Азиатка с зелёными глазами

От лица автора — Юна! — с криками ворвалась в комнату девушки её мать. — Мам? — Ты ещё не готова?! — кричала женщина. — Мам… — голос девушки дрожит и слёзы вот-вот польются из глаз. — Никаких «мам», мы о чём с тобой договаривались? — не смягчает тон женщина, он становится ещё требовательней. — Но мам… — первая слеза катится по милому, ангельскому, такому невинному и просто идеальному лицу девушки. — Юна, — шипит та, — не плачь, макияж потечёт! Айгу, ты так себя ведёшь, будто я тебя в детдом отдаю или ещё хуже, — вздыхает женщина, — я отдаю тебя в надёжные руки. Ты будешь счастлива!       Разве может быть что-то хуже, чем быть лишённым выбора? Неужели сейчас в норме вещей решать всё за человека без его же согласия? Раньше было также. Как говорится, было и будет. Ты никогда не примешь решение самостоятельно, как не жаль, но это правда жизни. В магазине ты купишь те штаны, которые порекомендует тебе продавец. Назовёшь ребёнка так, как того хочет общество. Будешь мириться с правилами, придуманными политиками. Ты даже не владелец того, кем родишься и где. А ты считаешь свою жизнь своей? Всё в этом мире зависит от других. Тех, кто имеет влияние, деньги и власть; тех, кто старше и опытней; тех, кто «желает добра». Ты тоже когда-то станешь «тем», но пока мирись с ними. Пока ты никто, живи так, как хотят они. И если жизнь тебя не сломит, то стань тем, кто всё изменит. Только таких нет, все вырастают и идут той же дорогой, решая всё за других и убивая в них личность, а слезами это не отмыть. — Юна, познакомься, это господин Сон, — натянула дружелюбную улыбку госпожа Мин, — будь хорошей девочкой… — шепчет она на ухо дочери. — Добрый вечер, — девушка держит голову опущенной, чтобы не заставлять себя улыбаться. — Добрый, Юна, — грубый голос сразу впивается в уши девушки.       Она быстро подымает голову и в недоумении смотрит на мужчину перед ней. Потом на брата, который стоит за его спиной. На их лицах немой шок. Господин Сон, тот, за кого «хорошие» родители хотят отдать свою дочь, взрослый мужчина. Ему около 40 лет, морщины около глаз выдают его. Небольшой живот, но всё прикрывает красиво выглаженный костюм. До брата и сестры быстро доходит суть происходящего.       Это не забота! Это, мать его, сделка! Ни одна мать, просто так не отдаст свою несовершеннолетнюю дочь в руки, даже в постель, взрослого мужчины. До девушки сразу доходит, что она видела этого мужчину раньше. Это бизнес-партнёр родителей. Вот, что они решили: обменять её на деньги, на «кусок» власти. — Мы можем поговорить? — Юнги, пытаясь защитить свою маленькую сестрёнку, хочет вразумить своих родителей. — После ужина будем разговаривать сколько влезет, а пока, — кидает злой взгляд на парня господин Мин, — оставь свои мысли при себе.

