История Ники книга2: В поисках Светлого Феникса

* * * Друзья старались реагировать на всю правду Георгия спокойно, но только по одному взгляду Софи я поняла, как та представляет себя четвертование главы лагеря. И это еще как минимум. И такие мысли — это совершенно нормальная реакция. Говорю как Питер, когда тот обычно при мне разбирал поведение людей. Я же сидела и молчала. Мне было над чем подумать. Как? Как Георгий смог узнать о Денисе? Где я дала прокол? Где показала свои переживания? Ох… Как же все не вовремя. Одни проблемы наслаиваются на другие. Да и глава лагеря так меня не оставит. Он это сказал мне сам, пока все пришедшие располагались по его просьбе поудобнее. Этот разговор ещё не окончен. Эти слова мне не дают покоя. Если бы не ребята, которые вовремя зашли, то… я не знаю какие бы были последствия у всего этого. Боюсь сейчас даже подумать. Но я не должна показывать свое волнение и страх. Георгий не оставит меня, но мне тоже есть что сказать и о чем промолчать. Если так долго я могла ничего не говорить, то почему сейчас так просто сдамся еще и при таких условиях. Главе лагеря мне сложно доверять, но… и я сейчас не имею желания кому-то доверяться. Знаю, что так тоже нельзя, но приходится снова надевать маску. Сейчас главное — это достать камень, который, как оказалось, был все это время у нас под носом. Что же еще скрывает Георгий? Не только я такая врунья. Я же просто хочу… хоть немного воздуха. Но не одно, так другое обрушивается на меня. Устала быть сильной, но снова должна. И еще кое-что на заметку: ненавижу, когда меня допрашивают и заставляют что-то делать. От этого у меня появляется желание специально идти против. Да, у меня точно какой-то диагноз. А Макс… Зачем я о нем сейчас вспомнила? Он просто постоянно с волнением поглядывает в мою сторону. Лучше бы он так не смотрел. От его пронзительного взгляда просто никуда не деться. Вот так я и оказалась между молотом и наковальней. Еще и блокировка сознания лучше мне не делает, но снимать ее пока рано. Но я слушаю главу лагеря и понимаю, что сама себя потеряла еще не так сильно, как этот человек. Он просто противоречит сам себе. Зачем было блокировать воспоминания ребят о нападении, если это им еще в итоге и чуть не навредило? Быстро принимать решения и действовать — это не всегда хорошо. Ребята с трудом поверили в ту удачу, что нужный камень здесь. Конечно, Георгий уже так не вдавался в истории прошлого, как со мной и Фениксом, но все же упомянул и о Майкле. Тот Светлый Феникс на самом деле был очень умен. Меня снова и снова волновали детали. Я не могу теперь ими пренебрегать, об этом просил даже Денис. Эх, Дэн… как ты там? Друг, я тебя ни за что не брошу. А кто сейчас мог бы мне помочь? Болит душа, она ноет. На меня все наваливается и наваливается. Приходится терпеть, но всему когда-то приходит конец. Так подошёл к концу рассказ главы лагеря. Я искала причины поведения мужчины, пыталась нет понять, а он пока полностью не смог. Теперь мы решали дело о подмоге. Стоит ли нам кого-то звать на помощь? Я уже и не знаю… Стоит ли вмешивать других в это опасное дело? Но, боюсь, что уже все с этим имеют связь. Храбрые сердца не один день разрабатывали весь этот план. У нас же времени намного меньше, приходится принимать быстрые и рискованные решения. Но та организация не с теми связалась. Да, у меня с ними есть связь, которую они опасаются. Но опасаться им надо именно меня. Я им гарантирую веселую жизнь. Лишь бы все вспомнить. Только бы вспомнить… Те воспоминания — это моя сила. Присутствующие стали предлагать разные варианты наших дальнейших действий. Я же думала немного под другим углом, пытаясь найти наиболее оптимальное решение. Снова приходится думать за всех. Ладно, это я утрирую. У меня такое бывает. Во всей этой суматохе я не заметила Макса, который подошёл