Боль сломает кого угодно....

Солнце жаркими лучами освещало землю, а в это время все японские ученики вышли из своих школ и направились по домам. Первый день учёбы окончен, на время можно расслабиться. Куроко тоже хотел сейчас спокойно пойти домой, пообедать, сделать уроки и потренироваться в бросках на баскетбольной площадке, но, увы, ему не суждено всё это выполнить. Сейчас ему приходиться водить свою двоюродную сестру по всем местам их новой школы, так как та ничего не знает о Харикитико. -Здесь, ты можешь увидеть спортивный зал, как раз тут, мы с ребятами и будем тренироваться завтра. Там раздевалка и душевые, кабинет менеджера справа от женского туалета и напротив комната тренера. Скорее всего, тренером будет сам Акаши-кун... -Тецу, тебе нравится с ними играть? – неожиданно спросила Карасури, слегка свесив голову к правому плечу. -С кем? С Поколением? Да. Я обожаю играть с ними в баскетбол. А с чего вдруг такие вопросы Иришира? -Просто вы выглядите такими разными... Не представляю, как вы ладите друг с другом.... -Да, многие люди думают, что мы общаемся только из-за баскетбола, но... Но мы друзья не только на площадке и в обычной жизни тоже. И... это очень весело, играть с ними. -Неужели, ты, наконец, нашёл своё счастье? Играть с ними в баскетбол, это тебе нравится? А если бы на их месте были бы другие ребята? – сказала Карасури, выходя из баскетбольного зала и продвигаясь дальше по аллее. -Знаешь... Я люблю баскетбол как игру. Без баскетбола я не буду чувствовать себя собой. Ребята – это те люди, которым я доверяю, и которые доверяют мне. Я думаю, что будь на их месте другие люди, я продолжил бы играть, но такого удовольствия от игры уже не смог бы получить. Всё просто, Карасури, они мои друзья, в этом нет ничего необычного. -Ага... И давно ты стал увлекаться баскетболом? – усаживаясь на скамейку, поинтересовалась Иришира. -Ну, примерно тогда когда меня забрала семья Рейсов, примерно после смерти... твоей сестры... -Ты не любишь говорить о Юи? Она тебе противна? Знаешь, мне тоже. -Что? Противна?! Конечно же, нет! Я любил её как родную сестру, она была моей лучшей подругой и... -Она умерла. Умерла у тебя на глазах. На твоих глазах, Куроко. Как она может быть тебе не противна? Ведь смерть – это унижение. -Карасури, о чём ты говоришь? Она ведь твоя сестра, родная сестра! Карасури её убили, она не сама умерла... – шёпотом говорил Тецуя. -Это был несчастный случай. Она сама прыгнула под ту фуру, а потом заколола себя осколком стекла. Куроко она хотела умереть. -Карасури, ты не знала её. Твоя сестра была отличным человеком и её убили. Убили. Убили. Я не знаю кто. Я не знаю зачем. Но её убили. Твоя сестра была кем угодно, но не самоубийцей. -Тецу, почему ты постоянно называешь Юи «твоя сестра»? Почему не говоришь её имя? Почему ты... -Карасури, мы не будем продолжать этот разговор, - резко отчеканил Тецуя и встал со скамейки, - Идём, я ещё не показал тебе женский корпус, где ты будешь жить. -Стой. Тецу-кун я не хотела тебя обидеть. Прости меня, я больше не буду говорить о Юи, - сказав это, Иришира улыбнулась самой очаровательной улыбкой, которую только видел свет, но для Куроко она показалась слишком фальшивой, слишком наигранной, слишком притворной... Минут пять брат с сестрой шли в тишине, после чего разговор начала Карасури. -Это очень красивая школа, ты отличный гид, Тецу! Спасибо, за то, что показал окрестности. Можно вопрос? -Конечно, - с усталой улыбкой согласился Куроко. -Почему ты перевёлся? Ты же вроде бы учился в Сейрин и я слышала, что вы победили на соревнованиях, тогда... Зачем ты перевёлся? -Не сошлись характерами с сокомандниками, - Тецуя решил, больше не рассказывать Иришире про своё прошлое. Вроде бы перед ним обычная, красивая, спокойная школьница, которая задала вполне обычный