Демоны

Стив Роджерс сразу понял, что он у себя дома не один. Не было ничего конкретного, за что мог бы зацепиться пристальный взгляд спецагента, но что-то неуловимо изменилось. Такое способен почувствовать только суперсолдат: чуждое присутствие, грядущую опасность до того, как противник успевает показаться и нанести первый удар. - Я знаю, что ты здесь. И блокировать щитом неожиданный сокрушительно-мощный удар из-за спины. Нападающий стоял за дверью, выжидал и целился в затылок, намереваясь вырубить Стива. Стив разворачивается, за доли секунды став в устойчивую боевую стойку, готовый принять затяжной рукопашный бой, и едва не теряет боевую концентрацию, увидев нападавшего. Суперзрение отлично различает даже при отсутствии освещения родные и одновременно чуждые черты. Чувственно приоткрытые губы, ямочку на подбородке, холодный просчитывающий взгляд убийцы, металлическую руку... Сердце замирает, болезненно сжимается в груди Капитана и, подстегнутое сверхчеловеческой дозой адреналина, мгновенно срывается в бешенный темп, словно бегун олимпийского марафона. В темноте прихожей стоит тот, кого он тщетно разыскивал по всему земному шару больше года. Забывал про еду и сон, не всегда уделял достаточно внимания миссиям Мстителей, не праздновал с товарищами, искал легальными и нелегальными путями, давил на Фьюри, непростительно злоупотреблял своим почти столетним авторитетом, но так ничего и не нашел... ни ниточки. - Баки... Боже... где ты был всё это время? Призрак в его гостиной молчит, но снова атаковать не пытается, только сканирует взглядом ледяных глаз слишком пристально, оценивает, изучает, выбирает стратегию, оценивает риски, делает ставки. - Я тебе не враг. - медленно, как потерявшемуся напуганному ребенку, проговаривает Стив, опуская щит. - Мой дом - твой дом, Бак. Ты устал? Хочешь поесть? Отдохнуть? Моя спальня полностью в твоем... - Спальня. - перебив, кивает киллер. Стив усилием воли заставляет себя повернуться к убийце спиной, подтвердить свои слова, продемонстрировать, что угрозы нет. Нажитые в богатом опыте, боевые инстинкты Капитана вопят, но Стив затыкает их и, улыбаясь, медленно направляется в спальню, показывая дорогу. За ним бесшумной тенью следует Зимний Солдат. Инстинкты оказываются правы. Едва Стив переступает порог спальни, даже не успев включить свет и мягко прикрыть за ними дверь, Зимний Солдат резко на него набрасывается: делает ловкую подсечку, сбивает с ног, ловит непомерно сильной бионической рукой за шею и пытается приложить всем телом о стенку. Зря Стив оставил щит в прихожей, но Капитан оправдывает своё пафосное звание и без щита. Роджерсу удается вывернуться мудреным приемом, которому научила его Вдова, в последний момент, так и не получив сотрясение головного мозга от встречи со стеной. Занять оборонительную стойку, тяжело дыша и неотрывно глядя в опасные светлые глаза напротив. - Баки... какого черта? - Хочу тебя. - неожиданно выдает Солдат. - Снизу не буду. Он спокойный и собранный, готов отстаивать свои интересы боем. Капитан за прошедший год получил опыта, как за десять на войне, но всё равно ошарашен. Опыт помогает ему держать если не лицо, то хотя бы верный тон: - Тебе нужна помощь, Бак. Зимний Солдат новой яростной атакой пытается доказать обратное и у него почти получается. Наверняка получилось бы... если бы Мстители ещё год назад не разработали специальный секретный алгоритм рукопашного боя на случай схватки с Зимним Солдатом. Алгоритм заучивали и отрабатывали всей командой, но имеющий личную заинтересованность Стив особенно рьяно, как самый вероятный противник. Алгоритм сработал, показал высшую степень эффективности в применении на практике. Семь минут спустя Солдат, растрепанный и запыхавшийся, был уткнут носом в подушку, скован по рукам мощными магнитными