Принц и Гладиатор

— Локи, держи спину! Вслед за строгим шипением последовал незаметный со стороны, но ощутимый удар чуть повыше поясницы. Локи болезненно поморщился. — Да, матушка, — со всей возможной покорностью ответил он, не желая больше ощущать на себе её рогатины. Никто в галактике не спорил с императрицей Великой Хельхеймской Империи, даже её родной и единственный сын. Сам Локи не видел особой нужды вышагивать, как на параде, учитывая, что они двигались в плотном круге укутанных в черные одеяния девушек — монарших телохранительниц. Наконец вся процессия приблизилась к непримечательным дверям, ведущим в офис местного крупного рабовладельца, охраняемая парой скрулльских громил. — Можешь пока отправиться посмотреть на гладиаторские бои, — сухо сказала мать. — Не вздумай сотворить что-либо вроде той выходки на Ши’ар. И что удивительно, скрылась за непримечательными дверьми в одиночку, не захватив и пары телохранительниц. Локи с облегчением опустил плечи и тяжело вздохнул. Сакаар сразу ему не понравился — напыщенный, кислотно-яркий, нелепый. К тому же полный отребья со всех уголков Вселенной. Что могла его мать искать в таком месте? Она с маниакальной остервенелостью не допускала Локи в свои дела, лишь спихивая мелкие внутренние конфликты и бумажную волокиту. Локи бесился и время от времени проворачивал что-нибудь за её спиной, но до всех тайн, кружащих меж высоких пик власти, так и не дошел. Немного флёрта в бокале и хорошее место в ложе усмирили его досаду. Локи поправил плащ и украдкой осмотрел колоритное окружение из зелёно-сине-филетово-в-крапинку-мордых гостей. Разносили им напитки аниматроны с подозрительно похожими на ванские лица масками. Только ни одна ванка не стала бы так вульгарно измазываться краской и неудобно сплетать косы вперед на лицо. Хмыкнув про себя, Локи удобней разлегся в кресле и пригубил флёрта. Уж если чем и был знаменит Сакаар, так это гладиаторскими боями, грех отказать себе в удовольствии понаблюдать за этим зрелищем. На трибунах царил гвалт из голосов, рёвов, рыганий и читаурианского трескотания. Самые нетерпеливые льнули к кованой решетке, отделяющей нижние ярусы от самой арены, скандируя за начало поединка. Наконец, над ареной появилась гигантская голограмма немолодого мужчины с ярким бирюзовым раскрасом под глазами и губами, он поднял руки высоко вверх и крики нехотя сошли на нет. — Друзья! Сегодня великую честь нам оказала императорская семья Хельхейма, — загремел его голос усиленный акустической системой арены. До Локи доходили слухи, что на этой богом забытой планетке титулы и регалии не значили ничего — ценились только деньги или способность драться на арене. Может слухи оказались лживыми, может Хельхемйской империи боялись даже работорговцы на краю Вселенной. — Принц Хведрунг Локи, я хочу выразить своё самое глубочайшее почтение. Голограмма склонилась в шутливом поклоне, а панель на подлокотнике возле Локи вдруг замигала, открывая трёхмерное меню. — Выберете любого воина и, если он не погибнет в сегодняшней схватке, станет полностью вашим. Последние крохи плохого настроения улетучились, Локи широко улыбнулся настоящему распорядителю, стоящему на противоположной стороне круга, и стал пролистывать гладиаторов в меню. О каждом была подробная информация: рост, вес, количество побед; у особенно популярных даже небольшие предыстории на потеху публике. Цифры Локи были не интересны, он, как ребенок, смотрел на яркие картинки, щёлкая одну за другой, пока не наткнулся на коротко-стриженного воина по имени «Могучий Тор». В основном Локи привлекла графа расы этого несчастного. Ас, спустя четыреста лет после тотального уничтожения Асгарда объеденными силами империй Скруллов, Йотунхейма и Хельхейма, редкая птица. При чтении мини-биографии Локи и вовсе чуть не рассмеялся в голос. Если верить ей, то это даже не просто некий чудом уцелевший асёнок, а некогда наследник Всеотца — Тор Одинсон, сразивший в бытность принцем не одну сотню врагов, а ныне пленённый и обреченный остаток жизни развлекать толпу. Как Локи мог не выбрать его? — Да будет битва! — Локи щелкнул на виртуальном меню кнопку и отсалютовал всем бокалом из