Рождественский календарь Наруто. Каждый раз, как в первый раз.

Когда Наруто проснулся утром и сообщил Саске (по его настоянию, между прочим) о тематике этого дня, то увидел лишь как глаза закатились в скептической манере. Трясясь в метро и предпринимая тщетные попытки уснуть, он пытался вспомнить, куда дел всё то, что в том году висело при входе в подъезд. Перед выходом он заглянул в кладовую, окинул взглядом, и не узнал среди коробок той, где торчала бы цветастая мишура или ветвь искусственной ели. В итоге, попросив у методистов десяток листов белой бумаги и ножницы (хорошо, что молодые девушки и природная обаятельность сошлись в одном месте подобно звёздам), сидя на последних рядах, Наруто вырезал кружевные снежинки. Расправлять их приходилось между страниц блочной тетради. Достаточно тяжелая и бесполезная. «Ты сегодня рано?» — пришедшее сообщение от Саске как раз застало за кропотливой работой. Одолженные маникюрные ножницы оказались не слишком удобными для неуклюжих пальцев. «Досижу до последней пары», — ответил Наруто, понимая, что придется еще заехать в магазин и купить самых простых гирлянд. Елки может и не быть, но вот настроение — просто обязано. Мишура торчала из пакета-майки в разные стороны. Наруто придержал плечом дверь, только теперь замечая, что в подъезде было уж как-то излишне людно. На стремянке прямо над рядом почтовых ящиков стояла девушка, имени которой он не знал. Она крепила пушистый венок на клейкую ленту, зажав в руках ножницы. Наруто не знал ее, может и видел… как и мужчину с снежным комом из старой ваты. Он ждал своей очереди, чтобы подойти к установленной на подставке елке. Чуть ближе к лифтам — вверх по лестнице с обмотанными мишурой перилами, стоял и Саске. У ног стояла коробка, а в руках пузатая чашка с цветком. Он мягко улыбался, выслушивая престарелую женщину, устроившуюся на стуле. Наруто прищурился. Точно, кажется она угощала их выпечкой в том году. Морозный воздух, ворвавшийся сквозь приоткрытую дверь морозный воздух, заставил всех обернуться и наконец заметить замершего на пороге Наруто. Он даже не знал что сказать, с трудом признавая в большинстве людей соседей. Да, их было всего шестеро, но… это уже больше, чем в прошлом году. — Наруто, — произнес Саске, тут же привлекая к себе внимание. Он улыбался. Уверенно и тепло. Внутри потеплело: расплавилось смятение, охватившее Наруто на пороге в подъезд. Сделав шаг внутрь, он поставил на пол пакет (тот тут же завалился на бок, выплескивая разноцветный дождик и мишуру) и широко улыбнулся, приветствуя знакомых «незнакомых людей». — Очень приятно, — раздалось сначала со стремянки, а потом разными голосами и нескладно с других сторон. Узумаки потер нос, а Саске слабо кивнул, как бы отвечая на незаданный вопрос. В этот раз именно он решил взять на себя организацию. А возвращавшиеся домой соседи, вспоминая прошлогодний уют, быстро собрали по мелочи и предложили свою помощь. Саске вложил в замерзшие руки пузатую кружку. Наруто не переставал смотреть на парня, поднося старинную керамику к губам. Загорелась, замигала гирлянда, приглашая рождественский дух. Теплый и сладкий чай мягко стекал внутрь. — Ох, кажется пора, — спохватилась старушка, и шаркая домашними тапочками поспешила к приоткрытой двери. Скрипнули старые петли. В подъезде запахло горячей сдобой.