Правильный порядок

Теодор пригладил волосы, поправил галстук и одёрнул новую мантию из Триффилг и Таттинг. — Замечательно выглядишь! — сказало зеркало. Тео замер, нервно покачиваясь, потом встряхнулся и стремительно вышел из комнаты. Нотты занимали одиннадцатое место по рейтингу Маршала Эйвери, составленному не только по древности, но и по финансовому и политическому положению в 1974 году. Его отцу Себастиану тогда было 19, и, по словам старого домовика Тилко, который иногда присматривал за Теодором в детстве и прикипел к маленьком мальчику, бушевал весь день, разбил старейшую вазу, выбил три окна и прибил молодую домовушку Денли. Для Нотта-старшего род был важнее всего. Всего лишь одиннадцатое место было ужасно унизительным для Себастиана. Именно ради этого он вступил в ряды Пожирателей Смерти, женился на знатной чистокровной волшебнице Летиции Паркинсон и твёрдо решил вернуть своей семье почести первых мест. Теодор Нотт с рождения помолвлен с настоящей чистокровной леди Эленор Эйвери, которая была младше него на два года и искренне ненавидела грязнокровок. Теодор воспитывался также. Его мать почти не общалась с ним, предпочитая оставаться незаметной и пореже находиться дома, так что отец полностью взялся за сына. Его с самого рождения готовили к уничтожению грязнокровок, восхождению рода и поклонению тёмным искусствам. Тем сильнее было разочарование Себастиана, когда Тео оказался совсем неподходящим для роли, которую ему приготовили. Мальчик был тихим и мирным, любил растения, книги, рисование и музицирование. Отец ждал от него боевого духа, ненависти и жажды крови, но, как ни старался, Теодор не мог себя заставить стать таким, каким его хотел видеть отец. Тогда Себастиан плюнул на сына, и решился на вторую попытку. Следующим родился брат Теодора — Герберт Николас Нотт, который получил звание наследника рода Ноттов. Мальчик оказался именно таким, каким хотел его отец — боевым, энергичным, кровожадным и уже в пять лет знал, что грязнокровки — зло, а род превыше всего. Так что Теодора оставили в покое и предпочитали не замечать неудачный образец. Мальчик спустился в столовую, в которой с газетой сидел его отец. На развороте виднелась надпись «Закон об оборотнях — поможет ли это нам защититься от тварей?», Себастиан прихлёбывал чай и качал головой. Мать тихо резала на тарелке кусочек мяса, брат скорчил рожу и закатил глаза. Он присел на стул и взял вилку, крутя её в руках. — Отец, — наконец решился он, — я в этом году еду в Хогвартс. Мне надо больше карманных денег на Косой Переулок. Себастиан опустил газету и посмотрел на сына. Он как будто был недоволен, что Теодор напомнил о себе. — Пусть твоя мать отведёт тебя. Летиция вздрогнула и поспешно закивала. — Хорошо, — тихо сказала она. Теодор не понимал, почему его мать так боится Себастиана. Последний пусть и отличался взрывным характером, но не бил жену и вообще предпочитал игнорировать. Но Летиция всегда, сколько он себя помнил, была робкой и напуганной. Отец, конечно, никогда её не любил, а после рождения неправильного сына и вовсе охладел. — Я же поеду в Дурмстранг, верно, рара́? — громко сказал Герберт. — Разумеется, сынок, — ласково посмотрел на него Себастиан. — Ты получишь лучшее образование, возможное для тёмного волшебника. — Жаль, что Тео не сможет, — злорадно улыбался Герб. — Твой брат не подходит, — Себастиан скрылся за газетой. Герберт бросил на Теодора торжествующий взгляд. Тот не выдержал и, бросив вилку с ножом на стол, выбежал из столовой, слыша вслед, как отец завёл с сыном разговор о квиддиче. Он зашёл в комнату и провёл по лицу рукой, будто пытаясь стереть усталость. Теодор пожалел, что пошёл на обед. Обычно он ел в своей комнате или в малой столовой, избегая семьи, но в этот раз ему надо было поговорить с отцом, и Тео решил пойти в большую столовую. Зря, лучше бы он просто подошёл к Себастиану в кабинет. В окно постучались. Тео поднял взгляд на большую белую сипуху за окном. Он улыбнулся. Знакомая сова. «Теодор, Ты уже получил письмо из Хогвартса? Если нет, то ты, как я и думал, сквиб. Предупреди меня сразу же, я прекращу с тобой общаться. Если всё-таки получил, я предлагаю встретиться в Косом Переулке 20 августа во вторник в полдень. Если посмеешь опоздать, пожалеешь. С.