Наблюдатели и наблюдаемые

Lorde - White Teeth Teens

Если хотите, сегодня мы поможем вам разорвать швы, Мы раздаём синяки, будто подарки.

      Мишель сжимает твердую обложку учебника до хруста, сама не понимает почему он ее так задевает.       Мишель наблюдатель по сущности, не участник игры, не лидер команды, она тот самый человек, который закрывает лицо кепкой и садится на последний ряд. Она уверена, что потеряла какую-то переходную ступень от маленькой принцессы к взрослому человеку. Из маленькой принцессы она выросла, а взрослой так и не стала. На ней навеки заклеймили штамп трудного подростка.       - Одиночка, - говорит миссис Смит, школьный психолог. Мишель пофигистически кивает головой.       Питера она замечает сразу. Его неаккуратные кудряшки и веснушки она помнит с пятого класса. А еще она помнит его красные от слез глаза. Он, кажется, потерял родителей, и Мишель отчего-то стыдно, что к своим она возвращаться не хочет. Дома сплошной хаос, который накрывает ее, сметает детскую корону с ее головы и отправляет куда подальше. Она укрывается книгами, содрогается от холодного осеннего ветра, но продолжает дрожащими ручками перелистывать странички Стивена Хокинга. Вот бы и ей разложиться на атомы, чтобы кто-то хоть на минуточку задумался о смысле ее существования. У нее вот нет никаких идей.       Мишель улыбается на фотографии, держит в руках почетную грамоту выпускника пятого класса, а голова, как обычно, высоко поднята. Питер жмется к Мэй, и на всех фотографиях она обреченно улыбается. Мишель отмечает и это.       Питер умнее всех в классе. ЭмДжей знает, что он решает все задания в тетради, но молчит, стараясь не привлекать к себе внимания. Отвечает только, когда спросят, да и то не всегда. А сам тихонько подкидывает ответы к контрольной Лиз, которая обворожительно улыбается ему и он тает. Мишель никогда обворожительной не была, а юбки ей не идут, поэтому она и не старается походить на таких девочек как Лиз. Она всегда будет на ступень ниже.       Питер приходит в школу с фингалом под глазом. Флэш самодовольно улыбается, и Питер почему-то позволяет всем думать, что багровым шрамом его наградил именно он. А Мишель знает, что Флэш не может даже на канате нормально удержаться, так что сжать свою ручонку в кулак для него почти невозможно.       Мишель садится рядом с Питером и Нэдом в столовой. Уже несколько недель подряд, хотя замечают они ее только благодаря Лиз. И на этом спасибо.       Питер красивый. В ее голове эта мысль звучит как-то абсурдно, красивых людей не существует, как и некрасивых. В ее понятии Паркер точно такой же, как и все остальные. Просто кудрявые волосы теперь лежат в аккуратной прическе, веснушек с каждым годом все меньше, а улыбка у него по-прежнему грустная. Он отличается этим от всех, и у Мишель предательски звенит в голове.       Стажировка у Старка кажется каким-то анекдотом для всех. Питер Паркер, кто это вообще, как он бы смог добиться стажировки у мистера Железного Тони Старка. Никто особо не верит Питеру, только высмеивают его дурацкий говор, стоит ему открыть рот - Тони Старк благотворительностью не занимается. По крайней мере умственно отсталых он точно не стажирует. Флэш хохочет несколько минут над собственной шуткой, пока Лиз не кидает в него презрительный взгляд.       У Питера на рюкзаке красуется брелок из антикварного магазина в Берлине. У Мишель дома валяется точно такой же, и она на сто двадцать процентов уверена, что Питер купил этот брелок в Берлине. Стажировка у Старка. Неужели проходила в тот самый момент, когда Стивена Роджерса по всей Европе разыскивали с собаками, а Тони Старк стоял во главе этой поисковой операции. У Мишель по математике всегда была твердая пятерка и сложить два плюс два не составило труда.       - Что ты скрываешь, Питер?       Она точно знает, что именно он скрывает. В его карих испуганных глазах все черным по белому читается, очень легко связать стажировку у Старка и синяки, которые с удивительной скоростью заживают спустя несколько дней.       Мишель кладет перед ним упаковку со льдом и садится напротив, сложив ноги на соседний стул. Питер благодарно кивает и прикладывает лед к синеватому ушибу на скуле. Он отмечает, что это скоро пройдет, у него вроде какой-то ускоренной наследственной регенерации. Питер нервно хихикает, а Нэд по-дружески сматывает из столовой. Мишель пристально рассматривает его огрубевшее за несколько лет лицо, его потерянные глаза, постоянно бегающие от одной стены к другой.       - Мне кажется, что ты как Сорвиголова, - полушепотом говорит она.       - Что? - он давится соком и невнятно бормочет что-то про желтую прессу.       - Откуда у тебя синяки?       - Эм, я с велика упал.       - Ты очень часто падаешь с велика. Во вторник, например, ты ушиб руку, а в среду и следа не было, однако, на ноге была рваная царапина. - Мишель осекается, - я просто наблюдательна...       Питер не ощущает под ногами почву, поэтому он собирает в рюкзак остатки завтрака и спешит вслед за Нэдом. Мишель провожает его томным взглядом, а когда он уходит, в ее груди сердце колотится с бешеной силой. Зачем она лезет не в своё дело? Зачем она опять пытается разрушить то ценное, что ей дали? У нее никогда друзей не было и потребности в них она не находила. А потом Питер перевернул все. И она не имеет не малейшего понятия, в каком направлении двигаться дальше. Мишель чувствовала, как вокруг нее сгущается толпа, а все на что она смотрит, вернее, единственный на кого она смотрит, ее совсем не замечает.       Она берет чай. Зеленый. Без сахара. Садится на скамейку в парке, ждет пока мама закончит смену, чтобы вместе пойти домой. Питер садится рядом. Мишель, однако, делает вид, что не замечает его и продолжает пить чай, уставившись в фонтан.       - Это опасно, Питер, - она отрывается от захватывающего зрелища напротив и смотрит в его карие глаза.        - Это мой выбор. Я не знаю, как ты… как ты...       - Как я догадалась? Питер, я не дура.       - Я знаю, - улыбается Паркер.       Они сидят так несколько минут, а потом Питер почти шепотом произносит:        - Что-то грядет. Что-то ужасное.       Мишель непонимающе смотрит на него. А он только неловко пинает носком ботинка маленькие камешки на асфальте.       - Ты собираешься участвовать в этом? В “чем-то ужасном”?       - Да, - Питер даже не задумывается.       Мишель издает сдавленный смешок. Она поправляет пальто и уходит в противоположную сторону, кидает пустой стаканчик в мусорку рядом с Питером, даже не смотрит на него. Она укрывается серым шарфом от прохладного ветра, быстро шагает в сторону закусочной, где работает мама. У нее кудрявые темные волосы, собранные наспех в хвостик на затылке. Мишель в основном носит кеды и штаны, юбки не носит класса так с пятого. И Питер в этот момент становится наблюдателем.       Мишель всегда думала, что наблюдать за людьми ее фишка. Прятаться за собственной нелюдимостью, оправдывая это своим нежеланием общаться с лузерами. И самое ироничное что могло произойти с ней случилось. Она влюбилась в самого главного лузера школы и он же оказался самым классным открытием в ее жизни. Как жаль, что Питер засматривается на милых девочек в красивых топах. Только вот сейчас он смотрит только на ее силуэт, растворяющийся в желто-оранжевых тонах переулка.