Миротворцы

23 января 2010 года. Военный аэродром СКВО «Параллель». Я переминаясь с ноги на ногу и потирая замёрзшие руки наблюдал за жизнью военного аэродрома, был в ней какой то шарм. Вот стоит какой-то молодой летун, жадно кусая красное яблоко, а вот поодаль так же скача с ноги на ногу, стоят его коллеги, ждущие что-то или кого-то. Где-то ругается обслуживающий персонал. Шумят двигатели самолетов и вертолетов, пованивает керосином. Мечутся из стороны в сторону пилоты и инженеры. Наши БМД 4 грузят в "ИЛак". — Доброго дня капитан Буров. Каково с новыми погонами? — раздалось позади басистым голосом. — Здравия желаю, товарищ генерал! — От неожиданности громко, словно молодой курсант вскрикнул я. — Вольно. — Заулыбавшись ответил Шагаров, — готовы к новым подвигам? Или загар от старых еще не сошел? — Это вы намекаете на наши, эм… «африканские» приключения? — Спросил я его, вспоминая недавно минувшую операцию «Экватор». — Да. Ну да ладно… В общем, вы сейчас полетите в еще одну теплую страну. Не Масате Барго, но и не хуже… Да и я с Тихомировым, с вами заодно, — сказал Шагаров, кивая в сторону Ил-76. — Я читал брифинг. Значит Такистан? Предотвращение развала страны на два лагеря, подавление экстремизма и предотвращение интервенции Ардистана? Полный букет? — уточнил я, смотря в документы в своем потрепанном планшете. — Развал уже произошел. Образовалась так называемая АОТ — армия освобождения Такистана, их поддерживает и спонсирует Ардистан. Вот и получилась армия, не хуже Чернорусской… Как мне сообщили, сейчас у этих… «Освободителей» имеются МиГи. Плюс Ардистанские поставки. Хоть и старье — «Семнадцатые» и «Двадцать первые» МиГи, но много… В свое время Такистан их много закупил… Часть была законсервирована на складах, на юге страны… — начал генерал. — Но восстание шарахнуло там, и самолеты оказались захвачены… Так? — Спросил я у генерала. — Так… Читал сегодняшний доклад? — удивился он. — Нет, Борис Аркадьевич, просто догадался. Так, а при чем тут мы и МиГи? Мы ж ГСпН, а не зенитчики… Вон у нас в Черноруссии остался миротворческий корпус, излишек их «Шилок» и «Тунгусок» переправить дружественной стране и дело с концом… — осмелился предположить я. — Не все так просто, капитан, - сказал подошедший полковник Тихомиров, — Товарищ генерал, может в самолет уже пройдем, а то чего понапрасну мерзнуть и горло драть, перекрикивая самолеты… — Твоя правда Аркадий. Буров, зови своих бойцов, и в самолет, там продолжим. Полкан и генерал закурили, а я двинул к одной из сторожек, где сбившись в кучу, словно пингвины, стояли мои бойцы. Моему приходу они не обрадовались — нужно было выходить на мороз и Ставропольский пронизывающий ветер. — Кэп… Может обратно в отпуск? Зачем куда-то лететь, а? — попытался съязвить Жила. — Так мы и летим в отпуск, на Юг… В Такистан правда, но на Юг же! — парировал я его. — Что-то вообще не одушевляет кэп… - грустно пробурчал Джиг, приобняв свою КСВК. — Я лучше б в Ставе померз, чем там «позагарал», ну его нафиг. — добавил Сармат, отхлебнув чая прямо из термоса. — Так, а ну хватит. Приказы командира, не обсуждаются, особенно, если это не мои приказы. Начальство прибыло, ждут нас в «ИЛаке», на сборы пять минут. Время пошло, шагом, марш, — скомандовал я бойцам, на что услышал обреченные вздохи и подколы. Пока ребята грузили снарягу в самолет, я двинул к начальству, которое уже, как ни странно успело усесться в пассажирской части самолета, предназначенной для командирского состава. Да и не только усесться, а еще и откуда то достать чай, коньяк и сушки… Ох уж эти чины… — Буров, садись, продолжим наш разговор что ли. Выпьешь? Или перед заданием не пьешь? — спросил Шагаров, почесывая свою убеленными