Воссоединение

      Открыв глаза, Рене сладко потянулась, все еще пребывая в полудреме. В голове вперемешку звучали слова древнегреческой богини: "узнать себя, свои истинные желания, свой путь", "время есть", заставляя задуматься о смысле сказанного. "Арес, Афродита... в следующий раз Геракла ждать с нравоучениями? Так и сходят с ума" - встряхнув головой, подумала Рене, возвращаясь к реальности. Голова Люси все так же мирно покоилась где-то в районе груди, а ее теплое дыхание щекотало ключицы Рене. Брюнетка, судя по всему, и не думала просыпаться: сказывалась бессонная ночь. Рене чувствовала невероятную легкость, давно она так хорошо не отдыхала. Решив узнать, который час, она попыталась встать, аккуратно отодвинув от себя подругу, но почувствовала только, как Люси сильнее к ней прижалась, что-то недовольно промычав. Поняв, что подняться ей не удастся, девушка вернулась в исходное положение и успокаивающе коснулась волос подруги. Рене показалось, что прошло всего около получаса, поэтому она со спокойной душой прикрыла глаза, незаметно засыпая обратно. Если бы было можно, она бы осталась в этом моменте навечно. Из царства Морфея их бесцеремонно вырвал стук в дверь. Люси тут же подскочила, подумав, что это уборка, в то время как Рене, не желая вставать, перевернулась на другой бок, уютно прижавшись к подушке. - Сандра? - донесся до Рене удивленный голос Люси. Мать Рене выглядела очень взволнованной, она влетела в номер, не сказав ни слова. Увидев Рене, она с облегчением вздохнула, но тут же глаза ее округлились, когда она обвела взглядом комнату: ее дочь лежала в двухспальной кровати в халате, едва прикрывающем ягодицы, на тумбочке в вазе стояли фрукты и сладости, а на другой догорала ароматическая свеча. Люси смущенно поправила халат, чувствуя себя, как подросток, которого застукали за чем-то неприличным. Несмотря на то, что ничего такого не произошло, со стороны все выглядело очень неоднозначно. Рене резко вскочила с кровати: - Мама? Ты что здесь... как ты узнала, где я? Что случилось? - Это ты у меня спрашиваешь, что случилось? - женщина была явно не в духе. - Что ТЫ здесь делаешь? - Мы с Люси отдыхали после... - Отдыхали? - перебила ее Сандра. - Мы места себе не находили! Думали, что ты... что что-то случилось! Ты в 10 собиралась забрать Майлза, тебя все нет и нет, на звонки не отвечаешь, звоню Стиву, а ты, оказывается, и не появлялась дома, он думал, что ты у нас. Что прикажешь думать?! Рене судорожно кинулась к телефону, включая дисплей: "21 пропущенный вызов", на часах 2:43. - Черт, - непроизвольно выдохнула Рене. - Наверно, что-то с телефоном, я совсем ничего не слышала... - Пошли, я отвезу тебя домой, - стараясь успокоиться, позвала Сандра. - Ты езжай, меня Люси подвезет. Нам нужно кое-что еще обсудить. Прости, что заставила так нервничать... - Рене, Майлз очень перепугался, ты нужна дома. - Она права, ты нужна сыну, я подожду, - подойдя ближе, Люси ободряюще положила руку на плечо подруги. - Я тебе позвоню. Кивнув, Рене быстро надела джинсы и кофту и подошла к кровати, собираясь все прибрать. - Не надо, я застелю. До свидания, Сандра, - попрощалась Люси. Женщина только холодно на нее посмотрела, обернувшись через плечо и хлопнула дверью. - Эй! Что с тобой? - догоняя мать, недоуменно спросила Рене. - О чем ты только думаешь? - гневно взглянула на нее Сандра, быстрыми шагами идя к выходу. - Я просто проспала, что-то с телефоном! Прости, что заставила волноваться, я виновата, но хватит уже злиться. - Ты себя вообще слышишь? Проспала... По-твоему, дело только в этом? Интересно, какое оправдание придумаешь