Фанатка

Он и сам не знал, почему согласился. Правда, планов на вечер не было, по традиции остался бы в спортзале. Идти в бар у него не было настроя. До тех пор, пока что-то не перезагрузило его во время громкого девичьего смеха, раздавшегося в его автомобиле. Захотелось оказаться таким же свободным от правил, которые давно написал для себя, опробовал и теперь подчиняется им. Сделать что-то безрассудное. То, чего от себя и не ждал. - Ты пришел, - почему-то Костя и не удивился, что первым, кого он встретит в заведении, будет Соня. Кажется, она искренно обрадовалась его приходу, и даже прервала разговор с Жаном. Мужчины пожали друг другу руки. - Вас ждали, Костя, - Жан был демонстративно вежлив и отстранен. – По крайней мере, женская часть нашего коллектива… - Костя! – он и сам заметил, как ему махали из-за столика члены группы, с которыми он познакомился на съемках. Оценив количество человек в компании, Гецати уже пожалел, что приехал. Придется терпеть ненужные разговоры и уходить от расспросов. - Сочувствую, - видимо, Соня догадалась, о чем он думает. Надо лучше себя контролировать. Сделав себе такое наставление, Костя прошел через зал и устроился на свободном месте. В баре было нешумно, немного народу и вполне располагающая к беседе обстановка. По крайней мере, никто и ничего не раздражало. - Я не пью, - он мотнул головой, когда ему предложили алкоголь. Конечно, это стало поводом для шуток, но Гецати привык к такой реакции в малознакомых компаниях. Только близкие знали, насколько важно для него отсутствие вредных привычек. - Как скучно вы живете, Константин! – хохотнула девочка-редактор. - Не жалуюсь, - он старался был вежлив, и заказал себе сока. Коротать за ним вечер было привычнее. - Тут тоже есть караоке, - сообщила Соня, которая пришла к ним, но уже без Жана. - Так надо спеть! – обрадовался Никита. – И в «сторис» выложить… - Нет! – хором ответили все, и раздался взрыв хохота. У них уже была своя волна, а Костя пока оставался сторонним наблюдателем. Ближе всех ему оказалась Соня. Наверное, сказались события последних недель, которые заставили его обратить на нее пристальное внимание. Девушка могла пострадать из-за людей с неустойчивой психикой, которые помешались на нем. И Костя, в отличие от нее, не видел в этом ничего смешного. Он привык доверять своим ощущениям, а они подсказывали ему, что все может закончиться плохо. Только поэтому он потащился в тот район и едва не стал ужином у кровожадного пса. Ошибкой, конечно, было то, что взял с собой Соню. Боевого духа в ней было хоть отбавляй – он заметил это еще на первых испытаниях, когда издалека наблюдал за рыжеволосой девушкой, которая сосредотачивалась на заданиях, а потом фонтанировала эмоциями, порой некрасивыми, но естественными и ничем неприкрытыми. Хотя самоконтролю этой ведьме надо бы еще поучиться. - Никита, нет… Прокляну, - она забавлялась, изображая черную колдунью. Смотрела исподлобья своим прищуренным взглядом и поджимала губы, которые становились еще тоньше и зловеще. В полумраке ее скулы проступали еще сильнее, и по-настоящему лицо было устрашающим. По крайней мере, сегодня девушка была без своего раскраса, лишь слегка подвела глаза. Мгновение, и Соня рассмеялась. Не так, как пару часов назад в машине. Более беззаботно, легко. В этой полосатой рубашке и узких брюках, с копной медных волос она выглядела, как музыкантша. Надень ей на голову шляпу, дай в руки гитару и начнет играть, затягивая бойкую песню. Хотя что-то подсказывало Косте – голос у нее был не очень. - Костя… - от мыслей отвлек Иван Шабанов. Мужчина был неинтересен Гецати, но упорно требовал внимания. Харизматичный участник, но полный ноль в экстрасенсорике давно был выведен из круга интереса Гецати. Лишь воспитание не позволяло Косте отказаться от общения. - Хорошо. Саша, только на одно дело… - тем временем, часть из их компании уединилась за другим столом, чтобы Кинжинов им погадал. Остальные заказывали выпивку, тянули друг друга