сединами голову. — Так точно, не пью перед заданием. Если я вас правильно понял, мы там сразу в бою окажемся? — спросил я. — Догадливый. Мы там за «Шилки» с тобой не договорили… Не получится их туда перегнать. Потому что уже перегнали… Россия начала масштабную военную операцию в Такистане, по другому никак. Нельзя нам терять еще одного стратегического союзника, на Ближнем Востоке. Тем более такого, с которым дружба аж со времен царской России, — начал Шагаров. — Как я понял из брифинга, что мне и ребятам выдали, планируется захватить военный аэропорт и прилегающую к нему базу, с северной части региона, рядом с городом Расман? — спросил я, наконец-то усевшись в кресло. — Вы захватывать ничего не будете, её уже до вас захватили бойцы КСОР ОДКБ и местные такистанцы. Просто после захвата поняли что корпусом КСОР не отделаться... У вас будут более точечные задачи, — ответил мне Тихомиров, — от элементарной зачистки, до уничтожения тех самых гребанных МиГов, и другой техники противника. Есть у нас идея с товарищем полковником, об артобстреле, высокоточном… Ну об этом потом, может, и без него обойдется. Ты давай это… Пристегивайся уже что ли, скоро взлёт. Три часа спустя. Военная база «Расман». Тяжелая туша груженого Ил-76 опустилась на старенькую бетонную ВПП, подняв за собой столб пыли. Пыль понесло прямо в сторону зенитчиков, что их естественно не обрадовало. Мужчины чертыхались и матерились сидя уже не первый час на жаре и ветре в не удобных сидениях старой Зушки. Как только опустился трап, и выкатилась наша БМД-4, мы с парнями двинулись трусцой в одних тельняшках и брюках с баулами за спиной, дабы наконец ступить на новую для нас такистанскую землю. Стояла обманчивая жара, типичная, как мне сказали, для зимы здесь. Днем теплый морской ветер согревает пустынные земли, а ночью отступает, давая дорогу ледяным материковым ветрам, покрывая растительность инеем, а предгорные и горные участки участки снегом. — Добро пожаловать. Я капитан Асмиран Каванди, командующий дислоцирующийся здесь разведгруппой, - поздоровался с нами, прямо у трапа, мужчина лет тридцати, с курчавыми черными, как деготь волосами и грустными карими глазами, — Я и мои люди рады, что Россия не бросила нас в трудную минуту. Я так вы полагаю, вы Генерал Шагаров? — Здравия желаю. Правильно понимаете, капитан. Вы представляете Такистанскую армию здесь? — поинтересовался Шагаров. - Нет, только две разведывательно-диверсионные группы. Командует здесь генерал Абу Шахир Тахрир, и его заместитель, полковник Мохаммед Рахим Азиз, — отрапортовал наш такистанский коллега. — Почему же нас не встретил кто-либо из них? — спросил удивленный таким поворотом Тихомиров. — Сам король вызвал генерала к себе… А полковник Азиз, просил передать что он очень занят, и что бы не отрываться от работы, попросил меня сопроводить вас, — протараторил Асмиран, — Позвольте сопроводить вас до штаба, а затем ваших бойцов до казарм? — Разрешаю, товарищ капитан… Асмиран, да? — уточнил Шагаров. — Совершенно точно, прошу. Давайте не будем задерживаться на открытом пространстве, хоть наши совместные силы и охраняют аэропорт как зеницу ока… Сепаратисты и бойцы АОТ, не дремлют, — все так же, словно куда-то спеша, протараторил капитан, после чего по-строевому развернулся и зашагал к штабу. Начальство (и соответственно мы) двинулись к зданию диспетчерской. Под ней был расположен небольшой бомбарь*, где собственно и был организован штаб. Нам же предоставили полукруглые быстросборные офицерские казармы, стоявшие здесь наверное еще с начала века. Туда нас сразу после штаба и повел Асмиран. Состояние казарм было относительно хорошее. Был свет, буржуйка, нормальные шкафы, стол и