***

Гукки: Спишь? Юна: Да! Гукки:Что-то случилось? Юна:Какое тебе дело? Гукки:Юна, мы можем встретиться? Юна: Сейчас? Ты время видел? Гукки:Прошу…

***

      Когда родители уже спали, девушка выскочила во двор, накинув лишь пальто сверху. На улице прохладно, но она покорно ждала Чона. Через 10 минут его машина показалась во дворе. Набрав холодный воздух в лёгкие, девушка подошла к брюнету, который только что выскочил из машины. — Ну и чего ты хочешь? — грубо спросила девушка. — Поговорить, — как-то неловко ответил Чонгук. — У меня мало времени, — буркнула девушка. Она хотела быть грубой, но при виде его личика — тает. — Это правда, что ты выходишь замуж? — Да, — отвечает она скорее себе, нежели парню. — Выбор уже сделан, — девушка опускает взгляд и прикладывает руку к щеке.       После ужина мать устроила ей взбучку и даже, первый раз в жизни, подняла на неё руку. После её поступка Юна уже и боится ей перечить. — Ты этого хочешь?! — взрывается парень и хватает её за плечи. — Хочешь? — ещё раз повторяет он. — Разве это кого-то волнует? — грустно вздохнула она. — Меня, — неуверенно ответил парень. — Не надо! — крикнула она, и глаза сразу наполнились слезами, такими горькими и печальными. — Ты ведь знаешь, что я к тебе чувствую. Зачем делаешь больней?       Девушка сама была в шоке от своей смелости. Она думала, что растеряла её остаток в тот вечер, когда была растоптана Чонгуком и высмеяна одноклассницами. Может, она просто лишилась своей гордости? Плевать, после замужества её у неё и так не останется, пора оторваться напоследок. — О чём ты? — Не притворяйся! — сорвалась она на крик, ей уже было плевать, что могут услышать родители. — Я спросил: ты этого хочешь? — ещё раз повторил свой вопрос Чон, в этот раз его голос был уверенней.       Девушку перетрясло. Она любила Чонгука не за его тихий и мирный характер. Она любила того зверя, что сидит в нём: такого властного и пожирающего всё на своём пути, кроме её самой. Только рядом с этим парнем она чувствовала себя спокойно. Он тот, кто мог довести её до слёз, но и мог успокоить одним только «не плачь». Она вся тряслась от мысли, насколько глубоко он засел в её сердце. — Ему 40 лет, — плача, ответила она. — У него есть пузо, — не стесняясь в выражениях, говорила Мин. — Он пользуется противным одеколоном и у него есть золотой зуб. А даже если внешность не важна, — вздохнула девушка и наконец подняла взгляд на парня, — то характер у него отвратительный. — То есть, ты против? — Да… — А Юнги что? — прикрыл глаза парень, томно выдыхая. — Он сказал, что попробует что-то предпринять. Я в него верю, но и верю в отца. Он просто так этого не оставит. Не хочу, чтобы брату перепало из-за меня. — Конечно, ты же любишь меня, — появляется сзади голубоволосый. — Чон, ты ведь что-то уже придумал? — Как ты здесь оказал…- Юну перебили на полуслове. — Да, у меня есть одна идея. Юнги, поможешь? — хитро глянул на старшего Чонгук. — Да, ради тебя, сестрёнка, — расплывается в улыбке Мин, — я готов на всё. — Пошли, — брюнет схватил девушку за руку и потащил к её дому, а довольный Юнги поплёлся за ними.       Юнги и Юна не подозревали, что у Чона на уме. Если девушка была в растерянности, то её брат не сомневался в своём друге. Он всё прокручивал недавний разговор с младшим и лыбился, как ребёнок. _____________________________________________________________________________ — Стой, — грубо крикнул Мин и затащил младшего за шиворот в туалет. — Чего тебе? Разве вы сейчас не должны быть на какой-то экскурсии? — нахмурился брюнет. — Я ушёл, но не суть. Скажи мне, блять, пожалуйста, — как можно спокойней старался говорить Юнги, но выходило у него это плохо. — Что это вчера было? Как ты посмел обидеть Юну? — Я не хотел, — буркнул младший, и отвёл глаза. — Ладно, забудем, что ты разбил ей сердце, — вздохнул голубой. — Что ты с собой делаешь? Посмотри на себя! — сорвался он на крик. — Ты ведь ещё любишь её! Думаешь, твои чувства просто бесследно ушли? Я же помню, как только два месяца назад ты ныл и бегал за моей сестрой.       