ближе ко мне: — Ты как? В порядке? Смотрю на парня: — Я в полном порядке. Только этого нельзя сказать о всей сложившейся ситуации. Молодой человек говорит: — Ника, чего от тебя хотел Георгий? На выдохе произношу: — Правды. Вот так одним словом мне удалось все объяснить моему напарнику. Тот ответил: — Он не в тех условиях, чтобы сейчас что-то от нас требовать. И парень прав. Уже можно не удивляться, что я с ним согласна. Понимаю, что нам всем надо поторапливаться: — Макс, нам нужно как можно раньше добыть тот камень, пока сюда не пришли Храбрые сердца. Темный Феникс говорит: — Да, согласен. Но они с большой долей вероятности точно нападут еще раз. Нам нужно быть готовыми к новой встрече. Ага. Мы еще от той не успели отойти. Киваю: — Я это знаю, поверь уж. Но нам не нужна огромная армия, чтобы им противостоять. У нас есть знания и голова на плечах. Пока мы пытаемся добыть камень, то по периметру лагеря можно просто использовать разного рода защитные заклинания, наслаивая те друг на друга. Тем более, что мы здесь не одни: есть ещё феи, которые помогут держать блокировку, если их с энергетической точки зрения привязать временно к защитной системе. Так, если что, мы выиграем время. Я не думаю, что Храбрые сердца придут к нам в большом составе. Им нужен обратно их список и камень. Тут тоже можно что-то придумать. Вот я и выложила молодому человеку все свои мысли по данному поводу. Даже легче как-то стало хотя бы немного. Полностью душу мне облегчить не удастся. Пустота так никуда и не делась. Макс произносит: — Ника, хорошие мысли. Как у тебя это получается? Спрашиваю: — О чем ты? Парень поясняет: — Я о твоих идеях. Они так вовремя приходят к тебе. Еще и весьма качественные. Сейчас молодой человек смотрел на меня с каким-то восхищение, от чего у меня словно все внутри перевернулось. Странное чувство. Беру себя в руки и пожимаю плечами: — Не знаю, Макс. Я просто думаю, и мысли приходят. Если они перестанут приходить, то… это уже буду не я. Да и нет времени разводить все эти дискуссии. Нам нужно действовать на опережение, удивлять противника этим, тем самым сбивая его с толку. Никто не любит, когда их планы перестают подходить под ситуацию. Честно говоря… я не думаю, что эта вылазка Храбрых сердец в наш лагерь была уже очень давно запланирована. Как-то все сыро для них. Имея столь грандиозные планы, они допускают такие стратегические ошибки. Макс произносит, пока яростные дискуссии остальных о наших дальнейших действиях все еще не утихают: — Ты меня удивляешь все больше и больше. И ты права: действия противника выглядят как-то не особо обдуманно. Ты верно подметила. И твой план это то, что нужно. Ничего не успеваю ответить, так как мой напарник обращается ко всем присутствующим и рассказывает им мой план. Еще и без моего разрешения, но я не злюсь. Нужно экономить время на всем, чем только можно. Парень не сразу сказал, что этот план придуман мной. Сначала он дождался положительных отзывов, а потом поведал и все остальное. Он знал, что Георгию такая идея придется по душе, но то, что она моя, могло повлиять на решение мужчины. Феникс же это успел просчитать. А еще говорит, что я хорошо все просчитываю. Все согласились на это, даже особо не споря, так как ничего лучше нельзя было придумать. У меня просто такой склад ума, я могу, когда надо, мгновенно реагировать на изменения вокруг. И раньше, еще до лагеря, подобное за собой замечала. Я успеваю продумать свои действия, но не всегда пользуюсь этой возможностью. И по ходу событий у меня тоже неплохо получается работать. Даже не в самом хорошем состоянии я умудряюсь схватывать все на лету. Это хорошее умение в наших реалиях. Хотя голова соображает сейчас не так замечательно, как раньше. Все же я еще не успела прийти в норму. Но без меня, как вы видите, другим все же сложно. Может быть, спустя