Я живу тобой

Праздник в самом разгаре, все уже не думают о том, кто как одет и выглядит, никто не меряет алкоголь и не следит за своим поведением. Все расслаблены, отдыхают; свет немного приглушен и играет лирическая музыка, создавая романтическую атмосферу в ресторане. И правда, романтическую, ведь сегодня лучший и близкий друг Ухёна, Сонгю, женился. Они вместе с начальной школы, поступили в один университет, правда, на разные факультеты, Сонгю на журналистику, Ухён – режиссуру, но это никогда не мешало их общению. Самые лучшие и дорогие воспоминания Ухёна обязательно касаются Сонгю, даже, если и косвенно, но касаются.… Вся его сознательная жизнь связана с этим маленьким тихоней, который в первый день начальной школы подсел к маленькому хулигану Ухёну, и который с этого самого момента стал частичкой его жизни. С того самого момента прошло уже много лет и вот сегодня для Сонгю это один из самых знаменательных дней в его жизни, самый ответственный и самый…счастливый. Его лицо сегодня озаряет только мягкая искренняя улыбка, глаза искрятся радостью, он старается сегодня быть ко всем гостям внимательным, но больше всего он уделяет его своей жене, Евон, которой удалось завоевать его сердце. И только Ухён, сидя за дальним столиком в темном уголке ресторана, опустошает очередной бокал дорогого бренди. Ледяной напиток обжигает, затуманивает разум, тысячи мыслей сливаются в единую…бессмысленную. Он сдавленно следит за молодоженами, громко смеявшихся в компании родных, Ухён старается не смотреть в их сторону, рассматривая уже до боли изученный за этот вечер интерьер в ресторане, но взгляд, наполненный грустью и сожалением, не может оторваться от пары. Беспомощно и отчаянно его голова падает на руки, сложенные на столе. Перед глазами Его лицо, светлое и чистое, нежное, радостное; любимые маленькие глаза «улыбаются». Ухён чувствует, как на его плечо ложится рука и легонько трясет. Немного помедлив, он приподнимает голову и видит перед собой обеспокоенного Сонгю. Тот, увидев, что Ухён еще не успел «выключиться» облегченно вздохнул, но всё равно с неким напряжением смотрел на него. - Ухён, не вздумай… - Сонгю всё хорошо. Мне просто пора домой, - Ухён встаёт, с шумом выдвигая стул, и чуть ли не падает, успевая удержаться за край стола. Сонгю тяжело вздыхает и подходит к своему другу, перекидывает его руку себе на плечо и маленькими шагами выводит его на улицу. В ожидании такси ночной воздух немного отрезвляет Ухёна и он нехотя отстраняется от его объятия. Несколько минут никто не произносит ни слова; Сонгю стоит в сторонке, скрестив руки, смотрит на горе-друга, думая о своём. Ухён, отвернувшись, рассматривал пустой парк, освещенный несколькими красивыми фонарями. Спустя несколько минут к ним подъехало такси, Сонгю подошёл к Ухёну, немного приобняв его за плечо в ответ на что, был заключен в крепкие объятия. Горячее и прерывистое дыхание над ухом Сонгю, обжигало, вызывая мурашки по всему телу. - С праздником, - шепчет Ухён, слегка касаясь губами белоснежной шеи Сонгю, а после садится в такси, оставляя Сонгю наедине со своими мыслями и непонятным чувством тревоги. Дома, Ухён открывает бутылку виски, которую он хранил на особенный случай, заливает в бокал, больше, чем обычно, закидывает несколько кусочков льда и без «смакования» опустошает за раз, снова наливает…и снова. Пока бокал не выпадает из рук, гулко ударившись об ковер в гостиной и оставляя за собой тёмные влажные пятна. Ухён «отключается». Спустя неделю. В квартире Ухёна раздается звонок телефона. Парень в одном нижнем белье подбегает к телефону и отвечает. - Привет, Ухёна, - слышит радостный голос своего друга. Казалось, что с того момента, как в последний раз слышал этот мягкий и родной голос, прошло много лет. Ухён скучал, хотя это была всего лишь жалкая неделя. А что будет дальше?! Теперь с этим нужно смириться, привыкнуть, научиться жить. Ведь семейная жизнь ограничивает время на друзей, это уже новый образ жизни, новые предпочтения, на первый план выходит семья, а