История Ники книга2: В поисках Светлого Феникса

* * * На первой странице этих записей большими буквами было написано название организации, а сразу же под ним ее герб. Это изображение и заставило замереть меня на месте. Оно было мне знакомо. Черт возьми, я схожу с ума! Таких совпадений просто быть уже не может! Но вот... они передо мной. От переизбытка чувств перед глазами на время все даже стало мутнеть. Так дело не пойдет! Надо успокоиться. Но как тут быть спокойной?! Я прекрасно знала это изображение. Этот герб... Щит с изображением сокола, черных роз и двух факелов. Измерение Зейна! Та самая роспись на потолке. Теперь вообще ничего не понимаю! В том же месте я видела герб Храбрых сердец. Все снова так связано. И вот спустя столько времени я понимаю, что все те совпадения не случайность. - Ника, ты чего зависла? Я не сразу чувствую, что мой напарник кладет свою руку на мое здоровое плечо, но его голос мигом выводит меня из всех тех мыслей, в которых мне удалось запутаться. Отрываю свой взгляд от изображения и признаюсь: - Я раньше уже видела изображение герба этой организации. Темный Феникс убирает руку: - Что? Вздыхаю: - В измерении у Зейна в одном из залов на потолке. Там был и герб Храбрых сердец. Макс внимательно рассматривает изображение: - Я ничего не понимаю. Что все это может значить? Усмехаюсь: - Поверь, Макс, я сама без понятия! Но это все факты. В разговор вступает Франц: - Измерение Зейна... Тут есть упоминание о нем и об том замке. Там состоялось первое и единственное совещание Храбрых и Отважных. Произношу: - Нейтральная территория. Мужчина кивает: - Да, все думали, что так хоть немного снизится градус напряжения между двумя организациями, но и эти меры не помогли. Феникс спрашивает: - Но откуда появилась вся эта вражда? Как Отважные бойцы узнали истинную сущность Храбрых сердец? Тут точно должна быть какая-то предыстория. Тут я полностью согласна со своим напарником. Из ниоткуда так просто такое не происходит. Мы это по себе уже успели узнать. У нам же есть тоже свои причины сейчас искать информацию о истинном лице Храбрых сердец и собирать на нее компромат. Отец Лоренса отвечает: - Причины на самом деле были. Но я начну немного с истории создания Отважных бойцов. Она очень тесно связана с деятельностью Храбрых сердец. В записях я нашел упоминание о том, что причиной создания является какая-то битва или, как ее еще называют, осада важного стратегического и политического пункта. По факту - это был город. Произошло это чуть более пятидесяти лет назад, как я понял. Шла какая-то война за территории. Которая, как позже выяснилось будущими членами Отважных бойцов, была спровоцирована и профинансирована уже всеми нами любимой организацией. Храбрые сердца даже тем, кто напал на то место, помогали с оружием. Так обычное столкновение, которых было не так уж и мало в те времена, переросло во что-то ужасное. Городу все же удалось выстоять, но оборонительная крепость сильно пострадала. Было много жертв как среди военных, так и среди мирного населения. Возможно, все было бы не так печально, если бы не было предателей. Но именно благодаря тому, что некоторых из них позже схватили, стало известно много чего интересного. Те люди явно были завербованы. Идеи же, которые они продвигали, очень походили на идеи Храбрых сердец. Совпадений было много, а потом удалось задержать одного из тех, кто как раз занимался вербовкой. У того мага была татуировка с изображением головы льва. Тогда все и сложилось в одну ясную картину. Те, кто защищали тот город, стали копать глубже и предъявили Храбрым сердцам все, что узнали. Те опровергли все доказательства и сказали, что никак не связаны с теми событиями. Но люди не стали сдаваться и решили обратиться в Совет магов, но для это сделать могла только организация. Так было принято решение о создании Отважных бойцов. Вот тебе и предыстория. И все как-то... знакомо что ли. Есть у меня такое ощущение, но я не могу его прочесть. Темный Феникс говорит: - Только