несколько часов, они бы и додумались до чего-то подобного, но тогда было бы потрачено столько много драгоценного во всех смыслах времени. В итоге Георгий просит сбегать Тома к феям и попросить их собраться на главном поле. Я пока стала предлагать заклинания, которые можно использовать. Марко сказал, что мне не стоит лично заниматься этим, так как моя энергия известна врагу, и, вообще, так будет безопаснее. И снова связь с этой дурацкой организацией мне мешает. А главе лагеря, как я смотрю, такой расклад вполне нравится. Но не мне одной запрещают участвовать в этом. Эмму тоже отстраняют от установления блокировки на лагерь из-за ее черной энергии. Ее наставник сказал, что пока рисковать ее стоит. И в этих словах есть смысл. А дальше начинается подготовка и исполнение моего плана. Надеюсь, что все же учла все, что только было возможно. У меня такое чувство, что да. И… мне знакомы и, как оказалось, близки некоторые повадки Храбрых сердец. Я чувствую их, хотя есть блокирующее заклинание. Но это другие ощущения, которые связаны как-то с моими воспоминаниями. Дальнейшие события в какой-то степени проходят для меня словно в тумане. Я думаю о том, как достать тот камень. Мне надо поставить себя на место Майкла. На место Светлого Феникса. Наверное, было бы легче, если бы я им и была, но так просто ничего уже не бывает. Связать энергетически фей с барьером решился Эйтан. Ему известно этом больше остальных. Феникс пока при поддержке других защитников наслаивал защитные заклинания. Хочу отметить, что феи сразу же согласились на это, так как прекрасно понимали всю сложность сложившейся ситуации и ответственность каждого. Никто из нам об этом не забывал. Мне снова надо найти какой-то выход. Тут уже будет куда сложнее. Майкл был в свое время ходячей загадкой. Что же, разного рода головоломки меня всегда привлекали. Мне нужно просто хорошенько подумать в тишине. Только где ее найдешь в наше время? Только внутри себя, но и там у меня буря, которая не утихает. Так что все не так просто. Но должно что-то быть… определенно! И не из таких ситуаций вылезали. Были времена, когда было куда более хреново, но я справлялась. Мы все вместе справлялись. Для нас нет ничего невозможного. Попробую прислушаться пока к внутреннему голосу. Вдруг кто-то или что-то даст какие-то подсказки. Для начала этого было бы достаточно. Ладно, чтобы судить о том месте, надо еще в нем побывать. Этим я и собираюсь сейчас заняться… Потом уже будет поздно для всех нас. Времени в обрез. Думаю, что Храбрые сердца захотят сделать свой визит сюда необычным. Но при этом в своем стиле. У нас же устоявшегося почерка нет, но это же и здорово. Предсказуемость — это не для этого. Но хотелось бы хотя бы немного постоянности. Хотя… и в этом что-то есть. Только бы на все хватило сил. Когда был установлен последний защитный барьер, Георгий нас повел в тот самый подвал. Пока мы туда шли, со мной заговорил Феникс, который прилично измотал себя всеми заклинаниями, но показывать это парень не собирался. Только я видела всё. Молодой человек сказал: — Странно, что другие камни нам раньше не показали местонахождение этого. Наверное, все дело в том заклинании, которое наложил на то место Майкл. С большой долей вероятности все так и было: — Да, то заклинание препятствует той сильной связи, которая есть между камней. Мы имеем дело не с совсем простой магией. Майкл был не так прост: он знал многое из того, чего не знали другие. Мы уже сталкивались с тем, что он писал на понятном мне языке, скрывая правду от нежелательных зрителей. В данном случае дело касается камня. Напарник соглашается: — Да, это понятно. Но почему мы не почувствовали присутствие каких-то посторонних заклинаний ранее. Отвечаю: — Все дело в самих заклинаниях и их предназначениях. Думаю, что тебе об этом известно. Боюсь, что