вопрос, но Куроко видел в каждом её движении скрытый подтекст, как было с Ханамией. Распасовщик всё больше и больше стал убеждаться в том, что у девушки есть какой-то план, которому она чётко следует. Обычно Куроко нельзя было назвать параноиком, но сейчас шестое чувство так и вопило, что экскурсию надо бы заканчивать и побыстрее отсюда сматываться. -Не сошлись характерами? Это как? -А зачем тебе это, Карасури? – просил Тецуя, остановившись. -Просто, интересно, как ты жил всё это время, ты же мой брат, всё-таки... -То есть как-то десять лет не вспоминала о моём существовании, а теперь... -Это судьба, Тецу. Судьба. Нам судьбой было уготовано встретиться в этой школе и забыть прошлое, - сказала Иришира, стискивая Тецу в своих объятьях. «Ага, конечно, судьба. Так я и поверил. Зачем тебе весь этот цирк, Карасури? Зачем ты пришла сюда? И зачем вдруг стала вспоминать о Юи?» - думал Куроко. -Да, наверное, ты права. Судьба она такая, очень непредсказуемая, мне ли не знать. Ну что же, это твой корпус, комнату ты получишь на стойке у входа, мне пора домой, пока, - и голубоволосый быстрым шагом направился прочь от своей сестры. -Стой, Тецу... Мы ведь ещё не договорили... Чёрт! *** Следующий день, начался вполне спокойно и без происшествий, что было весьма странно для Поколения Чудес. Аомине встал вовремя и даже сделал домашнюю работу, Кисе не торчал и получаса в ванной, Ацуши не уплетал сладкого, а лишь позавтракал одной шоколадкой. Мидорима выглядел сегодня нормально без странных и необъяснимых талисманов, а Куроко старался быть как можно более заметным и не пугать весь народ. Если тот, кто хорошо знает всех членов Поколения Чудес, услышит о таком необычном поведении, не поверит. А всё дело в том, что Акаши был зол. Нет, не так, Акаши был в ярости. Оказалось, что Дайки каким-то образом вчера успел устроить драку с третьекурсником и получить двойку по химии, каким образом, он это сделал, даже сам Аомине, объяснить не мог. Мурасакибара разбросал по всей школе сладости и уборщик, убрав только половину всего мусора, отказался от дальнейшей работы. Куроко уже окрестили призраком школы и не подходили ближе, чем на три метра к его парте. Тецую по-настоящему боялись. Кисе и Мидорима тоже отличились не лучшим образом. Обо всех их «проступках» Акаши сообщили только сегодня, и тот был мягко сказать, недоволен этим. Весь день ребята вели себя тише воды, ниже травы, даже Момои не лезла к ним. Карасури хотела опять доставать баскетболистов, но не смогла и близко к ним подойти. Акаши был настроен уверенно и жёстко. Сейджуро решил, что сегодня на тренировке будет туго всем. Абсолютно. Всем. Как только прозвенел финальный звонок, оповещающий о конце занятий, все школьники подскочили со своих насиженных мест и ринулись на улицу, на свободу. И только пятеро баскетболистов сидели, не шелохнувшись за своими партами, и ждали свой приговор. Момои и Карасури быстро смылись в баскетбольный зал, решив, что лучше им прибраться там, перед приходом самого Сатаны. -Итак, сегодня вы вели себя ужасно, просто отвратительно. Кисе – четвёрка по астрологии, четвёрка! Я же говорил, если сегодня хоть у кого-то оценки будут ниже пятёрки, пеняйте на себя. Аомине – нагрубил учителю английского языка, докладная от директора, что же Дайки тебе сегодня будет весело. Мидорима – ты не слушал учителя на уроках и вообще вёл себя отвратительно. Как и все остальные. Значит, тренировка вам очень понравится, - и напоследок по-садистски улыбнувшись, Сейджуро покинул класс -Звездец! Что за чёрт! Почему этот коротышка такой садист?! -Тихо, Аомине-чи! У Акаши-чи прекрасный слух, ты и так получишь пятьдесят дополнительных кругов, не делай ещё хуже... -Заткнись, я и сам знаю... -Мидо-чин. Давайте отдадим ему Мидо-чина на растерзание, а сами убежим. Так сказать, принесём