Связь

-…Я здесь. Тор изумленно приоткрыл рот и от неожиданности сделал шаг назад. Рот стоящего напротив изогнулся в горькой усмешке. -Я всегда был здесь, Тор. Рядом с тобой. Как брат, как враг, предатель… Я всегда оставался в поле твоего зрения. Как тень, как маяк, я был рядом. Но я устал, Тор. Я очень устал. И ухожу. Ухожу и больше не буду ни помогать, ни бередить раны. Я прощаюсь с тобой, Тор, сын Одина, Тор - Царь Асгарда. И … прощаю тебя за всё. Прощаю и дарую своё божественное благословение. Ты не был мне братом по крови и не стал мне братом по духу. Но братом был тебе Я. Прощай, мой брат… Сильнейшая иллюзия Локи растворилась подобно туману. Он ушёл. Ушёл навсегда. Исчез, умер для этого мира. Тор молча сжал кулаки. *** Локи всегда знал, что не такой как все. Нет, осознавать, принимать и пользоваться этим он стал много позже. Он видел больше, понимал больше, чем другие. Вот и сейчас, едва обосновавшись в другом мире, иной реальности, он стал видеть то, чего бы никогда не желал видеть. Он видел связи. Весь мир для него был опутан бесцветными нитями, но он различал каждую из них, видел, что она несла, от кого шла и к кому тянулась. А он сам... На собственное отражение - худое, бледное с нетипичными, цвета не голубого неба, а весенней листвы глазами, тёмные, словно пропитанные тьмой волосы. И связи. Если раньше эти глупые нити тянулись во все стороны, в попытке ухватиться хоть за что-нибудь, то сейчас они висели обвисшей паутиной, жалкие, короткие, он становился похожим на ёжика. И сердце его, едва опустев, снова наполнялось ненавистью и отвращением к собственному существованию. Локи - Бог Обмана. Бог хитрости, проделок и шалостей. И он всегда, ВСЕГДА видел ложь... Не лгите о любви, лучше лгите о ненависти... А теперь прекращаем себя жалеть и улыбаемся, улыбаемся! Никому нет дела до твоих переживаний. -Вы хотите вступить в наши ряды?- от сидящего напротив мужчины за милю тянуло фальшью, а приторная улыбка бесила даже Локи. Не умеешь притворяться, не берись! Твоё истинное лицо видно каждому второму! С губ невольно сорвалось змеиное шипение. -О, не нужно нервничать. Понимаю, такой душевный трепет... Душевный что?! Ты, жалкий!.. -Довольно,- царственный жест, и оппонент изумлённо затыкается.- Так меня принимают или нет? ... Хотя первоначальная идея банально вырезать верхушку и захватить власть теперь не кажется такой уж банальной и избитой. Наоборот - заманчивой. -Мы ещё не видели способностей... Способности. Весьма обтекаемое слово для его силы. Но, пожалуй, демонстрация чего-то средненького вполне сгодиться для этого отброса. Иллюзорный двойник беззвучно приставил кинжал к шее "работодателя", в то время как тёмная змея оплелась вокруг запястья Локи. -Вах. Иллюзия? Нематериальная?- арлекин небрежно махнул рукой, прошедшей сквозь двойника. -Зато оружие - вполне,- ответил клон, и по горлу мужчины скатилась капелька крови. -Всё, всё, ты принят! Так как, ты говоришь, тебя зовут? -Локи Лафейсон. -Ага, ага. Короче, Локи, пойдёшь замом к Акутагаве, есть у нас тут такой. В общем, как найдёшь, скажи, что ты от меня. Если успеешь, конечно. У него нрав крутой, может и насадить на кол лишний раз. Ну, пока-по... Локи уже исчез в вихре зелёных искр. Спустя пару мгновений мрачно хлопнула дверь. И нет, ни у кого мурашки по коже не шли от взгляда ледяных зелёных глаз. И предчувствия перемен тоже не возникло. Локи тщательно всматривался в бродящих по зданию мафиози, ища того, с кем временно будет вынужден сотрудничать. Удивительно, что его сразу отправили к не самой мелкой пешке. Хотя... Он ушёл глубоко в себя и свои мысли, когда почувствовал, как все его нити болезненно натянулись. Нет-нет-нет! Ни за что! Локи, всё ещё под покровом невидимости, как привязанный, шёл за человеком, к которому его тянули нити. Немного ниже его человеческой ипостаси, худощавый, бледный... И красивый. Такой красивый, что нити, эти глупые нити, короткие, оборванные, растрепавшиеся - тянулись к нему и пытались сплестись с тёмными, тёплыми канатами, окружавшими его тело. Такие манящие и уютные, они тоже старались зацепиться за что-то, опутать собою, подарить защиту. Обрести смысл. Человек запнулся на полушаге и стремительно