Жёстко, но правдиво. Если не вышло у Аиды способом уговаривания и провокаций, то выйдет у Юнги. У него методы резкие, суровые, но рабочие. — Я не знаю, — чуть не скулит, как пёс, младший. — Что, «не знаю»? Соберись, хватит бегать от себя же. — Да, ты прав. Я больше не буду избегать того, что чувствую. Я и правда ещё люблю её. — У тебя проблемы, чувак, — сквозь улыбку сказал Юнги. — Предки хотят выдать её за одного педофила. Пока я не могу ничего сделать. — Я подумаю, что с этим делать. _____________________________________________________________________________ — Вот мелкий засранец, — цокнул языком Мин.       Чонгук уверенным шагом направлялся в комнату родителей Юны, хотя знал, что они спят. Юнги плёлся за ними, размышляя, что там придумал мелкий. Ему было тревожно: как бы его действия только не усугубили ситуацию. Но сомневаться в Чонгуке, тоже самое, что тушить огонь бензином, то есть, не имеет смысла. — Доброй ночи! — влетел в комнату перепуганных родителей Чон. — Чонгук?.. — щуря глаза, шептала госпожа Мин. — Я! — заявил он и включил свет. — Я сегодня узнал, что вы хотите отдать Юну замуж, это правда? — Да, мы думаем над этим, — всё ещё в шоке от происходящего, отвечала её мать, а отец пялился на своих детей по очереди, сверля их взглядом. — Тогда я попрошу спуститься вас вниз, нам надо серьёзно поговорить!       Чон шёл уверенной походкой вниз, в зал семьи Мин, всё также таща за собой перепуганную девушку. Та уже представила, как ей влетит от матери. А Юнги, как третий лишний, плелся за ними. — Что ты удумал? — кричала Мин. — Узнаешь. Главное, — посмотрел он сначала на Юнги, а потом на Юну, — подыграйте мне. Главное, — шептал он ей на ухо, — верь мне… — Чонгук, милый, — вышла в лёгком халатике госпожа Мин. — О чём ты хотел поговорить?       Все понимали, почему эта алчная и властная женщина так мила с парнем. Сын их спонсора на новый проект — и этим всё сказано. Лишись они денег, которые вкладывает в их компанию отец Чона, они бы лишись крупной прибыли. — Госпожа Мин, — парень поцеловал её руку и отодвинул стул, чтобы женщина усадила туда свой полненький зад. — Я не могу позволить Юне выйти замуж. — Почему? — появился на горизонте её отец и тоже присел рядом со своей женой. — Потому что я её люблю, и мы уже давно встречаемся, — заявляет он, и у всех в этой комнате отпадает челюсть. — Серьёзно?! — в один голос спрашивают все члены семьи Мин. — Серьёзней некуда, — как нельзя уверенней заявляет брюнет. — Неожиданный поворот, — вздыхает женщина. — И насколько у вас всё серьёзно? — Всё очень серьёзно, — парень подтянул к себе девушку и приобнял за талию. — Юна, — отец грозно смотрит на свою дочь. — Отец, это правда, — на выручку сестре приходит Юнги. — Чонгук, наша семья тебя любит и всегда готова принять с распростёртыми объятиями. Но ваши отношения немного всё портят, — признаётся госпожа Мин. — Вы уже не дети, я не буду с вами нянчиться, вы должны принять правду этого мира. Нам и правда выгоден этот брак, и если мы от него откажемся, то неизвестно, что будет. Мало ли, вы повстречаетесь и разойдётесь, мне нужны гарантии, милый Чонгук. — Тогда позвольте мне попросить руку и сердце вашей дочери, — Чон становится на колени и держит дрожащие руки Юны, которая и слова сказать не может. — У меня нет кольца, но не думаю, что сейчас это самое важное. — Дорогой? — посмотрела на мужа госпожа Мин, а тот, тяжело вздохнув, заявил: — Я поговорю с Сон Джино про расторжение брачного контракта.       