Бесконечное множество оттенков

***

Антону было четыре года, когда он впервые увидел цвет. Это не было вспышкой, четким пониманием того, что только что произошло – произошло впервые в жизни, что он увидел первый цвет из бесконечного множества оттенков, которые существуют в природе. Наверняка существуют. Мама говорила Антону, что когда-нибудь он сможет видеть все цвета, которые доступны человеческому глазу, и когда это наконец произойдет – а это точно произойдет, - настанет самое счастливое время в жизни Антона. Время, когда он встретит свою вторую половинку, своего соулмейта. Но, прежде чем это случится, необходимо пройти длинный путь, путь в жестоком черно-белом мире, в котором цвета обретают насыщенность постепенно и только при появлении определенных людей в твоей жизни.

***

Первый цвет в его жизни – зеленый. Весь мир Антону представлялся черно-белым, лишенным каких-либо оттенков, кроме оттенков черного, белого и серого, и первое яркое пятно в его жизни, первый шок, который он испытал – шок от того, что трава, оказывается, зеленая. Вот так просто – зеленая. Однажды Антон с хладнокровным спокойствием, которое доступно мальчику его возраста, понял, что видит черно-белый мир, однако в нем есть одно яркое, не черно-белое пятно – зеленое. Трава, листья на деревьях, шланг для полива газона, некоторые его игрушки. Они зеленые. Когда его мозг начал это понимать, Антон уже знал, почему он стал видеть этот цвет. Первый для него. Он уже знал, что вместе с новым цветом он начал доверять. Доверять матери, которая, не жалея себя, своих сил и времени, посвящала себя маленькому Антону. Доверять безгранично, самозабвенно, как может доверять только ребенок. И это было первое чувство и первый цвет, которые ощущал Антон, и которые заложили основу его личности.

***

Второй цвет в его жизни – синий. Антон знал, что обозначает этот цвет, и понимал, почему он стал его видеть. Дима Позов, мальчик из его группы в детском саду, помог обрести ему это знание, и получил точно такое же знание в ответ. Они были вместе в одной группе в детском саду, и для них обоих любой другой цвет, кроме привычных черного и белого – новый. Еще один цвет, который они начали различать, синий цвет. Да, несмотря на столь юный возраст, мальчики знали, что это означает. Это знали все, от мала до велика, так уж устроен их мир. Они были просто обязаны это знать и понимать интуитивно. И они понимали, понимали, что это значит, и заранее знали, что они будут лучшими друзьями очень долго. Если не всю жизнь.

***

После детского сада Тоша и Димка пошли в первый класс, и первого же сентября к синему и зеленому цветам добавился еще один. Правда, у каждого свой. Позов стал различать розовый, а вот у Антона к его скудной палитре жизни добавился коричневый цвет. Он просто однажды понял, что у Елены Юрьевны, его первой учительницы – коричневая юбка, о чем не преминул сообщить ей во время перемены. Елена Юрьевна похвалила своего юного ученика за наблюдательность и улыбнулась, и в этой улыбке семилетний Антон смог разглядеть нечто, отныне пожизненно связывающее его и его учительницу. Учительницу, которая станет – и впоследствии действительно стала – наставником для Антона. Все то время, пока Антон учился в школе, даже уже после того, как выпустился из младшей школы и перешел в среднюю, а потом в старшую, Елена Юрьевна была для него человеком, который научил его если не всему, то очень многому, человеком, который научил Антона тянуться к знаниям, анализировать мир и разбираться в себе. Шастун с уверенностью называл ее Учителем с большой буквы, и не забывал благодарить за то, что она дала ему возможность видеть третий цвет в его жизни.

***

В тот же день, когда Антону открылось, что юбка у его учительницы коричневая, мальчик вышел на улицу и, подняв голову к небу, увидел, что солнце, оказывается, желтое. Этот факт так потряс Антона, что он чуть ли не тут же, не отходя далеко от школы, лег на еще зеленую траву и смотрел на желтое солнце, чуть жмурясь от ослепительного цвета. Антон смотрел на солнце, наслаждаясь его желтым, почти белым цветом, и думал, что цвет он видит из-за Паши, с которым он встретился взглядом во время переклички-знакомства. Паша был его одноклассником, таким же высоким и тощим для своих лет, как и Антон, и даже внешне они чем-то походили на друг друга, несмотря на то, что были такими разными. Однако Паша с первых же дней учебы начал дергать девочек за косички и считал, что Антон, обращая на себя внимание одноклассниц точно таким же способом, повторяет за ним, поэтому вполне справедливо, решил для себя Антон, что теперь он стал различать желтый цвет.

