История Ники книга2: В поисках Светлого Феникса

* * * Эмма До главного зала, где и должен был с минуты на минуту начаться важный прием, было не так уж далеко. Но мы с Люком все же немного ускорили шаг. Вот надо же было так... Но не буду отрицать, что это было невероятно. Только вот мы не должны подвести Лоренса, а если опоздаем, то заставим того волноваться ещё больше. Вы можете спросить о том, что возможно ли волноваться еще сильнее. Я вам отвечу, что сын Франца может и не так. Да, Лоренс и Хелен уже встречаются, но их статус обязывает сделать публичное объявление о своих отношениях. Всё должно пройти в наилучшем виде. Так и будет. Я верю в своего друга. Он готов на всё ради своей теперь уже девушки. И как я понимаю его чувства! Уже подходя к главной двери, которая вела в зал, мы увидели Эйтана, который постоянно оглядывался, пытаясь найти в толпе людей кого-то. И было ясно, что искал он нас. Когда мы появились рядом с ним, то тот с огромным облегчением сказал: - Наконец-то! Сейчас уже все начнется! Мы ничего не ответили, но последовали за другом, который на ходу объяснял: - У меня получилось исправить все неполадки, так что техника работает отменно. Лоренс так переволновался. Я уже думал, что придется вызывать врачей. О, да. Сын Франца бывает таким. Это я уже успела узнать за все то время, что мы с ним знакомы. Он просто ответственно подходит ко всему и всегда. Когда же что-то идет не по плану, то это может выбить его из колеи. А сегодня для него особенно важный день. А парень продолжил: - Но все обошлось. А пока вас не было, я узнал, за каким столиком наши места. Еле нашел! Не думал, что тут будет столько народа! А людей, как я успела понять, было действительно много. Непроизвольно прижимаюсь ближе к своему молодому человеку. Пока мы идем к нужному столику, замечаю среди толпы знакомые лица. Лоренс стоял рядом со своим отцом и родителями Хелен. Девушка тоже была рядом. Она выделялась среди всех присутствующих здесь. От нее словно исходил какой-то свет. Счастливая улыбка на ее лице говорила о многом. Но снова перевожу взгляд на Георгия. Мы с Люком все еще ему не рассказали о наших отношениях. Все ребята в лагере были в курсе. Им нам даже ничего и объяснять толком не надо было. Они поняли это и так. Мия же была так рада этой новости, что чуть не удушила меня и своего брата в объятьях. Но вот Георгию... мы знали, что ему это может не понравится. Он не Марко, который принял наши отношения и дал даже в какой-то степени отеческие наставления. Франц кое-что знал о моих любовных муках, но я ему тоже ничего не рассказала еще. Просто не было подходящего момента. Но за его реакцию я не переживаю. Франц тоже поймет нас. А что, если Георгий запретит нам с Люком встречаться? Нет. Надо выкинуть эти ужасные мысли из головы. Они сейчас так не подходят к столь радостному событию в жизни наших хороших друзей. Хорошо, что мы спешили, поэтому не стали подходить к нашим знакомым. Этот момент оттягивается на неопределенный период времени. Я боялась... Я не смогу жить без Люка. Если нам запретят встречаться и любить друг друга, но это убьет меня. Уничтожит нас. Парень словно почувствовал мое напряжение, поэтому тихо произнес, но я хорошо услышала: - Эмс, все будет хорошо... Он, как и обычно, понимал без слов. А я с ним готова была идти хоть на край света. Все будет хорошо. Я верю молодому человеку. Верю в нас. Мы справимся со всеми трудностями. Вместе. Вскоре мы наконец-то обнаружили наш столик, который оказался весьма большим. Я быстро нашла свое место, которое было подписано. Мой парень расположился рядом со мной, так как, видимо, Лоренс оказался весьма предусмотрительным. Он знал меня тоже весьма хорошо. Я же ему, в свое время, успела прожужжать уши о том, как влюбилась в собственного напарника. А остальные присутствующие тоже уже расположились на своих местах. Я увидела, что семьи наших влюбленных находились за центральным столиком. Глава Республики же с кем-то говорил у сцены. Но Люк отвлек меня от осмотра помещения тем, что положил одну свою руку на мою коленку. Я повернулась к нему. Но именно в этот момент Эйтан, который расположился на предназначенном для него месте, которое было прямо напротив меня, спросил: -Ребята, где вы все это время были? Этого вопроса было не избежать. Мой парень пожал плечами и спокойно произнес: - Заплутали. Выгибаю выразительно бровь, смотря на напарника. Серьезно? Заплутали? Но Эйтан не успевает ничего сказать нам, так как в микрофон начинает говорить один из заместителей главы Республики о том, что рад видеть сегодня всех на столь важном мероприятии. Дальше идут благодарности отдельным людям. Пока наш друг с увлечением слушает все это, наклоняюсь к своему парню и спрашиваю: - Мы заплутали? Тот кладет свою руку на мою и произносит: - А ты бы хотела, чтобы я рассказал нашему другу все то, чем мы занимались, после того, как он пошел с Лоренсом, при этом не упуская довольно пикантные подробности? Чувствую, как начинаю краснеть. Вот умеет же он вогнать в краску. Хлопаю молодого человека по руке: - Да ну тебя, Люк! Тот улыбнулся мне самой обворожительной улыбкой: - Эмс, только не обижайся. Я же пошутил. Качаю головой: - Шутник. Как же я могу на тебя обижаться? И улыбаюсь в ответ. А заместитель передает слово уже самому главе Республики Объединенных магов и существ. Теперь все присутствующие окончательно замолкают, замирая на своих местах. Все взгляды прикованы к Лоренсу. Молодой человек, выходя на сцену, выглядел уже более уверенно. Если бы я