мы столкнемся с чем-то очень и очень непонятным. И редким. Макс спрашивает: — Какова вероятность того, что мы найдем способ, чтобы достать камень. Произношу после некоторого молчания: — Шансы есть точно — вот что скажу тебе. Я не хотела сразу обрубать все и вся. Еще рано говорить, так как мы не дошли до места. Еще и Феникса стало в последнее время уж слишком интересовать мое мнение. Я бы спросила у парня кое-что, но… все же не буду. Надо радоваться, что наши отношения налаживаются. Люди только в очень сложных ситуациях понимают насколько близки друг с другом или насколько далеки друг от друга. Нас все это объединило. Этому способствовали и тайны. У нас слишком много совместных секретов от других. У нас есть шансы либо все понять, либо все потерять. Решать только нам. Не зря я много читала. Только вот боюсь, что этого будет мало. Но я не одна. Может защитникам будет проще, ведь они все же ближе к тому Светлому Фениксу, чем я. У меня же есть другие инструменты, которые можно использовать. Темный Феникс не отходил от меня ни на шаг, это уже вошло в привычку. Наше сотрудничество не кажется таким абсурдом, как раньше. Мнения меняются. В какой-то степени эти изменения затрагивают и людей. Наконец-то мы спускаемся в подвал, который больше похож на один еще этаж этого здания, только подземный. Здесь также есть коридор, но дверь только одна. Интересно, что и на стенах этого места я замечаю какие-то фразы, написанные на понятном мне языке. Только их довольно мало, не настолько много, как можно уже было привыкнуть видеть в старых замках измерений. Мы шли практически на ощупь, хотя и пытались осветить свой путь. Это место словно не хотело видеть большое количество света. Можете считать мои слова бредом, но мне казалось это более, чем просто логично и понятно. С каждым шагом идти становилось всё труднее и труднее. Это заметила не только я. Первой по этому поводу высказалась Эмма. На тот момент я сама уже переживала за это, хотя и молчала. Вдруг это только мои проблемы. Но, как оказалось, это коснулось всех нас. Но нельзя было уже идти назад. Когда мы уже доходим до нужной двери подвала, то я ощущаю сильную энергетическую волну от нее. Она почти что сбивает меня с ног. Никто не понимает, что со мной произошло. Но я это чувствовала… И мне этого было достаточно для того, чтобы понять всю сложность ситуации. Это заклинание словно живой организм, который становится все больше и мощнее со временем. И меня он уже не переваривает. * * * А я определенно не переваривала это заклинание. Это явление состояло в том, что меня стало мутить и просто крутить изнутри. Класс. Мне, как и всегда, везет, как мертвецу. Макс, который вовремя хватает меня за локоть и тем самым не дает мне упасть, спрашивает: — Ника, что с тобой? Часто и прерывисто дышу: — Это заклинание, которое здесь есть, не очень хорошо влияет на меня. Ну, а что я должна была сказать? Что меня сейчас вывернет тут всю?! Или что я сейчас точно коньки отброшу?! Ага, уже спешу. Нет уж, это фигня меня так просто не добьет. Надеюсь… Но почему мой организм так реагирует? В чем дело? Эйтан, который тоже оказался рядом, посмотрел в сторону нужной двери и сказал: — Это заклинание какое-то очень сильное. Даже слишком. Тут с ним соглашается Феникс: — Чудик прав, заклинание слишком сильное. Даже я что-то не очень хорошо стал себя чувствовать. Что же успело измениться, и когда Макс стал соглашаться с Эйтаном? Хотя для моего напарника он все еще Чудик. Я бы спросила, но сейчас даже думать об этом сложно. Не в том я состоянии, не тот случай. Сейчас стоит обратить внимание на другие слова Темного Феникса: его самочувствие ухудшилось. У меня же в ушах начал стоять какой-то свист. Такой громкий и пронзительный. Я заткнула уши и присела. Мозг сейчас взорвется. Это заклинание только на столь небольшом расстоянии