что образованная организация против той, которая имеет многовековую историю. Изначально должно было быть понятно, что выиграть тут не получится. Еще и начиная сразу с столь явным воинственным настроем. Они сами себя и потопили. Франц соглашается: - Отважные бойцы многое не взяли во внимание, когда решили войти в Совет. Попасть на тот момент туда было не так уж и сложно: организация должна была иметь своего лидера, герб, штаб-квартиру и численность более десяти человек. Непросто было утвердиться там и получить хоть какой-то весомый голос. Тогда Храбрые сердца уже сильно влияли на членов Совета магов и на председателя. Те сильно зависели от той организации. Так что Отважным просто не давали право голоса, хотя те всяческими путями пытались добиться справедливости. Именно они были первыми, кто заявил на высоком уровне о том, что Храбрые сердца не те, за кого себя выдают. Надо было быть очень смелыми, чтобы пойти на всё это. И эта история сильно зацепила меня. Что-то тут есть... Надо попробовать узнать хотя бы какие-то подробности: - Вы говорите, чтобы стать организацией нужно было иметь лидера и штаб-квартиру. Кто же был лидером Отважных бойцов? И где находился их центр? И что был за город, который осадили? Да, от кучи вопросов просто никуда не деться. Я пытаюсь найти что-то. В моей голове есть какая-то мысль, которую я сама не могу понять. Чего-то словно не хватает, чтобы постичь что-то то очень важное. Я не могу объяснить это ощущение, но.. оно в прямом смысле сдавливает меня изнутри. Очень близко, но так далеко. Франц начинает искать что-то в бумагах: - Я начну с ответа на твой последний вопрос. Просто... почему-то название того места постоянно вылетает из моей головы. Черт, не вижу нужных записей! Ладно... давайте я тогда пока расскажу о другом. Почему-то имя того главы, как и наименование центра не сохранилось. Я перерыл все, но про Отважных, на самом деле, не так уж и много информации. Если бы здесь не было обнаружено тайное хранилище, то, может быть, мы бы так ничего не узнали об этой организации. Мой напарник спросил: - А что стало с этой организацией? Она существует на данный момент. Просто в ее лице мы могли бы найти союзников. И снова верные мысли от моего напарника. Нам надо знать больше, но это просто невозможно. Всё... так непонятно. Но, если та организация... Мужчина обратился к Фениксу: - Об этом я скажу чуть позже, а сейчас...Вот! Нашёл нужную запись. Бывший глава Республики поднял нужный лист вверх. Вот сейчас мы что-то узнаем. Лишь бы это как-то помогло. Я уже не могла ждать. Не мог терпеть и мой напарник: - Так что там? Франц посмотрел на записи и ответил: - Нашел... То место, на которое было совершено нападение, называлось... Форте. И внутри меня что-то будто оборвалось. Нет. Это уже слишком! Слишком, черт возьми! Я посмотрела на Макса, который повернулся в этот момент в мою сторону. Он тоже все понял. Форте. Меня повело как-то в сторону, но Феникс снова оказался рядом. Что же у меня за жизнь такая?! Мужчина хотел было что-то сказать, но я запротестовала: - Стоп! Стоп! Стоп! Не могу... эти совпадения пугают. Словно окатили холодной водой. Вся та битва... я там была! Черт, мне надо успокоиться. Нет. Не могу. Форте... я искала так долго информацию об этом месте, уже боялась, что сошла с ума. Но сейчас так неожиданно всплывает это. Отважные бойцы - организация из Форте. И то нападение... Храбрые сердца были и там. Да они меня преследуют! Нахожу в себе силы: - Вы говорите, что все те события связаны с Форте? Мне надо еще раз услышать эту правду. Мужчина кивнул: - Да, это так. Вы знаете что-то об этом? Ещё как и не просто что-то. Темный Феникс позвал меня: - Ника. Поворачиваюсь снова к парню, который выглядит очень и очень взволнованно. Мои мысли путаются. Я не могу всего этого до конца понять. Как все тесно переплетено. И снова каким-то боком это связано со мной! Спрашиваю молодого человека: - Ты понимаешь все это? Это дурацкое чувство... страха. Меня трясет изнутри. Я