ложи. Сначала на арене появился противник «Могучего Тора», гигантский перекаченный зелёный гуманоид, повадками больше напоминавший зверя, нежели разумного воина. Халк, как он был назван ведущим, рычал, стучал себя кулаками в грудь, бился о стенки силового поля, в котором его вывели, и, кажется, только и жаждался выбраться и разрушить здесь всё до основания. Тор, напротив, вышел медленно, держа в руках парные мечи и исподлобья наблюдая за будущим противником. Он был раза в три меньше Халка и носил некое подобие багряного плаща на ржавых доспехах. Локи явно поставил не на ту лошадку. Прозвучал электронный гонг и силовое поле погасло, высвобождая необузданную мощь Халка наружу. Локи счел, что его гладиатор не издох в первые же секунды боя, лишь от того, что сначала Халк решил посоревноваться с людьми за решеткой. К сожалению для гиганта, она была окружена таким же полем, а его противник не дремал. Тор быстро вскочил ему на спину, стремясь перерезать горло. Трюк не удался, но некоторое время эта парочка покружила по арене. Толпа улюлюкала и ревела. Халк все же скинул Тора со спины, и тот пролетел до противоположного конца, оставляя своим телом глубокие борозды в песке. Ас определенно очень хотел жить. Схватка выглядела проигранной заранее, но он с завидным упрямством уходил от ударов пудовых кулачищ, пытался подрезать сухожилия или хотя бы краем лезвия достать оппонента. Локи нахмурился. Мечи Тора не наносили твари никакого вреда, даже когда тот попадал точно в цель. — Вы сообщили, что желаете порадовать меня схваткой, верно? — спросил он подозванного распорядителя боев. — Разумеется, мы… — Что-то я не могу сильно радоваться, когда меня откровенно обманывают! К чести распорядителя он выглядел почти искренне в своём недоумении. — Какой смысл предлагать мне подарок, если схватка предрешена заранее. Дайте ему нормальное оружие, и покажите мне честный бой. — Как вам будет угодно, — распорядитель поджал губы и что-то прошептал в свой коммуникатор, скрытый в полах цветастого тряпья. Халка на арене опять накрыло куполом, а уже изрядно побитый и тяжело дышащий Тор оперся на мечи, переводя дух. — Предупреждаю, это может быть опасно. Локи перевёл рассеянный взгляд на распорядителя и пожал плечами. Перед глазами до сих пор стоял ходящий ходуном кадык Тора, который так удобно было рассматривать на огромных экранах по краям арены. Несмотря на всю паскудность асов, чего у них было не отнять так это естественной красоты. Каждый солдат когда-то представлял собой отдельное произведение искусства, и носящий сейчас имя последнего принца не был исключением. — Вносите мьёльнир! Зрители заголосили с новой силой и застучали по решетке. Врата, из которых вышел Тор, отворились и на песок пингвиньей походкой вышел примитивный андроид, держащий в клешнях нелепый молот на короткой ручке. — И это достойное оружие? — О, оно совершенно, — заверил раскрашенный распорядитель. — Недаром мы не позволяем ему покидать круг арены с ним в руках. Да и на ней стараемся не давать слишком часто. Глаза у Тора жадно запылали синим огнем, он кинулся к незадачливому ведру с микросхемами и одним ударом выбил свой молот. Вся арена мгновенно затянулась яркими паутинками молний, сопровождаемых раскатами настоящего грома. — Оу, — Локи склонил голову набок. Выпущенный вновь Халк боевой страсти не растерял, но теперь начал не только атаковать, но и получать в ответ. Тор в горячке тоже растерял всякое подобие цивилизованного существа, и бился как в последний раз. Когда он по животному слизал с губ текущую ручейком кровь, Локи сглотнул. Тору особо мощным ударом молний удалось ненадолго оглушить Халка, и заколотить по голове зеленой твари, будто забивал в ней ряд гвоздей. Халк страшно захрипел и вдруг стал светлеть кожей и скукоживаться, пока вовсе не сжался до какого-то худющего задохлика. В борьбе тупого зверя и обезумевшего берсерка победил последний. Тор, тяжело дыша, упал на колени рядом. Он не обращал никакого внимая на просьбы толпы добить соперника, лишь тяжело провёл мозолистой рукой по ежику волос и прикрыл глаза, уставив лицо к небу. — Ещё флёрта, — улыбнулся Локи, поигрывая пустым бокалом.

