Машины, люди, кошки

Это были не самые лучшие дни, вот уже целый месяц я никак не мог привыкнуть к новой жизни Майка. Он курил чаще и бредил больше, он раньше никогда не был так груб. Мне приходилось мириться с его постоянными дерганьями и галлюцинациями. Это всегда проявлялось по-разному, но каждый раз мне становилось жутко. Я вошел в комнату. Майк сидел напротив стены, сосредоточенно вглядываясь в нее, курил и постукивал пальцами по столу, отчего рюмка тихо позвякивала. Услышав мои шаги, он повернул голову и выпустил дым из носа. — Подойди, — попросил он, я подошел. — Видишь? — он ткнул пальцем в стену и снова посмотрел на меня. — Что там? — как можно невиннее спросил я и тоже посмотрел в стену. — Дороги, машины, люди, кошки... — он водил пальцем по стене, указывая мне, что где находится. — Прости, Майк, я ничего не вижу, — мне было тяжело наблюдать за тем как он сходит с ума, как его жизнь превращается в пыль. — Я принес тебе бутерброды и немного сока. Надеюсь, ты поешь сам. —Конечно! Конечно! Спасибо, Лорен, — он махнул на меня рукой, не отрывая взгляда от стены. Я вышел за дверь. В то время я нервничал очень много. Чуть ли не плакал после каждого разговора с ним. Я помню, как молил врачей отпустить его на домашнее лечение и не делать лоботомию. Я не мог представить, что когда-нибудь буду жалеть об этом. Я любил его и люблю сейчас, но мне так тяжело осознавать, что он никогда не сможет поговорить со мной серьезно. Я выпил успокоительное, выдохнул воздух, надеясь, что с ним все переживания улетят прочь. Я приоткрыл дверь, заглянул — Майк сидел с закрытыми глазами, сжимая в зубах тлеющую сигарету. Я тихо подошел к нему, он спал. Я осторожно убрал спутавшиеся черные волосы с его лица, вынул окурок из губ и увидел прежнего настоящего Майка, такого, каким он был до болезни. Я улыбнулся: несмотря ни на что он был красив. Под глазами — большие синяки, они обезображивали умиротворенное, но как будто уставшее лицо Майка. Некогда любимые мною веснушки совсем исчезли с его бледного лица. Я вздохнул, присел рядом, нужно как-то мириться с тем, что происходит. Я не могу бросить его. Я приобнял его и стал вглядываться в стену. Я смотрел, кажется, целую вечность и в один момент мне показалось, что я тоже вижу дороги, машины, людей и кошек. Я помотал головой, они не исчезали! Это был шанс поговорить с ним на равных! Я засмеялся и потряс Майка за плечо, тыча пальцем в стену. — Майк, смотри! Я тоже это вижу! Дороги, машины, люди и кошки! Я вижу их! Майк устало посмотрел на меня и потер глаз кулаком. — Наверное, ты болен, Лорен, — вздохнул Майк. — Нет там никаких кошек...