наручниками. Руки Солдата Стив предусмотрительно сковал за спиной, лишая возможности продолжить бой, но тот всё равно зло шипел и трепыхался, пытаясь сбросить с себя Капитана. - Хочешь, значит? - хищно поинтересовался Стив и Солдат замер, оценивая своё положение, и, видимо, придя к неутешительному выводу, затих. Стив перевернул его на спину и навис сверху, вглядываясь в настороженное лицо убийцы. - Что-то вспомнил, Бак? Солдат окинул победителя злым взглядом, но это не помешало Стивену продолжить: - Я помогу тебе заполнить пробелы. Мы же лучшие друзья. Всё верно, ты не был снизу. Сверху мне доводилось бывать только по праздникам, по очень большим праздникам. На мой День Рождения и когда я вытащил тебя из плена, рискнув всем, нарушив приказ начальства, в одиночку... мы лежали в моей походной палатке после и ты мне дал. Всё неверяще ощупывал мои новые широкие плечи, смотрел со слезами на глазах и не умолкал до рассвета, повторяя, какой же я красивый. То же самое ты мне говорил, когда я был бледной болезненной молью в бедной каморке Бруклина. И ты, разумеется, был сверху. Так. - Стив резко перевернулся, устраиваясь на спине, а Солдат, глядя недоуменно, враз растеряв всю свою опасность, оказался сидячим на бедрах Стива. - Припоминаешь? Я был слабым, хрупким, чувствительным к боли, хоть и волевым. Ты всё боялся мне навредить, поэтому выбрал такую позицию. Солдат возмущенно засопел и заерзал на бедрах Стива, ощутив, что в него упирается крупнокалиберный патрон. - Снизу не буду. - упрямо повторил Солдат. - Ты сверху. - почти весело уточнил Капитан, положив руки на бедра неожиданно свалившегося счастья и поглаживая. - Что тебе не нравится? - Ты должен меня бояться. Я - лучший на планете киллер. - А меня называют лучшим копом. Я задержал тебя и собираюсь провести обыск, а затем допрос с пристрастием. Разумеется, в обход закона, злоупотребляя полномочиями и всё такое. Разочаровываешь, Бак. Люди всегда думают обо мне что-то своё... вон Черная Вдова считает, что мне интересны женщины, и постоянно пытается свести. Халк, нет, профессор Брюс Беннер предполагает, что во время близости у меня проблемы с контролем, и пытается намекнуть об этом своей даме. Тора бросила Джейн Фостер и я получаю третье за месяц приглашение на пир в Асгарде. Это официально. А неофициально - на попойку с последующей оргией посреди золотых колон. Не понимаю, почему зовет меня, на такое надо приглашать Тони Старка. Уж он-то в этом плане представит Мидгард в самом лучшем свете. Клинт со Старком вообще поспорили на тысячу долларов, лишусь ли я невинности в этом году. Старк поставил на разврат. Идиоты. Опоздали оба лет на... сколько нам было, когда мы впервые занялись любовью? Не помнишь, Бак? Солдат не отвечает, притих на бедрах Стива, заинтересованный рассказом. Стив рвет на нем штаны вместе с бельем, сжимает ладонями соблазнительные ягодицы, оглаживает, разминает ладонями и продолжает отвлекать разговором, подметив, что Джеймса это успокаивает: - Мне было шестнадцать. Я тогда недавно перенес очередную ангину, бледный был, слабый. Очень хотелось и очень боялся. А ты уже тогда был сильным, толкнул меня на кровать, перекинул мне ногу через бедра и не затыкался, рассказывая, какой я красивый... ты ничего не боялся. Я тебе тогда не верил, на меня девчонки, как на слизняка, смотрели, но тебе удалось меня убедить, что ты делаешь всё это не из жалости. Потом, когда мы ходили на двойные свидания, и меня в первые полчаса под каким-нибудь вымышленным предлогом бросала подружка твоей подружки, мне не было жаль. У нас это было данью моде, развлечением, ничего серьезного. Мы хотели быть джентльменами, а к каждому настоящему джентльмену тогда прилагалась красивая леди. Я просто ждал, пока ты, распушив хвост, наиграешься, проведешь свою дамочку до дома и