не знала о том, какое он волнение сейчас испытывал, то даже бы и не догадалась об этом. Парень был сыном своего отца. Лоренс всех поблагодарил всех присутствующих за то, что они оказали ему такую честь, присутствуя на данном мероприятии. Глава Республики сказал, что для него этот день очень важен и что сегодня он намерен сделать серьезное заявление, но чуть позже. Сейчас же все могли отдохнуть и повеселиться. После этих слов молодой человек снова направился за свой столик. Он правильно сделал, что не стал сразу говорить обо всем. Эта пауза взята мудро. Как я слышала по перешептыванием некоторых людей, некоторые догадывались в чем дело. Все же слухи распространяются в любом обществе и измерении быстро. Пока же можно было передохнуть и получше рассмотреть все вокруг. И я лишний раз убедилась в ответственности и предусмотрительности своего хорошего друга. Он продумал все! И я им очень горжусь. На столах уже стали появляться первые блюда, и люди принялись за еду. Эйтан с восхищением отметил: - Сервировка стола просто великолепна. Продумано всё до мелочей. А первое блюдо - просто пальчики оближешь. Даже сложно представить, что ждет нас дальше. Тут я и Люк были полностью согласны с другом. Мы старались втроем все же есть медленно и культурно, но мы ничего не принимали в пищу после того, как отправились сюда. Так что были вполне голодными. Да и нагрузки физические были вполне серьезными. И сейчас было так приятно сидеть на этих мягких стульях. Окружение вокруг нас собралось хорошее, так что мы успели даже с некоторыми людьми немного поговорить. Приятно общество никогда не тяготит. Но усталость все же сильно отразилась на нас, так что мы не были особо активными собеседниками. Я и мой молодой человек - уж точно. Эйтан же сохранил свою разговорчивость. Нет, это не была глупая болтовня. На подобное парень не способен. Он умен и общителен - замечательное сочетание. А еще весьма любопытен. К нему люди просто тянутся. И молодой человек всегда готов с удовольствием быть полезным. Так он успел, пока занимался уже вторым блюдом, попутно помочь одной женщине, которая, к слову, меня и Люка узнала, в одном вопросе, который касался какого-то заклинания. Эйтан все ей просто и доходчиво объяснил. Мой парень же разговаривал только со мной все это время. Мы весело болтали, наслаждаясь обществом друг друга. Прямо как нормальная пара. Иногда я бросала взгляды в сторону главного столика, некоторые из которых были весьма взволнованными. Георгий несколько раз уже успел посмотреть в нашу сторону. Меня все это сильно волновало. И пока Эйтан интересовался у одного из официантов о том, какое ещё количество блюд нам ожидать, Люк произнес: - Эмма, взгляни на меня. Я отвела взгляд от того столика и посмотрела на напарника. Парень нежно погладил меня по руке: - Эмс, ты чего так волнуешься? Я вздохнула и ответила честно: - Я боюсь реакции Георгия, когда ему станет известно о наших отношениях. Молодой человек придвинулся ближе ко мне: - Эмма, не надо волноваться. Прошу... Георгий может иметь какое ему угодно мнение о наших отношениях, но я не позволю ему их разрушить. Ни за что. И не дам нас в обиду. Никогда. Киваю: - И я не дам нас в обиду, Люк. Но Георгий... он может быть очень жестким и жестоким, когда дело касается чего-то подобного. И мы это оба прекрасно понимали и знали. Но позволили же себе такую дерзость: влюбиться в друг друга. И нам было известно, что будет непросто. Мы же защитники. Долг для нас превыше всего. Но еще... мы же и люди! Все эти чувства просто не могут быть нам чужды! Да и сам Георгий... он тоже был защитником, но смог не только любить, но и завести семью. Хотя у них и была очень сложная история, но они сейчас вместе и счастливы. А их дочь тоже любит. И мужчина одобряет это. Мой молодой человек произносит серьезно: - Я не буду даже выслушивать все его доводы. Он не сможет меня переубедить в моей любви к тебе. Отвечаю: - Как и моей к тебе. Люк с нежностью смотрит на меня: - Эмма, мы столько с тобой уже пережили, чтобы стать счастливыми. Георгий уже нам не страшен. Мы справимся. Рядом с этим человеком я перестаю бояться. И это во мне говорит уж точно не какая-то влюбленная дурочка. Наши чувства проверены уже многим. Мы не первый год сражаемся рука об руку, готовые пожертвовать собой ради жизни друг друга. И мне на самом деле не страшно во время битвы, когда рядом Люк. Один его взгляд, обращенный на меня, придает мне сил и уверенности. С ним куда угодно готова идти. - Ребята, вы чего такие задумчивые и грустные? Что-то случилось? Мы смотрим на Эйтана, который с выполнением осматривает нас. Говорю парню: - Все хорошо. Мы просто задумались о том, что будем делать дальше. Я не хочу, чтобы Эйтан волновался за нас. Нет повода. Мы с Люком справимся за всем. Поэтому ответ мой и был весьма расплывчатым. А волноваться и думать у нас есть еще о чем. Друг кивает: - Понимаю. Но сейчас мы находимся на столь прекрасном мероприятии, на празднике жизни. Так что, мои дорогие и очень круто выглядящие друзья, не будем думать о плохом. Искренне улыбаюсь на слова молодого человека. Вот так просто Эйтан может поднять настроение. Мы с Люком переглянулись и кивнули. Хотя бы на время пора забыть о всем плохом, о всех проблемах. Просто здорово провести время со своими друзьями. А компания для этого собралась весьма хорошая. А Эйтан решил продолжить: - Слушайте, я сейчас поговорил с одним милым официантом, который сказал, что нас ожидает еще три крутых блюда сегодня. Моя улыбка стала ещё шире. Но