на танцпол. - Иван, извини, - телефонный звонок от сестры был весьма кстати. Костя выбрался из зала, и вышел на улицу, где было поспокойнее. Лена рассказала ему последние новости и попросила позвонить родителям, которые скучают по нему. Не стал давать обещаний, и сам знал, что надо связаться и выполнить сыновний долг. А в зале веселье набирало обороты. Соню, которая у стены изображала невинные поцелуи с Сашей в камеру телефона, было невозможно не заметить. Тем более, что они шумели и привлекали внимание всех присутствующих. - Ох, не к добру развеселилась Соня, - отметила Марина Зуева. – Алкоголь что ли ударил в голову? - Да она и не пьет. Кажется, - неуверенно отозвалась Дана. - А почему нельзя? Мы же тут ради этого и собрались, - вклинился бесцеремонно Никита. - Глупость потому что… - отозвалась Зуева и строго посмотрела на мальчишку. - Ух, как-то жарко! – Егорова и Кинжинов вернулись за стол, и девушка допила остатки напитка в бокале. Костя нахмурился, когда она ответила на пошлый комплимент Шабанова парой бранных слов. Извинилась, и сердито оглядела всех. Ей бы вымыть рот с мылом, и заодно прополоскать речевой запас. Вытрясти дурь из нее. - Извините, - ему снова пришлось уйти ради звонка. По работе обычно отвлекали надолго, и Костя, вернувшись, понял, что нет желания торчать за столиком. Остался у стойки бара и попросил сварить ему кофе. От музыки начала болеть голова, а из-за плохой вентиляции белая рубашка стала липнуть к телу. Хотелось в душ. - Дай угадаю, - он повернулся, когда рядом на барный стул села Соня. – Тебе здесь не нравится, - слишком разудалый был ее взгляд, отторжение волной поднялось в груди, но Костя справился с неприятными ощущениями. – Или с нами не нравится? - Тебе не стоило пить… - осторожно отметил, и уставился впереди себя. Так было безопаснее. - А, опять будешь учить… Не ругайся, не пей… Между прочим, - она подвинулась к нему, - Ну, так, на ушко… Я и не пила. Просто хорошая компания, и мне весело. Ну просто так. Представляешь, Гецати? Можно веселиться и без алкоголя. - Представляю, - он подумал, что мог ошибиться, и снова посмотрел на нее, вглядевшись в дерзкие глаза, которые смотрели на него с вызовом. Словно эта девушка что-то хотела ему сказать, дай только повод. Странно, он и не думал, что вызовет такую реакцию. Агрессию? Почему? – Но все же не пей, - Костя пытался считать, что в крови у ведьмы, но пока не мог, силы давали сбой. - Ты не мой отец! – оборвала его. – Можно, мартини? – громко обратилась к бармену, и парень кивнул. – А теперь можно. Костя, молча, принял чашку с кофе и обхватил ее руками, покрепче прижимая ладони к горячим стенкам. Хорошо еще, что он давно научился не показывать свои эмоции на лице. В конце концов это дело каждого – как веселиться. - Константин… Вы хоть когда-нибудь расслабляетесь? Может быть с друзьями? С женщинами? - Соня, - он умел останавливать одним взглядом. Но не эту особу. Она слишком смелая была, совсем не боялась его защитных масок, - не говори того, за что потом будет стыдно… - обливал ее холодным предупреждением. Не помогло. - А мне никогда не бывает стыдно. Костя, я такая какая есть. Матерюсь. Как сапожник. Могу поорать. Но за дело. Говорю всю правду в лицо. Ну, вот такая я… Не идеальная… в отличие от вас, Константин, - она насмешливо склонила голову в знак почтения. - Я, пожалуй, пойду… - Куда же ты? А кофе? Константин… И сегодня в белом конверте… снова… Константин! – рассмеялась она ему вслед. Мрачнея от такого поведения, Костя дошагал до столика и заметил встревоженный взгляд Кинжинова. - Ты знаешь, где она живет? Ей пора домой. - Знаю. Сейчас ее увезу. Не понимаю, - мужчина снял по привычке очки и начал протирать их салфеткой. – Что с Соней… - Утром ей понадобится аспирин. Всем до свидания, - он не стал дожидаться прощальных речей, и направился к двери. Егоровой уже не было за барной стойкой, видимо, пошла искать себе более терпеливого собеседника. Нет, не надо было сюда приходить.