А.» Тео хмыкнул и откинулся на спинку стула. Вот придурок. «Дорогой Цил, Получил я письмо, получил. Хорошо, я приду вовремя. Я купил новый цветок! Моли называется. У него чёрный стебель и белые лепестки, выглядит так, как будто из него все краски высосали… Хотя чёрный и белый — тоже цвета. Наверное. Он поглощает всю магию, направленную на него, так что заклинания по уходу совсем не работают. А эльфы отказываются с ним работать, говорят, им рядом с ним неприятно. Наверное, стоило их заставить, но мне и самому нравится ухаживать за моли. Я нашёл чудесную книгу! Он про юношу, принца, который мстит за своего отца. Вообще, это пьеса, но читается всё равно легко. Некоторые моменты смешные, а на других я вообще плакал. Там такие страсти… Могу дать почитать. Как у тебя дела? Напиши побольше! Твой Теодор.» «Придурок, Не оправдывай свою жалость, займись уже эльфами. Ты их разбаловал. Опять суёшь маггловских авторов?! Не буду я читать эту гадость! И зачем я с тобой дружу? У меня всё нормально. С.А.» — Те-е-ео! Здарова! — активно махал ему рукой, подпрыгивая, Забини. — Ты где пропадал?! — О, Блейз. Привет, — заулыбался Теодор. — Ты должен был написать мне, что собираешься в Косой! — Мы виделись неделю назад. А вообще, я встречаюсь тут с Цилом. — А-а-а, — скривился Забини. — С этим зазнайкой? И как ты его терпишь? — он помолчал. — Хочу с ним поздороваться! Где он? — Ладно, но он может быть грубым, ты же знаешь. Я за него ответственности не несу. — Расслабься! АСТОР! — заорал он вдруг. — ДРУЖИЩЕ! КАК Я РАД ТЕБЯ ВИДЕТЬ! На них уставилась половина толпы. Стоящий вдалеке Сицилий скривился и закатил глаза. — Какого Мерлина, Нотт? — спросил он, когда Блейз и Тео подошли ближе. — Тебе надо научиться заводить новые контакты, — мягко улыбнулся Теодор. — Он не новый. Он старый. Я надеялся настолько старый, что мы больше никогда не увидимся. — Не будь такой букой! — с широкой улыбкой стукнул Сицилия по плечу Забини. — Я так соскучился! Астор сначала уставился на место, куда прикоснулся Блейз, а потом перевёл долгий взгляд на последнего. — Это всё? — наконец сказал он. — Время идёт, а некоторые вещи не меняются, — с наслаждением втянул воздух Блейз. — Ладно, я понял твой намёк, мне тут не рады. Покеда, Нотт, спишемся! Эй, Лео! Тео и Цил посмотрели вслед убежавшему к какому-то парню Блейзу. — Терпеть его не могу, — раздражённо фыркнул Астор. — Мне кажется, он отличный парень. — Он идиот. — Вовсе нет. Блейз очень интересный собеседник. — Может, для твоего уровня. Тео тихо засмеялся. — Ты и правда не меняешься. Они направились к Флориш и Блоттс. — Как дела дома? — как бы невзначай спросил Нотт. — Я же говорил, хорошо. Хватит спрашивать. — Я поддерживаю разговор, — он помолчал немного. — Как Джесмин? Сицилий остановился. — Я же сказал, я не желаю обсуждать свою семью, понял? — Не говорил. А я просто интересуюсь жизнью наследницы самого богатого чистокровного рода в Британии. Цил фыркнул. — Ну да, конечно. Они зашли в магазин и разбрелись в разные стороны. Спустя десять минут с купленными и сложенными в сумке с безграничным расширением книгами они вышли на улицу. — Всё с ней нормально. Едет на последний курс Шармбатона. Собирается потом в университет в Польше поступать, на факультет алхимии. — Вау, университет? А у неё