начинает показывать себя. Мне от этого не легче. Сквозь свист слышу Люка: — Нам лучше отойти подальше от этой двери. Это очень и очень верное решение. Я сейчас взорвусь. Слышу Софи: — Как мы туда зайдем, если не можем даже стоять рядом? Теперь говорит Питер: — Ох, Соф, сейчас лучше отойти. В таком состоянии никто из нас не способен больше думать. Перед глазами все плывет, этот коридор начинает для меня исчезать. Чувствуют, что кто-то наклоняется ко мне: — Ника, идти можешь? Нахожу взглядом напарника, который обратился ко мне. Еле киваю, на что парень говорит: — По тебе не скажешь, что можешь передвигаться. Свист в ушах мешает мне воспринимать все слова, но я пытаюсь сосредоточиться. Чувствую, что молодой человек помогает мне встать и ведет подальше от двери. Ногами у меня все еще неплохо получается передвигать. Связь со внешним миром еще не потеряна. Как только мы отходим оттуда дальше, то мне становится немного лучше. Я даже могу выпрямиться, но свист так и не утих полностью. Георгий говорит: — Вы хотели взглянуть — вот результаты. Майкл использовал очень странное заклинание, которое влияет на каждого из нас по-разному. Как же замечательно все выходит. Везения, чтоб его, хоть отбавляй! Ладно, не время использовать свой сарказм. Надо думать, что теперь делать. Оставлять все так точно нельзя. Эйтан говорит: — Но мы не можем оставить тот камень. Он всем нам нужен. Эмма, которой значительно полегчало, произнесла: — Нам нужен план и камень. Нет другого выбора. Марко начинает говорить: — С подобными заклинаниями я раньше не сталкивался. Было что-то похожее, но всему тому было далеко до этого. Сама энергия этого заклинания чего стоит. Мы совершенно по-разному реагируем на нее не просто так. Она слишком чистая — вот как можно ее описать одним словом. Поэтому, например, тебе, Эмма, стало плохо. Твоя черная часть ощущала уже то, чего мы не понимали. Все это не смертельно, но при близком рассмотрении довольно опасно. И с этим нельзя поспорить. Это не стоит игнорировать. Лера спрашивает: — Так есть какой-нибудь выход или решение? Это сейчас самый главный вопрос для всех нас. Глава отряда отвечает: — Я не могу этого знать. Тут надо пробовать, чтобы понять. А здесь все это делать очень рискованно. Эйтан говорит мне так, что слышу его только я и стоящий рядом со мной напарник: — Ника, мне кажется, что для тебя находиться здесь как-то небезопасно. Эта энергия слишком странно на тебя повлияла. С чем это может быть связано? Отвечаю, облокотившись на стену: — Я сама задаю себе этот вопрос. Моя реакция слишком острая. Только и не в этом дело. Нам надо подробнее изучить природу этой энергии. Тут уже встревает Макс: — Но мы не можем понять эту энергию. Она сама не дает нам это сделать. Обращаюсь к напарнику: — Макс, почему ты так уверен, что энергия делает нам препятствия. Не стоит пока это трактовать именно так. Может быть, она так пытается наладить контакт? Это может звучать даже как-то абсурдно, так подумал и Феникс: — Она пытается нас прихлопнуть, а не наладить какой-то там контакт. Посмотри сначала на свое состояние, Ника, а потом уже говори так. Отмахиваюсь от парня и погружаюсь в свою тишину. Все эти дурацкие разговоры на меня слишком давят. Я понимаю лишь одно: нам нужен этот камень. Предыдущий Светлый Феникс явно любил разного рода загадки, а я люблю побеждать в таких играх. Знаю, что жизнь — это не просто игра, но есть во всем этом что-то такое… близкое мне по духу. Чего хотел Майкл? Защитить ту находку. Может быть, и не только это. Тогда что? Что он хотел донести до нас всем этим? Кто знает, вдруг все это имеет какой-то другой смысл? Голова так и идет кругом. Нужен план… Снова пытаюсь поставить себя на место Майкла. Что-то подсказывает мне, что я имею не совсем обычную связь со всем этим. Ладно, эту тему развивать у нас нет ни