не была готова к подобной правде. И мир перевернулся. Меня моя чуйка не подвела. Эта информация поменяла ход дела. Как в воду глядела. Макс подошел ближе ко мне и взял осторожно за руки, при этом глядя в глаза: - Я понимаю. И помню все то... Ника, тише. Сейчас твои эмоции могут сильно навредить тебе. Мы разберемся во всем. И я чувствую, что начинаю успокаиваться с каждым словом молодого человека. И снова ощущаю тепло от ладоней напарника. Он все помнит. Мы разберемся. Вместе. Киваю: - Хорошо. Я спокойна. Не хотелось так убирать руки, но пришлось. Франц был невольным зрителем столь странного момента. Он не поймет нас. Мы и сами не понимаем. Обращаюсь к бывшему главе Республики объединенных магов и существ: - Мы знаем об этом месте и о тех событиях. Тогда на самом деле происходило нечто ужасное. Франц пытается разложить записи на столе по стопкам: - Понятно. Я уже не удивлен, что вы знаете больше меня. Произношу: - Мы не знаем больше вашего. Просто есть факты, с которыми мы столкнулись. Если все так, как вы рассказали, то помощи от той организации и не жди. Форте больше же не существует. Мужчина говорит: - Как и Отважных бойцов. Та организация словно исчезла примерно в то время, когда и был уничтожен Совет. Нет никакой новой информации о Форте. В одном из источников говорилось, что те места разрушил какой-то межпространственный взрыв. Только появляется надежда, как ее снова убивают. Максимилиан не знал того, что говорила я. Но мы никогда и не затрагивали так эту тему. Парень смотрел куда-то в сторону записей: - То есть помощи там и не ищи. Такой настрой мне что-то не нравится: - Но Марко и Георгий как раз ищут сейчас союзников, так что мы не пропадем. Да и вся эта история с Отважными бойцами... что-то мы упускаем. Я не знаю как это объяснить! Но... нельзя забывать и об этой организации теперь. Она не могла исчезнуть настолько бесследно. Франц, а в тех записях вообще есть хоть чьи-то имена, какие-то детали, например, про героев тех событий битвы? Мужчина снова принялся что-то искать. А мне на самом деле стало хуже. Блокировка сознания помогала, но явно до нормального состояния я не дошла. Голова гудит. Не к добру. Не к добру... Бросаю свой взгляд на молодого человека, который находится сейчас в своих размышлениях. Как же сейчас его понимаю. По моей вине он узнал о Форте, побывав там в моем сознании. Но то место не просто появилось в моей голове из ниоткуда. Кто-то тогда проник в мое сознание и показал это. И тут точно дело не в Храбрых сердцах. Они бы не стали давать мне компромат на себя. Каждая деталь важна. И Денис знал, что здесь мы что-то узнаем. И я знаю, что мы не должны забывать то, что узнали здесь. Потом это обязательно где-то всплывет. Жизнь научила такой хорошей мудрости. Отец Лоренса нашел какую-то небольшую книжку, где была закладка на какой-то нужной странице: - Здесь нет никакой конкретики. Снова. Имен нет, но есть фотография какого-то военного и бойцов. Тяну руку за книгой: - Дайте посмотреть. На самом деле здесь была фотография, но качество весьма плохое. Попробую приглядеться. Чувствую, что напарник встал за спиной тоже рассматривает фото. А вот и знакомые лица. Да и фотография была сделана на фоне разрушенного бура. Вот, например, в самом центре точно стоит генерал - отец Кристофера, а вот неподалеку и сам Крис. Хоть изображение и оставляет желать лучшего, но еще я нашла и Ондрея. С друзьями рядом стояла какая-то девушка, которую я видела впервые. Но вот они, все те участники событий, к которому по какому-то странному стечению обстоятельств я имела отношение. Но мой взгляд все не отрывался именно от девушки. Фотография была черно-белой, но и так было видно, что у той особы были темные короткие волосы. Кто же она? Крис и Ондрей стоят рядом с ней и улыбаются. Черт, я скучаю по этим ребятам. Кристофер был гениальным изобретателем, но и тем еще шутником. А Ондрей на самом деле внешне сильно похож на Макса, да и его поведение тоже схоже. И они реальны. Герои, которые