***

После знакомства со Стасом лет в двенадцать, Антон обнаружил, что у него, оказывается, три оранжевых толстовки. Три! На фоне зеленой, синей и коричневой футболки, на фоне черно-белых маек, которые наверняка имеют цвет, пока недоступный взгляду Шаста, это яркие, почти ослепляющие своей насыщенностью вещи очень выделялись. Ни от одной толстовки Антон не собирался избавляться, более того, носил их всегда, когда они с Шеминовым встречались после уроков у него дома. Со Стасом Антону было так легко, как не было ни с кем, не считая, наверное, Димы, однако Димка – его лучший друг, а Стас пусть даже очень хороший, но все-таки просто приятель. Приятель, с которым интересно общаться, легко говорить и свободно мечтать.

***

В пятнадцать лет в летнем лагере Антон очень сильно удивился, насколько контрастно утреннее, еще не яркое желтое солнце смотрелось на небе. Голубом небе. Для Антона раньше небо не имело цвета, однако в то летнее утро, после душевного вечера у костра с песнями под гитару, оно обрело для него яркость и даже смысл. Шастун невольно засмотрелся на сочетание синего и желтого, отмечая про себя, как же это красиво, и не заметил, как сзади на него налетел Макар, с которым они после песен у костра всю ночь разговаривали, найдя общий язык, много интересов и обнаружив друг в друге нечто близкое сердцу другого. И Антона, рассмеявшись над шуткой Макара, вдруг понял, почему небо стало голубым. Просто он нашел человека, который если пока еще не стал, то обязательно станет ему как брат.

***

Мир все еще был для теперь уже шестнадцатилетнего Шастуна тусклым и почти лишенным каких-либо ярких не черно-белых цветов. Время шло, Антон почти закончил школу, а главного цвета своей жизни – цвета, после которого Антону станет доступно все многообразие природных оттенков – он не видел. Красный цвет оставался для него также недоступен, как и розовый, на который Антон надеялся от тоски и безысходности. Встречать человека, который не будет твоим соулмейтом, но будет его временной заменой, временной влюбленностью, Антон не хотел, но желал одновременно. Ему было уже шестнадцать лет, а он по-прежнему был один. Розовый и тем более красный цвет Шастун не видел ни разу в жизни, но очень боялся однажды осознать, что у него, например, красный чехол для смартфона. Боялся пропустить этот цвет и особенно боялся пропустить человека, после встречи с которым он будет видеть весь мир во всех его красках.

***

О существовании фиолетового цвета Антон узнал в семнадцать лет, когда однажды его лучший друг Дима познакомил Шаста с Сережей. Ну как познакомил. Пришлось знакомить, когда однажды Антон натолкнулся на них двоих в весьма компрометирующей позе и от удивления не смог пройти мимо. Это было на даче их с Димой одноклассника, и подростки, оставшись без присмотра родителей, отрывались как могли. Уставший за весь день Антон искал свободную комнату, чтобы прилечь и хоть немного отдохнуть, однако, как назло, все комнаты, коих было немало, были заняты парочками, а Антон слишком вымотанным, чтобы церемониться с людьми, которых он случайно прерывал. Он обошел почти все комнаты и уже был настолько рассержен тем, что так и не нашел спокойного места, что решил выгнать всех людей из, кажется, последний комнаты, в которую он не заглядывал. Однако всю усталость, все раздражение как рукой сняло, когда он увидел, кого ему предстояло выгнать, и от чего Антон их отвлекал. Усталость уступила место удивлению, настолько большому и всепоглощающему, что Шастун не сдержал кашель, посторонними звуками отрывая Диму от губ незнакомого Антону парня с забавной прической. Смущенному Диме пришлось познакомить лучшего друга со своим парнем и признаться в своей ориентации, однако даже столь откровенное признание меркло с тем фактом, что Шаст стал на один цвет ближе к космосу цветов: постельное белье, на котором сидели Сережа и Дима, прямо на глазах Антона стало фиолетовым. От вмиг охватившего Антона счастья он обнял обоих парней, чем немало удивил своего лучшего друга, потому что Дима боялся, что Антон перестанет с ним общаться из-за его ориентации, однако Антон на это лишь рассмеялся и, пожав Сереже руку, удалился из комнаты, «благословляя» парней на дальнейшие действия. Что бы они там ни задумали.