вернешься домой. Славные были времена. Дамочки липли на тебя, как осы на сахар, бросали на меня пренебрежительные взгляды, и мы смеялись после таких прогулок, часами занимаясь любовью на беспощадно скрипящей, старинной кровати. Пока Стив говорил, Солдат не особенно обращал внимание на действия, вслушиваясь, запоминая и анализируя важную информацию. Едва Стив умолк, Солдат недовольно заерзал на пробравшихся в тыл пальцах, попытался с них слезть. Окинул Стива нехорошим взглядом, обещающим все муки Ада и даже больше. Стив удержал, ослабил хватку, успокаивающе погладил его по бедру свободной левой рукой и снова заговорил: - После того, как я стал Капитаном, ситуация существенно не изменилась. Дамочки липли на меня, как осы на сахар, смотрели на тебя, будто на пустое место, а потом ты толкал меня на спальник в нашей походной палатке, зажимал мне рот рукой и... мы ни разу не вызвали подозрений в чем-то не совсем пристойном. Ночами было холодно, палаток не хватало, бойцы часто спали по двое-трое в одной палатке. Такую роскошь, как отдельную палатку, могли позволить себе немногие. Мы не вызывали зависти у солдат, нас хвалили за близость к народу... Черт! Какой же ты тесный. Последние слова Стив простонал. Солдат вздрогнул, отмер, зарычал, попытался заехать Стиву коленом в бедро, резко дернулся в сторону и откатился на спину, тяжело дыша и предостерегающе глядя на Капитана. Только попробуй, рискни продолжить непотребства, я до тебя доберусь и смерть покажется тебе замечательной участью, - отчетливо говорил этот взгляд. Капитан Америка всегда был рисковым. Стив перекатился следом за Солдатом, наваливается сверху, подмял под себя, устроившись меж раздвинутых сильных ног. Солдат бился под ним, как рыба об лед. Шипел, рычал, извивался, стонал проклятия, матерился по-русски, дергал скованными под спиной руками, пытался скинуть с себя, яростно укусил в плечо до крови, пока Стив расстегивал штаны и смазывал себя по всей длине. Стив не понимал такой реакции. Солдат был возбужден не меньше его самого, у киллера каменно стояло. Возможно, боевой дух... "естественный" для Зимнего Солдата высокий уровень агрессии, полезной в бою против многочисленных противников одновременно и совершенно не выгодной в мирной жизни. - Тихо. - мягким тоном приказал Капитан. Солдат не послушался, сомкнул зубы на другом плече Капитана и ощутимо стукнул пяткой по ногам. Стив зашипел от боли укуса, перевел дыхание, чувственно поцеловал в шею в ответ и, коснувшись губами уха Баки, прошептал: - Как же я по тебе скучал. Ты такой красивый. Простое искреннее признание ввело Солдата в недолгий ступор, чем Стивен поспешил воспользоваться. Когда Солдат пришел в себя, вновь начиная отбиваться, было уже слишком поздно. В нем уже был немаленький восьмидюймовый член Капитана. Солдат снова замер, прислушиваясь к ощущениям. Было, наверное, неплохо... горячо, непривычно, унизительно, не по статусу... странно, слишком тесный контакт... возбуждающе, подстегивающе. Солдат на пробу подкинул бедра, толкнувшись в руку Капитана. Шумно выдохнул, сделал глубокий вдох, повторив движение, пытаясь распробовать. Не успел распробовать. Капитан на него рухнул, придавил к кровати и сорвался, задав со старта слишком быстрый, бешенный темп. Всё, что оставалось Солдату, - стонать и подстраиваться, неистово толкаться в ласкающую руку в попытке урвать свой кусок удовольствия. Удовольствие было настолько ярким, что Солдат не смог укусить Капитана в доверительно подставленную беззащитную шею. - Я до тебя доберусь. - тяжело дыша после пережитого оргазма, пообещал лучший в мире киллер и не понял, что такого радостного прозвучало в его угрозе, и почему противник не спешит покидать его тело, получив своё. - Уже добрался. - светло улыбнулся Капитан. - Теперь я тебя никуда не отпущу.