двухъярусные кровати, по три штуки на комнату, собственно мы и заняли три таких полукруглых казармы. — Василий, можно Васек, или Ставр, — протянув ему руку, сказал я. — Асмиран, Ас, Асми, или Шагри. Рад знакомству, — ответил он мне, достаточно крепко сжав мою руку, для своей не очень крупной комплекции, — Шагри — мой позывной, это «Волк» по Такистански. — И мне приятно познакомится, Асмиран. Я так понял мы коллеги? — Спросил я у него, смотря на своеобразный шеврон, изображенным на нем, простреленным стрелой черепом волка. — Если вы спецназ разведки, то да. Как вам страна? — спросил он, после чего, как в дешёвом боевике раздался шум двигателя и следом грохот «Шилки», скорее всего КСОРовская, — АОТовцы, шакалы… Ищут брешь в обороне. — Да, мы с вами коллеги, ОСН ВДВ «Юг». И часто тут такие налеты? — спросил я его, смотря как из-за деревьев стал виднеться падающий где-то в дали МиГ-17 или 15. — Мы держим эту базу благодаря вашим войскам пятый день — вот пятый день и случается. Иногда раза по три-четыре за день, сбивать выходит не всегда. Эти шакалы даже успели сбросить пару бомб, сожгли наш M-113 и покалечили пару наших людей. Вроде как ваших или белорусов, двоих тоже зацепило, — ответил он, немного нервничая и доставая сигарету. — Твари, перестреляем и за наших и за ваших, — ответил за меня Гуру, сидевший все время рядом на лежащей бочке. — Мне нравится твой настрой Тоха. Только вот давай сначала от начальства узнаем, где эти сепаратюги-авиаторы сидят, тогда уже и будем им вставлять. Продолжай Асмиран, — ответил я нашему чрезмерно патриотичному Тохе, хотя и самому, хотелось за белорусских парней пострадавших прострелить пару сепаратистских жбанов. — Да что говорить, Вася? — спросил он, присаживаясь на ящики с боеприпасами, — Могу вообще рассказать, что творится вокруг, ввести в курс дела, получше любого брифинга. — Ну расскажи, а заодно и расскажи откуда так по-русски говоришь хорошо, — спросил я его, опираясь о стену казармы. — Где-то с месяца три назад, у нас начался конфликт с Ардистаном. Взаимные артобстрелы, но без пересечения границы, примерно как раз в это же время появились недовольства у населения. Южная часть страны начала раскалываться на части. Люди хотят перемен и свержения короля. У нас, для справки, есть две оппозиционные партии, обе хотят свергнуть короля. Первая — ПСВ, Партия Свободной Воли. Ее приверженцы хотят встать на полностью демократические рельсы как Ардистан, а он и рад им помочь. Они-то образовали АОТ. — На брифинге нам сообщили что Ардистан уже начал интервенцию, или только планирует ее. Я не до конца понял, можешь пояснить? — поинтересовался Сармат. — По идее, они еще не перешли границы, ждут, пока грязную работу сделают их шестерки АОТовцы. Однако их спецы и летчики уже пересекли границу и вступили в противостояние. По другому я не могу объяснить наличие в небе «Миражей» и «Фантомов» — у нас самих их не так много. А умеющих на них летать — и того меньше. — вздохнув, ответил Асмиран. — Я так смотрю, помимо нашей техники, тут вашей предостаточно — аэропорт забит просто. Откуда ее столько? — поинтересовался Гор. — Мы граничим с Ардистаном – его южные части очень опасны в плане терроризма. Мы граничим с Афганистаном, Киргизистаном… И кучей мелких стран-провинций, якобы принадлежащих той или иной стране. Так что наличие сильной и дееспособной армии — наш единственный шанс на выживание, — продолжил разведчик, — Россия долгое время была нашим союзником. Мы были и есть для ваших тем самым редким союзником на Ближнем Востоке, подобно Сирии, с которой мы тоже весьма хорошо сотрудничаем. — А вы непривередливы в технике, да? — съязвил я, глядя на разнообразие «коробочек», находящихся