***

Первый же день в университете обещал перевернуть жизнь Антона с ног на голову. Шастун почувствовал что-то близкое к дежавю, когда в первые же минуты нахождения в стенах университета понял, что в его палитре красок жизни стало на цвет больше. Просто неуклюжий Антон на повороте в узком коридоре его корпуса сбил с ног миловидную девушку, которая на фоне высокого, но худого Шаста смотрелась совсем уж миниатюрно. В тот же миг, когда содержимое ее сумочки разлетается на полу, Антон среди хаоса упавших синих тетрадей, зеленой упаковки салфеток, фиолетового кошелька, оранжевых пакетиков чая заметил нечто новое, что, безусловно, притянуло взгляд оторопевшего Антона. Розовая помада. Именно к ней первой потянулась его рука, когда он бросился помогать девушке собирать вещи, которые упали на пол по вине Антона. Их пальцы сомкнулись на маленьком розовом флаконе, их глаза встретились, и оба осознали, что для Антона и для Иры, розовый цвет – новый в их жизни. Такой же новый, как и ощущения, которые в тот же момент охватили их обоих. Они оба знали, что это означает и к чему это приведет, однако негласно, каждый внутри себя, решил: попробовать стоит. Из этого ничего вечного не выйдет, но молодая душа требовала праздника и физического контакта, поэтому в тот же день Антон повел Иру после занятий в кафе, чтобы было с кем ждать своей половинки. Половинки, которая, почему-то чувствовал Антон, ходит совсем близко.

