Сбежавшая невеста

Наступили рождественские праздники. В Норе, как и всегда, собралась куча народа. Все сидели в гостиной и, смеясь и умиляясь, следили за играющими на ковре Гарри и Тедди. Они пытались собрать огромную железную дорогу, которую родители подарили Тедди. Только Джинни не обращала внимания на своего любимого и его крестника. Ее задумчивый взгляд был направлен на Гермиону, сидящую в кресле возле разожжённого камина и листающую очередной справочник по колдомедицине, и Рона, который присел на подлокотник этого самого кресла. Рон изредка что-то говорил Гермионе, и она либо не обращала внимания на брошенную фразу, либо, закатывая глаза, и немного раздражённо отвечала ему. Младшая Уизли не понимала, зачем Грейнджер мучает и себя и Рона. Конечно, Джинни была бы очень рада, если бы Гермиона вышла замуж за Рона и стала ее «сестрой». Но Джиневра понимала, что этот брак будет обречен на провал, потому что счастливой семьи не может быть без любви. Безусловно между этими двумя была любовь и ее видели все, но это была не та любовь, которая бывает между мужчиной и женщиной. Это любовь между друзьями; между людьми, которые столько всего страшного пережили вместе; которые буквально вытащили друг друга из рук смерти, а потом и из рук отчаяния, которое накрыло всех с головой после окончания войны. Это видела, наверное, только Джинни. Ведь она даже читала слова клятв обоих, в которых даже не было слова о любви. Только слова о вечной дружбе, поддержке и понимании. Полтора года назад Рон и Гермиона объявили о своей помолвке, но свадьбы до сих пор не было. Она переносилась четыре раза. За праздничным ужином была озвучена очередная дата — 1 января. Когда миссис Уизли начала причитать, что они ничего не успеют подготовить, ведь осталось так мало времени, Рон сказал, что он хочет поскорее окольцевать Гермиону, ведь если это не случится в этот день, этого не случится никогда. Все приняли его слова за шутку, и только Джинни и Миона понимали, что эти слова были чистой правдой. Именно поэтому Грейнджер выбрала эту дату, чтобы не было соблазна и возможности вновь перенести свадьбу, ведь к первому числу вся семья Уизли вылезет из кожи вон, но организует прекрасное торжество. А Гермиона не сможет их огорчить. Это же Гермиона. Джинни усмехнулась этой мысли. Эта ситуация в глазах чужих вероятно и выглядит комичной, но только не для Джиневры, только не для Грейнджер. Младшая Уизли давно знала о чувствах Гермионы к другому человеку; чувствах, которые так категорично отличались от чувств, которые Миона испытывала к Рональду. И она неоднократно пыталась поговорить с Гермионой об этом, убедить ее, чтобы она дала шанс настоящим чувствам. Но она всегда отвечала одно и то же:  — Нет, Джинни! Нет! Он мне дал ясно понять, что все было ошибкой. Я ему не нужна. Это все было неправильно. Но Джинни знала, что, если бы это было ошибкой или чем-то неправильным, наша правильная гриффиндорка давно забыла бы об этом и действительно смогла полюбить Рона той самой любовью. Но ее слова были ложью. Ложью, в которую она сама хотела бы верить. И в этот момент Уизли поняла, что не даст своей лучшей подруге погрязнуть в этой лжи. Она понимала, что своими действиями возможно сделает больно своему любимому брату, но все же разум ей подсказывал, что она освободит его. Освободит двух людей, так глубоко погрязших в этой лжи. Она сорвет их свадьбу. И сделать это поможет человек, который также любит своего друга, как она любит свою подругу. Джинни победоносно улыбнулась и, оторвав свой взгляд от Гермионы, взглянула в центр комнаты на своего мужа, который смеялся над очередной шуткой Джорджа. Когда Гарри взглянул на улыбающуюся Джиневру, он увидел огонь в ее глазах. И первой его мыслью было: «Не к добру это…».

