Мой любимый пианист

      - Том, просыпайся, скоро приедем, – слышу сквозь сон приятный голосок.       - Ммммм… а можно еще поспать?       - Ну, если ты не хочешь смотреть, слушать да и в конце концов, выступать, то можешь спать дальше. Фух ты, елки-палки! Если бы меня не разбудила Мэри, так бы и дрыхнул в автобусе. И не увидел бы, не услышал бы своего идола.       Я встрепенулся, и открыл глаза. Библиотека, где должна была проходить наша встреча с артистом, находилась совсем в другом конце города. Я в этом районе редко бываю, и поэтому начал разглядывать с интересом на дома, которые проезжали мимо.       - А вон наш дом – синхронно отозвались близняшки       Они живут тут, им тут все знакомо. Поэтому они мне начали рассказывать про все, что здесь находится. Я с интересом слушал. Они умные девочки, с ними можно было разговаривать обо всем на свете.       - А вот этот торговый центр построили не давно, мы сами в нем еще толком не успели побывать. – тыкнула пальцем на яркое здание Натали.       - Ясно. А вот это что такое? – говорю я, показывая на высокое здание, с блестящими окнами.       - А вот эта та самая библиотека, куда мы приехали, – в разговор вмешалась наша учительница.       - Да, это та самая библиотека, - подтвердили девочки.       - Так мы что, уже на месте? – в недоумении спросил я.       Неужели я скоро его увижу… да и не просто увижу, а сыграю для него и послушаю его игру в живую. От этого пробежала волна мурашек по коже. Боже, я до сих пор не верю своему счастью. Входим в здание. Красиво, все новое. Да и скажу, я таких библиотек в жизни никогда не видел. Все блестит, приятно пахнет. Стены выкрашены в приятный нежно-фисташковый цвет, на полу гладкая плитка. Да и сразу и не поймешь, что ты находишься именно в библиотеке. Тут было несколько этажей. Вверх ведет широкая лестница, покрытая такой же плиткой, что и весь пол. Как нам сказали, нам нужно пройти наверх, на второй этаж. Что ж, я не против пройтись по шикарной лестнице библиотеки. Да и тем более, что она ведет меня к нему. Боже, опять мурашки бегают по коже.       Поднимаемся наверх. Здесь стены были точно такого же цвета, что и внизу. На втором этаже был мини-музей: стеклянные витрины стояли вдоль стены в центре, в которых были все возможные макеты, фигурки, бюсты знаменитых людей и так далее. Короче вся история города и новой библиотеки. На стенах висели фотографии известных людей, которые уже успели тут побывать. «Через несколько дней тут наверно будет висеть и портрет Билла» - подумал я. А что? Почему бы и нет? Он же ведь знаменитый музыкант, заслуженный представитель искусства. И тем более что скоро начнется его концерт. О черт! Я волнуюсь? Не может быть! В последний раз я волновался перед каким-либо выступлением только во 2 классе. И, о, Боже, я снова испытываю это чувство! Так, стоп Том. Соберись, иначе ты забудешь где находятся элементарные ноты до и ре.       - Тоооом! Ты что там так портретами залюбовался? Тебе же разыгрываться надо! – строгий голос фрау Шефнер – моей любимой учительницы – вывел меня из этого «транса»       - Извините, я сейчас приду.       - Сейчас же! Ты же не хочешь опозориться перед всем Магдебургом? Ты же лауреат все-таки, тебе выпала особая честь выступить тут!       - Да, я все понял, иду…..       Я направился в одну комнату, которую нам предоставили. Слава Богу, Билл еще не прибыл в библиотеку, а то я бы и разыграться не смог. Зашел в комнату, увидел играющих за роялем близняшек Франс и сидящего неподалеку от инструмента Густава Шефера. Это наш одноклассник, тайный поклонник наших сестричек, почти всегда молчалив. Он тоже не плохой музыкант, и поэтому он сегодня будет выступать. С нашей школы еще будут играть две девочки из младших классов, я их, к сожалению не знаю. В «нашу базу» зашла наша учительница.       - Так! Ровнее, спокойней. Мэри, не опаздывай! Натали, не нажимай так грубо, нежнее нужно играть. – и обратилась ко мне – Когда они закончат играть, ты сядешь за инструмент.       - Хорошо – отозвался я       Я положил черный дипломат на тумбу, которая была у стены, и достал от туда ноты. Волнение пока что куда-то пропало, это уже хорошо. Надеюсь, этот приступ не будет преследовать меня, когда я сяду за рояль на сцене. Ух, бррррр... Ненавижу это чувство. Когда ты должен выступать, оно абсолютно мешает.       - Все, Том, можешь играть – сказали мне близняшки, закончив игру.       Я потер руки, сел за инструмент, развернул ноты и начал играть. Да уж, ну и произведенице! Я хотя никогда не паникую по этому поводу, но все же она мне мало нравилась. Игра. Ну вот, ошибся! Хорошо, что это репетиция, не дай Бог так будет на сцене. Так надо будет проиграть это место еще раз, а то ошибка может заучиться. Проиграл несколько раз. Все, отлично, играю дальше. И опять ошибка! Да что ж это такое? «Ты же не хочешь опозориться перед всем Магдебургом? Ты же лауреат все-таки!» - пронеслась в голове фраза моей преподавательнице. Да, Господи! Что же это со мной в конце концов??? И тут я почувствовал легкое прикосновение к моему плечу.       - Том? Что с тобой? Ты же играл ее отлично? – спросила Ната, легонько погладив меня по плечу.       Да уж, я знаю, что тебе нравлюсь. Но я не вижу, ни ее, ни ее сестру в плане своей девушки. Они мне как сестры. Обе. Да, вижу, они умницы и красавицы, но я к ним отношусь только как подругам, хорошим подругам. Я, честно говоря, бабник по натуре. Но с ними веду себя совсем иначе. Я бы сам себе не позволил шлепнуть их по упругой пятой точке, и не потому, что я боюсь получить пощечину от них, просто от них самих шла какая-то строгость, что не давала мне самому даже думать об этом. Они не такие как все, но к сожалению я не могу с ними быть, они мне просто друзья.       - Да сам не знаю, Нат! Вот что такое нахлынуло, что я стал ее плохо играть, – высказался я       - Волнение- отозвался тихий Густи.       - Но он никогда не волнуется! - возмутилась копия Натали.       - Никогда не говори «никогда», - сказал я, сам от себя этого не ожидая. Раньше, не верил этой фразе, а теперь прекрасно понимаю ее суть.       - Не волнуйся, попробуй еще раз сыграть, – опять погладив, утешает подруга. Спасибо, что поддерживаешь в трудную минуту. Я снова развернулся к клавишам и продолжил игру.