для мужа. - В смысле? - О, только не делай вид, что не понимаешь. - Но я не понимаю! Что происходит? - Рене, Стив любит тебя, как можно было с ним так поступить? Не говоря о том, какой это грех! Господи, я и подумать не могла... - отчаянно проговорила Сандра. До Рене медленно доходил смысл сказанного и она в изумлении уставилась на мать: - Ты думаешь, что мы с Люси...? Это же смешно! С чего ты вообще это взяла? - Не делай из меня дуру. Я все видела. - Что ты видела? Мы отдыхали после конной прогулки. В чем проблема? - Сняв номер в гостинице, когда у обеих здесь есть дома? Да, все так делают... - Что за бред?! Нам нужно было поговорить наедине. Я устала от этого разговора, хватит. Не хочешь верить - не надо. А даже если бы что и было, это не твое дело. На это женщина только скривила губы и, сев в машину, резко тронулась с места. До самого дома они не обменялись ни словом. Едва переступив порог дома, Рене увидела бегущего к ней сына, который, судя по всему, ждал все это время в прихожей. Кинувшись к ней на шею в слезах, он проговорил: - Я думал, ты ушла навсегда! - Я здесь, все хорошо, - обнимая сына, прошептала девушка. - Никогда больше не уезжай! - Тшш, - успокаивала ребенка Рене, стараясь сама не расплакаться. - Я с тобой. Сейчас давай ложиться спать, а завтра проведем весь день вместе, хорошо? Радостно кивнув, Майлз улыбнулся и, вытирая слезы, хитро прищурился: - Мы пойдем в аквапарк? - Это можно устроить. Ну все, иди ложись, - и мальчик, подпрыгивая, побежал наверх в свою комнату. Зайдя в спальню, Рене с порога произнесла, не глядя на мужа: - Если жаждешь разборок, скажи сразу, я просто уйду. - Не хочешь объяснить? - Нет, не хочу. Я уже пыталась, кто бы услышал. А теперь, если ты не против, я лягу спать. Завтра будет насыщенный день, у тебя, кстати, тоже, - с этими словами она выключила свет и, наскоро переодевшись в пижаму, залезла под одеяло, отвернувшись от мужа, который просто не успел ничего больше сказать. Всю ночь девушку одолевали мысли и сомнения. Люси предложила прекрасную идею, которую они могли бы реализовать вместе, но для этого ей нужно было надолго оставить семью. К своему стыду, Рене хотела это сделать, она хотела бросить их, за что себя ненавидела. Она устала от бесконечной драмы, от выяснений отношений с мужем, от чувства вины и вечного долга. Ей было и физически больно до сегодняшнего дня. Удивительно, что один день, проведенный в нужном месте с нужным человеком, может оказаться целебнее психотерапии и ложного эффекта кучи болеутоляющих таблеток.

***

      На следующий день Рене пришлось устроить целый детский праздник, заглаживая свою вину. Майлз уговорил ее собраться всей семьей и пригласить всех его друзей, включая Джулиуса, сына Люси, с которым они прекрасно ладили. Она заказала два столика в закрытом аквапарке, для детей и для взрослых и новогоднюю развлекательную программу. Пока дети развлекались, катаясь с горок и плескаясь с "русалками", родители сидели неподалеку, потягивая коктейли за светской беседой. Рене успела выслушать десятки неинтересные истории от неинтересных ей людей, стараясь поддерживать разговор, что давалось ей с огромным трудом. Почувствовав, как заболели виски и началось легкое головокружение, она полезла в сумку за таблеткой. "Черт" - не обнаружив в сумке лекарство, она вспомнила, что забыла его дома. Решив, что надо отдохнуть от шума, Рене, извинившись перед друзьями, вошла в первую попавшуюся комнату, прикрыв за собой дверь. Она вздрогнула от неожиданности, увидев Люси, сидящую на диване в окружении игрушечных морских коньков и осьминогов. У девушки был явно