мысленно я сделала заметку на милом официанте. Тут становится ещё интереснее. Дальше мы снова проводили весело время. Я даже позабыла о центральном столике и не смотрела в сторону Георгия. Признания не избежать. Так чего нам уже бояться? Наш общительный друг успел поговорить ещё с тем милым официантом. Мы даже смогли узнать его имя: Блэйк. Что же, он на самом деле милый. Я даже потом этой мыслью поделилась с Эйтаном, который даже как-то покраснел. Или же мне показалось. Не будем пока торопить события. А Люк сделал вид, что обиделся, ведь только он может от меня получать такого рода оценку. Наш друг засмеялся, а я стала уверять своего парня, что он, конечно же самый милый из присутствующих для меня. Мы от души посмеялись над всем этим. А мой напарник еще долго мне припоминал это. Одна из наших соседок по столу сказала моему молодому человеку, что ему со мной повезло. Она бы уже ему дала подзатыльник за такие подшучивания. А я, последовав такому своего рода совету, осторожно хлопнула ладонью по голове парня. А он взмолился, чтобы я его пощадила. Потом Эйтан обратил наше внимание на искусно сделанные хрустальные бокалы, которые у нас стояли на столе. Мы не знали, откуда у молодого человека имелись познания в подобной сфере. Поистине многогранная личность. Как оказалось, такой хрусталь изготавливают в Солнечном измерении пикси, которое является весьма закрытым. Никому из нас не доводилось встречать пикси. Они вообще любят держать нейтралитет и не вмешиваться в войны. Так что пересечься с ними практически невозможно. Если только запросить аудиенцию на посещение измерения. И то только в туристических целях. Эйтан обо всем этом знал. Я же только могла удивляться знаниям этого молодого человека. Дальше с новым угощением нам пожаловал Блэйк. На этот раз Эйтан как-то даже молчал. Зато говорила я. Парень внешне был полной противоположностью сейчас хранящего молчание друга: короткие светлые волосы, которые отливали золотом, голубые глаза. Красавчик, чего уж там таить. Наш Эйтан же очень контрастировал на его фоне со своими черными волосами и темными глазами. Так нам удалось узнать, что Блэйк на самом деле не работает официантом, а вызвался помочь Лоренсу. Они с ним познакомились во время захвата измерения врагами. Парню тоже было интересно узнать о нас. Как было ему понятно по нашим татуировкам на шее, мы защитники. Но у Эйтана он не увидел никаких опознавательных знаков. Тогда я взяла на себя смелость представить нашего друга как мага огня, самого умного, веселого и невероятно красивого парня. Эйтан же сам только недовольно протянул мое имя, на что я пожала лишь плечами. Когда молодой человек вынужден был нас покинуть, то я все же сказала: - А Блэйк красавчик. Ведь так, Эйтан? Тот пробурчал, что это так и принялся за еду. Люк же мне сказал: - Красавчик? Ты разбиваешь мне сердце, Эмма! Тихонько толкаю своего спутника в плечо: - Люк, вот только не преувеличивай. Неужели ты не считаешь Блэйка красавчиком? Парень кивнул: - Считаю. Усмехаюсь и заключаю: - Ну вот и всё. Мы сошлись с тобой во мнении. Но у моего молодого человека явно было хорошее настроение: - А ты меня, Эмма, считаешь красавчиком? Я протянула: - Ну даже не знаю... Наш друг уже засмеялся, а Люк хотел уже выразить свое крайнее недовольство, но я произнесла: - Шучу-шучу. Новое блюдо и новая порция шуток. За всем этим весельем мы не сразу заметили Лоренса, который подошёл к нам. Молодой человек произнёс: - Я очень рад, что вам все очень нравится. Мы это подтвердили и выразили свое восхищение. Глава Республики сказал: - Сейчас я пойду на сцену объявлять о наших с Хелен отношениях. Очень волнуюсь. Обращаюсь к парню: - Лоренс, ничего не бойся. Все пройдет на наивысшем уровне. Постарайся успокоиться. Хелен, я уверена, тоже сейчас очень переживает. Но у вас нет повода для волнения. Вы любите друг друга - вот что самое главное. Сын Франца кивнул: - Хорошо. Спасибо тебе за все, Эмма. Вам всем спасибо, ребята. Мы все ему улыбнулись и пожелали удачи. И Лоренс направился на сцену. Если честно, я всё же волнуюсь за них. Но они справятся. Когда глава Республики попросил минуту внимания, то все сразу же поняли, что их ждет серьезное заявление. А потом молодой человек стал говорить. Его слова о любви меня даже заставили пустить ту самую слезу счастья. Все же свою сентиментальность в такие моменты я никуда не смогла деть. Парень говорил о самого сердца. И это чувствовали все присутствующие. Потом на сцену была приглашена Хелен и объявлена та самая новость. Вот она, новая пара. Все стали аплодировать после всех слов. Мы с ребятами даже стоя. Сейчас меня переполняла такая радость и гордость за этих двоих. Когда мы сели снова на свои места, Эйтан сказал: - Лоренс просто красавчик. Хелен повезло. Да, тут мы все полностью согласны. После некоторого времени был объявлен первый танец, на который Люк меня сразу же пригласил. И нам пришлось оставить Эйтана в компании с едой. Может быть, что его одиночество скрасит и что-то другое. Или кто-то. А мы с парнем уже кружились в танце. И я наслаждалась этим моментом. Это было так...