спасли не только Форте, но и все свое измерение. Феникс неожиданно наклонился ко мне, пристально изучая фото. Сейчас мы находились слишком близко к друг другу, но напарника это нисколько не смущало. Парень произнес, показывая на изображение, а точнее на Ондрея: - Мне кажется... или этот парень сильно похож на меня? Отвечаю просто: - Похож. Макс переводит взгляд на меня. И снова так близко. Молодой человек хотел спросить что-то еще, но передумал. Я же положила книгу на стол и обратилась к Францу: - Больше нет никакой информации об Отважных бойцах? Мужчина берет в руки книгу, которую мгновение назад я положила на стол: - Здесь было кое-что ещё. Вот. Тут идет речь о том, что Отважные утверждали, что Храбрые сердца проводят эксперименты над обычными людьми, пытаясь создать что-то непонятное. Это очень и очень серьезное заявление, после которого Отважных бойцов отстранили на некоторое время от участия в заседании Совета магов. Произношу: - Проводить эксперименты - это то, что Храбрые сердца просто обожают. Взгляните, например, на меня. Феникс возражает мне: - Нет, Ника, ты не их эксперимент. Мужчина кивает: - Здесь я полностью согласен с Максимилианом. Ты - это нечто другое. Но пока сложно сказать что-то конкретное. Ты сильна, что представляет для них как интерес, так и угрозу. Головная боль с новой силой захватила меня, но я старалась не подавать виду. Лишь бы напарник не почувствовал. Отец Лоренса произносит: - Здесь говорится и о любви у Храбрых сердец к идеи чистоты крови и магии. Они ненавидели любые отклонения в магическом мире, как утверждали Отважные. Темный Феникс говорит: - Нам об этом известно. Марко запрещал пользоваться Эмме черной энергией во время столкновений с Храбрыми сердцами. Больно. Очень больно... Голову будто зажали в тиски. Неужели приступ. Нет. Не похоже. Такое ощущение, будто в мою голову так настойчиво хотят залезть, но будто изнутри. Вскрикиваю, когда не могу уже сдержать себя. Макс сразу оказывается рядом: - Ника, что с тобой? Тихо произношу: - Не знаю, но голова разрывается изнутри. Парень говорит: - Наверное ты слишком перегрузила себя новой информацией, а это для тебя не очень хорошо. Информации на самом деле было много. Очень много. Я не обращала внимания на то, что чем больше мы узнавали, тем хуже мне становилось. Так сильно хотелось во всем разобраться. Вот и довела себя сейчас до чего-то такого. Но это явно не единственная причина. Чертовски больно. Уже шиплю: - Я ничего не знаю, Макс. Но никаких слов своего напарника я не слышу. Меня неожиданно словно вырывают из этой реальности. Но нет никакой темноты. Я вижу другое. * * * Я нахожусь сейчас совершенно в другом месте. Как это может быть возможно? Не знаю! Просто... это точно не кабинет, где мы с Францем сейчас все обсуждали. Это какая-то комната, которая смутно мне знакома. Я только не могу понять, что со мной. Это не может быть приступом точно, так как совершенно другие ощущения у меня сейчас. Слишком все произошло резко. Да, боль нарастала, ведь нагрузка информации была просто огромной, как и эмоциональные переживания. Но... было здесь что-то не то. Я будто перенеслась в другое место и, возможно, что и в другое время. Блокировка сознания все еще стоит, так что не могу представить себе, что со мной. И зачем я вижу эту пустую комнату, которая ничем таким необычным не выделяется? Хотя что-то в ней есть. Не успеваю это обдумать, как в помещение вбегает какой-то мужчина, но его лица мне пока не удается рассмотреть. Тот человек начинает что-то искать на рабочем столе. Мне хотелось бы подойти ближе, но какая-то сила не дает мне этого сделать. А то, кого я вижу, наконец-то находит, что искал - это был какой-то круглый кулон на цепочке. Потом человек пытается придумать, куда спрятать вещь и поворачивается в мою сторону. Тот мужчина только замечает меня, тогда я и вижу его лицо. И оно, как и комната, смутно мне знакомо. Но как он меня видит? Человек со страхом в глазах произносит: - Дорогая, что ты здесь