***

Молодой аристократ сидел за своим огромным офисным столом из красного, полированного дерева. Часы, висевшие над входом в кабинет, показывали половину первого по полудню. Прошла только половина рабочего дня, а мужчина уже был выжат как лимон. Он даже не смог заставить себя выйти из Министерства, чтобы сходить пообедать. И кто только придумал работать в Министерстве магии во время рождественских праздников! Он на мгновение задумался о том, что бы он сейчас делал, если бы не эта гребаная работа. Наверняка, еще бы спал в обнимку с какой-нибудь девицей после того, как всю ночь пил огневиски со своим лучшим другом в каком-нибудь баре. О, да! Он бы даже согласился на утреннее похмелье. Но, увы, его мечтам было не суждено сбыться. Вместо этого он пахал, как рабочая пчелка, с семи утра. Вдруг в его сознание ворвался писклявый голос его секретарши, которая что есть силы кричала:  — Мисс, к нему нельзя! Куда вы идете? Остановитесь или мне придется вызвать охрану! Мисс! После этого дверь в его кабинет с грохотом растворилась, и на пороге появилась девушка, следом за которой буквально ввалилась его секретарша.  — Мистер Забини, я говорила этой девушке, что к Вам нельзя, но она меня не слушала! Я сейчас же вызову охрану.  — Успокойся, Джил. Можешь идти на обед.  — Вы уверены?  — Да, Джил. Он уверен. Ты, что, не понимаешь, когда тебе намекают, чтобы ты ушла? — подала голос нежданная гостья. Забини только усмехнулся и кивнул, давая понять, что секретарша может быть свободна. После того как дверь за Джил закрылась, мужчина перевел взгляд на девушку, которая ворвалась к нему в кабинет, словно ураган.  — Уизли, чем обязан такому неожиданному визиту?  — Поттер, вообще-то.  — Что прости? — не понял Блейз.  — Я уже не Уизли, а Поттер, — пояснила Джинни.  — Поздравляю, конечно. Но это не объясняет то, почему ты ворвалась в мой кабинет, напугала и нахамила моей секретарше, — с усмешкой сказал Забини.  — Ой, да брось! Эта твоя Джил даже не поняла, что я ей сказала, — ответила Джиневра, без приглашения усаживаясь в кожаное кресло напротив Блейза, на что он только усмехнулся и закатил глаза. Ему не хотелось признавать этого, но Уизли была полностью права. Его секретарша была настолько глупа, что с трудом отличала волшебную палочку от простой ветки с дерева. Но, к огромному сожалению Блейза, она была дочкой его крестного, и уволить ее он не мог.  — Так все же, зачем ты пришла? — спросил мужчина уже без улыбки.  — Думаю, что ты уже слышал о свадьбе? — также серьезно спросила Джинни, сделав акцент на последнем слове.  — Конечно же слышал. Об этом трезвонят все газеты и журналы. И что ты хочешь, чтобы я помог тебе выбрать платье подружки невесты?  — Нет. Я хочу, чтобы ты помог мне сорвать эту свадьбу. Нельзя допустить, чтобы они поженились.  — Ты что, спятила, Уизли? — воскликнул Блейз, вскакивая со своего кресла.  — Я — Поттер!  — Да мне пофиг! Хоть сам Мерлин! Как ты себе это представляешь?! — уже орал Забини.  — Мне всего лишь нужно, чтобы ты привел его в церковь в назначенное время, а все остальное я сделаю сама! — Джинни тоже вскочила со своего места и повысила голос, чтобы перекричать мужчину. Блейз начал ходить вдоль стола, стараясь успокоиться. Надо же всего лишь привести его в церковь! Что в голове у этой девчонки? Никогда еще помощь ей в ее сумасбродных идеях не приносила ему ничего хорошего.  — Как, по-твоему, я смогу его затащить в эту чертову церковь? — немного успокоившись спросил Забини. — И почему вообще у них свадьба будет в церкви?  — Потому что Гермиона — магглорожденная. У них так принято. А что касается твоего друга, можешь хоть Империус применять. Это уже твои заботы, — спокойно сказала девушка.  — Ты что, хочешь, чтобы меня в Азкабан засадили за использование непростительных?  — Я договорюсь, чтобы у тебя была камера с лучшим видом на море. Знаешь ли, у меня муж не последнее место в Аврорате занимает. Так уж и быть, похлопочу ради тебя, — с сарказмом сказала Джинни. Забини усмехнулся. Мысленно он уже согласился, потому что он уже устал смотреть на пустоту в глазах своего друга. Но как они смогут все это провернуть? А самое главное — как затащить эту самовлюбленную задницу в маггловскую церковь?! Блейз заглянул в глаза новоиспеченной миссис Поттер и понял, что она полна решимости воплотить свой план в жизнь, и какие бы отговорки он не придумывал, Джинни все равно заставит его участвовать в этой афере.  — Ладно. Я в деле. Куда и во сколько приходить? — обреченно произнес мулат.  — Вот, — сказала Джиневра, протягивая мужчине вдвое сложенный пергамент. — И не опаздывайте. С этими словами она развернулась на каблуках, от чего ее огненно-рыжие волосы подлетели, и вышла из кабинета, оставив Блейза мысленно сокрушаться от принятого секунду назад решения.