расстроенный вид, который она тотчас же попыталась скрыть: - Отличный праздник получился, - она натянуто улыбнулась. - Эй, что случилось? Не говори, что все хорошо, это не так, - требовательно посмотрела на нее Рене, садясь рядом. - Ты о чем? - Ну, ты сидишь здесь одна в разгар веселья, с видом, как будто вот-вот расплачешься. Это не в твоем стиле. - Все нормально. Я просто думала... Знаешь, зря я тебе все это предложила, тебе нужно остаться с семьей, это будет правильно. Не поверив своим ушам, Рене немного обидчиво ответила: - Это из-за вчерашнего? Мама просто не то подумала... - Она видела то, что видела, я не могу винить ее. И из-за меня твоя семья думала, что с тобой что-то случилось, это не шутки. - Господи, Люси, при чем здесь ты? Ситуация глупая вышла, а моя семья из всего способна сделать трагедию, они это любят. Мне просто надо починить телефон. - Сути это не меняет. Ты нужна сыну, а я тебя пытаюсь увести непонятно куда из-за своих прихотей... - Просто замолчи, - перебила ее Рене, начиная злиться. - Ты ни в чем не виновата, все, что я делаю, я делаю по собственному желанию, ясно? Я хочу работать вместе с тобой, - четко выделяя каждое слово в последнем предложении, проговорила блондинка. Люси отвернулась, стараясь скрыть навернувшиеся слезы, чувствуя огромную благодарность за эти слова Рене. Конечно, и это не ускользнуло от пристального взгляда подруги: - О, ну хватит уже мелодраму разыгрывать, будь добра, верни мне старую добрую оптимистку Люси и пошли к гостям. - Меня теперь ненавидит не только Стив, но и твоя мама, - с грустным смешком произнесла Люси. - Вряд ли я смогу расслабиться. - Зато Майлз тебя просто обожает, а это его праздник, - резонно заметила Рене. - И не ты ли мне советовала забить на мнение окружающих? Просто наслаждайся вечеринкой, а люди все равно найдут, к чему придраться, поверь. Особенно мои родители... Идем. - А тебе самой нравится вечеринка? - спросила Люси, зная, как тяжело давались подруге все эти светские мероприятия. - Держусь из последних сил, - улыбнулась Рене. Не успели они выйти из комнаты, как к Люси подбежал Джулиус и, сделав жалобные глаза, начал: - Мамочка, а я же этот год закончил на одни пятерки... - заметив поднявшуюся бровь матери, он смущенно добавил: - ну, почти... - Что ты хочешь? - стараясь сохранить серьезный вид, поинтересовалась Люси. - Мы с Майлзом такой конструктор нашли, - воодушевленно поведал мальчик, - там мини-аквапарк, все виды горок и даже воду можно пускать! - И сколько он стоит? - Ну... я точно не помню, но он нереальный! Пошли, покажу! Подойдя к витрине, Люси взглянула на ценник этого чудо-конструктора и ее глаза округлились. На ценнике красовалось: "10.990 руб." - Да, дети - цветы жизни, - вздохнула она. - Мам? - с мольбой взглянул на нее сын. - Дайте нам, пожалуйста, вот этот конструктор, - обратилась к продавцу Люси. - Ты лучшая мама на свете! А мы позовем Майлза в гости? - радостно беря коробку, спросил ребенок. - Конечно, на неделе договоримся. - Ну мааам! Мы хотели сегодня... мы уже пообещали показать это Энтони и Брайану завтра! - Ну, если Рене не против заскочить на чай, - взглянула на подругу Люси, на что та без раздумий кивнула. - Он вертит тобой, как хочет, - усмехнулась Рене, когда Джулиус убежал хвастаться новой игрушкой перед друзьями. - Я знаю. А на что еще детство? Пусть развлекается. Да и потом, лишний повод собраться вместе, - повернувшись к подруге, произнесла Люси и медленно провела кончиками пальцев по предплечью подруги, чуть сжала ее запястье и тут же отпустила, добавив, как ни в чем не бывало: - пойду посмотрю, как там Роб.