Родители покинули зал, ссылаясь на то, что уже ночь и пора спать, но сейчас им не до сна: сейчас стоит всё обсудить и позвонить господину Чону. Надо всё тщательно обговорить. — Ты дурак? — наконец вспомнила, как говорить, Юна. — Нет, жёнушка, — счастливый, как ребёнок, заявляет Чон. Юнги тоже засмеялся от его слов. — Чонгук, спасибо, но ты дурак. Скорее откажись от своих слов и вали на все четыре стороны! — Не собираюсь, — фыркнул брюнет. — Так, давайте без семейных разборок, — засмеялся Юнги и поспешил уйти, оставив «супругов» наедине. Юна долго сверлила взглядом Чона, пока он не сорвался: — Ну что? — Что «что»? Зачем ты это сделал? — Просто, хочу помочь тебе. Ты можешь быть мне благодарна? — рассердился брюнет. — Чонгук, — ласково пролепетала она и взяла парня за руки. — Спасибо. Я правда бы хотела стать твоей женой, родить тебе детей. Да, я люблю тебя. Но мы знаем, что ты не любишь меня. Не порть себе жизнь. Ты слишком хороший, чтобы страдать. — Юна, — пытался вставить своё слово парень, но девушку понесло: — Мы можем жить в свободном браке. Каждый сам по себе. Ты, наверное, на это и рассчитывал. Думал, поможешь мне, и будешь гулять направо и налево, но я так не смогу. Мне лучше жить под гнётом господина Сону, чем ждать, пока ты вернёшься от своих баб. Пусть этот извращенец сделает мне больно, но лучше физическая боль, чем моральная, которая будет убивать меня не переставая, а если я стану твоей женой, — Юна и сама не заметила, как на половине своего монолога из её глаз хлынули слёзы. — Просто позволь помочь тебе, — не в силах сказать ещё что-то, Чон ушёл, напоследок кинув: — Ложись спать, поздно уже. *тот же день в доме Кима* — Тэ-тэ, как ты? — девушка заботливо гладила его по волосам. — Отвали, — буркнул он. — Не говори так с моей матерью, — ворвался в комнату младший Ким. — Ты тоже отвали, — всё также безжизненно говорил Тэхён, сверля взглядом потолок. — Тэхён, мы твоя семья, — грустно вздохнула девушка. — Вы не моя семья, — покачал головой Тэ.       Парню порядком поднадоело их присутствие в комнате, и он вышел. Вышел из своей комнаты и направился на кухню. — Что? Кусок в горло не лезет? — появился рядом старший Ким. — Как только ты появился, аппетит тут же исчез, — вздохнул Тэхён и отбросил палочки, которыми так и не коснулся еды. — Милый мой сынок, я совсем не заметил, как ты вырос, — грустно вздохнул мужчина. — Жаль, что ты таишь столько злобы ко мне. Очень жаль. Неужели даже спустя 10 лет ты не можешь понять меня? — Не могу. — Скажи, ты любил? — Да, одну женщину, но она выглядела молодо и все считали нас братом и сестрой. Теперь она лежит под землёй из-за тебя. — Я не убивал твою мать, — махал головой мужчина. — Только ты так считаешь. Ты убил её ещё раньше своими словами и действиями. Я больше не хочу об этом говорить! — Хорошо, как дела в компании? — Твоими молитвами, — саркастично протянул шатен. — Тэхён, айщ! — взорвался мужчина. Только сейчас парень мог заметить, что тот уже успел выпить. — Я хочу наладить с тобой отношения. Разве мы можем жить в одном доме, когда между нами миллионы километров? — Тебя на поэзию потянуло? Романтик ты мой. Хорошо, давай наладим отношения, только у меня вопрос: скажи мне, зачем ты бросил маму с двумя детьми и ушёл к молодой шалаве? — Она моя жена, Тэхён. У нас с ней есть сын. Она добра к тебе, каждый вечер о тебе говорит, переживает, а ты растаптываешь её, как ничтожество. Я бы на её месте тебе давно врезал.       