***

— Мне нужен мой молот! — первое, что сказал ас, когда их представили друг другу. — Нельзя нас разлучать. Потолок дрожал от гремящей сверху на арене новой битвы, то и дело осыпаясь порцией побелки. Локи брезгливо смахнул часть, попавшую на черный бархат плаща. — Сколько стоит его молот? — поинтересовался он у оформляющего дарственную синего иномирца. — Это уникальный артефакт, — с умным видом ответил тот. — Не меньше десяти миллионов юнитов. Локи скептично приподнял бровь. — Чушь, без меня молот всё равно нельзя использовать, — взвился ас. — Он будет валяться бесполезным грузом! — Я дам за него пятьсот тысяч, — скрестил руки на груди Локи. — Даже пассивным он остается редкостью от погибшей империи. — Семьсот, — закатил глаза Локи. — Тут-то этих любителей редкостей хоть отбавляй. Синюшный поджал губы и кивнул паре охранников у входа. Вскоре в коридор въехало голубое с белым мусорное ведро, на удивление, мелодично что-то пиликая. Подъехав, оно открыло выпуклую крышку, демонстрируя внутри себя наличие молота. — Миллион семьсот, и можете его забрать, — добродушно сказал синюшный, протягивая диск для оплаты. «Я делал вещи и глупее», — подумал Локи, прикладывая палец для считки биоключа, а затем ввёл сумму. Из интереса Локи попробовал поднять покупку, но та словно приклеилась к донышку, не поддаваясь ни на миллиметр. Забавная охранная магия. — Бери свой молот, — кивнул он асу. — Нет!!! — заорали как один и синий торгаш, и охранники, и даже пара гладиаторов в кандалах на другом конце коридора. Но ас уже кинулся вперед, быстро разворошив нутро несчастно пищащей мусорки. Он боевито перехватил его в руке, выпрямляясь, и все в комнате застыли, трепеща от страха. Локи прикрыл ладонью лицо. — Пошли отсюда. Ас пару раз глупо моргнул, обвёл всех волчьим взглядом. Локи не стал задерживаться, и направился к выходу. Ему было даже любопытно, ударит ли гладиатор в спину или нет. Удара не последовало, зато сзади быстро раздались тяжелые шаги сапог. Не такой и идиот, и не такой уж и отчаявшийся. Знает, что у всех рабов где-то в теле есть небольшой заряд сувиринской взрывчатки, и умри хозяин, то она тут же рванёт, не оставляя и шанса на выживание. А тот, похоже, хотел пожить ещё. — И куда мы идём? — поинтересовался ас. — На мой корабль, уже в глазах рябит от местной цветовой палитры. Из теней как по волшебству их быстро окружили телохранительницы. Тор сначала нервно озирался на них, попытался приоткрыть капюшон на одной и тут же одернул руку. — Нежить! — Лучший тип граждан Хельхейма: работу выполняют честно, законы не нарушают, едят мало. Ас скривился от отвращения, отходя ближе к центру кольца. Зато на корабле он расцвел, занял ванну на час и бодро отгонял полотенцем неживую служанку, пытавшуюся побрить заросли на его лице. Локи наблюдал за этим представлением, лениво разлёгшись на бархатной кушетке, витая мыслями вокруг возможных планов матери. Выходил либо бред, либо крайне тревожные посылы. Единственный сильный игрок, с которым она могла бы попытаться связаться через это гиблое место — Танос. Но Локи была