***

      После того, как все артисты разыгрались, нам разрешили выйти погулять по библиотеке. Девчонки начали фоткаться, мы же просто пошли разглядывать столь удивительное здание снаружи. Вдруг меня пихнул в бок Георг. От неожиданности я аж подпрыгнул       - Надо же! Да ты посмотри, идет как посетитель и даже без охраны! – удивленно тычет пальцем мой друг в проходящего мимо... Билла Каулитца!       Высокий брюнет, в синем пальто идет в направление гримеров. Я аж опупел. Никогда его не видел так близко. И, действительно, он был без охраны. «Значит не зазвездился» - промелькнуло в голове. Сердце бешено заколотилось, я почувствовал некий жар в голове. Ладони вспотели. Боже, это он...       - Тооом! Тоооом! –услышал я голос радостных близняшек. Они тоже были его фанатами. - Том, мы… мы успели! мы успели!       - Чего вы успели?       - Сфоткать! Понимаешь? Сфоткать его! - и протягивают мне фотокамеру, на котором видна фотография моего кумира       - Ой, девочки!!! А можете мне потом эту фотку на компьютер сбросить?       Они закивали. Как хорошо иметь вот таких вот подруг, с которыми почти все совпадает. Можно заполучить фотографию любимого артиста от них, как сейчас.       - Все ребят, построились. Скоро уже начнут запускать, – послышался голос нашей учительницы. Наша школа столпилась в одну кучу, и мы начали ждать своей очереди. Мы ждали долго, стояли минут десять. Наконец начали запускать в зал. Толпа двинулась.       - Ребята, наши ряды – с 4-6, а места с 1-15, – сообщила нам наша фрау Шефнер.       Мы в зале. Фух, как же я долго этого ждал! Я оглянулся по сторонам – Боже, сколько тут любителей музыки, или просто ленивые ученички, которым выпала возможность на халяву пропустить уроки. Зал весь набит битком. Я увидел, как какие-то мужчины принесли еще стулья и поставили их в проходе. Туда уселись какие-то люди. Я посмотрел на сцену. Там стоял рояль «KAULITZ». Ого, даже рояль фамильный. А что, прикольно! Я когда стану композитором, тоже захочу играть на рояле «Trumper».       - Волнуешься? – поинтересовалась одна из близнецов.       - Да нет, а вы?       - Есть немного – синхронно ответили они.       Вот всегда меня это прикалывает. Что-нибудь спросишь у них, так они почти всегда будут отвечать одновременно. Как это можно объяснить? Одни мысли на двоих. «Простым людям это не понять» - как говорили они мне, когда я их спрашивал на счет этого.       - А что ты как ноты то смял? – спросил мой лучший друг       Что? Я посмотрел на свои руки, которые нервно комкали листы бумаги. Так! Трюмпер, соберись! Возьми себя в руки, успокойся! Все – таки это же не первое выступление, чего ты так трясешься? Билл Каулитц? Ну и что? Ты же не хочешь опозориться перед ним? Нет, не хочу! Я все сыграю, эту пьесу знаю уже почти наизусть. Я отклонил в сидении передо мной дощечку и положил на нее измученные ноты.       - Я вижу ты нервничаешь! Я тебя не узнаю, Том – сказал Гео.       - Да я сам не знаю - ответил я. Тут погасили свет, и на сцену зашла ведущая       - Добрый вечер, дорогие друзья. Очень рады вас всех сегодня видеть. Сегодня для вас проведет урок музыки знаменитый артист Германии – Билл Каулитц!