Часть 2.
1 декабря 2017 г., 08:08
Диппер садится за стол, цепляя лейкопластыри на раны на руках. Очень больно упал с лестницы. Телефон вибрирует, оповещая, что время уже семь утра, пора будить Мэйбл и Венди. Он выходит из комнаты, аккуратно поднимается по лестнице, стучит в дверь.
— Диппер? Входи. – слышится голос Мэйбл.
— Мэйбл! Что случилось?! – Диппер видит измученное состояние обеих девушек и хватается за голову.
— Шепот....мы слышали его ночью. Мы не спали. – говорит Венди.
— Я тоже его слышал... – он садится на кровать Венди, смотря на девушек.
— Что он говорил, Диппер? – спрашивает сестрица, обеспокоенно смотря на брата.
— Он сказал, что я умру. А ещё сказал, что я увижу, как умрет вся моя семья. – Диппера передёрнуло от воспоминания. Он вспомнил тот голос, так леденящий кровь в венах. Вспомнил и что-то заставило встать и сесть рядом с сестрой и подругой. Вместе не так страшно.
— Странно. Что он говорил нам, Венди? Ты помнишь?
— Он сказал...что мы долго не будем жить, что мы всего лишь глупые мешки с костями. – Венди склонила голову, слёзы сами потекли по щекам обеих девочек.
— Нужно держаться вместе. Я принесу свои вещи в эту комнату. Венди, ты будешь жить с нами. Сейчас нельзя покидать хижину, это единственное безопасное место. Позвоните Зусу, скажите ему, чтобы не высовывался из дома. – дал указания Пайнс и вышел из комнаты.
Если кто-то погибнет, то он себе этого не простит. Все стали настолько родными, что он не перенесет смерть близких.
Дипперу кажется, что он скоро сойдёт с ума. Билл преследует его везде. Этот шепот, кучу глаз в зеркале, меняет картины на своё обличье и говорит всякую чушь. Что же делать? Как же от него избавиться?
Ночью, Диппер выходит на улицу, чтобы удостовериться, что всё тихо. Но где были его мозги в тот момент, не знает даже дядя Форд.
Прижатый к дереву Диппер, не может пошевелиться, смотрит глазами испуганной лани и тихо поскуливает, ибо рука, закрывшая ему рот очень мешает издавать какие либо звуки.
— Ну, вот мы и встретились, Сосенка. – и смех. Ледяной такой. И чувство, что сердце сейчас остановится, потому что страшно. Так страшно, как ещё никогда не было.
— Ну-ну, чего же ты дрожишь? Я же не убиваю тебя...пока что. – Билл делает наигранно грустную моську, шмыгает носом.
У Диппера слёзы ручьём льются, дрожь не может никак унять. Страшно. Реально до ужаса страшно.
— Какой же ты хороший и послушный... – опять смеётся, — ох, Сосна, за тобой я наблюдал больше всех! Быть по-детски невинным в свои шестнадцать – заслуживает уважения, Дипперчик. – слащаво тянет Билл. — Так и хочется тебя испортить, – хищно скалится Сайфер, — но к сожалению, мы сейчас не об этом! Я просто хотел предупредить тебя, чтобы потом это не было новостью. Ты должен выбрать. Ты или твоя семья? – он убирает ладонь со рта.
— Что? – испуганно спрашивает Пайнс.
— Я повторяю. Ты или твоя семья? – Билл начинает злиться.
— Если ты хочешь кого то убить, то убей меня.
— То есть ты выбираешь себя? – Диппер молчит, вытирает одной рукой заплаканные глаза.
— Ну что ж, молчание – знак согласия. Я скоро вернусь, малыш. Не скучай. – последние слова Билл шепчет на ухо, опаляя нежную кожу горячим дыханием, и испаряется, а Диппер падает на землю.
Последние два дня Диппер сидит на успокоительном, все время дрожит и вообще не спит.
— Он придет...он придет за мной....– Мэйбл уже кажется, что брат сошёл с ума, но она хорошо понимает, что от такого каждый может стать сумасшедшим.
— Ни за кем он не придёт. Успокойся, Диппер. Все будет хорошо.
— Что, Мэйбл, что может быть хорошо?
— Ничего...– она прикусывает губу и понуро опускает голову.
Ночью Диппер наконец-то смог заснуть, но снилась всякая хрень, поэтому сон был недолгий.
Наутро Пайнс не обнаружил в доме ни сестры, ни подруги. Ледяной пот окатил с ног до головы, ноги дрожат и подкашиваются.
— М-Мэйбл...ты тут? Венди? – парень заглядывает во все комнаты но не может никого найти. Осталась лишь комната Мэйбл, в которой она жила на прошлых летних каникулах, когда приезжала без брата. Диппер надеется, что они там.
Он открывает дверь, проходит в комнату и ужасается от увиденного. Тело сестры изорвано в клочья, кровь повсюду. Диппер даже чувствует, как бледнеет, кровь в жилах как будто застывает, леденеет. Сестра была изуродована, глазницы пустые, местами виднелись белые кости и следы от ножа. Диппер на ватных ногах подошёл ближе. Внутренних органов не было, как и глаз. Дыхание сбитое, ноги совсем не держат, слёзы скатываются, падая на постель. Он переводит взгляд на стоящий рядом стул и видит рыжеволосую. На ней нет ни одного живого места. Глазницы пугали своей глубокой чернотой, а кости контрастировали с кровью. Пайнс падает на колени, открывая рот в немом крике. Больно. Очень больно, эта боль распирает изнутри, ломая грудную клетку и разрывая кожу. Боль не физическая, а моральная, но вот от этого мало что меняется. Диппер сидит в луже крови, смотря на лежащий рядом нож.
— Этого н-не может быть... Просто не может..
По комнате разносится тот самый зловещий смех и перепонки как будто лопаются. Он смеётся долго, показывая, что для него ничего не стоит убить кого-то.
— Ну что, Сосна, это может случиться, если ты попытаешься сбежать. На самом деле они живы. Это иллюзия, мальчик мой. Простой сон. Помнишь про тот вопрос?
Диппер ничего не понимает, лишь кивает, продолжая плакать, размазывая руками слезы по лицу.
— Так вот. Я хочу дождаться твоих безмозглых дядюшек, а уж потом поиграем. – и снова смеется, а Диппер просыпается, резко вставая с кровати.
Замечает, что вся подушка в крови, берет телефон, смотрит на своё отражение. Опять кровь из носа. Такого не было с тринадцати лет. Странно. Он быстро бежит на чердак и облегчённо выдыхает. Они на месте, живы и здоровы.