получится? — Разумеется. Она лучшая на своём курсе, с деньгами проблем, очевидно, нет. — Круто… — задумчиво протянул Тео. — Я бы тоже хотел получить высшее образование, но вряд ли получится. — Почему? — Я не настолько умный. Сицилий с сомнением хмыкнул. — До меня тебе точно далеко. — Мама? — остановился Нотт. Женщина, стоящая рядом, вздрогнула и выронила пакет. — О, Тео. И, ох, мистер Астор, — чуть побледнела мама. — Ходите за покупками? — нервно улыбнулась она. — Да, только из Флориш и Блоттс. — Здравствуйте, миссис Нотт, — чуть поклонился Цил. — Не стоит, мистер Астор… — Что это, мам? — прервал её Тео. — Что? — опять вздрогнула Эленор Нотт. — А, это. Зашла в магазин за мелочами. — Ты вяжешь? — широко раскрытыми глазами уставился на неё Тео, углядев в пакете мотки пряжи. — Я тоже! — Ох, Мерлин, да, прости за это, — затараторила Эленор и дрожащими руками перехватила пакет. — Я пойду, мне надо ещё кое-что купить… Женщина оглянулась, как будто боялась, что их кто-то увидел, и аппарировала. — Что с ней? — растерянно спросил Цил. — За что твоя мать извинилась? — Я не подумал… — расстроенно выдохнул Тео, глядящий на место, в котором пару секунд назад стояла миссис Нотт. — Мой отец винит её в том, что я родился неправильный. Вязание для него, очевидно, одно из тех хобби, неподходящих для наследника. Я и правда пошёл в неё, а не в отца. — Ты не «неправильный», — искоса глянул на друга Астор. — Ну да, точно, — заулыбался Тео. — Я не так выразился. Давай зайдём к Фортескью? — Давай, — тонко улыбнулся в ответ Цил.

***

— Мистер Поттер? — послышался сзади удивлённый голос профессора Снейпа. Гарри замер, чувствуя, как кровь стынет в жилах. — Какого Мерлина? — быстрые шаги эхом отдавались по коридору. Гарри поднял паникующий взгляд на профессора. Он никогда не видел у того такое лицо — растерянное и встревоженное. — Вы что уже успели натворить?! — быстро вернулось оно в обычно разгневанное состояние. — Я… я… Простите… — он сглотнул. — Я… Снейп прошипел сквозь зубы. — Пошли! — профессор схватил Гарри за руку и дёрнул за собой. — Сто… — прервавшись на полуслове, Поттер свалился на пол. — Да что ж такое! Вставайте, несносный мальчишка! — сорвался Снейп, опускаясь рядом с мальчиком, но потом вдруг встревоженно замолкая. Мальчик был без сознания. — Что ж такое… — повторил он тихо, колдуя левитацию на тело.

***

В глаза бил назойливый луч солнца. Гарри, жмуря глаза, проснулся. Где это он? Светлое помещение, почти полностью белое и кристально чистое. Его постель была была прямо напротив огромного, почти пять метров в длину и два в ширину, французского окна. Он выпутался из одеяла и уставился на себя. Сердце ухнуло в пятки. Гарри был переодет в больничную одежду. Они видели его, видели его отвратительное тело. Он очень ясно представил взгляды, наполненные жалостью и отвращением, его будут сторониться, будто он грязный или лезть с утешениями, но самое ужасное, что его посчитают слабым, бедным ребёнком, над которым издевались взрослые. Он правда такой, но что бы так же считали и другие… Да Гарри лучше умрёт! — О, мистер Поттер, — появилась, будто из тумана, созданного паническим состоянием его разума, женщина средних лет в ярко-жёлтой мантии, с распущенными каштановыми волосами с проблесками седины и мягким карим взглядом. — Как вы себя чувствуете? — О… Хорошо, спасибо. Что произошло? — попытался улыбнуться Гарри. — Профессор Дамблдор тоже очень хотел бы это узнать. Вы не помните? — А, ну. Я упал. — Ну да, конечно, — вздохнула женщина. — Мистер Поттер, вам не стоит скрывать правду. Те, кто напали на вас не стоят того, что бы вы их покрывали. Профессора обеспечат вам безопасность. — Нет-нет, я правда упал! Женщина посмотрела на Гарри, склонив голову. — Как хотите. Смотря в спину удаляющегося