времени, ни сил. Зато можно подумать о том, как связь камней друг с другом может в этом деле помочь. Мне кажется, что это верное направление мыслей. Связь камней очень и очень сильна. Все эти заклинания не дают камням воссоединиться. А что, если мы эти возможности и попробуем реализовать, пока есть время? И силы. Можно усилить силу связи между камнями, но такое вмешательство — это огромный риск. Да и не факт, что одна энергия сможет разрушить другую, которую создает заклинание. Но…это имеет смысл не просто быть идеей в моей голове, а неким выходом из сложной ситуации, в которой мы находимся. Какая же из энергий более могущественная? Если камней, то она разрушит все преграды для воссоединения с другим камнем. Если же… заклинание Майкла сильнее, то риск, как минимум, не будет оправдан. И это я не упоминаю о всех последствиях, которые могут наступить в итоге. Даже не буду думать о них, так как это что-то очень и очень плохое. Нужно взвесить все «за» и «против». Еще и это заклинание, блокирующее мои мысли, надо бы снять, но не стоит. Хотя… нет, нельзя. Вдруг именно оно мне и помогает сейчас переносить все это? Что-то я вас запутала. Как и себя. Если я снова свяжусь с камнями, то могу навредить не только себе. Кевин помог нам с Максом убрать ту болезненную связь, но другой ее вид был уже раньше. В этом и проблема. Мне все равно на себя, но на Феникса — нет. Все эти переживания просто изводят меня. А что можно еще предпринять? Я — не Майкл. Мне не известно то заклинание. Энергия этого заклинания, как выразился раньше Марко, слишком чистая. С подобным и я не сталкивалась… вроде бы. Теперь мне уже нельзя ничего утверждать. Я же не помню очень многое. Может быть, если мои воспоминания были со мной, то было бы легче что-то сообразить. Но есть только эти «если бы» и больше ничего. Мне хотелось бы снова подойти ближе к той двери и почувствовать ту энергию, но это не так уж и просто для меня. Другим тоже нелегко. Я могла бы попытаться… но не знаю как лучше! Дайте мне совет. Кто-нибудь! Я не могу принимать такие решения самостоятельно. Эта ответственность не может быть индивидуальной. Я боюсь… боюсь выйти за рамки, пройти точку невозврата. Ошибка, пусть даже самая маленькая, сейчас может стоить очень дорого. Что же мне выбрать? Я еще и недостаточно восстановилась, поэтому могут возникнуть еще проблемы. Все просто замечательно! Все же связь с камнями может нам помочь, но этого может оказаться все же мало. Слушайте… а что, если загрязнить чистую энергию? Да, полностью это сделать невозможно. Но небольшое вмешательство может облегчить нашу задачу. Если, конечно же, я ничего не упускаю. Но и это очень опасно, так как, наверняка, придется подключить Эмму. Я не хочу рисковать другими. Черная энергия — это все же штука не совсем предсказуемая. Мне сейчас же надо вновь попробовать подобраться ближе к той двери. Делаю несколько шагов в том направлении, но меня резко дергают за руку назад: — Совсем из ума выжила?! Смотрю на напарника и произношу: — Мне надо лучше все разведать. Мои идеи даже не могут пока на что-то конкретное основываться. Парень отвечает, все еще держа меня за руку: — Ничего конкретнее добыть и не получится. Стоп. У тебя есть план? Сразу говорю: — Нет, это не план. Есть несколько мыслей, но они бредовые. Но Феникса уже не остановить: — Бредовые мысли? Вырываю руку из хватки молодого человека: — Можно сказать, что они очень и очень опасные. И нереальные. Напарник явно проявляет интерес к этому: — Можешь меня уже посвятить во все это, Ника? Честно говоря, не хотелось бы все это ему говорить, но тут дело не в моей жадности. Как бы Макса не захватили подобные идеи, и он не решился бы это провернуть. Остальные не замечают нашего разговора. Вот и хорошо. Чем меньше свидетелей, тем лучше. Когда я так начала говорить? Объясняю молодому