Мой телохранитель

Я смотрел на него со строгостью, не могу поверить в то, что он и правда мне изменяет! Даже если я для него никем не являюсь, то надо было сказать это, а не притворяться! — Что значить, изменяю?.. Что? Он что, серьезно не понимает? Или тупой? — У тебя волосы не расчесаны, твоя сорочка плохо заправлена, и ты хочешь сказать мне этим, что не изменяешь? Чонгук начинает смеяться и отходит от меня слегка. С чего бы ему смеяться? Он же работу потеряет! — Ты серьезно думаешь, что я изменяю? — проговорил он после смеха. — Я не услышал будильник с первого раза, а когда проснулся, заметил, что опаздываю, поэтому быстро собирался как мог. И вот еще, я же телохранитель, и я сижу пол ночи и всматриваюсь в темноту, не видно ли врага, а ты мне говоришь, что изменяю? С кем? С ночью? И он снова начинает смеяться. Я краснею и отворачиваюсь. Ну какой же я идиот! Как я мог подумать, что он мне изменяет? Но, это любой бы подумал… А еще я ревнив, не виноват же в этом! — Ладно… Прости, ты не уволен. — я пробубнил себе под нос и попытался по быстрее смыть ноги, но сильные руки Чона схватили меня и я скривился, когда был прижат к машине. — Нет, никаких прости, сначала тебя надо наказать как следует, залазь в машину! Это был наказ со строгостью! Я открываю дверь и сажусь на заднее сидение и сразу вижу, что телохранитель залезает следом, прикрыв за собой дверь. Ложусь на сиденье и пытаюсь хоть как-то по комфортно лечь, чтобы бока не затекли. Чонгук что-то ищет у себя за спиной, а через мгновение он достает наручники. — Нет! Чонгук, не надо! — Цсс, спокойно, руки твои буду лишними здесь. — он улыбается пошло и нависает сверху. Я пытаюсь оттолкнуть его от себя, пытаюсь не сдаваться, и знаете, мне эта игра нравится. Когда он все-таки словил их, то одел мне наручники, и после достал еще одни и пристегнул их к дверной ручки вместе с моими наручниками. Я несколько раз дернул руками, а потом посмотрел на него. — Чонгук, это уже не смешно. Вижу на его лице улыбку, а после его холодные пальцы начали скользить по моей талии, он медленно расстегивает ремень, касаясь слегка моей кожи, от чего и чуть не заскулил. От его касаний мне хочется стонать, выгибаться и уже чувствовать его в себе, но Чонгук, сволочь! , очень медленно все делает, хотя знает, как сильно я хочу его именно сейчас. — Ну что, малыш, подожди еще минуточку, я схожу за игрушками. — Что?.. Какими еще игрушками?! — Ооо, тебе они очень понравятся, от них ты будешь так сильно стонать, что аж мне стыдно станет.