Омут памяти Гермионы Грейнджер

В детстве Гермиона очень любила играть в прятки. Совершенно потрясающее чувство испытываешь, когда прячешься — огромное поле для действий, мыслей, фантазий. И ими совершенно не обязательно делиться. Но ещё замечательнее в прятках — искать. Искать, в первую очередь, в своей голове. Искать те тонкие нити, которые связаны с твоим другом, с помощью которых можно просчитать, где он прячется, почему именно там, кого ухватил с собой и прочее, прочее, прочее… В детстве Гермиону часто обманывали. Проучить выскочку — святое дело в среде завистливых маленьких людей. Так что совсем скоро Грейнджер перестала верить, что существует настоящая дружба, лелеемая после прочтения очередной сказочной истории, что часто встречались юной Гермионе. Она не любила ложь, а потому перестала их читать. Читать перестала, а думать — нет. Первый год обучения в Хогвартсе у Гермионы навсегда останется самым значимым. За всё время, проведённое в стенах самого волшебного учебного заведения Великобритании, она сталкивалась со всеми возможными приключения — ни в одной из прочитанных ею книг ничего подобного не было. Но первый год — год осуществления самой заветной её мечты. Д р у з ь я. Слишком много смысла в каждой букве. Для Гермионы это всегда было не просто слово. Поэтому, став старше, она перестала любить прятки — человек, которого она так долго искала… слишком страшно осознать, что он вовсе и не друг. Что он нечто большее. И прячась в тёмных коридорах Хогвартса, скрываясь среди стеллажей в библиотеке, Гермиона изо всех сил не давала Гарри заговорить с ней о том, что ей так не хотелось слышать. О чём не хотелось думать. В детстве Гермиона часто играла в прятки, неизменно побеждая, ведь просчитать, куда спрячутся другие игроки, не составляло труда. И повзрослев, она утвердилась в мысли, что из всех детских игр в этой она никогда не проиграет. Но Гермиона не брала в расчёт один важный факт — Гарри Поттеру всю жизнь приходилось скрываться. Искать правду, силу, стойкость… и вынужденно прятаться от несправедливости, лишь бы только прожить ещё один несносный день — во всяком случае, несносными они были до того самого мгновения, как одну вполне прочную дверь не выбил из петель самый добрый полувеликан в мире. Совершенно случайно Гарри стал лучшим в игре, которую всем сердцем ненавидел. И совсем скоро Гермиона почувствует это всем сердцем.