***

 — Где же этот чертов придурок?! Ничего ему нельзя доверить! — бурчала под нос Джинни, меряя шагами коридор церкви недалеко от черного хода, где она договорилась встретиться с Блейзом.  — Этот придурок уже здесь, — раздался насмешливый голос над левым ухом Уизли.  — Мерлин! — Джинни подскочила от испуга и грозно уставилась на Блейза. — Ты напугал меня. Не мог хотя бы кашлянуть? Почему опоздал?  — Я, наверное, не котят в корзинке покупал, а пытался заставить прийти Малфоя в маггловскую церковь.  — Ладно. Пока все по графику. Все удачно прошло? — спросила Джинни. На что получила утвердительный кивок. — Как же тебе удалось убедить этого упыря прийти сюда? И где он? — задавала вопросы Джиневра, оглядываясь по сторонам, пытаясь найти Малфоя-младшего.  — Применил к нему Империо, как ты и говорила, — после этих слов Джинни в испуге вытаращила на него свои глаза. — А как по-твоему я еще мог его сюда приволочь?  — Ты с ума сошел?! Какой Империо? Я же пошутила тогда! — заорала Джинни.  — Да успокойся ты! Я еще не совсем спятил, и в Азкабан тоже желания нет попасть. Я его усыпил. Сейчас преспокойненько дрыхнет в последнем ряду на лавочке под маскирующими чарами. В нужный момент он очнется.  — Хорошо, — с облегчением сказала Джинни. — Тогда я пошла к невесте, а ты смотри мне, не наделай глупостей и не упусти нужный момент.  — Все сделаю в лучшем виде, — ответил Блейз, на что Джинни кивнула и пошла по направлению к комнате невесты. Забини немного постояв, пошел в главный зал.