делаешь? Тебе срочно нужно отсюда уходить! Ничего не понимаю. Мужчина подходит ко мне и тянется к тумбочке, которая находился за ним, вынимает один из ящиков и закладывает свою находку. Хочу что-то сказать, но мужчина говорит мне: - Запомни, моя дорогая, что я спрятал эту вещь здесь, но никому не говори. Киваю, сама не понимая почему. Но мне хотелось верить этому знакомому незнакомцу. Мужчина хотел сказать что-то еще, но дверь в комнату неожиданно распахнулась, ударяясь с громким хлопком о стену. Мне казалось, что в этот момент стены помещения содрогнулись. И в комнату вбежали какие-то люди. Их было трое. Нас сразу же заметили. Человека, который стоял рядом со мной, хотели схватить двое, но тот дал отпор. Меня же поволок за собой третий пришедший сюда. Я хотела что-то сделать, но это тело было словно не моим. Слыша крик. Свой крик. Тот человек дал мне подзатыльник и велел заткнуться. А мой незнакомец закричал: - Не трогайте её, уроды! Вы обманули нас! Мужчину все же схватили. А тот, кто держал меня, произнес: - Я бы с выражениями был поаккуратнее! Но тот человек, которого все еще удерживали, не собирался молчать: - Вы обещали, что поможете! Обещали! Но все ваши слова - это обман! Того незнакомца один из тех уродов со всей силы ударил. Да что здесь, черт возьми, происходит?! Мне хочется все это остановить и как можно скорее, но я даже не могу пошевелиться, не то что сдвинуться с места. И удерживает меня не только тот главарь всей этой непонятной шайки, но и какая-то иная сила. Даже не могла крикнуть, чтобы это все закончилось. Со мной происходит какая-то неведомая ерунда, которой нет никакого объяснения. Мужчина, который так и удерживал меня, крикнул: - Ты сам к нам пришёл и просил о помощи! Неужели ты на самом деле думал, что все так просто? Вы все наивные идиоты! Что за непонятные разговоры! Нет никакой конкретики. Вот и гадай, что за драма разворачивается перед тобой. Того незнакомца определенно не собирались отпускать. А он сам явно ненавидел этих людей: - Вам всегда все верят, но больше такого не будет! Мы отказываемся от ваших услуг! А если вы будете нам угрожать, то мы обратимся к Совету магов! О, знакомые слова. Совет магов - это уже интересно. Тот главарь коварно усмехнулся: - Серьезно? Ты настолько глуп, что я даже удивлен твоим уровнем тупости. Неужели ты думаешь, что мы так просто всех вас отпустим? И нашёл чем ещё запугивать! Вы в ловушке - вам никуда от нас не делать. Мы сами решим, что с вами делать. А того мужчину снова начинают избивать. Что это за зверские способы ведения переговоров?! Снова делаю попытку вырваться, но на этот раз мне приставляют нож к горлу. Вау! Просто супер! Еще глотку, для полного счастья, осталось мне перерезать. Но какой-то непонятный страх мгновенно сковывает меня. И он...такой знакомый. Незнакомый, но какой-то знакомый для меня человек, кричит: - Не трогайте ее, уроды! Вы обещали, что поможете ей! Чувствую, что на мое горло надавили с новой силой: - Что ты прицепился к этим обещаниям?! Вы сами обрекли ее на это. Но мы сделаем всё, чтобы она не стала частью того мира. Поверь, отчасти вы получите то, что и хотели. Про кого они это? Про меня что ли? Ничего не понимаю, никто не вносит никакой ясности, а я не могу залезть в их головы и все понять сама. Уж извините. В ответ мужчина, удерживающий меня, получает: - Мы хотели ее спасти! Вы говорили, что поможет! А теперь происходит все это! Вы нарушаете все законы! Слышу голос главного, который убрал с моего горла нож: - Мы не хотели вам помогать, а хотели получить её. И получили. Николай, не тыкай мне тут своими законами! Ты знаешь, что это меня сильно выводит из себя! Так того человек зовут Николай? Что-то очень такое знакомое, но и далекое. Но этот Николай сказал: - Вы заплатите за всё! Потом он получил сильный удар по ребрам. Не могу смотреть на этот ужас. Как можно это остановить, если даже нет возможности контролировать свое тело? Вот и я не знаю. И снова тот главный, но уже более гневно, крикнул: - Всё. Ты меня достал! Пора с тобой уже покончить! Что?! Какого "покончить"?! Что всё это значит?! Потом Николая уже зажимали между двумя мечами. Неужели они собираются... Нет! Я дергаюсь, но меня удерживают большие руки того человека, который отдает тут приказы: - Ты больше нам не нужен. Пришло твое время. Один их тех мужчин замахивается мечом на такого знакомого человека. Слышу крик. Свой крик: - Нет! Но главный дергает меня на себя и обращается теперь ко мне. И это лицо.. как уже не банально бы звучало, но и оно кажется смутно, но снова знакомым: - Да, смотри как умирают дорогие тебе люди. Так и будет, если ты пойдешь против нас. Но я нахожу в себе силы сказать: - Не надо его трогать! Мужчина усмехается: - Уже поздно. Он вытягивает руку вперед и разрешает сделать это... И в следующий момент один из тех мужчин пронзает своим мечом тело Николая, при этом направляя удар прямо в сердце. Мужчина без чувств оседает на пол. Я снова и снова пытаюсь вырваться, при этом крича и плача. Но всё безрезультатно. И поздно. Он мертв. А дальше все начинает плыть перед глазами. Меня словно вытягивает из всего этого, но я так и слышу слова того человека. "Смотри, как умирают дорогие тебе люди." "Смотри..." "Так и будет, если ты пойдешь против нас." "... если ты пойдешь против нас." "Нас..." И я помню тот момент, когда тот урод, а по-другому я назвать его никак не могу, поднял руку. Хотя меня и переполняли эмоции, но я успела кое-что заметить. Татуировку в виде головы льва. Это снова они. Снова. Дальше я чувствую, как становлюсь собой, попадая в ту реальность, где и должна была быть. Мне ещё сложно соображать, не то что что-то произносить. Но чувства... они не обманывают. Я у Франца. И передо мной взволнованное лицо моего напарника, который удерживает меня за плечи, не давая полностью осесть на пол. * * * Макс Плохое предчувствие появилось у меня ровно тогда, когда я сам же предложил Нике сбежать из лагеря. Хотя... нет. Это ощущение появилось куда раньше, сложно даже определить, когда именно. Это плохое предчувствие... Ника всегда называет это чуйкой, но для меня оно всегда имело не особо сложное и понятно кодовое название, которое и кодовым не назовешь, "плохое предчувствие". Но про мои проблемы с креативностью мы поговорим в следующий раз. Лучше же, если мы вообще не станем затрагивать эту тему. Всё было слишком странно, что давно уже не новость. Когда ты защитник, то странностей для тебя быть не должно. Но у нас их имелось огромное количество. Всё обязано быть понятно и решаемо, только реальность дает понять, что этого никогда не будет. Состояние Ники - это одна из самых сложнейших загадок, как и сама девушка. Ника... Я чувствовал, что что-то должно произойти. Нет, и дело тут не в том, как я всегда считал, что, как и обычно, дело в моей напарнице. Всё далеко не так. Но раньше я грешил тем, что не прочь был обвинить во всех бедах девушку. И сейчас иногда так поступаю. Ну а вот это уже смахивает на чистосердечное. Но что-то определенно должно было случиться. Я знал и, как не странно, слишком хорошо понимал состояние Никс. Хотя... со мной всего подобного никогда не случалось. Ника... у нее все не так, как у нас. И это не обвинение в ее адрес, а констатация фактов. На неё столько всего навалилось, но она держится. Я и не знал, да и она всегда ото всех это скрывала. А держать всё постоянно в себе - это ничего хорошего за собой не несет. По себе уже успел понять. Странно и то, что я стал понимать Нику, хотя с первого дня нашего знакомства делал всё с точностью наоборот. Тогда я видел всё не так, как вижу сейчас. Многие вещи стали такими ясными, но далеко не все. Связь Никс с Храбрыми сердцами ее буквально истязала, когда она оправлялась после воздействия яда из пули на организм. Все ее приступы...