колдомедика, он нервно почесался. Потом поёрзал. Потом попялился в запертую дверь. Они не заметили? Женщина никак не показала жалости или нервозности. Взрослые обязательно подняли бы шум из-за него, но… Или это в мире магов нормально? Сомнительно. Он упал на подушку. Сколько он тут? Повреждения были мелочные, так что скорее всего следующий день. А время? Он опустил взгляд на запястье. Часы! Где его часы?! Гарри вскочил, рывком откинув одеяло. Часы были недорогими, но почему-то со временем бережность превратилась в какую-то нездоровую привязанность. Гарри панически порыскал на кровати, под кроватью, обежал комнату. Часы, часы, часы! Как же он без них?! Теперь что-нибудь обязательно плохое случится! — Мистер Поттер? — заглянула в палату колдомедик. — Что-то потеряли? — Да! — нервно воскликнул Гарри. — Часы, вы видели часы?! Женщина озадаченно и встревоженно смотрела на него. Хватит пялиться, пусть ответит! — На тумбочке. — А. Идиот. Вот идиот. — Вы в порядке? — Конечно, просто не проснулся, — нервно засмеялся Гарри. — Мне не очень нравится ваше состояние, — она взмахнула палочкой пару раз. — Хм. Выпейте ещё одно Укрепляющее, — из другой комнаты выпорхнула баночка и прилетела в руку Гарри. — Не забудьте хорошо питаться, похоже, вы истощены. — Да… Спасибо, — растерянно ответил Гарри. — Прошу прощения, — послышался громкий голос от двери. — Мадам Помфри, могу я проведать своего друга? — О, мисс Грейнджер? Конечно, проходите. Только не особо нагружайте мистера Поттера. У вас десять минут, — она улыбнулась девочке и вышла из комнаты. Лохматая? Она тут что делает? Уже в третий раз за полчаса он чувствовал себя падающим в пропасть. Она же была там. Как он мог забыть?! Эта чёртова девчонка такая незаметная, что он совсем забыл, что она его видела! Удивительно, что он вообще её увидел сквозь панику и ярость. Зачем она пришла? Шантажировать? — Чего тебе? — скрестил руки он. Уверенность и высокомерие этой девчонки вдруг поблёкло и она сделала несколько шагов назад. — Это… Я… Из-за тебя я пошла по плохому пути! С этого всё и начинается! Ты мне всё будущее испортил! — Чего?.. — Я со!.. — закричала она, но спохватилась, подошла ближе (в пылу злости она забыла о своих опасениях) и шёпотом повторила. — Я соврала учителям, покрывая тебя! — Прости?.. — растерялся он. — Погоди, что?! Почему ты это сделала?! — А я откуда знаю! Просто… ты… Что бы больше так не делал, понял?! А то всё всем расскажу! Гарри хмуро помолчал. — Не расскажешь. Тогда придётся признаться, что ты соврала раньше. И ты что, — он сделал несколько шагов к ней, заставляя отступить, — условия мне ставишь? — Д-да! Неправильно бить людей! Сицилий, конечно, был груб, но насилие не выход! — Не твоё дело, — прорычал он. — Не лезь куда не надо, поняла? Кем ты себя возомнила? Всезнайкой? Вот почему ты такая несносная на уроках? — Ну и ладно! — задрала нос она. — Не буду, — вдруг сорвавшимся голосом сказала она. — А я и вправду… кажусь всезнайкой? — понизила голос она и вдруг всхлипнула. — Почему меня все ненавидят? Я же просто пытаюсь… — лохматая разрыдалась. — Ты… ты чего? — растерялся Гарри. — Эй, — попытался пробиться он сквозь рыдания — Да хватит уже! Грейнджер затихла, всхлипывая. — Прости… Я… сорвалась, — пробормотала она. Гарри, который и сам почему-то прослезился (уж очень заразительно плакала Грейнджер, он и сам вспомнил свою несчастливую жизнь), отвернулся. — Делай что хочешь, — пробурчал он и забрался под одеяло. Долгое время за его спиной царило молчание. — Эм, — неуверенно начала она уже нормальным голосом. — А ты знаешь, кем были предки Сицилия? Гарри мрачно обернулся к ней. — Тебе чего? — Ну, — смутилась Грейнджер, — я давно подумала, что где-то слышала его фамилию — Астор. Недавно уточнила у родителей… Была такая семья