обернулся, вглядываясь куда-то вглубь Локи тёмными как грозовое небо глазами. -Кто ты? Локи невольно дёрнулся, но его руки так и оставались полупрозрачными для его же глаз, что значило - никто другой его не видит. -Выходи, я тебя слышу. Он не мог, не мог! Никто никогда не слышал, ни одно животное, ни один ас или человек, никто иной не слышал шагов Локи и не чувствовал его присутствия, если он сам того не хотел. Тёмный длинный плащ за спиной парня вытянулся угрожающими шипами и ринулся навстречу Локи. Отверженный бог просто сделал шаг в сторону, уходя с линии атаки. ... Чтобы тут же оказаться опутанным с ног до головы чёрными лентами - лентами силы и лентами связей... Кажется он закричал, потому что незнакомец, приблизившийся было, прибавил шаг, стремительно оказываясь рядом. Иллюзия спала, но Локи было на это плевать, он кричал, пытаясь не дать этим нитям прорваться внутрь, он царапал отросшими когтями грудь, пытаясь выдрать из себя уже вросшие связи. Он кричал, из глаз текли слёзы отчаяния. Только не снова! Больше нет сил терпеть эту боль, ненужные чувства! -Нет-нет-НЕТ, я не хочу, НЕТ! Наверно, со стороны он выглядел совсем жалко, если лицо незнакомца исказила такая странная гримаса. Валяющийся у него в ногах незнакомец захлёбывался криком, переходящим в дикий животный вой, драл когтями собственную плоть, не обращая внимания на повисшую лоскутами кожу. Словно пытаясь вырвать собственное сердце... -Прекрати! Голос, пропитанный холодом, оборвал душераздирающий крик, хотя у его обладателя тряслись спрятанные в карманы руки. Незнакомец поднял на него больной, обиженный взгляд. Как пнутый под мягкий живот щенок. Трясущимися руками поправил разорванную на груди рубашку, совсем не обращая внимания на текущую кровь. Поднялся и ушёл... бы. Если бы его всё ещё крепко не стискивали ленты Рашёмона. -Пусти. -Кто ты такой? -Я сказал: отпусти,- в сорванный, хриплый голос вплелись повелительные нотки. Рюноске начал злиться. Рашёмон взвился над незнакомцем и пробил насквозь плечо. Тот даже не дёрнулся, только удивлённо посмотрел на торчащий из его тела чёрный осколок силы. Будто до последнего не верил, что это сможет причинить ему боль. Грустно улыбнулся и пробежался тонкими длинными пальцами по чёрному колу. Увидел на руке собственную же кровь и торопливо, брезгливо, вытер об штаны, будто прикоснулся к чему-то омерзительному. -Сам-то кем будешь? -Акутагава Рюноске. -О, значит это к тебе меня приставили. Тогда приятно познакомиться, я Локи. Рюноске резко выдохнул через зубы, Локи по связи почувствовал его раздражение и снова попытался уйти. -Стой на месте, я думаю. Избавиться от тебя сразу или посмотреть, чего ты стоишь? -Ну попробуй,- по искусанным в кровь губам зазмеилась усмешка. Но Рюноске она почти не разозлила. Она просто была... больной. Будто кровью истекала. Встряхнул головой, несколько ослабляя путы. Напарник, значит? *** Рюноске в большинстве своём было плевать на людей, так же как и им на него. Но этот новенький, Локи... Он был болен, пропитан этой болью, задыхался ею и вместе с тем старался никому её не показать. Не от того, что скрытный, хотя и это тоже. Но эта скрытность, как и у самого Рюноске - не врождённая, приобретённая. От людского безразличия. Чем чаще ты натыкаешься на равнодушие, тем равнодушнее становишься сам. В первую очередь - к самому себе. Именно поэтому Локи прикрывал ему спину привычнее, чем дышал. И не ждал слов благодарности, сразу же отворачивался и прятал глаза, словно в ожидании гадости в ответ на помощь. Именно поэтому Рюноске продолжал кашлять и терпеть жжение в груди, холодными ночами прикидывая, сколько ему осталось. Они почти не разговаривали, Локи вообще говорил с кем угодно, кроме него. Над кем-то он тонко издевался, кому-то равнодушно кивал в приветствии, с Боссом азартно обменивался колкостями. И всё это время - не сводя с Рюноске больных, преданных глаз. И это бесило и злило даже больше его фальшивых улыбок. Поэтому, когда это чудище принесло Рюноске спелое, ярко-жёлтое и одуряюще пахнущее яблоко, тут же схлопотал кулаком в лицо. Даже не дёрнулся и не потёр рефлекторно заалевшую скулу. Ухмылка так и говорила - "я знал, что так и будет". Рюноске, видя