отвратна сама мысль союза с таким ужасным созданием, наивысшей целью которого было умерщвлять целые миры и народы. Сам он себя невинным агнцем тоже не числил, и жертвам собственных интриг заглядывал в глаза без доли раскаяния. Но бессмысленное разрушение лишь ради разрушения, без всякой иной цели? Нет, тут даже Локи пасовал. — Скажи своей, чтоб отстала от меня, наконец! — до Тора всё ж дошло, что спорить с разложившимися мозгами себе дороже. Локи лукаво ухмыльнулся, но служанку отослал. — Садись, ешь, — указал он полуголому после омовений асу на накрытый рядом стол. Для того наверно представленные блюда были не более чем лёгкой закуской, если слухи об аппетите их расы были верны. Но Тор за годы на арене Сакаара привередничать явно разучился, и без лишних слов уселся на стул и стал набивать желудок всем, до чего дотягивался. — Когда я впервые прочёл твоё имя, — всё так же валяясь на кушетке, заговорил Локи, — подумал, что ты не более чем подделка на потеху. Но молот настоящий и зачарован лучшей защитой, что я когда-либо видел. Тор оттёр рукой заляпанный бородатый рот и сразу набычился. — Да кто уж знает, и кому какая разница? Асгарда нет, и принца у него тоже. Локи рассмеялся и потянулся довольным котом. Вот это неожиданный улов, и как только отдали Локи? Почему не сдали давно в Хельхейм, за возможность убить сына своего давнего врага Хела бы денег не пожалела. Скорее всего дальногалактические чужаки просто не понимали всей силы ненависти Хельхеймской императрицы к проклятому народу узурпаторов. — Ты что со мной делать собрался? — задал ас вопрос, который гложил его, похоже, еще до начала поединка с зелёным зверем. Локи посмотрел в чистые голубые глаза, полные настороженности много раз битой собаки и задумался. Всё было чистым экспромтом, и потому далеко идущих планов у Локи не было. Может пару раз трахнуть новое приобретение, если оно будет не против (насильный секс удовольствия не приносил), а потом сослать в охрану или еще куда. Но это до того как он узнал, что перед ним равное по статусу существо. Локи всегда себя относил к хелеидам, беспринципным в меру, и потому держать пусть и аса, но принца ему было как-то зазорно. Но и отпускать нельзя, молот в руках без дополнительного стимула мог в любой момент обернуться против бывшего рабовладельца. — У тебя родичи есть, ас? — спросил он поэтому. Тот ощерился еще больше. — Так и сказал хельхеймскому принцу. — И что прикажешь мне выкинуть тебя на ближайшей безжизненной луне, а дальше пойдешь своим ходом? — раздраженно спросил Локи. Вещи ас говорил, конечно, разумные. Хотел бы Локи выслужиться перед матушкой, обязательно бы так их всех и заманил, устроив резню покровавей. Но только это скорее приведёт к очередной отповеди, как он себя не бережёт и вообще пусть сидит в столице под безопасным куполом. Локи поморщился, нет нужды влезать в древние, как дерьмо биглснайпов, разборки, да у него и желания не было. — Нужен ты мне! — продолжил шипеть Локи. — Если и остались в галактиках асы, то прячутся и от страха трясутся, поди, ежедневно. Не это ли лучшее