остальное…к остальному. - Ахаха, привет, муженёк! Рад тебя слышать, дружище, - Ухён старался выглядеть непринужденным, он уже привык скрывать свои чувства за маской радостного друга. - Ты прости, что не звонил. Родители Евон, мои, родственники, я так устал за эту неделю, отмечать и отмечать. Я тебя не отвлекаю? - Да я всё понимаю. И ты, как всегда во время, я уже одной ногой был в душе, - в трубке слышно было, как Сонгю засмеялся. - Я зайду к тебе сегодня, ты не против? Кстати, видео уже готово? - Оу, я так замотался, я не успел всё обработать, как следует, но заходи, конечно же, я буду ждать тебя, - после, Ухён положил трубку и направился принимать душ. Спустя пару часов в назначенное время звонок в дверь не заставил себя долго ждать. Ухён взволнованно подбегает к двери, немного отдышавшись, он открыл дверь, лучезарно улыбаясь своему визитёру. Сонгю ответно улыбается, поднимая огромный пакет перед собой. - Что это? – засмеялся Ухён, впуская Сонгю в квартиру. - Еда! У нас её столько осталось после такого количества застолья. - Да ладно, ты меня не перестаёшь удивлять, - Ухён ловит себя на мысли, что первым делом обратил внимание не на пакет продуктов, а на руку, держащую всё это. А точнее, палец, на котором красовалось обручальное кольцо. Быстро откинув все не нужные мысли, он берет пакет и уносит на кухню, пока Сонгю, уютно умостившись на диване, рассматривал журнал. - Может чего-то горячего? Чай, кофе, капучино? Горячий шоколад? – голова Ухёна выныривает из дверного проёма кухни. - Какое обслуживание, - посмеялся Сонгю, - как обычно, кофе. Пока Ухён возился на кухне с приготовлением напитка и закусок, на глаза Сонгю среди многочисленных видеокассет заинтересовала одна, с надписью Сонгю. Он немного засомневался, но потом отбросил все назойливые мысли и вставил её в видеопроигрыватель. После загрузки, Сонгю стало понятно, что это запись со свадьбы. - Вот же, брехун, - шепотом проговорил Сонгю, с увлечением смотря на экране, где он с Евон проходят церемонию бракосочетания. Камера слегка прыгает, что не похоже на оператора- Ухёна, но так даже мило, от чего Сонгю улыбается. Он оглядывается, когда Ухён с небольшим подносом, но полностью обставленным, осторожно входит в гостиную. Сонгю шутя прожигает его сощуренным взглядом, на что Ухён сначала с непониманием и легкой улыбкой смотрит на него. Но после того, как видит, что Сонгю смотрит ту самую видеокассету, его мягкое лицо сменяет тревожное и серьёзное. - Ты мне соврал. О, ты же не против, что я без спроса… Ухён, что с тобой? – парень немного разлив кофе, ставит поднос на журнальный столик, и походит к Сонгю, с намерением забрать у того пульт. - Ты не должен это смотреть. Я же сказал, что не готово, - прошипел Ухён, пытаясь вырвать из рук друга пульт, но после сразу направился к видеопроигрывателю, чтобы сразу извлечь эту кассету. - Стой. Это же моя свадьба, мне ведь можно раньше всех посмотреть. Ну пожалуйста, - останавливая Ухёна на полпути к плазме. Ухён вовсе меняется в лице, но когда видит, с какой мольбой на него смотрит Сонгю, остановился. Сонгю немного смеясь, наблюдал за кадрами на экране, иногда что-то комментируя. Вздыхая и говоря о том, как всё красиво и ничего не нуждается в обработке. Ухён же стоял сзади, следя за эмоциями парня, то переводя взгляд на экране. Сонгю немного не понимает, но продолжает улыбаться, когда зум увеличивается и направляется только Сонгю. Дальше какой-то конкурс и в кадре снова только Сонгю, счастливо смеясь. - Ухёна, я рад, что ты мой лучший друг, - машет Сонгю рукой прямо в объектив камеры. – Этот день, с моими самыми дорогими и близкими… - продолжает говорить Сонгю, который на экране. После пускает воздушный поцелуй и смеётся. Сонгю поворачивается назад, смотря на Ухёна, который следил за экраном, нервно грызя ноготь большого пальца. Сонгю снова разворачивается к экрану, где дальнейшие съемки только с ним. Он, прикрыв ладонью рот, продолжал смотреть, осознавая нечто то, что старались от него скрыть. - Ты не должен был