Парню порядком поднадоел этот разговор. Только не сегодня, только не сейчас. Ему сложно слушать его слова. Что бы он не сказал, в его глазах он будет отбросом, вряд ли что-то можно изменить. — Ты не ответил на мой вопрос, — грозно глядя на отца, сказал Тэхён. — Хочешь знать? Хорошо. Твоя мать скрывала от вас с Джином всю правду, всю жизнь мною помыкала, но теперь она не сможет мне помешать. — По известной причине, — Тэхён сильно сжал кулаки, но продолжил слушать отца. — Ты знаешь, как мы поженились? Любовь — выдумывала она вам сказки перед сном. Деньги — скажу тебе сейчас я. Родители насильно нас женили и соединили две компании в одну могущественную, которой я должен был управлять. Но мы не любили друг друга, я уж точно. Вскоре, я встретил Джохи и моя жизнь изменилась. Я почувствовал себя малолетним засранцем. Она даже не знала, что я женат, а когда узнала, то избегала меня, даже хотела уехать, если бы не узнала, что была беременна. Это было последней каплей, я забил на всё, что связывало меня с твоей матерью, ужасной и властной женщиной, и предложил Джохи стать моей женой. — Не смей так говорить о моей матери. — Да-да, твоя мать прекрасная и успешная бизнес-леди. Я предлагал ей: вы остаётесь жить в нашем доме, а я ухожу. Каждый месяц я бы высылал вам деньги, вы бы ни в чём не нуждались. Но она подняла кипишь и снова разделила компанию на две. И кому она сделала лучше? — Какой бы она не была в твоих глазах, она моя мать, выражайся в пределах разумного. Мне плевать, кто она для тебя, для меня она самая из самых, — сцепив зубы, прошипел Тэхён. — Я знаю, чего ты хочешь. Забрать у меня компанию и снова объединить их в одну. Я не позволю загубить тебе её, это теперь моё дело. — Если бы ты умел любить, ты бы меня понял. Видимо, это тебе передалось от матери.       Дальше слов отца парень уже не слушал. Он, как бездумная машина, подошёл отцу и ударил его по лицу. — Дорогой, — появилась в проёме молодая госпожа Ким. — Тэхён, ты с ума сошёл?! — Папа, — чуть не плача, закричал Тэхи. — Братик, ты ударил его? — Ты же злился, когда я обидел твою маму, так и злюсь, когда обижают мою маму, — спокойно ответил шатен.       Как бы он не ненавидел отца и не презирал Джохи, малого он любил. Нянчился с ним с первых его лет жизни, позволяя больше, чем родители. Мелкий тоже его любил, но часто обижался на него по известным причинам. — Ничего, — поднялся на ноги старший Ким. — Тэхён, я рассказал тебе то, что чувствую. Теперь твоя очередь. — Я плохо себя чувствую, я пойду в свою комнату, — ответил Тэхён. — Джохи, — он специально обращался к ней неуважительно, как к подружке, чтобы показать как недолюбливает, а ещё, она была и не намного старше. — Не приходи ко мне больше, ты меня раздражаешь. — Тэхён, — в один голос закричали отец и Техи, но девушка, женщиной её язык назвать не поворачивается, успокоила их и сквозь пелену слёз кивнула Тэхёну. — Скоро Джин приедет, — единственное, что могла сказать она. — Пусть сразу зайдёт ко мне.       Парень закрылся на все замки и улёгся на кровать. Он себя и вправду плохо чувствовал после вчерашней гулянки с Чонгуком. Ему ужасно больно, только внутри. Алкоголь не помогает, таблетки тоже. Он не знает, чем себе помочь и что делать.       