наказание для народа почитавшего себя выше прочих? — Не было такого! — яростно замотал Тор светлокурой башкой. — Асгард всегда защищал девять миров от опасностей… — Да, защищал! — зло рассмеялся Локи. — Так защищал, что от вашей защиты всем места не было. Открою секрет, вас ненавидели, и за навязываемые порядки, за бесконечные расправы прошлого, за непомерную цену этой дутой защиты. А ведь всякая шваль как грабила миры, так и продолжала грабить! Сам Локи эпоху Асгарда не застал. Точнее застал, но жил тогда глупым ребёнком по строгим заветам матушки и лишнего интереса ко всему творившемуся за Хельхеймом не проявлял. Ему вполне хватало истории, о том как его новорождённого в мире отца — Йотунхейме, чуть не заколол их великий царь Один. — Иди, отдыхай, ас, — сказал он хмурному как туча Тору. — И ради норн, постарайся не попасться моей матери на глаза. И тут у Локи возникли сложности. Рабам выделялись общие каюты в нижних палубах. Но содержать там какого-никакого принца? А если заняться самоуправством и дать Тору нормальные покои, то это тут же прознает мать, и тогда начнутся проблемы. — Намучаюсь я с тобой, — уныло проговорил Локи, доставая планы помещений и вертя их и так и эдак. Тор до поры кажется и вовсе не понимал в чем дело, а когда раздражённый Локи разложил всё по полочкам, хохотал как ненормальный минут десять, чуть не подавившись косточкой. — Т-ты, ха-ха! Ты чего, хах, всерьез ко мне как к принцу решил относиться? — и без всяких переходов замолк, печально уставившись в стену с таким видом, будто вот-вот разрыдается. Псих! Совсем мозги на той арене растерял. Локи нервно отвернулся, стараясь не смотреть на Тора, разом растерявшего весь нахальный вид, и еще раз пробежался взглядом по доступным комнатам. Пусть живёт во второй спальне Локи, другого бы принца это оскорбило, но Локи тут, кажется, единственный придавал титулу Тора значение. — Спасибо! — вдруг появился Тор совсем близко и навалился на Локи медвежачьими объятиями так, что поначалу тот посчитал это за коварное нападение и чуть не позвал телохранительниц. Тор слюняво расцеловал его в обе щеки, а потом и вовсе засосал в губы. — Всё, — оторвавшись, выдохнул Локи. — Иди. Дав служанкам инструкции и выдворив нового соседа из общего помещения, Локи принялся за настоящее дело. Сел на пятки прямо посреди комнаты, закрыл глаза и глубоко вдохнул. На зов сразу отозвались нити энергии Вселенной, ощущение окружающей действительности начало стремительно искажаться, пространство растягиваться, а цвета становиться намного ярче. Матушка не расскажет что и как ей понадобилось на Сакаре. Но Локи узнает сам, недаром он напросился с ней в длительную поездку, несколько месяцев осторожно плел чары, так чтобы даже императрица не заметила чужого вмешательства. И вот настала пора действовать. Запутанные дорожки и узелки чар привели фантом Локи к самой матери. Она сидела в помещении больше всего напоминавшем скромный заседательный зал, и беседовала с группой разнородных иномирцев. Локи болезненно скривился — одним из совещателей действительно был Танос.