словно нереально. Но это была правда. Мы смотрели друг другу в глаза. И не нужны были никакие слова. Но песня закончилась и ы вернулись к нашему другу, который, как я и догадывалась, нашел как скрасить свое одиночество. И снова Блэйк оказался тут как тут. Конечно, мы не можем знать о чем эти двое говорили, да и пусть это останется в тайне. Но долго посидеть мы не смогли, так как один из заместителей главы Республики попросил нас втроем последовать за ним. Мы пошли в направлении центрального столика, где и находились виновники торжества, которые уже ждали нас. Мне стало немного легче, когда я не увидела в их составе Георгия. Видимо тот куда-то отошел. Как раз вовремя. Как только мы подошли к друзьям, то поздравили их. Хелен просто сияла. Мы немного поговорили с парой, а потом те были вынуждены нас покинуть. Пока Эйтан говорил о чем-то с Элизабет, с нами стал говорить Франц: - Рад вас видеть такими красивыми и счастливыми. Что-то мне тут подсказывает... И мужчина будто читает мои мысли: - Да, Эмма, Лоренс все же мне проболтался о том, что вы теперь встречаетесь. Поздравляю вас, друзья мои. Мы принимаем с улыбкой эти поздравления. Дальше наш разговор затрагивает уже всеразличные темы. А потом мы рассказываем Францу о наших находках. Отец Лоренса с особым вниманием слушал нас. Я решила узнать кое-что: - Мы наткнулись на упоминание одной странной организации, которая была против Храбрых сердец. Отважные бойцы. Вам что-нибудь о ней известно? Просто мы ничего не нашли в тех залах, где были о ней. Мужчина серьезно кивнул: - Да, мне кое-что известно. Информация об этой организации была мною недавно обнаружена в архивах Совета магов. Об этом я хотел рассказать Максу и Нике. Та информация весьма интересна. Мне сложно будет так вам всё объяснить. Лучше увидеть из первоисточника. Ну вот хотя бы какие-то хорошие новости по этой теме: - Хорошо, что у вас есть это. Нам стоит на это взглянуть. Люк соглашается с моими словами. Франц предлагает: - Я сейчас свяжусь со своим помощником, который в незамедлительном порядке сделает копии всех тех бумаг и отправит их к вам. Произношу: - Мы были бы вам очень благодарны. Извините, что только загружаем вас этими проблемами во время этого праздника. Мужчина говорит: - Не надо извиняться. Я всегда рад вам помочь. Но сейчас вынужден вас покинуть, чтобы связаться с помощником. Именно в этот момент к нашей компании приблизился Георгий. Черт. Не очень хорошо. Франц сразу его предупреждает, что направит в лагерь информацию, которая касается нашего дела и заодно и про Светлого Феникса кое-что пришлет. Глава лагеря дает согласие и говорит, что сейчас у нас главным назначен Марко, так что помощник Франца может обратиться к нему. В итоге отец Лореса нас покидает и мы с Люком остаемся наедине с Георгием, который переводит несколько раз свой взгляд то на меня, то на моего парня. И что-то мне это уже не нравится. От этого взгляда хочется как-то свернуться в комок и исчезнуть из этого места. Но вместо этого я еще больше выпрямляю спину решительно, как и напарник, смотрю на отца Хелен. А он ещё больше становится недовольным. Вот и настал тот самый момент. * * * Смотреть в потолок - это не такое уж и скучное занятие. Или я просто к этому уже привыкла? Не хочу даже думать об этом. А о чем тогда хочу? Ох, черт! Разучиться бы думать хотя бы на время! Только это невозможно. Так что будем довольствоваться тем, что есть. Это касается и той информации, которую мы узнали от Франца. И не только. Я лежала, но отдыхать не получалось. Для этого нужно расслабиться и абстрагироваться, а мне сейчас этого делать нельзя. Только сохраняя ясность ума и сосредоточенность на чем-то, я могу держаться в этой реальности. Воспоминания могут снова нагрянуть. Возможно, я должна радоваться, что начинаю что-то вспоминать. Но то, как это происходит и что я вспоминаю... рубит все положительные эмоции к корню. Боюсь, что мне сейчас будет просто не выдержать убийство еще кого-нибудь на моих глазах. Что же это у меня за такие воспоминания? Их точно не назовёшь счастливыми. Просто уверена, что и здесь Храбрые сердца постарались. Мне жилось проще, когда я не имела понятия о том, что мои воспоминания заблокированы. Но это теперь может как-то объяснить мое появление в этом лагере вообще. Есть что-то... только я не могу этого помнить. А вот Храбрым сердцам всё хорошо известно. Но из них никакой дельной информации не вытянешь. Они не настолько лишились рассудка, чтобы мне помогать. Я для них стала одним из самых больших врагов. И тут нет никаких преувеличений. Иначе бы они там много бы со мной не возились. Я им здорово мешаю, но могу быть и полезна, если они смогут восстановить свою власть надо мной, как когда-то было что-то подобное. Но я больше никогда не буду в их власти. И мы еще посмотрим кто будет в чьей. Мои же мысли меня стали пугать всё чаще. И это сложно объяснить. Раньше было всё не так. Хотя... когда было это самое "так" у меня на самом деле? Может быть, прямо сейчас я как раз приближаюсь к нему. Я не могу уже ничего утверждать. Меня даже и нормальным человеком невозможно назвать. Я не помню большой отрезок своей жизни. Не знаю, по факту, ничего о себе. А то, что мне известно, вообще может быть ложью. И как после этого не сойти с ума? И мне кажется, что я уже сошла. Если бы только можно было хотя бы на время отпустить все эти мысли. Но нет... Я боюсь вспоминать. Так хочу, но боюсь. Да, это в любом случае изменит меня. Но я боюсь эту правду. Она может оказаться ужасной. Ведь если я была связана с Храбрыми сердцами, то результат моего с ними знакомства может быть очень удачным. Вдруг... все же Георгий не зря стал ко мне подозрительно относиться после того, как узнал о проникновениях Храбрых в мое сознание? Но ответить на эти вопросы можно будет только тогда, когда я начну вспоминать. Только вот стоит это всего того, что я имею? Старец говорил, что именно в моих воспоминаниях сила. Только вот откуда ему это знать? Я уже давно перестала быть уверенной в самой себе. Я...