Трагедия века

      Сегодня Хлоя пришла в класс позже остальных. Плюхнулась за парту, не здороваясь ни с кем, даже с Сабриной, и с открытой враждой уставилась на воркующих Адриана и Маринетт. Её взгляд, полный раздражения, никого не удивил. Хлоя и Маринетт не ладили с детства, а в старшей школе и вовсе дня не могли прожить без ругани. Многие подозревали, что дело в красавчике Агресте, переведшемся в их класс с домашнего обучения, но причина крылась в другом: Маринетт была слишком правильной, и Хлоя презирала её за это.       В чем-то они были похожи. Обе привыкли быть в лидерах, но если Хлоя держалась вызывающе, привлекая к себе всеобщее внимание, то Маринетт предпочитала действовать незаметно, исподтишка. И эта двуличность одновременно забавляла и раздражала Хлою. Она видела, как Дюпэн-Чэн порой злится и хочет высказать накипевшее, но сдерживается в последний момент. Почему она старалась выглядеть в чужих глазах такой хорошей? Зачем хотела со всеми подружиться? Или Маринетт просто нравилось прятаться за маской «доброй девочки»? Хлоя пыталась найти ответы на эти вопросы, но каждый раз ледяное спокойствие, а порой язвительность Маринетт отталкивали её назад. Только с ней она показывала себя настоящую!       Что же, Хлоя тоже умела выпускать шипы. В результате не начавшаяся симпатия вылилась в настоящую войну, за которой, затаив дыхание, наблюдал весь класс.       Вероятно, всё закончилось бы на выпускном — противницы разошлись бы в разные стороны, так и не пожелав друг другу удачи, если бы не чёртово яблоко. Вчера Хлоя проспала и не успела позавтракать и, схватив со стола румяный фрукт, помчалась в школу. А на перемене яблоко выпало и закатилось под парту. Сабрины как назло не было, ушла в медпункт, и Хлое пришлось самой лезть за ним. И надо же такому случиться, что именно в этот момент очередная акума вселилась в ученика!       В школе началась паника. Ребята устроили давку, выбегая из класса и пытаясь увернуться от игрушечных самолётиков, превращающих людей в миниатюрных человечков, кричали, толкали друг друга. Хлоя, на дух не переносящая неконтролируемую толпу, решила пересидеть под партой. В конце концов, Ледибаг и Кот Нуар никогда не подводили Париж. Вот только знала бы она, что копуша-Маринетт, задержавшаяся в классе, неожиданно превратится в Ледибаг — побежала бы прочь впереди всех!       Это был шок. Удар под дых. Трагедия века! Хлоя не знала, как реагировать, и пока судорожно пыталась вспомнить, как дышать («А может лучше забыть и умереть?!» — мелькнула шальная мысль) —Ледибаг снова всех спасла.       С последних уроков Хлоя сбежала, сославшись на испуг и головную боль, и остаток дня проплакала в кровати под депрессивную музыку.       Её любимая бесстрашная Ледибаг, на которую она хотела равняться, героиня, которую она косплеила и кем восхищалась, оказалась Маринетт. Это было просто возмутительно! Зато поясняло, почему при столь сильных лидерских качествах Дюпэн-Чэн находилась в тени. Ей надо было там оставаться. И Хлоя, пытающаяся раз за разом сорвать с неё маску, чуть не сорвала маску с самой Ледибаг! — Медвежонок может вам чем-то помочь, мадемуазель? — вечером в комнату зашёл дворецкий, принесший любимую плюшевую игрушку, и Хлоя посмотрела на них обоих заплаканными глазами. — Если я зря обижала человека долгое время, а теперь осознала это, что мне делать? — спросила она, зная, что советы дворецкого всегда помогали. — Может быть, просто извиниться? Вы ведь хорошая девочка, уверен, этот человек вас поймет, — дворецкий пожал плечами и еще немного посидел рядом с ней, успокаивающе гладя по голове. А Хлоя прижимала к себе плюшевого мишку и черпала в нём силы, чтобы пережить завтрашний день.       Вот только подумать об извинениях было легче, чем извиниться. Глядя на то, с каким восторгом Маринетт смотрит на Адриана, Хлоя испытывала самую настоящую обиду. Ледибаг не должна была пялиться на кого-то с таким восторгом! И уж тем более, никто не имел права так панибратски обнимать её за талию или трогать за плечо. А этот совсем не невинный поцелуй в щёку... Да что он себе позволяет! Нет, это ни в какие ворота не лезет. — Эй! — не выдержав, Хлоя сорвалась с места и подошла к парочке. — А ну-ка брысь! — воскликнула она и оттолкнула Адриана в сторону. Схватила опешившую Маринетт за руку, уселась рядом с ней, крепко сжимая ладонь, и громко объявила на весь класс, замерший в противоестественной тишине: — Это теперь моё место!