***

      Пока дети разбирались с конструктором, а мужья о чем-то увлеченно беседовали на кухне, Люси и Рене уютно расположились на пуфах возле камина. В зале царил полумрак и тишина, лишь едва слышно потрескивали дрова, а на столе догорали свечи. Да, Люси знала толк в домашнем уюте. Сидя напротив подруги, Рене на мгновение забыла, о чем хотела поговорить, настолько расслабленной была атмосфера. Глядя, как блики огня отражаются в зрачках Люси, девушка слегка прикрыла глаза, наслаждаясь моментом и наконец наступившей тишиной. - Эй! Ты меня начинаешь пугать, - откуда-то издалека донесся голос Люси. - А? Что? Я задумалась... - Я уже начинаю к этому привыкать. Но иногда скучаю по твоей нормальности, - подмигнула брюнетка и ей тут же пришлось уворачиваться от летящей в нее подушки. - Я говорила, что Роб согласился выделить средства на проект. Да, он, конечно, много выпил, но обещание есть обещание. - Ты всегда знала толк в переговорах, - засмеялась Рене. - Главное, чтобы он не передумал. Знаешь, я думала насчет твоей идеи о странах третьего мира. Что, если все делать через игру? Можно собирать детей и бесплатно организовывать игры по разным направлениям, предоставляя им выбор: от банальных дочки-матери до приключенческих квестов, научных экспериментов и других вещей. Сделать это все увлекательным и реалистичным. У них просто недостаточно знаний о том, как можно жить. У этих девочек одна модель поведения: достигнув зрелости, надо рожать, рожать и рожать, а с мужчинами не спорить. Такой живой инкубатор. Люси задумчиво ответила: - Мне нравится, тоже склоняюсь к игре, детям это будет понятно. Они увидят, какой разнообразной бывает жизнь. А вот с подростками все сложнее. - Можно еще рассказывать им о тех же женщинах-воительницах, мифы и правдивые истории... - А чем мы занимались в течение 6 лет? - Но где? Сериал показывали в развитых странах, а не там, где это действительно нужно... да что уж, там и телевизоров нет. - Но дало ли это что-то? Мне кажется, нас воспринимали как детскую сказку, и только. - Так и есть, это сказка, но разве это плохо? Кто хотел увидеть идею - увидел. Сколько нам приходило писем с благодарностью от девушек, которые поняли, что нет ничего постыдного в том, чтобы быть сильной, что они ничем не хуже мужчин и имеют право дать им отпор. Ты разве не помнишь? - Помню. Но я все равно не уверена, стоит ли оно того. - Что? - не понимая резкую смену настроя подруги, нахмурилась Рене. - ты же была так воодушевлена этой идеей и вообще... ты думаешь, я оптимистично настроена? Совсем нет. Мне тоже страшно. - Знаешь... я тебе не рассказывала, но примерно 8 лет назад мне писала девушка. Ей было 15 лет и с раннего детства ее насиловал отчим. Нет, не в этом смысле, я не так выразилась, - поспешила добавить Люси, глядя на вытянувшееся лицо подруги, - но это ничего не меняет. Он психологически на нее давил и... и бил в отсутствии матери, а при ней был ласковым и добрым. Он ей внушил, что она ужасный человек и ничего не достойна, раз ее бросил родной отец, что, если она расскажет обо всем матери, она тоже от нее откажется. Она просто не знала, что это было вранье, была уверена, что заслуживает этого. И скрывала от мамы следы побоев, сломанные кости, врала, что упала. - голос Люси стал глухим, она нервно сглотнула и, избегая взгляда Рене, продолжила, глядя в одну точку: - она писала, что пошла на борьбу, посмотрев сериал, хотела стать похожей на меня: сильной и смелой, это было ново для нее. Дзюдо, кажется... родителям врала, что ходит на вокал. А в последнем письме она сказала, что отчим об этом узнал, подловил ее после тренировки и начал требовать бросить занятия, а, когда она попыталась впервые дать отпор, как это делала я в сериале, он... он разозлился и избил ее так, что повредил позвоночник и сейчас... сейчас она в инвалидном кресле. Письма прекратились... не знаю, что с ней, как она, что с этим ублюдком. И я ничего не сделала, надо было сделать, там же был обратный адрес! Я всю жизнь боролась за какие-то абстрактные вещи, а то, что было рядом... тех, кому действительно нужна была эта помощь, не замечала. С трудом закончив рассказ, Люси встала из-за стола и подошла к окну, распахнув его и жадно вдыхая спасительный холодный воздух, стараясь не дать волю эмоциям. Из глаз текли слезы, которых она не замечала, а в горле тяжелым комом встало чувство вины. - Господи, - только и смогла прошептать Рене, осмысливая услышанное. Подойдя к подруге, она взяла ее дрожащую руку в свою в знак поддержки, зная, что слова здесь будут лишними. Все, что она могла сейчас сделать - быть рядом. - Вот почему для меня это так важно. И почему я так боюсь. - еле слышно произнесла Люси, сжимая кисть Рене.