потерялась. И не знаю где та самая граница между реальностью и желаниями... той иллюзией, которая создавалась вокруг меня годами. Я уже давно не я. Но во мне что-то есть. Просто так нельзя стать интересной Храбрым сердцам. Кем же я была? И являюсь... Мои силы не совсем обычны, как умения и знания, которые я использую. Моя эмоциональная связь с Эммой и странная болевая с Максом. Всё это не случайно. Не может это происходить просто так. Исчезновение Дениса и его объявление сейчас - тоже часть всей этой весьма сложной системы. Чем дальше я рою, тем больше себя и зарываю. Вопросы никуда не исчезают. Они лишь ведут дальше. Но где конец этого чертового пути? Да и есть ли он вообще?! Ничего не знаю. И всё. Если же... Нет. Нельзя. Сейчас я должна оставаться здесь, а не путешествовать в своих воспоминаниях, которые точно опять мне причинят боль, от которой я устала. Она постоянно преследует меня. Я пытаюсь реагировать на все более спокойно, но становится всё сложнее и сложнее. И скоро мне уже будет себя не сдержать. Я когда-то была очень нужна Храбрым сердцам. Настолько, что они сделали всё, чтобы заполучить меня. Только потом я им стала не нужна. Николай. Он обратился к той организации за помощью для меня, но вышло кое-что другое. Хотя тот член Храбрых говорил, что они все же мне помогли. Что-то здесь явно не сходится. Я упускаю какую-то очень важную деталь. И мне не хватает совсем немного, чтобы до нее добраться. Но я ударяюсь о стенки блокируемых воспоминаний. Они близко и так далеко. Храбрым сердцам не нравится то, что я встала против них. Но при этом они угрожают мне Денисом. Что за чертова игра? Но... Игра. Мы могли бы кое-что попытаться сделать. Только пока для этого мы не настолько в отчаяние, так что рисковать не будем. У нас есть ещё шансы. Мне только надо снова наладить нормально связь с камнями и включиться снова в их нахождение. И плевать уже на мое состояние! Оно ужасно, но не обязательно об этом кому-то знать. Пока я блокирую сознание, то могу держать многие вещи под контролем. Но только не свои мысли. И это бесит так сильно! Я задыхаюсь. Снова и снова. Но ничего не могу с собой поделать. Пока я не могу контролировать себя так, как должна. Ведь контролировать незнакомого человека невозможно. И тут ничего объяснять даже не надо. Теряю ту самую нить в своих размышлениях и чувствую, что начинаю снова проваливаться в пропасть. Сейчас нельзя. Я не готова к этому снова. Но голова в прямом смысле разрывается от всех этих мыслей. Так тоже же нельзя. Чувствую, что во рту пересохло. Мне нужна вода. Графин как раз стоял у окна рядом с креслом, на котором расположился Феникс. Я могла бы попросить подать его, но не хочу отвлекать парня от его мыслей. Макс, как я видела краем глаза, пытался отдохнуть, но у него тоже особо не получалось. Я приподнялась с кровати, чем привлекла внимание своего напарника. Тот спросил уже вставая: - Ника, что-то случилось? Сейчас мне так хотелось выключить его заботу. Просто не надо это мне. Отвечаю: - Ничего. Я просто хотела воды. Молодой человек не дает мне уже ничего сделать, так как наливает воду с графина в стакан и сам приносит мне его: - Держи. Тебе надо отдыхать, помнишь? Пью большими глотками. Боже, я будто все это время в пустыне была. Такая жажда. Потом говорю Темному Фениксу: - Спасибо. Но если бы я сама взяла этот стакан, то не испортила себе отдых, хотя такое времяпрепровождение так и назвать нельзя. Парень убирает стакан и садится рядом со мной на кровать: - Соглашусь. Либо мы перестали понимать, что такое отдых, либо отдых перестал быть отдыхом. Произношу: - Либо отдых был явно переоценен людьми. Молодой человек кивает: - Да, либо так. Я могла бы сейчас поделиться своими переживаниями, но кому они нужны? Напарник сам не в лучшем положении. Но... почему у меня вообще появилось такое острое желание с кем-то чем-то поделиться? Это не особо похоже на ту меня, которая сейчас здесь. - Насколько всё сложно? Недоумевая, перевожу взгляд на парня. О чем он? Молодой человек тоже смотрит нам меня: - Ника, насколько вся ситуация сложна? Спрашиваю: - Смотря, о какой ситуации ты спрашиваешь? Их несколько. Напарник хмурится: - А если сделать совокупный вывод? Невесело улыбаюсь: - Полное дерьмо. Такая характеристика ситуации подойдет? Напарник усмехается: - Точнее и не скажешь, Ника. Внимательно смотрю собеседника, пытаясь понять, к чему тот начал весь этот разговор. Но снова и снова не могу ничего понять. После некоторого молчания Феникс спрашивает: - Можно тебя кое о чем спросить? Удивляюсь, так как обычно молодой человек сразу задает вопрос, а не просит на это разрешение. Но говорю: - Можно. Все же любопытство никуда от меня не делось. Макс спрашивает: - Я даже не знаю как задать тебе этот вопрос... Но что ты почувствовала и как ты поняла, что тогда у Франца... это были твои воспоминания? Такой вопрос меня всё же удивляет так же сильно, как и то, каким образом Феникс выходит на эту тему. Он хочет узнать, но боится сейчас за меня, затрагивая ее. И я даже не знаю, что сказать. Просто смотрю на молодого человека, который добавляет: - Ты можешь не отвечать, если не хочешь. Когда? Когда он стал таким чутким? Но мне хотелось сказать ему обо всем этом. Я нуждалась сейчас в разговоре. Всегда привыкла держать все в себе, но... невозможно всегда это делать. Произношу: - Макс... я даже не знаю как ответить и как это объяснить. Это просто ощущение. Его невозможно