это его выражения, почувствовал, как внутри что-то тоскливо сжалось. Яблоко он так и не смог выбросить, хотя и порывался вначале. Локи молча смотрел на него ведьминскими зеленющими глазами. И нет, Рюноске поперхнулся едва надкушенным яблоком вовсе не потому, что по тонким, бледно-розовым губам скользнула случайная, живая улыбка. Грустная, но не исковерканная, как все те суррогаты, которые давил из себя Локи. Кашлять, кстати, Рюноске стал меньше. Наверно, сказывалось то, что он перестал перенапрягаться. А зеленоглазое чудовище повадилось таскать ему яблоки. Ярко-жёлтые, как подсолнухи. *** Новый противник умел управлять погодой, и это очень не нравилось Рюноске, которого многослойные одежды совсем не грели. Разобраться бы с ним поскорее. Губы уже онемели от холода, пальцы утратили чувствительность, его всего трясло. Надрывный кашель нарушил дыхание и поставил на колени. Рюноске задыхался. А потому совсем не обратил внимания, как воздух стал стремительно теплеть, вернулась ранняя осень. Локи появился перед его взором, весь в крови и с обеспокоенным взглядом. Рябило в глазах, сознание плыло, но он упрямо шёл вперёд. И, конечно, не ждал и не хотел, чтобы ему помогли идти или успели подхватить во время падения. Рюноске не видел, как потом Локи метался вокруг его бессознательного тела, не смея даже прикоснуться, пока не догадался использовать свои иллюзии, чтобы переправить напарника в тёплое помещение. Приходил в себя Акутагава тяжело и жарко. В комнате было натоплено так, что дышать было нечем. Стакан с водой оказался тоже тёплым, Рюноске чуть не выплюнул всё от омерзения. Локи, сидящий напротив в кресле, казался ещё более далёким, чем когда они только встретились. Рюноске плохо себя чувствовал, наверно только этим можно объяснить то, что произошло дальше. Он не видел, призывая Рашёмон, как его нити-связи глубже впились Локи в душу, пока чёрные ленты подхватили чужое тело и почти вжали в себя. Локи что-то шипел на незнакомом языке, пытался вырваться, а Рюноске блаженно вздохнул, уткнувшись лицом в обжигающе-холодное плечо. -Хорошо. И заснул. Иллюзия спала, видимо Рашёмон имел силу и подпитываться от противников, потому что вплоть до позднего утра Локи так и не смог скрыть отвратительную синюю кожу и кровавый цвет глаз. Он только надеялся, что его примут за врага и убьют быстро, не разбираясь. Отвращением в чужих глазах он был сыт по горло. Рюноске, едва проснувшись, тут же смерил его удивлённым взглядом. Протёр глаза каким-то нелепым, детским жестом и даже слегка приоткрыл рот, снова нахмурившись. Проследил взглядом более тёмные линии шрамов, затем то же самое проделал пальцем. -То есть ты ещё и так можешь выглядеть. Интересно. И больше ничего, хотя Локи ещё неделю не мог принять нормальный облик и прятался у себя в номере. Акутагава тоже почему-то не спешил уходить, обживаясь в его убежище. И они оба играли в занятную игру: Рюноске касался синей кожи Локи чёрными, мягкими лентами, украдкой, тайком, а Локи делал вид, что не замечал. Только лицо его выдавало с головой - в такие моменты выражение его становилось по-настоящему беззащитным. -Расскажи, почему ты такой? Рюноске редко говорил, но всегда умел бить в самую суть. Локи и рассказал. Всё как есть. И когда в него снова полетели острые ленты Рашёмона, даже прикрыл глаза. Чтобы удивлённо распахнуть их - меняющие цвет с зелёного на багровый. Рюноске несильно треснул его лбом в лоб. -Вот я всегда знал, что что-то в тебе не так. Сердце прошило болью. А "объятия" Рашёмона показались неожиданно тёплыми, почти горячими. -Ты просто ничейный. Как я. Будешь моим? Локи молча протянул Рюноске ярко-жёлтое яблоко. Из ограбленной в последний момент сокровищницы Асгарда. Может быть когда-нибудь, лет эдак через тысячу, Локи и объяснит Рюноске, откуда у него такая продолжительность жизни. А пока усиленно моргаем, ни к чему слёзы, когда всё только начало налаживаться! *** Отчаянный крик эхом разнёсся по пещере. Полуослепший от боли и мучений, он кричал и улыбался. Ещё одно его воплощение, его тень, его душа, он сам - обрел своё место. -Скоро…- шептали изрезанные в лоскуты губы. Лофт... Как известно и у Вечности наступает конец. Однажды он...