на базе. — Да, в конце двадцатого века смогли по дешевке набрать техники со всего света, что-то у вас, что-то у американцев. Да и по сей день приобретаем. — А что там у вас за вторая партия, помимо ПСВ? — спросил Сармат. — СПНТ — Социалистическая Партия Народа и Трудящихся. «Родные» братья ЧДКЗ — радикалы под эгидой социализма. Образовались еще в шестидесятых, но тогда советское правительство отдало предпочтения королевской семье. Благо король был весьма мудрым человеком. Как теперь и его сын — он предпочитал идти на компромиссы с народом и с вами, нежели чем обострять ситуацию. Не каждое королевство могло похвастаться дружбой с СССР, — с заметной гордостью заговорил мужчина. — И что эта партия? Участвует в бойне? — спросил я. — Нет, затаились, либо примкнули к одной из сторон. Выбор не велик — либо королевская армия Такистана — то есть мы, либо отморозки АОТ и сотрудничающие с ними террористы, либо ардистанские интервенты. Широчайший ассортимент, на любой вкус — шайтан их разрази, — прошипел по конец мужчина, после чего затянулся сигаретой. — Вижу у вас с ними не любовь лютая… Ладно, сменим тему. Ты не рассказал откуда по-русски так хорошо говоришь, — спросил Сармат, оглядываясь вокруг через дыру в бетонном заборе. — Я застиг те времена, когда его еще преподавали в школах, как дополнительный предмет, потом курсы, потом… Военная тайна, — вдруг строго отрезал мужчина, а затем с улыбкой добавил, — Шучу, сейчас уже можно говорить — проходил обучение у ваших инструкторов, что присылали сюда. Потом как-то сам подтянул. У нас вообще многие неплохо говорят по-русски из-за сотрудничества и соседства наших стран. — А как ваши войска умудрились потерять этот регион? Вроде как целых три военных базы… И все три захватили, — спросил Жила. — Военнослужащие,проходившие на этих базах службу, часто оказывались уроженцами этих же мест, с соответствующим мировоззрением. Их лидеры все очень хорошо рассчитали и спланировали. Напали в ночи и вырезали оставшихся бойцов. А у нас только недавно война была — и само собой денег в казне немного, и финансирование было урезано. Поэтому базы были не в лучшем состоянии — то забор с брешью, то и вовсе его нет… Заходи кто хочет, как говорится. Да и местные у нас все поголовно вооружены, вот они тоже и разделились на два лагеря. Кто-то в народную милицию или самооборону, — а кто-то в сепаратисты… Они даже форму новую найти успели, и технику перекрасить, что бы опознавать где своя, где нет... — вновь запричитал мужчина. Мы обсуждали обстановку в стране еще около получаса, пока нас не отвлек массированный огонь из пулемета, кто-то отчаянно поливал из нескольких пулеметов в южной части базы, где строилась передовая линия обороны. Раздались пара глухих взрывов. Мы как спецназ, оружие носили всегда с собой, по этому решили рвануть туда, по восемь человек от каждой группы. — Отбой, — коротко и ясно нам сообщил капитан морпехов, что сегодня были на посту. — В смысле? — озадаченно спросил Грач. — В прямом, товарищи спецы, вы только сегодня прибыли, а мы тут одни из первых. Это был их разведдозор, хотя я назвал бы их – разведсуицид. Прут, тремя группками, а четвертая смотрит. А потом и вовсе – тела убитых подрывает, шахиды недоделанные, мать их за ногу, — сжимая в зубах папиросу ответил капитан. — Дурдом, — сухо констатировал я. — Обыденность жизни, уже, — не менее сухо ответил морпех, — Вы там с ними осторожнее. У них тут у каждого, почти, под туникой пара шашек тротила, или чего похуже. Меня вот дня три назад чудом не зацепило. Они суки обдолбятся наркотой по самый выхлоп и прут на укрепления, что твой Терминатор. — Спасибо за предупреждение… - растерянно ответил Сармат. — Обращайтесь. И