В его голове вертелись слова отца. Тэхён поверил в них, он знал свою мать как никто другой; знал, какой она могла быть. Только не с ним, он был любимым сыночком. Джин рано покинул их дом и только маленький Тэхён был бальзамом на душе женщины. Она мечтала, что женит его на самой красивой девушке города, у них родятся дети, её внуки, что она будет также их любить и баловать. Но один день изменил всё. Какой-то придурок выскочил на встречную полосу и создал аварийную ситуацию. Госпожа Ким не успела среагировать и впечаталась в иномарку. Ирония судьбы: водитель, виновный во всём, выжил, а женщина, которая ехала по трассе, соблюдая все правила, погибла.       Тэхён знал, что уже бессмысленно обвинять в чём-то отца и не хотел этого. Давно не хотел, но только это помогало не сойти ему с ума. Он срывался на нём и на его молоденькой жене. Когда-нибудь, он перестанет это делать, когда не будет под опекой отца, когда станет совершеннолетним и свалит из этого дома. Он будет лишь иногда навещать свою «семью», дарить мелкому дорогие подарки. Наконец, будет любить их на расстоянии. — Открой, — стучался в двери парень, на вид ему ~25 лет. — Выбей с ноги, мне лень вставать. — Я же серьёзно выбью, — послышался красивый голос, в котором Тэхён узнал своего старшего брата. — Айщ, — шикнул он и поднял свою попу, чтобы открыть братцу дверь.       Не часто они видятся, а если быть точнее, то в этом году — первый раз. Джин открыл свою сеть ресторанов без помощи кого-либо. Отец им гордится, но в жизнь не лезет. А сам парень лишь иногда присылает подарки мелкому и Джохи. — Как ты? — заботливо спросил старший, когда вошёл в комнату брата. — Не знаю. Уже год прошёл, а я не могу привыкнуть, что её нет. Кажется, вот-вот позвонит и наорёт, что я утром не поел, — вздохнул Тэ. — Я понимаю, — обнял брата Джин. — Как ты вообще? Как в этом доме живётся? — Дай подумать, — отошёл от старшего Тэхён. — Отвратительно, нет-нет, ужасно, что ли, вот что-то между этим. — Ты как всегда, — улыбнулся Джин, и потрепал младшего по голове.       Эта привычка осталась с детства, когда Джин был ещё выше младшего. Сейчас же они одного роста. — Прости, — выдохнул Джин. — Я бы забрал тебя, но ты знаешь, что это невозможно. — Да, знаю. Я бы и не уехал. На кого мне, по-твоему, компанию бросить? — На отца, — предложил старший. — Хватит тебе с ней мучиться, отдай ему и забей. У тебя учёба. — Эта компания — мой последний глоток свободы. Я могу не просить у отца деньги, не унижаться лишний раз. Могу вечерами гулять, а говорить что в офисе. Да и секретарь Пак очень хороший и выполняет все мои просьбы. Я не жалуюсь. — Ясно, как ты? Девушку нашёл? — Почему все, кто старше, постоянно задают мне этот вопрос? — Ну, мне интересно, появилась ли та, которая захомутала сердце моего братишки. — А если его нет? — тихо спросил Тэхён, скорее, у себя. — Что? — не расслышал Джин. — Что, если внутри пусто? — так же тихо, будто у себя, спросил младший. — Всё хорошо? Ты уже сам с собой разговариваешь? — взволнованно спросил Джин. — Всё хорошо, — успокоил старшего Тэхён.       Телефон в руках Тэхёна зазвонил, но лишь на секунду, вскоре вызов сбросили. На экране он заметил мелькнувшую фотографию Аиды, ту самую, где он пририсовал ей усы. — И чего она позвонила? Ошиблась? — Кто она? — Не важно. — Она, наверное, хочет, чтобы ты перезвонил. Может что-то случилось? — Ага, это не я ли разбежался перезванивать? Когда это я девушкам первым звонил? — Вот же упрямый. В кого ты такой?       