человеку: — Не думаю, что это хорошая идея. Парень складывает руки на груди: — Ника… Вздыхаю: — Что, Макс? Темный Феникс с раздражением говорит: — Не начинай, Никс. Я не хочу с тобой ссориться. Киваю: — И я не собираюсь. Макс продолжает: — Но ты меня уже вынуждаешь. Класс, вот и еще проблемы подъехали. Как же я тебя обожаю, жизнь! Отхожу от парня: — Пойми же, что мои идеи опасны для всех нас. Я это говорю со знанием дела. Но мой оппонент снова не собирается отставать: — Давай ты мне расскажешь все, а я сам решу как квалифицировать твои идеи. Уже практически молю молодого человека: — Не дави на меня, не надо… Максимилиан произносит: — Никс, я вынужден это сейчас делать. Тебе же известны все эти сложности, тогда почему ты так себя ведешь?! Говори мне. Парень уже начинает отдавать мне приказы. Здорово! Может он начнет меня пытать, чтобы дойти до всей правды? Еще и давит всем, чем только возможно, на меня. Меня вся эта ситуация очень сильно бесит! Парень всё больше и больше пытается наверстать упущенное время. Он все спрашивает и спрашивает. А я все отнекиваюсь и отнекиваюсь. Но потом все же пришлось раскрыться, хотя здесь в планах не было. И то я все тянула из последних сил, так как эта информация не так проста. Даже для понимания. Молодой человек меня все же задавил. Я открыла ему свои идеи. Надеюсь, что напарник не заставит меня пожалеть об этом. Макс произнес: — Теперь я понял, почему ты говорила об опасности своих идей. Они имеют смысл и даже возможность нам помочь. Но они и рискованные. И пока единственные. Говорю: — Вот видишь. А я что тебе говорила? Связываться с камнями снова — это фактически подписать себе… и тебе, как минимум, смертный приговор. Парень переспрашивает: — Мне? Вздыхаю: — Макс, связь… Кевин же говорил. Феникс перебивает: — Я помню слова этого человека. Но… эта идея нормальная. Если надо, то я готов рискнуть собой. А ты готова сама собой рискнуть? Отвечаю сразу: — Я готова на это и не только. Но есть ещё Эмма. Загрязнить ту энергию — это в ее силах. Конечно, можно попробовать что-то еще придумать. Так сильно рисковать другими нельзя. Парень облокачивается на стену: — Иногда… я тебя вообще не понимаю. К чему он это: — О чем ты? Молодой человек будто опомнился: — Да нет, это просто мысли вслух. Делаю вид, что поняла его: — Ладно. Тут Феникс вспылил: — Ничего тут не ладно, Ника! Отвечаю в подобной манере: — Да чего ты начинаешь?! Макс берется за голову: — Да не знаю я! Просто… Еще у одного крыша поехала. Думала, что только у меня такие загоны. Тут у человека не лучше дела обстоят. Успокаиваюсь: — Макс, давай успокоимся. Надо трезво оценивать ситуацию. Парень отрицательно качает головой: — Это не тот случай. И наша с тобой связь…она мешает. Вот и заявления громкие пришли: — И что предлагаешь? Снова боль в голове усиливается, тот свист — тоже. Я схожу с ума. — Да сними ты свое блокирующее заклинание! Смотрю на напарника: — Нельзя этого делать, пойми меня. Я и так… не особо хорошо себя чувствую. Парень меняется в лице: — В ушах отдаленно слышишь свист? Говорю: — Слышу. И он не отдаленный. Темный Феникс произносит: — Ох, да уж… надо спешить. Пора решить, что будем делать. Отвечаю: — Знаю, что нет времени. Но как нам быть — этого не знаю. Мои идеи очень опасны, но других мыслей пока нет. Макс подводит итог: — Тогда у нас нет выбора. Мы должны рассказать этот план. Пусть его судьбу решат остальные. Не поняла: — Макс, что ты собираешься делать? Напарник смотрит на меня своими пронзительными глазами: — Ты всегда действуешь по ситуации. Теперь мне пора тоже этим заняться. И Феникс привлек внимание всей нашей команды и сказал, что у нас есть план. Можно я убью этого человека? А, может, так и надо было сделать раньше. Своими сомнениями я потратила только время. Просто… снова то самое не очень хорошее предчувствие.