***

На студенческой вечеринке, которую организовал Дима, Сережа решает познакомить Антона со своим лучшим другом, благодаря которому, как в свое время было у Антона и Димы, Матвиенко начал видеть синий цвет. И это решение было самым верным в жизни как Сережи, так и Антона, который, оставив Иру в компании своих подружек, идет за другом в другую комнату, путаясь в длинных ногах, которые плохо держали уже изрядно пьяного Антона. Его сознание плывет, поэтому он пропускает самый важный момент в своей жизни, момент, к которому так долго шел, который так боялся пропустить, но все равно пропускает. Он лишь пьяно хихикает над смешным именем Сеня, когда тот протягивает ладонь для рукопожатия. Однако Антону становится совсем не до смеха, когда он, пятью минутами спустя, запирается в туалете, чтобы умыть лицо, бросает мимолетный взгляд в зеркало и понимает, что рубашка в клетку на нем красная. Красная. Она, черт возьми, красная. И Антон просто не верит своим глазам, отказывается верить, спирая все на свое невменяемое пьяное состояние. Однако ни новая порция холодной воды, ни больные похлопывания по щекам не меняют цвет рубашки, переворачивая в душе Антона все, что можно перевернуть. Его сердце лихорадочно бьется и вот-вот выпрыгнет из груди, если он сейчас не сделает что-нибудь, что угодно, лишь бы… Лишь бы что? Антон просто не может поверить в то, что он придурок, раз пропустил самый долгожданный момент всей его жизни, и разрывается между тем, чтобы утопить себя тут же, в унитазе, и тем, чтобы отмотать время назад и задержать свою ладонь в ладони «Нет, зови меня Арсений, а не Сеня» подольше. Однако время он отматывать не умеет, а унитаз такой белый, такой реальный, и Антон уже встает на колени, чтобы реализовать первый вариант, но в голову ему приходит другая идея. Идея намного лучше, идея, которая идет откуда-то из сердца Антона, сердца, которое до встречи с Арсением билось ровно-ровно, а теперь все никак не может успокоиться и хоть немного замедлиться. Антон вскакивает на ноги и выбегает из туалета, даже не заглянув напоследок в зеркало и не посмотрев, в порядке ли он выглядит или нет. Найти Арсения в толпе подвыпивших студентов оказывается сложнее, чем сначала предполагал Антон. Он обходит все комнаты, расспрашивает у Сережи и Димы, где он, слоняется по дому и чисто случайно, уже отчаявшись, замечает Арсения за секунду до того, как его скрывает из вида входная дверь. Антон бросается к двери и выбегает на улицу, замечая, как Арсений скрывается за поворотом. Нет, он не может упустить его. Не может. Он знает, что в любом случае может спросить у Матвиенко все контакты его лучшего друга, но хочет сам, лично и прямо сейчас убедиться, что Арсений уже все понял. Не одному же ему быть влюбленным дураком, верно? - Арсений, постой! – кричит Антон вслед, и с облегчением замечает, как Арсений останавливается от звука его голоса и на пятках разворачивается на месте, смотря на Антона. Его взгляд, поначалу просто удивленный, становится наполненным осознанием, потому что он Антон выбежал на холодный осенний воздух без куртки, в чем был, и Арсений просто не мог не заметить его красную рубашку. Его взгляд меняется, однако Шастуну не до размышлений, что он может разглядеть в этом взгляде, который бросает на него Арсений, который тут же все понимает. Он бежит к Попову и просто бросается ему на шею, обхватывая двумя руками и утыкаясь носом в шею, не собираясь упускать сокровище, которое только что нашел. Арсений, ошалев от внезапного объятия, быстро приходит в себя, и крепко-крепко обхватывает Антона в районе талии, отчаянно прижимая к себе, чуть ли не вжимая его в свое тело. Как будто боится, что Антон сейчас разорвет объятия и уйдет, оставив его с разбитым сердцем. Но этого не происходит ни тогда, ни потом когда-либо. Две половинки соединились, и обоим от этого так хорошо, до одури головокружительно и неимоверно классно. Они стоят, обнявшись, очень долго, и от одолеваемых их обоих чувств тяжело дышат, будто оба пробежали километровый марафон всего за три-четыре минуты. Никакая сила не оторвет сейчас Антона от Арсения, также, как и сам Попов не собирается отрываться от человека, которого ждал всю свою жизнь, от человека, рядом с которым сердце стучит бешено сильно, а в душе разливается такое тепло, от которого жизнь наполняется смыслом. Никакая сила не оторвет их сейчас друг от друга, потому что они, наконец, нашли друг друга, и это самое прекрасное, что может случиться в жизни человека. Всю ночь они не смыкают глаз, разговаривая обо всем на свете. Они знакомятся и делятся всем, о чем вообще можно рассказать человеку, который предначертан тебе судьбой. Однако ночь такая короткая, а им о многом нужно сказать, многое открыть, многое сделать, что оба задыхаются от нехватки времени и разочаровании, что ночь закончилась. Однако когда Арсений берет ладони Антона в свои руки и начинает целовать его пальцы, медленно и нежно, прикасаясь губами к подушечкам, фалангам, Антон сразу успокаивается, и тревога уступает место блаженству и счастью. - Ты же знаешь, что теперь я тебя никуда не отпущу? – говорит Арсений и смотрит своими голубыми глазами в глаза Антона. Антон просто тонет в этих глазах, его накрывает, и он подается вперед, все еще держа свои пальцы в руках Арсения, и приникает к губам Попова, нежно и чувственно скользя по его чуть шероховатым губам своими. Арсений улыбается ему в губы и отвечает на поцелуй, пододвигаясь к Антону ближе, а потом выпускает его пальцы из своих рук, чтобы обнять Антона и прижаться к нему ближе. Поцелуй выходит неторопливым и нежным, до колик в сердце приятным, и Антон задыхается, когда язык Попова проникает в его рот, а сам он начинает целовать чуть глубже. Шастуну кажется, что он тонет, тонет в чувствах к Арсению, хоть и знает его несколько часов. Однако он ждал его всю жизнь, ждал только его, ведь Арсений является его спасением, его трофеем, его жизнью. На следующий день, когда Антон открывает глаза, первое, что он видит – улыбку любимого человека. Арсений все утро, пока они спали, крепко обнимал Антона, прижимая к себе, а тот шумно дышал ему в шею, заставляя Арса плавиться от ощущений. Утренний поцелуй, безумно нежный, безумно сладкий, так увлекает обоих парней, что они не сразу замечают, как мир за ночь прибавил яркости, будто кто-то в фотошопе поставил «насыщенность» на +50. Они так увлечены друг другом, так сильно и отчаянно отдаются ощущению чужих рук, которые гладят везде, где только можно, что не замечают момент, когда все вокруг них становится ярким, цветным. Теперь Антон и Арсений, если заходят, могут увидеть все цвета, которые создала природа. Все то бесконечное множество оттенков, которые Антон в детстве мечтал увидеть. Но это они еще увидят. Потом. А пока они для них ничего не имеет значения, кроме главного цвета в их жизни. И это даже не красный. Это цвет счастья.