это кошмары наяву. А наша с ней весьма странная связь, которую я всегда, больше уже даже по привычке, пытался отрицать, была сильна настолько, что я мог ощущать физическую боль напарницы. Но... и душевную я видел. Ника зачастую не обращает внимания на свое состояние или не считает это просто нужным. Я же считал это важным и в сотый раз себя проклял после того, как мы решились на тот столь рискованный шаг. Девушка была ещё не готова, хотя сама считала обратное. Я же поддался эмоциям. И, как казалось на первый взгляд, всё было хорошо. Мы не зря рисковали, чтобы отправится к Францу. Та правда, которая открылась нам, была важна. И так неожиданна. Даже я, человек, который знал и видел многое, был шокирован. В этой жизни совпадения - это очень неоднозначная вещь. И поток новой информации просто сбил нас с ног. Это были огромные нагрузки для меня, а для Ники все было ещё тяжелее. Но время повернуть назад невозможно. И то предчувствие всё ещё не покидало меня, хотя на какой-то момент я забыл о нем, но оно мне чуть позже о себе напомнило. Правда была слишком неожиданным ударом, хотя моя напарница чувствовала, что всё это многое изменит. Сначала история про весьма интересную организацию: Отважные бойцы. А потом.. Форте. Это был словно удар под дых. Такой удар, после которого из легких выбиваются все остатки кислорода. И это было настолько тяжело для меня. Ника же не могла в это просто поверить. Я помнил ту историю настолько хорошо, словно это было вчера. Тот момент, когда пытался докричаться до напарницы, находясь прямо в эпицентре какой-то битвы. Все те эмоции, которые я тогда испытал, - это запретная тема для меня. Эти чувства были такими правильными и неправильными одновременно. Они были настолько глубинными, что страшно было самому себе представить, что они имели место быть. Но они были. Я переживал за Нику, но нужно было и о себе не забывать. Книга и та фотография в ней. Это было что-то за гранью разумного и реального. Верилось во всё это с огромнейшим трудом. На том фото был один человек, который так сильно был похож на меня. Даже слишком. И это сходство видела и Никс. Она даже слишком спокойно отреагировала на это. Я же перестал окончательно во всём этом соображать. Так хотелось задать вопросы, но понимал, что они не так важны. Потом же надеялся узнать что-нибудь от напарницы. Но и времени на всё и про всё было не так много, как хотелось бы. Потом мы дальше пытались найти информацию о Храбрых сердцах. Так удалось узнать, что те просто обожают всякого рода эксперименты над людьми. Ника привела в пример себя. Нет. Она никакой не эксперимент! Но девушка многое успела вбить ненужного в свою голову. Никс не эксперимент. Всё совершенно не так. Ее случай - это другое. Но девушка... себя только изводит мыслями. И, как бы я не пытался, она так и остается в мире своих переживаний. А потом я чувствую такую странную тупую боль, а девушка падает на колени от сильной головной боли, при этом крича. Это было все же неожиданно, хотя то предчувствие... Я еле успел не дать напарнице упасть. Ее глаза были закрыты, она снова была не с нами. Я не знаю. Франц тоже оказался рядом: - Что с ней? Хотел бы я знать сам: - Это не похоже на приступ. И это было так. Ох, Никс, что же с тобой? Смотрю на девушку, пытаясь прочитать внутренние ощущения, которые появились у меня в тот момент. Тупая боль... но это мне ничего не говорит. Неужели Храбрые сердца все же добрались до неё? Что-то мне подсказывает, что тут что-то иное. Но надо с этим "что-то" делать. Пульс девушки был в норме, но дыхание словно замедлилось. Это заметил и бывший глава Республики: - Она стала медленнее дышать. Смотрю на мужчину, который тоже волновался. Не надо было заниматься столь рискованной самодеятельностью: перемещаться сюда. Ника... Ника... Осторожно хлопаю ее по щеке: - Никс, очнись... Франц произнес: - Это не поможет. Внутри меня что-то будто дернулось: - А что поможет?! Эмоции. Это всё эмоции и чувства, которых не должно быть. Франц даже отшатнулся от меня: - Её лучше сейчас вообще не беспокоить. Она словно в каком-то трансе. Но я не могу сказать точно. О, да не вы один в таком положении! Но если нельзя сказать точно, то и не факт, что Нику нельзя