объяснить. Я чувствовала, что знаю тех людей и что это когда-то со мной уже было. А эмоции... было сложно во все это поверить, но мне надо было понять что к чему. Я не сразу смогла все это осознать. Только по мере того, как я вам с Францем все рассказала, и до меня стало всё доходить. Я вспомнила этот момент из своей жизни. Но этого мало. Парень внимательно меня выслушал, а потом сделал то, чего от него я не ожидала: взял меня за руку: - Ника, я хочу тебе помочь, но не знаю как. Твои воспоминания... они очень сильно влияют на твое состояние. Тут я начинаю смотреть на напарника другими глазами. Он хочет мне помочь, волнуется. Про это и говорил тогда Франц. Так ведут себя не просто напарники, а команда. И мне... мне было очень важно сейчас просто то, что Макс был рядом. Он не испугался всего того, что произошло. Не испугался саму меня. И я не могу описать все эти чувства сейчас. Я благодарна парню: - Макс, спасибо... спасибо, что просто не бросаешь меня. Молодой человек говорит: - Я бы и не бросил. Многое изменилось, Ника. Ты тоже меня не бросила. Мы смогли понять друг друга. Киваю не в силах что-либо ответить. Этот момент слишком личный в эмоциональном плане. Мы никого не были так близко друг к другу как сейчас. Это уровень уже не просто напарником, а товарищей. Я просто не знаю, что со мной происходит. И Феникс тоже себя не понимает. Такие моменты стоит сохранять в памяти. Только вот я теряюсь в этих мыслях и те самые ощущение, как перед теми воспоминаниями, находят меня. Напарник понимает, что что-то происходит и спрашивает меня об этом, а я отвечаю, что так было уже у Франца. Молодой человек говорит: - Если воспоминания хотят прийти к тебе, то может стоит их впустить. Он не понимает: - Я не могу это сделать! Мне нужно на чем-то сконцентрироваться. Напарник спрашивает: - Почему не можешь? Тут я не выдерживаю и отвечаю: - Потому что это больно, Макс! Я не знаю, какой ужас могу увидеть на этот раз! Эмоции. Эти чертовы эмоции затмевают разум. Я не должна позволять им взять верх над собой. Мне не стоило их показывать парню. Просто... не могу больше с ними бороться! Я устала. Молодой человек передвигается ближе ко мне и аккуратно кладет мою голову на свое плечо, обнимая: - Ника... Тише, не надо ничего сейчас вспоминать. Я не вырываюсь, хотя Феникс без разрешения нарушил границы моего личного пространства. Сейчас мне было не до этого. И, возможно, я была и не против. Всё так навалилось на меня. А Макс казался каким-то спасательным кругом. Я боялась, что заплачу. Слезы вот точно свои не собираюсь показывать. Даже в такой ситуации. Их никто не должен увидеть. Даже Темный Феникс, который понимает меня. Он понимал меня. И я пока зацепилась за эту мысль. Не одинока. В таком положении мы просидели несколько минут, а потом парень тихо спросил: - Успокоилась? Отвечаю: - Да, спасибо. Напарник немного отстранился от меня и произнес: - Ты не должна это держать в себе. Я не могу даже представить, насколько тебе сейчас сложно. Но ты должна выговариваться. То, что ты увидела в тех воспоминаниях... я бы на твоем месте этого не перенёс вообще. Тот Николай и его смерть... Прости, что снова поднимаю эту тему. Мне лучше замолчать. Сажусь нормально на кровать: - Макс, я все понимаю. Тебя и эту ситуацию... И не надо молчать. Тишина - это худшая пытка. Как и незнание. Николай... я его знала, но не могу вспомнить. Темный Феникс встает с места и произносит: - А ты... помнишь как выглядел Николай? Киваю, но не понимаю к чему ведет напарник. Макс продолжает: - Ты говорила, что тебе нужно сосредоточиться, чтобы воспоминания не лезли к тебе. Так что... Киваю и смотрю, как молодой человек идет к столу, который находится в кабинете. Там он берет несколько листов бумаги, плотный журнал и пару карандашей, а потом снова присаживается ко мне. Я вообще перестаю что-либо тут понимать. А Феникс говорит, протягивая эти вещи: - Так попробуй нарисовать его. Переспрашиваю: - Нарисовать? Собеседник кивает: - Да, это тебе должно помочь. Тем более, что рисовать ты умеешь. Еще и очень хорошо. Удивляюсь: - Откуда?.. Молодой человек встает: - Сестра Люка бывает очень болтлива. Тогда понятно. Я не всем показывала свои работы, но Мия парочку видела. Только вот в последнее время рисовать было совершенно некогда. А девушка вполне могла случайно рассказать обо всем этом Темному Фениксу, но тот это запомнил, а не просто пропустил мимо ушей. Произношу: - Спасибо. Макс легко улыбается: - Не за что. Устраивайся поудобнее. Так я и делаю. Напарник же снова присаживается на кресло. И когда он смог понять эту сторону меня? Не знаю. Но мне почему-то сейчас очень и очень приятно от этого. Устраиваю тот журнал на коленях и кладу на него лист бумаги, а потом беру в руки карандаш. Лицо Николая слишком сильно врезалось мне в память. Точнее, я его вспомнила. Сосредоточилась на этой мысли. И начала рисовать. * * * И это было не так уж просто. Нет, людей у меня всегда получалось рисовать вполне неплохо. Но этот человек... я испытывала всё равно какую-то ноющую боль, пока пыталась его изобразить на бумаге. Так мне с новой силой удалось убедиться в том, что Николай был очень дорог для меня. Я старалась не прокручивать все то воспоминание в своей голове, а держала лишь только образ этого мужчины. И помогал мне сохранить эту сосредоточенность Макс. Он не давал заполниться кабинету той самой ужасной тишиной, как я его и просила. Только... не думала, что парень поймет и это. Было такое ощущение, что ему и самому была противна