да, на АОТовцев это не распространяется, это уже какая-никакая армия, и стрелять они суки умеют. Но к счастью у них броники — та еще редкость, так что… — усталым голосом проговорил морпех, после чего сплюнул окурок и двинулся к недорытому окопу. — Шахиды на стороне армии сепаратистов. Не удивляйтесь, у нас это почти обыденность, — сказал, Асмиран, медленно бредущий вместе с нами к нашим казармам. — Пожалуй… Не будем удивляться. Ибо жизнь, штука такая, что уже нечему удивляться. — сказал Грач, оглянувшись на роющих окопы и траншеи морпехов. — Асмиран, ты лучше что скажи… Ты и твои бойцы водку или вино пьете? — спросил неожиданно для всех Фрейд. — Для нас это грех. Но ночью темно, Аллах не видит, так что... можно! — сделав довольное лицо ответил Асмиран, после чего он и его бойцы заржали. Мы ждать не стали и засмеялись за компанию. Два часа спустя. Штаб объедененных сил. В нос ударил запах сигарет, крепкого кофе и чая, а по глазам бил яркий свет ламп дневного света, в лучах которого командиры трех сторон обсуждали план дальнейших действий и фортификации базы «Расман». Шагаров и Тихомиров упорно стояли на том что нужно увеличить количество смотровых вышек, построить два форпоста на соседствующих с базой высотах. Полковник Азиз, утверждал что нужно укрепить главные входы. Тагаргамиров, командир усиленной роты КСОР ОДКБ, твердящий про противотанковые средства, а прочие чины МП, и СВ соглашались и почти не проявляли себя. Нашего мнения, тоже спросили, но мы недолго думая попросили полтора часа, на осмотр территории базы вместе с парой спецов инженеров. Согласились все, после чего Асмиран и еще пара его бойцов, выдали нам всем местную одежду — дабы замаскироваться под обычных бродячих торгашей и не словить шальную пулю снайпера. Даже привел троих осликов с тележками. Вот это я понимаю — подход к маскировке. Особенно для Сармата и Гора, с их осетинской и чеченской внешностью оставалось лишь напялить тюрбаны и не отличить от местных. Инженеров усадили на осликов, а рядом закинули мешки со всяким хламом — будто везем что-то. Сами взяв АКМы и ружья с винтовками, любезно предоставленные такистанцами из трофейных запасов. — Спецура, что скажете про эту высоту? – вдруг раздалось от одного из инженеров. — Займем ее — сразу же перекроем три направления. Туда бы АГСы с «Кордами», и ПК в импровизированные ДЗОТы — фиг бы выбили, даже с артиллерией... — задумчиво сказал Сармат, после чего вновь уставился на скалистый холм высотой эдак с четвертый этаж. — Ты про танки не забывай, можно еще оборудовать позиции для «Метисов» и СПГ… — подсказал я товарищу, - капитан, у вас же они найдутся? — Полный грузовик, и еще два сверху. А вообще я бы вам предложил поставить туда ЗУшку, и не париться — ответил Самойлов, капитан инженерных войск, вроде как он отвечал за фортификацию базы, — Вообще ЗСУ надо ставить в закрытые позиции… Чтоб она лишь самолеты долбила. Но у нас этих зениток хоть жопой ешь. А если оборудовать для нее позиции вон там, между скал — она сразу же перекроет южное и юго-западное направление. Собственно говоря — это основные места откуда и могут переть основные силы. Ни один БМП и БТР не устоит – сэкономите ПТУРы, и заодно пехоту пачками укладывать будете. — А капитан дело говорит. У АОТ, много легкой техники, а ЗСУ перекроет подходы намертво, — подтвердил нам слова капитана Асмиран. — А что у ваших АОТовцев вообще за техника? Есть информация? — поинтересовался Самойлов. — Примерно все то же что и у нас — только более старое, складское. У ардистанцев получше, но на нашем уровне… — ответил мужчина, — А теперь, пойдемте дальше, наша остановка уже выглядит подозрительно… После его слов мы двинули вперёд, к