трогать. Размышляю как сама Никс. Но я никогда не смогу быть таким, как она. Признаюсь: я восхищаюсь девушкой. Только далеко не всегда это показываю, так что это и не так заметно. Но все так. Она мыслит не как мы: более неординарно, креативно. А в нашем столь непонятном мире именно это и спасает нас. Если бы не Ника, то всё было бы по-другому. Без нее наш лагерь теперь не представляет свою жизнь. И... я тоже. Она пробралась мне под кожу, не собираясь делать этого. Её не отмыть, даже если захочешь. Три, три, но все без толку. Ее не снимешь с кожей. И это не поможет. Залезла в душу, хотя у нас были договоренности. Только девушка и это делала не намеренно. Я противоречу сам себе. Но не могу прости находиться рядом с напарницей, при этом не помогая ей. Она многим пожертвовала... Спрашиваю уже спокойнее: - Неужели ей никак нельзя помочь? Мужчина ответил: - Боюсь, что нет. А вот я боюсь, что мы можем потерять шанс. Но и необдуманные и стремительные действия могут только всё ухудшить. Рискованно. А рискованных действий на сегодня нам уже хватило. Всего этого можно было избежать, если бы я не потерял тот самый контроль над собой и над желанием искать Светлого Феникса. Над своей зависимостью, как говорил Георгий. К сожалению, мой мозг может отключиться, когда дело касается истинного напарника. И не только истинного... Неожиданно Ника стала как-то дергаться, но это было не долго. Ника... Ох, как тебе помочь? Мужчина произнёс: - Всё же ты не забыл моего совета со времен заточения у Виора о том, что вам с девушкой нужно объединиться и сотрудничать. Нашёл что вспомнить. Я до сих пор чувствую свою вину... Моя самонадеянность далеко не всегда приносит положительный результат. Только не всегда понимаю это Я так хотел вернуть свою книгу и отправился один в Огненный замок. Если бы только я рассказал о том письме Виора другим, то... всё было бы по-другому. Я попался в ловушку. Виор умел и умеет манипулировать людьми. Но если бы я не пошёл на это, то мы бы не узнали о других защитниках и о Франце, проблемах в Республике. Я не могу сказать, что мы бы не узнали этого, если бы до меня дошло, что надо сообщить нашим о своих планах. Я привык решать все проблемы самостоятельно. Идиот. Тут даже спорить не буду. Именно по моей вине теперь у Ники шрам на щеке. Я в этом виноват! Девушка вместе с Эммой спасла меня. Если бы не Никс, то я бы так и гнил в той тюрьме. Но она нашла то письмо. Сунула нос туда, куда надо. Ника оказалась куда умнее, чем я. И Франц был прав в том, что я чувствовал в Никс соперника. Всё очень сложно. Даже слишком для меня. Не скрывая своего недовольства, произношу: - К чему вы сейчас об этом? Мне кажется, что я чувствую, к чему ведет мой собеседник. И мне не хочется затрагивать эту тему. Мужчина покачал головой: - Вы сблизились. И даже слишком. Делаю вид, что не понимаю: - О чем вы? Я не понимаю вас: вы говорите, что мне надо сотрудничать с девушкой, то теперь чем-то недовольны. И тут я действительно понимал не всё. Но что-то... Намеки я не люблю. Если хотите что-то сказать, то сделайте это напрямую и мне в лицо. Франц ответил: - Эти эмоции... они слишком сильные. Это не то, о чем я просил. Твои чувства к Нике, которые выходят за рамки деловых, могут сыграть с тобой злую шутку. О каких эмоциях он говорит?! Какие чувства к Нике?! Хочу возразить, но не нахожу слов. И именно в этот момент девушка открывает свои голубые глаза. Василек. Именно этот цветок для меня ассоциируется с глазами Ники. Я заметил это в самый первый день появления её в нашем лагере, во время битвы. И в моей жизни. Моя мать любила эти цветы. И они мне нравились, но глаза этой девушки... я возненавидел этот цветок. Я ненавидел всё, что было связано с Никой. И оказался сам с ней очень тесно связан. Так сильно, что... не могу этого объяснить. Ника, я волнуюсь. Ты, возможно, никогда этого от меня не услышишь, но ничего не могу с собой поделать. Мои чувства мне самому непонятны. Ника, я... Просто пусть с тобой всё будет хорошо.