тишина. Мы говорили о таких темах, которые напрягали не так сильно, как мои воспоминания или новости о Светлом Фениксе. Но про Храбрых сердец мы не могли молчать. Поэтому и рассуждали о том, что могли узнать наши друзья в Республике. А я всё рисовала и рисовала. Были и другие темы для разговоров. Не думала, что их у нас может быть так много. Да и с трудом верилось, что всё это правда. Мы представляли себе и то, как проходит прием в Республике. Я рассказала, что узнала о нем от Хелен еще тогда, когда мы отправились в измерение к феям для поисков четвертого камня. Напарник же надеялся, что все там пройдет хорошо. Я тоже на это надеялась. Добавив ещё пару штрихов, наконец-то смогла оценить готовый рисунок. И на меня с лиса бумаги смотрел Николай. Макс заметил, что я закончила свое занятие: - Нарисовала? Я лишь несильно кивнула. А парень оказался уже около моей кровати, присев рядом с ней: - Можно мне взглянуть? Перевела взгляд на рисунок, а потом на молодого человека. Он будто боялся меня сейчас спугнуть. Но это... очень личное для меня. И Феникс это понимал. И, немного подумав, я протянула ему свою работу. Напарник взял ее в руки и стал внимательно рассматривать. Я же положила на журнал снова чистый лист, начав по нему водить карандашом. Макс наконец-то произнёс: - Это невероятно... он словно живой и смотрит на нас. Я даже не мог себе представить, что можно так рисовать. Посмотрела на парня и сказала: - Спасибо. В его глазах читалось восхищение. Моя работа вызвала у него такие чувства. Вот что невероятно. Так тепло стало на душе. Меня раньше уже хвалили за мои работы, но я никогда не испытывала что-то подобное от таких слов. Напарник положил аккуратно лист на кровать, все еще рассматривая изображение: - Это и есть тот Николай? Я не видел его, но просто уверен, что он так и выглядел в твоих воспоминаниях. Киваю: - Так всё и есть. Это он. Я его запомнила именно таким. И я его знала. Знала таким. Молодой человек продолжил: - На вид ему около тридцати. Я тоже так поняла из своих воспоминаний: - Да. Может чуть больше или меньше. Темный Феникс перевел взгляд на лист, где я что-то рисовала: - Что это такое? Теперь я и сама решила всмотреться в свою новую работу. И мне было знакомо то, что я изобразила. - Это кулон? Отвечаю Максу: - Да. Я совершенно забыла, что видела его в своих воспоминаниях. Николай пытался спрятать эту вещь перед тем, как за ним пришли Храбрые сердца. Он сказал мне, чтобы я никому не говорила о том кулоне. Я так была занята своими эмоциями после убийства Николая, что забыла об этой весьма странной детали. Парень наклонился ближе к рисунку: - Ничего раньше подобного не видел. Все интереснее и интереснее. Вот и не говори! Произношу: - Вот такие веселые у меня воспоминания. Молодой человек переводит снова взгляд на меня: - И не говори. Но ты не могла видеть это просто так. Соглашаюсь: - Верно. Но пока снова никаких догадок. Хотелось добавить, что все это как обычно. Мы еще немного пообсуждали этот странный кулон, а потом раздался стук в дверь. Я быстро спрятала свои рисунки в журнал. Макс произнес после этого, что можно войти. Нашим гостем снова оказался Марко, который сразу же произнес: - У меня есть для вас кое-что. И я теперь даже не знаю, как мне на всё это реагировать. Напарник быстро использовал нужные заклинания, а глава отряда подошёл к нам и вручил листы, которые все время были в его руках. Это были распечатки. И не совсем простые... Тут находилась вся та информация,которую обнаружил Франц и показал нам, когда мы были у него. Спрашиваю: - Откуда у вас это? И Марко принялся за весьма интересный рассказ. Как оказалось, пока мужчина сидел в кабинете Георгия, с ним пытались связаться. Так как глава лагеря разрешил Марко принимать все сообщения, то он ответил на видеозвонок. А связался с ним Франц. Сделал он это прямиком из замка Республики, где в это время происходило торжество. Отец Лоренса объяснил, что в срочном порядке к нам собираются вместе с помощником бывшего главы Республики выслать нужные материалы, которые связаны с тем, что нашли наши ребята в архивах. Та информация, которая была найдена нашими ребятами, требовала разъяснений. Поэтому к нам и отправлялись все эти бумаги. С Георгием все было обговорено. Франц еще обмолвился, что обо всем этом он и хотел поговорить со мной и Максом, поэтому решил заодно предоставить сейчас найденную им информацию о Светлом Фениксе. Как сказал Марко, ему не составило труда понять, что та информация как раз и была нам известна после несанкционированного путешествия меня и Макса в Совет. Только вот наставник Эммы не стал говорить отцу Лоренса, что знает о наших похождениях. Так что всё осталось в секрете. И теперь нам не стоит волноваться о том, что мы стали знать больше. Как сказал, подводя итог рассказу Марко, Макс, у на есть замечательное прикрытие, никто даже теперь и не подумает о том, что мы могли куда-то исчезать на время. По факту, нам и лгать особо будет не нужно. Только утаивать факт своего перемещения. Но теперь будет легче. Еще вместе с этой информацией, которая уже вскоре была предоставлена в лагерь помощником Франца, было письмо для меня и Макса. Марко как сразу все это получил, то отправился к нам. И сейчас я и мой напарник его как раз и читаем. Бывший глава Республики писал, что здесь находится вся информация, которую он рассказал нам ранее. Он также рассказал, что Эмма на мероприятии сообщила о том, что ребята нашли упоминание Отважных бойцов в одном из документов, который они обнаружили