следующей высоте. Она была уже значительно меньше, и находилась по левую сторону от главных ворот. Над ней как раз и прошипела ракета, устремляясь куда-то в небесную высь. Судя по габаритам и дальности – пальнули с «Осы», в какую-то далеко летящую цель. Зенитчики не дремлют… Это хорошо. Пока мы шли, до нас донесся грохот взрыва этой самой ракеты, обернувшись на который мы увидели огненный шар воздушного взрыва, и падающий из него темный, пылающий силуэт МиГ-21, настолько мелкий, что без бинокля я бы даже не определил — самолет ли это был или вертолет. А следом я заметил еще две шипящие ракеты полетевшие в ту же сторону. — Эти шакалы совсем не щадят ни себя не технику. Ардистанцы… Вернее их наемники. Пилоты-хашишины. Пытаются ими найти брешь в нашем ПВО, уже… Седьмой за эти три дня сбили. До этого были только АОТовские разведчики на АН-2 и «Цеснах». Двоих удалось захватить. — Хаши… Кто? – Спросил Самойлов. — Хашишины – религиозные самоубицы. Когда-то так назывался великий орден, а сейчас… Сейчас так зовут лишь смертников. Только лишь потому, что их с ними объединяет отсутствие страха смерти, — ответил Асмиран, после чего наивно улыбнулся и добавил — У меня в роду были Хашишины, еще их называли Ассасины, от этого, кстати, английское слово – «убийца» произошло. Мы промолчали, лишь кивнули в ответ. Я конечно рад что у него в роду были древние профессиональные убийцы — но вот не до семейных историй сейчас если честно. У нас осталось еще три потенциальных точки для вышек, да и так можно было найти места пригодные для огневых точек. Как например гряда камней и овраг, за которыми можно было бы надежно спрятать танк или БМП, чтоб одна башня торчала, а в случае необходимости он мог легко покинуть укрытие. Это я и предложил Самойлову, кивнув в сторону предполагаемого места для укрытия. На что он так же молча кивнул, после чего достал планшет и карандашом на карте сделал пометку. — Самойлов. У меня к вам предложение. Может сделаем укрепления еще и на въезде в «Расман»? Поставим там наших бойцов и лояльных нам местных? Есть у нас народная милиция. Они будут только рады так сказать поучаствовать… — А где они сейчас? — спросил Сармат. — Развернули лагери в некоторых соседних селениях, прямо за нашими блокпостами, — ответил Асмиран, ускоряя шаг. — А им можно доверять? — спросил Самойлов, и тут же добавил. — Не хочу никого обидеть, но мало ли.. — До вашего прилета они сами, отбили нападение на нашу базу. Мы узнали о нападении только когда дым подбитой техники увидели. Потом они с нами на связь вышли и подтвердили, что они отбили. Так что доверять им можно, - утвердительно сказал Асмиран. И тут же добавил, — И да, поспешите, мы снова слишком долго на одном месте стоим. Следующий холм был уже более пологий и ровный. Видно, что глиняный и лишь припорошённый песком, в нем даже уже были намеки на отрытые окопы. Лет пять, не меньше им было… Значит парням меньше рыть придется, вышку только влепить и все, полностью перекроем восточное, и части южного и северного направления. Эта позиция как раз вплотную подходила к забору базы. Можно будет убрать одну из его ячеек — а остальные укрепить, и оборудовать полноценные насыпи, тем же бульдозером или даже танковым отвалом. Даже окопы рыть не придется почти, да и через оставшуюся торчать сетку можно вести огонь и не бояться получить ГПшку в ответ, так как та сдетонирует о рабицу. Главное не забыть сказать про это Самойлову. — Ассалам алейкум! — громко раздалось с территории «Расмана», благо он был всего в метрах двухсот. Дальше я уже разобрать не мог, я знал некоторые чеченские наречия, знал чуть-чуть грузинский, но такистанский нет. Зато его знал Асмиран, быстро ответивший целой