в жертву самого надоедливого... -Что?! Мурасакибара, я не ожидал такого. -Мидо-чин, давай... -Стой, Мурасакибара-чи, лучше не продолжай. Твои идеи всегда слишком... слишком необычные. -Но идея с побегом неплохая. -Куроко... -Тецу, он и так из нас фарш хочет сделать, если мы убежим, не могу себе представить, что будет потом... -Почему не можешь? -Цензура не позволяет. -Мурасакибара-чи, ты и правда, хочешь убежать? -Ага. -Тогда, может и правда... -Что вы себе позволяете, кучка балбесов! Какой убежать, я одна отдуваться не собираюсь! Акаши уже весь зал разнёс. Что вы так долго капаетесь, в общем, руки в ноги и пошли! – ворвалась в дверь класса растрёпанная Момои, со струйкой крови из носа. -Момои-чан, у тебя кровь... -А, это... Не волнуйся Тет-кун! Это я когда из зала выбегала, случайно врезалась в дверной косяк... Я думаю, что всё хорошо. -Нет, Момои, лучше сходи ко врачу в мед. кабинет. Тренировку может и Карасури посидеть, а ударом о дверной косяк, можно сотрясение мозга заработать... -Ладно, Мидорин. Тогда, я пошла к врачу. Удачи вам на встрече с дьяволом, - и напоследок хихикнув, Момои пошатываясь, удалилась. -Мне кажется или она ржёт над нами? -Тебе не кажется Аомине-кун, - траурным голосом сказал Куроко, и вся пятёрка направилась к выходу, «на встречу с дьяволом» как выразилась Момои. *** Это день определённо был плох. Куроко чувствовал это с самого начала, но и представить себе не мог, что всё закончится настолько плохо. Акаши был не в настроении. Это ребята знали. Акаши их сейчас ненавидит. И это ребята знали. Да, даже то, что он садист каких ещё поискать надо, они тоже знали. Они не знали одного, Акаши любит прыгать. И вроде бы ничего из этой фразы не навивает страх. Ну, любит Акаши прыгать, что с того? Но если кто-то так думал, он глубоко ошибался. -Начиналось всё вполне спокойно. Стандартные сорок кругов по залу, потом ещё сорок, и ещё сорок, потом пятьдесят... Куроко упал на семидесятом круге, Мурасакибара на девяностом, Кисе и следом за ним Мидорима примерно на сто тридцатых кругах и последним не выдержал Аомине и свалился на середине сто шестидесятого круга. Акаши глядя на толпу мокрых баскетболистов лишь ухмыльнулся и закатил глаза. Дальше последовали отжимания. Схема была примерно такой же, но после сорокового раза, дальше надо было отжиматься с хлопками. Даже Дайки не выдержал эту пытку. У Тецуи создавалось впечатление, что его готовят к армии или даже к отправке на войну, но никак не к баскетбольным соревнованиям. Дальше последовала скакалка. Акаши выполнял все упражнения, и ребята увидели лишь три капельки пота, скатившиеся с него, но по виду тот даже не запыхался. И это бесило. Под конец такой странной «разминки» начались прыжки. Так как зал был большой, то баскетбольных колец висело шесть. То есть два на большой площадке и четыре по бокам зала, для более маленьких площадок. Задача была в том, чтобы выполнить сто пятьдесят прыжков до кольца, после завершения данного задания прыгать надо было только на одной ноге. Сто прыжков на одной и сто на второй, но считались только разы, когда человек допрыгивал до кольца и повисал на нём. Если с первым заданием довольно быстро справились почти все, исключая конечно Куроко, то со вторым кроме Акаши не справился никто. Разминка закончилась тем, что у всех кроме Сейджуро плыли чёрные круги перед глазами и плавали искорки. Император дал десять минут на отдых, пока сам направился в лазарет, узнать, что там с Момои. -Я... Кажется, сдох... Или... -Я не чувствую своего тела. Мидорима-чи, это плохо? -Мне кажется, я что-то себе сломал... Да, Кисе, это плохо. -Мине-чин твоя нога лежит на моём животе... -Да? Я не чувствую. Так что, ничего не могу поделать... Кстати, где Тецу? -Куроко-чи? -...