Парни спустились вниз, где уже накрыли стол и все были готовы ужинать. Вся семья собралась за столом, разве не здорово? Джин, как всегда, мило поприветствовал Джохи и отца и сел за стол. Тэхён немного пробурчал, что не хочет есть, но злой взгляд отца будто заставил его сесть. У него и вправду не было аппетита, хоть он весь день и не ел. Перебирая в тарелке еду, просто нещадно превращая всё в кашу, он вспомнил об Аиде. Она бы, наверное, убила его за такое обращение с едой. Возможно даже набросилась на мясо, которое так аппетитно стояло в центре стола и манило запахом. А потом вынесли бы торт, но она и носом бы не повела, пока бы не доела жареную свинину.       От этих мыслей парню стало смешно, он не сдержал смешок, но вскоре смог успокоиться. Потом в голове пробежались мысли, что он задолжал ей ужин и самое дорогое блюдо. Решил, что надо отдавать долги.       Телефон, который лежал на столе рядом с парнем, снова зазвонил. На экране засветилась та же смешная фотография, от которой Тэхёну стало ещё смешней. — Ал­ло, — сказал парень.       Он так и не сделал всем одолжение и не встал из-за стола. Поэтому, голос его был спокойным и довольно тихим. — Тэ­хён? — А кто ещё, — спросил Тэхён, в который раз подмечая для себя странность девушки. — Тэ­хён… — про­шеп­та­ла она. — Тэ­хён, — в этот раз её голос дрожал.       Парню стало не по себе. Только сейчас он заметил, что она назвала его не Ким Тэхён, а просто по имени. Внутри у него всё перевернулось, стало так непривычно и, в какой-то мере, приятно. Но её голос был, на удивление, тихим и дрожал, это его напрягло. — Всё хорошо? — Тэ­хён, пожалуйста…спаси меня… — также тихо проговорила она, а внутри парня рухнул мир. — Ты где? — он подорвался из-за стола и начал бежать к двери, попутно натягивая куртку. — Перекрёсток Синдеул, прямо за домом, в котором магазин с выпечкой, — также шептала она, потому что это единственно, на что хватало сил. — Что случилось? — выбежав из дома, он начал бежать к машине.       Тэхён ещё не знал, что произошло, но ему казалось, что случилось что-то страшное. Он очень надеялся, что это не так. — На меня напали, — коротко отвечает девушка и теряет сознание. — В смысле? Аида! — громко говорит Тэхён. — Аида, твою мать! — Ты куда? — выбежал за братом Джин. — Мне надо ехать, — коротко кидает шатен и садится в свою машину. — Что-то случилось? — ответа не последовало. — Я с тобой, — говорит старший и садится на переднее сиденье.       Со всей силы вжимая педаль газа в пол, Тэхён боялся, что она отпадёт, но ему было плевать. Сейчас девушка лежит избитая, в тёмном переулке, на таком морозе, а район не самый нормальный. Это выводило парня из колеи. — Тэхён, ты слишком гонишь, — возмущался Джин, но его слова пропустили мимо ушей.       Через время они были на месте. Парень тут же выбежал из машины и начал рыскать по переулку в поисках знакомой фигуры. В конце дома он заметил столпотворение и начал бежать туда. Двое мальчиков-подростков смотрели с ужасом на Аиду в луже крови, и от шока не могли пошевелиться. — Аида, — на выдохе шепчет Тэхён и наклоняется к ней. Пульс, первым делом, он прощупывает ей пульс. Он слабый, но девушка жива. — Она будет жить? — обеспокоенно спрашивает один из мальчиков. — Да, — коротко кидает Ким, и поднимает девушку на руки. — Кто это? — спрашивает Джин, который только вышел из машины. — Садись за руль! — Но я не брал права… — Скорее! Ты не видишь, в каком она состоянии?! — Понял, — кивнул головой старший и умастился на водительское место. Тэхён, с девушкой на руках, сел на заднее сидение, и машина тронулась. Он устроил её голову на коленях и кричал на брата за то, что он медленно ехал. — Тэхён? — спрашивает девушка, но не открывает глаза. — Да, — отвечает он. — Прости. Я знаю, что сегодня за день. Прости… — она схватила его за руку и сильно её сжала. — Ты совсем уже?! — еле сдерживался парень, чтобы не кричать.