американская, Астор I был первым американским мультимиллионером, с его помощью была создана Нью-Йоркская публичная библиотека, а ещё он занимался контрабандой опиума. А Нэнси Астор была первой женщиной в британском парламенте. « — Если бы я была вашей женой, Уинстон, то подсыпала бы вам яд в кофе. — А если бы я был вашим мужем, то выпил бы его.» — процитировала она. — Члены этого рода состояли в браке с многими аристократами, миллионерами и звёздами. Очень известные люди. Но они, кажется, были магглами… Они с Сицилием родственники? Гарри помолчал, пялясь в стену. — Без понятия. В справочнике волшебной знати написано, что Асторы относительно новый род, всего шестьсот лет. Малфоям почти тысяча, Блэкам и того больше. Про магглов ни слова. Но они могли быть сквибами, которых выгнали из семьи. — Погоди, справочник волшебной знати?! — восторженно воскликнула Грейнджер. Сзади послышалось шебуршание. — Ну да. — Он у тебя есть? Гарри поднялся, сел на кровати. — Купил летом в Косом Переулке, — он помолчал. — Могу одолжить. Но на этом всё! — прервал он открывшую рот Грейнджер. — Не лезь ко мне со своими нравоучениями! — А… — она нахмурилась. — Ладно. Но я жду от тебя книгу! — лохматая подскочила, гордо взмахнула гривой и выбежала из комнаты. Поттер задумчиво молчал. Интересно, а магические Асторы слышали про маггловских? Его выпустили из больничного крыла только через неделю. Ему пару раз приносила конспекты Гермиона, но ограничивалась парой слов и с независимым видом уходила. К нему заглядывал Дамблдор, Гарри отговорился потерей памяти. Директор встревоженно покачал головой и сказал быть осторожнее, ведь это уже второй случай нападения и последующей пропажи памяти. И успокоил, пообещав как можно скорее поймать преступников. Гарри нервно засмеялся и поблагодарил за беспокойство. Приходил и Снейп, ругался и плевался ядом в попытках выведать правду. Гарри держался, но чувствовал себя странно от осознания, что зельевар вообще-то человек. То встревоженное лицо, а потом и случайный переход на «ты» выбивался из образа злобной змеи-робота с полным отсутствием любых человеческих чувств, кроме злости, презрения и ненависти. Непонятно, понял ли свой просчёт Снейп, но шипел он, кажется, больше, чем обычно. Ещё через неделю его выпустили. За время, проведённое почти в полном одиночестве в Больничном Крыле, он более или менее пришёл в обычное состояние и смирился, что жизнь поменялась не так круто, как он думал. Ещё он провёл достаточно времени в придумывании мести и понял, что надо основательно заняться изучением боевой магии. Головная боль прошла. Гарри решил, что сосредоточится на учёбе. — Я знаю, что я видел! — услышал он крик за углом, когда направлялся в гостиную из Больничного Крыла. — Слушай, пятый курс, я понимаю, у всех сдают нервы! Мы возьмём у мадам Помфри успокаивающие и ты придёшь в себя! — ответил другой голос. — Я уверен в себе достаточно, чтобы не страдать галлюцинациями! — Животное ростом с дерево, серьёзно? Такие вообще не существуют, даже в Запретном Лесу! — НО Я ВИДЕЛ! — Ты слышишь себя? Да ты спятил на этой почве! Ты видел только силуэт, ещё и посреди ночи! — Не силуэт, я чётко видел спину и голову, она смотрела прямо на меня! — И что ты предлагаешь? — Не знаю, но надо… надо что-то делать! — начал срываться первый голос. — Позволь мне помочь тебе, Генри. Пожалуйста, — смягчился второй. Из-за угла показался бледный, трясущийся парень, не заметивший его и коротковолосая девушка, пронзившая его злобный взглядом. — Подслушиваешь, Поттер? — Что? — состроил он невинную мордашку. — Вы о чём? Девушка сощурилась, но молча последовала за нервным парнем, так не обратившим на Гарри никакого внимания и полностью ушедшего в себя. Хм-м, загадочный монстр из Запретного Леса? Интересно…