Я.... здесь.... – прохрипел голос, где-то слева от Аомине и тот с размаху ударил в ту сторону рукой, попав Тецуе по ноге, - Больно, Аомине-кун. -Как ты вообще можешь двигаться, Аомине? -Это было моё последнее движение сегодня... -Ребята, я принесла вам воды, - перед баскетболистами внезапно выросла Карасури с пачкой воды. Хотя секунду назад двигаться никто не мог, за водой потянулись все, - Вы так хорошо тренировались. Теперь я понимаю, почему вы лучшая команда в Японии. -Это... была не тренировка, Карасури. Это была настоящая пытка... -Тецу, это ты щас сказал? Голос как у прокуренного бомжа. -Поверь, Аомине-кун, у тебя не лучше, - прохрипел откуда-то Куроко. -Вы всё равно молодцы, - сказала Иришира и с улыбкой ушла. Минут семь никто не сдвигался с места, пока дверь в зал не открылась, и в ней не выросли Акаши и Момои с повязкой на голове. -Встаём, кучка слабаков, нечего паркет портить. Поднимайтесь, сейчас игра будет. -Что?! -Разве тренировка не окончена?! -Акаши-чи... -За что?! -Подъём! – и все без исключения кряхтя и треща косточками, понялись, - У Момои ничего серьёзного, просто синяк и ушиб от удара, так что сейчас она оценит ваше состояние во время игры. Игра шла из рук вон плохо. У всех кроме Акаши мяч вываливался из рук, колени подкашивались, а кости хрустели на весь зал. Аомине запутывался в ногах, Рёта падал лицом в пол, Ацуши пропускал мячи и покачивался, Мидорима вообще старался мяч в руки не брать, а Тецуя занимался избиванием всех на площадке. На пасы сила у Куроко осталась, но чтобы просчитать их точность сил уже не было, поэтому мяч летал под совершенно невозможными траекториями и попадал во всех, даже в Акаши. Матч закончился, но кто выиграл, так и не определили, потому что мячи мог нормально забивать лишь Сейджуро. -Игра была ужасной, да и разминка не лучше. Момои просчитала вашу эффективность. На эти цифры даже смотреть больно, так что я принял решение, что такая тренировка будет у нас каждый день, - все упали. В буквальном смысле, ноги почти никого уже не держали, и сил не осталось ни у кого... Спустя пару минут пятеро баскетболистов уже спали лёжа на полу и не чувствуя своих конечностей. -Акаши, но ведь после такой «разминки», что ты им устроил их показатели в игре довольно неплохие. Я вообще удивлена, что они все выстояли на ногах всю игру. -Сацуки, им нужен спусковой крючок. Пусть привыкают, это теперь их обыденные тренировки. -Ты – демон, - прошептала Момои. -Ты что-то сказала, Сацуки? -Нет-нет, ничего. -Через два часа разбуди их. Сходим в кафе, как в старые времена, я оплачу, - и Сейджуро удалился в свой кабинет. -Ладно, ты милосердный демон, - с лёгкой улыбкой сказала Момои и ушла к Карасури проверять результаты тренировки. *** Два часа прошло. С трудом, но Момои удалось разбудить ребят. В кафе поначалу никто идти не хотел, но с императором не поспоришь, поэтому все двинулись в душ и переодеваться в обычную одежду. Спустя полчаса баскетболисты были готовы. Акаши решил сходить в то же кафе, где они были, только без Куроко и Карасури, то бишь в кафе «Садик». Хоть цены там были и высокие, для Акаши это сущий пустяк. -Акаши-чи, спасибо огромное за еду, но тренировка была ужасной. -Ака-чин, я хочу ещё шоколада. -И молочный коктейль, пожалуйста. -О, а мы с Карасури будем апельсиновый сок! -Уже подружились? – спросил Мидорима у Момои. -А как же! Карасури, ведь сестра Тет-куна, как я могла с ней не подружиться! К тому же Иришира очень добрая и милая! -Вижу энтузиазма тебе не занимать, Момои-чи... -Конечно, не занимать! Она же не проходила эту адскую разминку! -Вообще-то это мы с Акаши её составляли. -То есть ты принимала участие в создании этой адской пытки! -Момои не думал, что ты тоже садистка... -Нет, Мидорин, я не садистка! Я лишь предлагала упражнения, а их количество установил уже сам Акаши, без моего участия! -Так мы тебе и