***

В новых блестящих доспехах да с нормальным плащом, а не той драной тряпкой, Тор действительно хорош. Локи сладостно позволяет разуму концентрироваться на вертящемся у зеркала асе, нежели разбираться в тяжёлых думах. Не сейчас. — Я тут подумал, можем мы навестить… Асгард? — не отводя взгляда от собственного отражения, вроде бы невзначай обронил Тор. От этого «невзначай» даже флёрт в бокале скиснул бы. — Там нет ничего, на что бы стоило посмотреть. Голые камни, да кружащие вокруг обломки. — Меня еще юнцом отец приказал увезти прочь, — признаётся Тор. — Уже и не вспомнить каким он был, мой дом. Локи осушил бокал и громко поставил его на стол. — Только потом не сметь лезть ко мне в постель, если опять кошмары приснятся. Тор, наконец, обернулся и самодовольно хохотнул. — Не припомню, чтобы ты особо противился последовавшему дальше! Локи кинул в него бокал. Дозволения отлучиться Локи решил не спрашивать, хоть останки Асгарда где-то на другом конце галактики, он всегда тонко чувствовал тайные тропы между мирами. Сакаар и вовсе полон открытых порталов, а самый большой вывел их куда нужно. — Убедился? Смотреть не на что, — сказал Локи, как только его небольшой прогулочный катерок стабилизировался после портала. Тор молчал, всё равно жадно уставившись за панорамное лобовое стекло, в каждый серый камушек и искореженный металлический обломок бог знает чего. Всё золото за сотни лет разобрали ушлые мусорщики, более-менее уцелевшие артефакты тоже. Они немного полетали меж сравнительно мелких камней, пока Локи не вырулил к гигантской глыбе. Во времена жизни она должна была лежать глубоко под городом, потому как только так могли сохраниться коридоры, лестницы и красивые орнаменты после сокрушительного взрыва разорвавшего всё царство. — Асы без воздуха сколько живут? — задумчиво спросил Локи, приближаясь к исполинскому камню. — А то можем и высадиться. Как ни странно на поверхности воздух до сих пор оставался, какая-то часть магии не дала ему полностью рассеяться. Вряд ли таким могли бы дышать смертные существа, но зато не пришлось переходить на язык жестов. Тор ходил по обломкам своего старого дома медленно, рассматривая каждый виток на орнаментах, касаясь стен и сдувая осевшую сотни лет назад пыль. — Всюду разруха и тишина, — заключил Локи невесело. В голову опять полезла мать с грандиозными планами и их ужасающими последствиями. Оказавшись на руинах деяний рук её, Локи больше не мог гнать от себя правду. — Ты знаешь, что живых в хельхеймской империи очень мало? — спросил он Тора. — Но она продолжает развиваться и пополнять ряды подданных. И сделка с Таносом так хорошо вписывается в логический ряд, что Локи не понимал, как раньше он мог этого не видеть. Больше всего тот желал уничтожить жизнь во Вселенной, а матушка из убитых создать ещё более большую и могущественную армию, чем есть уже. — Хела ненасытна, мне еще мама об этом рассказывала… давным-давно. Она будет продолжать творить подобное, — Тор обернулся и в несколько шагов оказался совсем рядом с Локи, заглядывая ему в глаза. — Не о таком ты мечтаешь, я же вижу. Локи оскалился. Мечтал он о народной любви и славе, нормальные для принца мечты. Еще об искусстве, ком-то очень дорогом под боком, о движении вперёд. — В первую очередь, — начал он своим тоном для переговоров, — она моя мать и смерти я ей не желаю. Во вторую, мне нужны гарантии, что как только я вытащу из тебя бомбу, ты не проломишь мне череп. — Да разве стал бы я? — закатил глаза Тор с видом оскорблённой невинности. Но невинным и Локи мог выглядеть, и так просто он доверяться асу не станет. — Ни ты, ни я не виновны в старых распрях наших царств. Мы с тобой на самом деле похожи — два ребёнка войны, принц и гла… — Поэтому мы заключим ритуал побратимства, — заканчивает Локи, перебивая поэтичный порыв Тора. Достал небольшой кинжал и чиркнул острием ладонь зазевавшемуся Тору, тот зашипел и попытался облизать ранку, но Локи не дал, беря её уже своей порезанной рукой.  — А потом подумаем, как свергнуть мою матушку и отстроить твоё царство. «Я делал вещи и глупее», — подумал Локи, читая заклинание, навеки связывающее их судьбы.