***

Стыда на лице Сони он не увидел. А вот раскаяние, кажется, промелькнуло в ее голосе, когда она подошла к нему на следующем испытании. Прошло три дня, Костя постарался забыть эту безобразную сцену, но она почему-то не шла у него из головы. Как-то не ожидал он, что так может ошибиться в человеке. Наконец-то встретившись, они переглянулись и даже не поздоровались. Расселись в разные места, и Костя попытался сосредоточиться на испытании. Периодически замечал, как Соня достает из пальто свой телефон и вспоминал про фанатку, которая могла ее еще донимать. Решив уточнить уже после испытания, он упустил момент, когда на улице Соня первой подойдет к нему. - Привет, - он вспомнил, что она не любит холод. Наверное, поэтому и куталась в шарф, из которого выглядывали ее зеленые глаза и кончик носа. - Здравствуй, Соня. - Слушай… Сразу. Я плохо помню тот вечер, - заговорила громко, чтобы справиться с эмоциями что ли? – Я помню, что мы говорили, - запнулась. – В общем, я не знаю, что со мной было… Это было не я. И… я не хочу, чтобы какое-то недопонимание… - Я понимаю, что вечер был таким. Ты устала на испытании. И это твое право было развлечься вечером. - Да, кто бы знал, что меня развезет с глинтвейна… - сокрушенно пробормотала. - Я не осуждаю, Соня. Это твоя жизнь. - И правда, - она вытянула шею и долгим взглядом посмотрела на него. Препарировала, но о Гецати и не такие скальпеля ломались. – Хорошо, что все разрешилось. - Хорошо, - отчужденно кивнул он. – Тебя зовут… Удачи. - Спасибо, - она вытащила из кармана пальто красный пакетик со своими магическими вещами, и пошла к подъезду. Костя вспомнил, что забыл спросить про угрозы. Но сейчас почему-то не было желания этого делать.

***

Сквернейшее настроение. Взять и убить бы кого-нибудь. - Ты сейчас начнешь ломать стол? Сморгнув разъедающий слизистую дым, Соня словно впервые увидела напротив свою подругу. Девушка с вопросом смотрела на нее и ждала объяснения. Уже полчаса в кафе они пытались разговаривать, но Егорова только без конца курила, пила кофе и рвала очередную салфетку. Сейчас перед ней высилась гора белоснежных лоскутков. - Что-то хреново, - затушила сигарету и уставилась в окно – погодка под стать настроению. Мутный дождь обезображивал улицу, а сгорбленные люди безуспешно прятались под зонтами и неслись по своим делам. - Провалила испытание? - Вряд ли, - пожала плечами. – Наверное, нет. Вообще-то в этот раз даже все нормально… - прокрутила в голове события последних дней и поняла, что нигде на съемочной площадке не ошиблась. Но радости особой не было. - Ну, значит, будешь в белом конверте! – радостно заключила Ксюша. - Ксю, вряд ли… - протянула. - Что? Опять грузин будет? - Осетин, - на автомате поправила и заметила насмешливый взгляд подруги. – Гецати – осетин, - и зачем еще и упорствует?! - Да я поняла-поняла. Тебе-то лучше знать, - хихикнула та. - И что это значит? – кофе давно остыл, и Соня поморщилась от ощущения горечи во рту. Опять потянуло к сигарете. - Ничего. Хо-тя… - Заткнись, - как-то грубо получилось, но Соне было плевать. Одно только имя соперника уже начинало душить ее от невысказанных слов. – Достали уже с ним… - Ладно-ладно, - Ксюша знала, когда остановиться и испуганно примолкла. Сони хватило ненадолго. - Представляешь, я ощущаю себя… дурой какой-то! Мне стыдно с чего-то… Перед этим Гецати… Хотя я ничего не делала! Абсолютно ничего! Не помню даже, что ему наговорила! А он ходит как святоша… Ну хоть бы слово сказал, хоть бы слово сказал, что я его задела, или обидела… Я вообще ничего не помню… Подруга остановила ее и попросила рассказать, в чем собственно дело. Соня сделала это кое-как, прерываясь на сигареты. Несколько дней она старалась вспомнить, что пошло не так в баре, но так и не смогла. Оставалось только чувство вины, но с ним Егорова не хотела мириться и хотела побыстрее с ним разобраться. - Ты точно не пила? - Я похожа на дуру? Конечно, нет. Без понятия, что со мной было… - вздохнула. – И теперь гадко. - А он молчит? - Как истинный осетин… Гордый горец с горы… - буркнула уже без эмоций. – А меня бесит эта неопределенность. Я бы может и извинилась, но не понимаю, за что. Саша сказал, что я немного побуянила, а потом он меня увез. Но в баре я разговаривала с Костей… - С Костей? - Да, с Костей… И я не знаю, что наговорила… Что? - Ну, просто раньше он для тебя был Гецати, - как бы невзначай отметила Ксюша. - Да… А сейчас может быть Константином, Костей и… Я тебя сейчас тресну! – заметила, как весело заблестели глаза у подруги. – Еще тебя мне не хватало в фанатках! - Да ладно тебе. Не истери. Может он попозже тебе расскажет? Может, ничего и не было? Ну, перекинулись словечками… Что-то внутреннее – и даже не мистическое, не с того света – подсказывало Соне: нет, не просто перекинулись они словами. Отчуждение Гецати она прочувствовала на первых же минутах последнего испытания. Уж закрываться этот мужчина умел хорошо. Попробуй, подбери нужный ключ.