поверили, - фыркнул Дайки. -Вы всегда такие смешные? – спросила Карасури у Момои, на что та, захлопала глазами. -Мы смешные? -Ага, и даже очень... – их диалог прервал писк со стороны Кисе, которого ударил по голове Дайки, за то, что блондин разлил сок, на его журнал с Мей-чан. -Никаких похабных журнальчиков! Дайки! -Это не мой! Это... Мидорима принёс, это его талисман дня! Правда, же Мидорима? -Шинтаро? -Это не... – и тут снайпера хорошенько треснули по ноге пол столом, - Это не правда. -Очкарик! -Дайки! -Дай-чан! -Ки-чин, отдай моё мороженное! Эта атмосфера... Атмосфера дружбы. Её Куроко не переставал чувствовать ни на минуту после прихода Поколения Чудес. И ему это нравилось. Постоянный шум, гам, смех, перепалки - это были составляющие его дня. И его это вполне устраивало. Даже больше, ему это нравилось. Сейчас сидя в этом кафе, он даже забыл про все догадки о Карасури, ведь она как-то быстро влилась в коллектив и ничем сильно не отличалась от остальных. Тецуе теперь стали казаться чушью все догадки по поводу её появления. Ну и что с того, что он учиться с ней в одной школе, он уже оставил прошлое, а сейчас она видимо просто хочет подружиться с ним и с его друзьями. В этом нет ничего необычного. Совсем. *** Из кафе все выходили радостные, сытые и безмерно уставшие. Сейчас они находились за территорией школы, на окраине Токио. Единогласным решением они решили ещё прогуляться чуть-чуть до главной площади и пойти обратно в корпус. Куроко шёл и улыбался собственным мыслям о баскетболе, друзьях, учёбе... Но через пару мгновений голову Куроко пронзила страшная боль. Он почувствовал этот запах... Он запомнил этот запах навсегда... Запах страха. Запах отчаяния. Запах огня. Они шли вперёд, ничего не замечая, а Куроко был готов упасть в обморок. Он всё ещё не научился контролировать себя при виде огня и запахе угарного газа, зато почуять его мог на очень большом расстоянии. Они приближались туда, куда Куроко уж точно не надо было идти. Они приближались к огню. Тецуя хотел было всех бросить, убежать, скрыться подальше от этого смертоносного запаха, но не мог бросить друзей, ведь в одиночестве он точно свихнётся. Душа и мозг велели распасовщику уходить оттуда, бежать что есть сил, но ноги как заколдованные вели его туда ближе. Ближе к огню. Ребята почувствовали угарный газ, только когда в воздухе уже кружили маленький частички пепла. Им стало интересно и все пошли туда, а Куроко просто плёлся за ними и изо всех сил старался не потерять сознание. И вскоре они подошли. Это был двухэтажный, старый, жилой дом, по-видимому, настолько старый, что был сделан из дерева. Такое в Токио довольно редко встретишь. Огонь охватил крышу и половину второго этажа. Первый этаж был слегка подожжённым, но огня было немного, значит, подожгли недавно. Куроко впал в ступор. Эта картина... Этот горящий дом... Так похоже на тот раз... И тут Куроко заметил что-то. Он всегда наблюдал за движениями людей и мог заметить то, чего не могли другие. Он увидел лицо мальчика в окне. Лишь на мгновение, но он увидел мальчика. Мальчика, который задыхался угарным газом, а все прохожие стояли и ничего не делали. Неужели им плевать? Но там же ребёнок? Они хотя бы пожарных вызвали? Но даже если и вызвали, если не спасти ребёнка сейчас, он умрёт до приезда пожарных. Это Куроко смог просчитать и без вычислений, просто на личном опыте запомнил... Тецуя никогда бы добровольно, да и против воли, ни за что не полез бы в огонь, но в лице этого ребёнка, он увидел себя... Он увидел это лицо, полное отчаяния, грусти и страха. Времени, размышлять не было, важно был только одно: -Надо спасти мальчика, - сказал беззвучно, одними губами Куроко и пропал в огне. А тем временем голубое небо покрывалось красной дымкой, и прекрасный небесный цвет утопал в ярко-алом закате.