тирадой слов. Перекрикивался он со стариком, что возился в своем саду и рвал, кажется хурму. Был он одет просто, даже бедно — старенькая туника с кафтаном сверху, кирзовые сапоги с заправленными в них брезентовыми штанами, а на голове красовался тюрбан, надвинутый на густые седые брови. Лицо его было добродушным, уставшим и немного грустным. Но в процессе беседы с Асмираном он даже слегка улыбнулся, после чего сел на пень, достал видавшую виды трубку и радостным голосом крикнул, что то в район своего дома. — Я слышал про этого старика… Это бывший командир этой части, до преклонных лет служил здесь, тут же рядом и отстроил дом. Живет здесь с семьей. Нас я ему, конечно же не сдал, но ему доверять можно, я ему сказал что мы торгаши и принесли благую весть. Сказал ему что мы торгаши и мы торговали тут, на окраине и что нам удалось узнать что вы, русские здесь что бы помочь нам, как и было всегда, а то есть у наших такая проблема. На вашу помощь молимся, но и вас же боимся. Просто во времена Афганской войны, ваши войска навели на границе с Афганом много шухера. С тех пор южане, русских не любят, а местные боятся, коверкая историю из поколения в поколение. — Ничего удивительного. И насколько сильно заковеркали? – — спросил с интересом Сармат. — У-у-у-у-у-у-у-у.... У нас есть… то есть было одно предприятие которое занималось работой с ураном для ядерных реакторов. СССР хотели нам построить полноценную АЭС, но потом он распался, а наши недоучки решили сами воплотить эту идею в жизнь, кое-как доделали реактор в цеху обогащения и… В общем у нас на юге есть Зона Отчуждения в 10 км… Подземный взрыв меньше чем в одну килотонну. Но вы наверное слышали. — Да… - немного растерянно ответили мы. — Ну так вот, добрая часть наших недалеких южан думает что это вы на нас бомбу сбросили, за то что мы технику на Западе старую скупили… За годы этот идиотский миф укрепился, так что если на севере и центре вас будут рады видеть, то на помощь южан скорее всего можем не рассчитывать. — Мдя... Вот уж воистину, тупой и еще тупее тупого… — вздыхая ответил Самойлов. — Никогда не доверяйте дилетантам работу профи, — прогундел один из бойцов сопровождения. — Этот старик так же думал? — спросил я. — Дед Мармуни? Нет, он наоборот агитатор на нашу сторону. Говорит — «Хорошо что русские суда пришли — наведут порядок и кончится эта война». — С такой агитацией, — добродушно посмеиваясь, сказал Самойлов, — Ваше ополчение лопнет от рекрутов. — Молчал бы, — сухо ответил Гор, — Я так понимаю у такистанцев, как и у остальных мусульман, к старшим особое отношение? — Правильно брат, Мурмани — старейшина и авторитет в этом городе, насколько я знаю. Так что… может и будет, народная милиция ломиться от рекрутов. На все воля Аллаха, — ответил Самойлову Асмиран, после чего ехидно улыбнулся и вновь молча повел нас вперед. Час спустя. Штаб объединённых сил. — Буров, понравилась прогулка на осликах? – посмеиваясь, спросил меня Тихомиров. — Я пешочком. Инженеры на осликах были. Когда докладывать будем? — спросил я. — Через час мы договорились начать собрание. Так что пока отдыхайте. Кстати как дочь? Как отец, как брат? Как… Дело? — сделав на последнее слово заметный акцент. — Вы хотели сказать дела..? – Немного занервничав спросил я. — Нет… Я за обычное дело. Уголовное о убийстве десятилетней давности... — ответил мне Тихомиров, отчего я сел на стоящую сзади коробку. — Откуда вы узнали? - вздохнув спросил я. — От твоего отца. Ты же не знал что мы с ним друзья. Расскажешь про ту историю? Сдавать-то тебя поздно, дай хоть узнаю, что да как было, на самом деле. Из первых рук, так сказать.. — посмеиваясь, казал Тихомиров, после чего сел рядом и закурил.