***

      Прошло уже много времени: часа три, после того, как они приехали в больницу. Джин сразу уехал домой, чтобы объяснить ситуацию семье Ким, которая была зла на Тэхёна за то, что он убежал с семейного ужина. А сам парень не мог себя заставить поехать домой даже после операции.       Внутреннее кровотечение. Ещё полчаса и было бы сложно спасти девушку. Но всё обошлось. Ей сильно перепало. Органы очень повреждены и только на губе маленькая ссадина.       Бывший одноклассник Джина — шишка в этой больнице. Им сразу предоставили VIP-палату. Никто не орал на весь коридор, не было надоедливых соседей. Парень был рад, что она спокойно отдохнёт, да и уход за больным в этой палате был на другом уровне.       Свет был приглушён и лишь немного, совсем плохо, освещал палату. За окном шатались деревья из-за сильного ветра. Было шумно, но девушка не спешила просыпаться, что пугало шатена. А её телефон трезвонил и сводил Кима с ума. Поэтому, раз на пятый, он решил принять вызов от Юны. Как только он поднял трубку, то девушка сразу начала свой монолог, а Тэхён не мог вставить и слова. — …вот так. Вот за что мне такая жизнь?! Ещё этот гад Чонгук! — Да нет, Чонгук — красавчик, — наконец сказал Тэхён, выслушав историю Юны.       Что же, вся ситуация подняла ему настроение. А мысли у него были только о том, как поскорее рассказать это Аиде, когда она очнётся. Ой, нуна, наверное, будет рада, что её мелкий женится. — Тэхён? — Я, — ответил парень. — Где Аида? Вы что, вместе? — Тут такое дело. Она в больнице. На неё напали. — Что?! — запищала девушка. — В какой? Я еду! — Юна, успокойся, она спит. — Скинь мне адрес! — кричала девушка. — Она спит. Я скину адрес, только приедешь завтра утром. Договорились? — Хорошо. Ты будешь с ней? — Да. — Тогда завтра мне всё расскажешь. Если что с ней случится, сразу набери меня, понял? — Угу, — согласился он, и отключился.       Парень положил телефон на тумбочку, где лежали ключи. Это все вещи, что нашли при ней. Пока стоял рядом, обратил внимание на неё. Реснички подрагивали, а губы что-то шептали, беззвучно. — Такая милая, когда спишь… — А когда не сплю, не милая? — тихо спросила девушка и, не обращая внимание на боль, улыбнулась. — Как ты? — присел к ней на кровать парень. — Уже лучше, — еле открыв глаза, сказала она. — Хорошо, раз тебе лучше я могу кричать? — Что? — не поняла девушка. — Ты дура?! Какая девушка лазит ночью по переулкам? ТЫ СЕБЯ ХАЛКОМ ВОЗОМНИЛА?! — Не злись и не ори, у меня только уши не болят, но сейчас они начнут болеть. Ты этого добиваешься? — девушка схватила его руку, чтобы он перестал ей махать. — Ты переживаешь? — Да. Я ведь обещал тебе ужин. А если бы ты умерла, то преследовала бы меня в кошмарах, — спокойно заявил Ким, а девушка засмеялась. — Спасибо, — тихо шепчет она и тянет Тэхёна за руку на себя. — Я не знаю, как мне тебя отблагодарить, — она обняла парня. — Мне ещё так страшно, но когда ты рядом, то мне спокойно. — Тогда я буду рядом, — говорит он, и ложится рядом. — Нам ведь не впервой вместе спать?