не испытывает ко мне никаких чувств, кроме дружбы. Я остался для неё лучшим другом, наверное, так им и останусь.       Было так противно и больно смотреть на эту парочку. Они были так счастливы просто быть вместе, их улыбки были буквально от уха до уха, они держали друг друга за руки так крепко, словно боялись, что больше никогда не увидятся снова. — «Я здесь лишний…» — такая мысль возникала у меня в голове. Стар мне сказала тоже самое, когда мы были на концерте. Но почему она это сказала, если у неё нет ко мне чувств? Стар Баттерфляй — девушка загадка.       Внутри все так кипело, хотелось наплевать на манеры и просто разукрасить этому рокеру, или кто он там, лицо. Никогда я ещё не испытывал такого чувства, это была… Ревность? Я не хочу видеть Звёздочку с кем-либо ещё, да, это ревность. — Приятно познакомиться, Марко, — Том искренно мне улыбнулся и протянул свою руку. И по каким помойкам он только ходил? — Стар многое о тебе рассказывала.        Натянув на себя слишком наигранную улыбку, я пожал ему руку. Так, Марко, спокойно, не горячись! Нужно просто потом помыть руки, с антибактериальным мылом.       Вдруг Стар обняла Тома и меня за шеи и прижала к себе. Я воспользовался моментом и возможно в последний раз вздохнул аромат её яблочных духов. Так хотелось, чтобы она никогда не отпускала меня. — Нас ждет такое веселье! — воскликнула Би-Флай, слегка подпрыгивая от счастья. Её радостный и звонкий голосок снова вернулся, как же мне его не хватало, я не слышал её смеха несколько месяце, но казалось, что вечность. — Вы станете лучшими друзьями, я гарантирую! Кстати, Марко, что ты хотел сказать, я тебя перебила?       Поздно было уже что-то говорить. Не нужно было медлить, теперь я буду это знать, буду учиться на своих ошибках. — Я вспомнил, — с неохотно я высвободился из объятий Звездочки и медленно направился к выходу. — Что мне нужно домой, срочно. — Уже? — в унисон спросили Стар и Том, отчего потом друг другу улыбнулись. — Да, нужно бежать уже сейчас. Можешь меня не провожать.       Баттерфляй кивнула, и что было дальше я уже не видел. Со скоростью света я спускался по ступенькам, хотелось поскорее уйти из этого проклятого дома.       На последок я посмотрел туда, где была дверь в комнату Стар. Я её потерял, она теперь не моя Звездочка. Остаётся только наблюдать, как она счастлива с другим. Но сдаваться мне совсем не хотелось. POV Стар       Я не встречала человека ужаснее себя. Как я могла на такое согласиться? Дженна все-таки умеет уговаривать. Было тошно и противно от того, что я обманываю Тома, которому нравлюсь, играю на его чувствах, будто с какой-то куклой.       А Марко? Что он хотел мне сказать? Он так не вовремя расстался с Джеки! Но почему он с ней расстался? Неужели Дженна права? Блин, Том появился не в то время!       Я заметила напряжение со стороны Марко, когда Люсайтор вошёл в комнату. Увидела, как он сжимал руки в кулаки, до белых костяшек. Мне даже стало слегка страшно, поведение Марко порой бывает слишком агрессивно. Признаю, план Дженны работает как нельзя лучше. Не верю, что я это сказала.       Очень надеюсь, что во время этого «эксперимента», ничего плохого не случиться.