это видеть, - тихо говорит Ухён. Сонгю молчит, сердце в груди болезненно сжимается, воздуха не хватает. Он осматривает гостиную небесно-голубого цвета, любимый его цвет. Взгляд очерчивает фоторамки на полках, где на снимках в основном он вместе с Ухёном, даже есть несколько фотографий, где Сонгю один. Он снова смотрит на Ухёна, который прячет свои глаза, тяжело вздыхая. Сонгю теперь понимает, почему у Ухёна, якобы случайно, всегда оказываются с собой лекарства для него. И даже с его иммунитетом, Сонгю однажды обнаружил у него в туалетном шкафчике многочисленное количество лекарств, которые сам принимал. Но тогда, он даже не подумал об этом. И вообще, Сонгю даже не задумывался о том, что когда он Ухёну первому рассказал про помолвку, тот напился до потери сознания, потом на мальчишнике….уже на свадьбе. На него это вовсе не похоже. У него в голове проскальзывало, что это может из-за Евон, которая ему тайно нравилась, но… - Тебе стоит уйти, - низким тоном проговаривает Ухён и разворачивается в сторону своей комнаты. - Ухён, это правда? Ответь мне. - Ты…ты не должен был видеть это, - Ухён стоял спиной к парню, сжимая кулаки. - Значит правда, - очень тихо говорит Сонгю, - посмотри на меня. Ответь же. - Да, правда! Да, Сонгю. Ты…я, - слова давались с большим трудом, - Тебе не кажется, так и есть. Уходи! - Ухён? Что ты… - неуверенно проговаривает Сонгю, боясь сделать шаг к другу. - Хочешь знать? Ты, правда, этого хочешь? Это же не имеет никакого смысла, - Ухён быстрыми шагами направляется к Сонгю. Он прижимает свои губы к его, настолько сильно, что Сонгю скулит, крепко выставив руки в грудь Ухёна. Но не может его оттолкнуть, очень сильно Ухён прижимается к нему, неприятно проникая в его рот своим языком. Сонгю разворачивает голову, хватая ртом воздух, и смотрит на раскрасневшееся лицо своего друга. По его щеке катится одинокая слеза, но одиночество ей не грозит, вскоре встречая еще одну за другой слёзы. Слёзы горечи и безысходности. Он опускает голову, смотря на руки Сонгю, которые продолжали его держать на пускай маленьком, но расстоянии. Руки ослабевают и двигаются вдоль талии Ухёна, останавливаясь на поясе. Ухён поднимает свои глаза на Сонгю, черные, затягивающие в неведомый омут. Сонгю больно, очень, он сжимает крепче ткань футболки друга, пока Ухён снова не наклоняется к нему, очень медленно, пока не останавливается в сантиметре от его губ. Как и Сонгю, Ухёну очень страшно, тело дрожит, а беспощадные слёзы продолжают бить по чувствам. Он снова осмеливается и целует Сонгю, тот уже мало сопротивляется и уже неуверенно отвечает, очень медленно, проводит языком по нижней губе, слегка прикусывая её. Сонгю не хватает воздуха, и он стонет, чувствую солоноватый вкус слёз Ухёна. Он прижимается к Ухёну, обнимая его, и беспорядочно водя руками по его спине, чувствуя через тонкую ткань футболки напряженные мышцы. Ухён продолжает целовать, очень нежно, дорожа каждой секундой от этих невероятных ощущений, болезненных, но уносящих далеко за пределы разума. Он рукой притягивает за затылок Сонгю, углубляя поцелуй, горячий, влажный, такой желанный. Несколько долгих минут они не перестают целоваться. Ухён понимает, что после у Сонгю будут опухшие губы, но не может остановиться. Даже когда воздуха не хватает, он всё еще цепляется за последние секундочки и эту возможность целовать любимого. - Ухён, - шепчет Сонгю. - Прости. Прости меня, я не должен был, прости, - Ухён вытирает вновь подступившие слёзы на глазах. - Как долго? - Всегда, Сонгю… , - он обнимает Сонгю, целуя в лоб, потом в скулу, шею, кладёт свою голову на плечо любимого. - Что нам теперь делать? - Ты не должен был это видеть, - Ухён продолжает шептать, стараясь не думать, что его ждёт дальше. Сейчас, пока у него есть возможность, он крепко сжимает в объятиях Сонгю, человека, без которого не может представить свою жизнь. Сонгю, который сейчас неуверенно обнимает его одной рукой, сжав ткань футболки. Которого любил и всегда будет любить. – Ты не должен был… Я не должен был.