в архиве. Поэтому и нужны все эти записи. А про Светлого Феникса мужчина отправил нам для того, чтобы снять всевозможные подозрения и опасности, которые могли возникнуть при сокрытии некоторых фактов. Как же всё, к нашему счастью, получилось удобно. Можно было бы вообще не перемещаться к Францу. Хотя без его объяснений во всем этом разобраться было бы куда сложнее. И... возможно, ко мне бы так и не пришли те воспоминания. Так что не будем оглядываться назад. Что произошло, то уже в прошлом. И пока я думала над всем этим, Феникс произнес: - Нам стоит теперь уничтожить это письмо, чтобы не было никаких улик. Киваю, так как понимаю, что это вполне дельная мысль. И в следующий момент письмо начинает гореть. И вскоре от него не остается ни следа. Мы хотели уже было немного расслабиться, но Марко сказал, что это еще не весь его рассказ. Дальше было интереснее... После того, как с мужчиной связался Франц, пришел ещё один весьма интересный видеозвонок от друга наставника Эммы, от которого он только не давно вернулся после визита. У Натаниэля мы тогда и нашли третий камень. Он доложил Марко, что сразу после ухода того, к нему заявился из представителей Храбрых сердец, который искал артефакт: камень. Хороший друг наставника Эммы сказал тому гостю, что ничего об этом не слышал. Он бы помог, если бы только что-то знал. Гость вскоре покинул Натаниэля. А мы пытались переварить теперь полученную информацию. Темный Феникс произносит: - Храбрые не знали, что мы там уже были. Киваю: - Получается, что это так. Тогда у нас получилось сработать на опережение. Но откуда они теперь узнали, что камень надо было искать там? Мой напарник потирает переносицу: - А вот это хороший вопрос. А другие я задавать и не умею. Но... вот только немного всё в моей голове улеглось, так вот опять куча информации свалилось на нее. Это вообще когда-нибудь закончится? Чувствую, что нет. А Марко сказал: - Натаниэль готов с нами сотрудничать, поэтому и рассказал все это. Но он боится, что ему особо не поверили и Храбрые сердца могут снова прийти проверить его, так как, возможно, он не знает о камне, но это не исключает то, что тот предмет всё равно может быть там. Феникс усмехается: - Весело получается. И тут я с молодым человеком полностью согласна. Спрашиваю наставника Эммы: - А вы сообщили об это как-то Георгию? Собеседник ответил: - Нет. Да и сейчас это невозможно, так как он на том мероприятии. Произношу: - Точно. Парень смотрит на полученные нами материалы: - Храбрые сердца снова что-то размышляют. Они не могли без помощи камней узнать об этом месте. Если только... Продолжаю мысль Макса: - ... они не проследили за нами. Марко говорит: - Тогда у нас большие проблемы. С этим высказыванием не поспоришь. Рассуждаю дальше: - Только вот когда именно они проследили - вот что интересно. Если бы это произошло тогда, когда мы нашли там третий камень, то почему они не заявились к Натаниэлю раньше? И тут напрашивается мысль, что проследили эти уроды за вами, Марко. Мужчина недоумевает: - Но как они смогли это сделать? Я же использовал не одно заклинание, чтобы не допустить слежки. Мой напарник на это говорит: - Не забывайте то, с кем мы имеем дело. Эти люди еще куда более хитрые и коварные. Их нельзя недооценивать. Но не стоит недооценивать и нас: - Нам нужно рассказать обо всем нашим. Тогда и будем решать, что делать. Но точно пора снова вступить в игру. Надо искать седьмой камень. Наставник Эммы говорит: - Это рискованно, Ника. Это опасно для тебя. А Макс произносит: - Я полностью согласен с Марко. Объясняю: - Опасно то, что Храбрые успели подобраться к нам ещё ближе. Если мы так и будем сидеть и не искать дальше, то зря вообще во все тогда это вмешивались. Поиски нужно продолжать как можно скорее. И точка. Вы сами это прекрасно понимаете, так что не стоит думать о какой-то там опасности для меня. Мы и так все в опасности. Я знаю все и без вас, уж извините за мою грубость. Но нам надо найти все камни. И не спорьте со мной. Молодой человек вздыхает: - Ника... Произношу: - Макс. Пусть только не начинает снова. Нельзя бежать от опасности, когда та уже стала частью твоей жизни. Парень тогда спрашивает: - И что мы сейчас будем делать? Говорю: - Начнем действовать, когда все будем в сборе и когда всех введем в курс дела. Пока же взглянем еще раз на материалы, которые нам предоставил Франц. Снова. Снова я беру инициативу в свои руки. Но только так у меня и получается существовать здесь. Отдых откладывается до востребования. Пора снова показать себя. Стоит напомнить Храбрым сердцам о том, что мы рядом. Так что зря они затеяли все свои игры. Мы тоже умеем играть. А пока мы принялись за полученные бумаги. Всё же стоит подробнее изучить их. Вдруг мы что-то могли пропустить. Всё же наши ребята не просто так встретили упоминание об Отважных бойцах. И это ещё и произошло тогда, когда мы с Максом тоже о них узнали. Совпадения снова с нами. Как и новая информация, которая может быть весьма полезна. И я снова сосредотачиваюсь, оставляя позади все попытки моего сознания выдать мне очередное ужасное воспоминание. Сейчас уж точно не до этого. Но теперь я стала готова как-то больше к тому, чтобы встретить свои отрывки из жизни, которые блокировались. Я боюсь. Но это нормально. Пока ты испытываешь страх, то остаешься человеком. Еще вполне вменяемым. Я немного смогла наконец-то выговориться, что как-то облегчило мои внутренние страдания. Да и Макс... он тоже мне помог в этом. Даже не знаю, от чего именно было больше пользы.