***

Глубокий вдох и медленный выдох. Левая рука крепко сжимает букет нежно-розовых пионов, а правая с такой силой вцепилась в руку Тома Грейнджера, что еще чуть-чуть и у него, наверняка, сломаются кости. Гермиона с отцом стоит перед дверьми в главный зал маленькой маггловской церквушки на севере Лондона, которая, несмотря на ливень, украшена снаружи невероятной красоты цветами и лентами. И в этот, казалось бы, счастливый для любой невесты момент, ее голову занимали не совсем радужные мысли: «Через пару минут мы должны уже будем идти к алтарю, где меня дожидается Рон. Ох, мой милый Рон, как мы допустили это? Как я это допустила?! Почему впутала тебя в это? Почему не отказалась от предложения тогда, полтора года назад? Чертова эгоистка! Надо было послушать Джинни и прекратить все это!» Вдруг она почувствовала, что отец немного толкнул ее плечом. Время идти. Каждый шаг звоном отдавался в ее голове. И чем ближе они подходили к алтарю, тем яснее в ее сознании всплывал его образ. Все должно быть не так. На месте долговязого, крепкого Рона с его рыжей шевелюрой должен был стоять другой. Высокий. Худощавый. С всегда идеально уложенными платиновыми волосами. С неизменной усмешкой на лице. Он. Но это было невозможно. Когда она очнулась от своих мыслей, то уже стояла напротив Рона. Он выжидающе на нее смотрел, а в зале стояла какая-то нереальная тишина, и все с немым вопросом смотрели на нее. — Гермиона? — Ничего страшного. Я еще раз задам свой вопрос. Такое часто случается с невестами, когда они волнуются, — мягко улыбаясь, сказал священник, чтобы его услышали только Гермиона и Рон. — Гермиона Джин Грейнджер, согласны ли Вы взять в законные мужья Рональда Билиуса Уизли, чтобы быть с ним в горе и радости, богатстве и бедности, болезни и здравии, пока смерть не разлучит вас? Гермиона в нерешительности открыла рот, чтобы ответить; и вдруг в этой звенящей тишине ее привлек к себе звук, доносящийся с последних рядов. У нее словно выбило землю из-под ног. Там среди ее родственников стоял он. Как всегда, одетый в идеальный черный костюм, с идеально уложенными волосами. Он смотрел прямо ей в глаза с такой болью и укором, что казалось, еще секунда и она умрет от этой боли, которая слилась с ее собственной. И вот он отвернулся и быстрым шагом вышел из зала. Казалось, что прошла бесконечность, а на самом деле лишь минута. Шестьдесят секунд. Гермиона повернулась к Рону и хотела сказать хоть что-то, объяснить то, что она собиралась сделать; но слова не давались; слёзы застилали глаза. Мотая головой и утирая слёзы, Грейнджер рванула к выходу. Рон было кинулся следом за ней, но его остановила Джинни. — Рон, не надо… *** Спустя четыре часа, когда всех гостей отправили домой, а обеих мам успокоили и уложили отдыхать под присмотром их мужей; Джинни Поттер, наконец-то, смогла с ногами усесться в любимое кресло рядом с камином и облегченно выдохнуть. Её план удался! Однако оставалось несколько незавершенных вопросов: она до сих пор не знала, где находится Гермиона, и что произошло после того, как она убежала; а также ей предстоял непростой разговор с Роном и, похоже, с Гарри тоже. Вспоминая, как он странно поглядывал на нее еще в церкви, он о чем-то догадывается. Это не очень хорошо. Словно прочитав ее мысли, в гостиную зашёл Рон. С немного измученной улыбкой он присел на немного потертый диван, который стоял напротив камина. — Спасибо, что остановила меня, — усталым голосом произнес Рон. Джинни посмотрела на него с непониманием. — Ну, когда я хотел побежать за ней. Она правильно поступила. — Ты правда так считаешь? — Правда. Я же понимаю, что она меня не любит. Просто сам не мог оттолкнуть ее. У меня бы не хватило сил, а она всегда была сильной. Сильнее нас всех. — Рон, — осторожно начала Джинни после небольшой паузы. — Ты же понимаешь, что она… — Убежала к другому? — с горькой усмешкой спросил Уизли. На что получил утвердительный кивок. — Конечно, понимаю. Я же не совсем дурак. Я надеюсь, что у нее получится вернуть свою любовь, и она будет счастлива. Ведь у меня такой возможности больше нет, — тихо добавил Рон. — О, Рон, не говори так! — воскликнула Джинни, подсаживаясь к брату на диван и приобнимая его за плечи. — Да, Лаванду уже не вернуть. Но у тебя все еще наладится. Вот увидишь! — Спасибо, сестрёнка, — ответил Рон с печальной улыбкой. — Я, пожалуй, пойду спать. Джинни проводила грустным взглядом брата до лестницы. Разговор прошёл к ее удивлению спокойно. Она, конечно же, не хотела напоминать Рону о Лаванде Браун, но он сам начал этот разговор. Однако она была удивлена тем, что Рональд не заметил за кем именно побежала Гермиона. Уж Малфоя сложно было не узнать. Может, это заслуга Забини? Какое-нибудь заклинание? Нужно будет узнать у него про это. Но ее размышления прервал стук в окно. Это был большой черный филин, который снова и снова стучал клювом в окно. Джинни открыла окно, и только она отвязала от лапки конверт, как птица сразу же улетела. Развернув пергамент и прочитав содержимое письма, Джинни счастливо улыбнулась. «Спасибо, Уизли. Д. М.»