Сообразительная крошка

— Здесь кто-нибудь есть? — едва слышно проговорила девушка. Не услышав ответа, она вздохнула с облегчением и завертела головой надеясь, что сможет рассмотреть что-то из-под плотной повязки. Ткань прилегала плотно и неприятно отдавала теплом — это шерсть? Прошло совсем немного времени с её пробуждения, но обострённые ощущения открывали новые подробности её похищения. Во-первых, связывал её однозначно специалист — в запястья, колени и лодыжки врезалась грубая веревка не давая ни малейшего шанса освободиться. Во-вторых, как ни странно, но пленница вполне комфортно себя чувствовала — судя по ощущениям она лежала как минимум на мягком матрасе. Линду это открытие насторожило больше всего. Неужели похитители позаботились о её комфорте? — Что, сучка, вертишься, неудобно? — радостно прозвучал мужской голос буквально в метре от нее. — Я спросил: неудобно? Облизнув пересохшие губы девушка попыталась ответить, но голос предательски сел и пришлось прочищать сухое горло. Кто-то рядом издал короткий смешок. Рот тут же наполнился желчью. — Твоё гавканье все портит, — попал ли ядовитый плевок в цель? Рядом скрипнул стул. Некто весьма тяжелый начал приближаться. Каждый его шаг сопровождался слабым металлическим звяканьем. В воздухе появился запах кислого пота. Девушка внутренне сжалась, абсолютно ни к чему не готовая, и как мышь прислушалась: вот он развязывает ей ноги, теперь руки, а затем и повязка упала с её глаз. Быстро открыв глаза, девушка старалась как можно быстрее привыкнуть к черноте вокруг. Холодный пот тут же выступил на лбу. На неё с абсолютно сумасшедшими глазами смотрел альбинос. Его хищный, почти звериный оскал вкупе с бордово-малиновыми глазами исказили красивые черты лица. Он, не отрывая своих глаз от её, гипнотизировал как удав жертву. Удостоверившись, что произвел нужный эффект мужчина отбросил веревку и резко встал во весь свой внушительный рост, скинул с себя косуху с металлическими кольцами — вот что звякало! Под ней ничего не было. Оставшись в кожаных брюках, он за ногу притянул к себе окаменевшую девушку. — А ты знаешь — я люблю по-собачьи, — он шутливо затряс головой и завыл совсем как собака. Желудок перевернулся. Ну что за урод? Не дожидаясь, когда альбинос закончит свой перфоманс девушка свободной ногой наотмашь ударила его по лицу. От удара мышцы налились болью — реакция на долгое неподвижное состояние. Послышался мерзкий хруст. Мужчина зашипел от боли и руками схватился за лицо. На его нежно-молочной коже то тут, то там появлялись багровые пятна крови. Не теряя ни минуты, Линда вскочила как пружина и рванула к двери. Закрыто. — Блять! — она с остервенением трясла ручку, но дверь не поддавалась. Вариант был один и не самый завидный — забрать ключ у альбиноса. Меж тем мужчина перестал кряхтеть за её спиной и затих. «Его вырубило от боли?» Она медленно повернулась. БАБАХ! И кое-как увернулась от прямого удара в голову. Его кулак погнул металлическую дверь в каких-то жалких сантиметрах от неё. — Сука! — кровь со слюной забрызгала её блузку. Ублюдок и так выглядел ненормальным, а сейчас на него смотреть страшно было: кровь с разбитых губ залила подбородок и шею, струйками подсыхая на мощном торсе. — Я покажу тебе настоящую боль, — в его тоне было что-то такое, что на закромках мозга вызывало животный ужас. С рёвом он кинулся на девушку и впечатав её в стену, схватил за волосы, а затем несколько раз ударил головой об стену. Из глаз брызнули слезы, а боль от удара дезориентировала в пространстве. Альбинос за волосы швырнул её на матрас так, что девушка на секунду испугалась, что ослепла. Глаза заливало что-то теплое и густое. Она провела рукой по лицу и ладонь мгновенно слилась со тьмой. На голове, над левым виском, кажется набухала шишка, болезненно пульсируя при каждом движении. — Сопротивляйся — будет еще больнее, — его рука задрала офисную миди-юбку, а второй он заломал ей руку. Закричав от боли Линда попыталась вывернуться из садистского захвата, но ублюдок был прав — стало только больнее. Мужчина, на удивление, одним легким движением разорвал на ней трусики, как будто это был не натуральный шелк, а дешманский хлопок. Понимая, что буквально несколько минут отделяют её от грубого насилия, Линда в отчаянье напрягла голосовые связки до предела. Её крик оглушил её саму, но реакция альбиноса превзошла самые страшные её кошмары — его это возбудило. Мужчина судорожно вздохнул и с легким стоном выдохнул. Мускулистыми ногами он зафиксировал её ноги в раздвинутом положении — эдакая распорка на любителя. Продолжая заламывать её руку, мужчина высвободил из тесных кожаных брюк уже эрегированный член. С легкой дрожью потерся им о её бедро, размазывая выступившую смазку. Видимо урод успел возбудиться, когда бил её. Передернувшись от отвращения и не обращая внимания на боль в заломленной руке, девушка задергалась в тщетных попытках высвободиться. Мужчина не обратил на ее попытки ни малейшего внимания, сосредоточившись только на одном — головка члена терлась о её промежность. Закричав от бессилия Линда попыталась сдвинуть бедра, чем спровоцировала новый приступ агрессии этого ублюдка. Он с остервенением стал вбиваться внутрь девушки в полную длину члена. Не используя даже слюну в качестве смазки. — Ему ведь тоже будет больно! — промелькнуло в ее голове, прежде чем внутренности обожгло огнем. Боль ослепила. Низ живота разрывало и жгло. Не сдерживая крики она забилась еще сильнее. Мужчина отпустил её руку и схватил за волосы, вдавив лицом в матрас. Его движения были быстрыми и глубокими. Разрыдавшись от боли девушка почувствовала как между ног стало горячо и мокро. Руками она начала царапать его руки, но альбинос был в полнейшем экстазе и казалось совсем не замечал её слабые потуги. Его стоны и хриплое дыхание отдавались болезненной пульсацией в голове. В почти бессознательном состоянии девушка ощутила, что движения постепенно становятся более плавными. Кажется ублюдок скоро кончит. Внезапно он одной рукой сдавил ей шею. Дышать было почти невозможно. Мужчина стал стонать с таким наслаждением, что Линда мечтала умереть и не слышать этого. Он сдавил шею еще сильнее и вбился с прежней яростью. С облегчением поняв, что сейчас потеряет сознание девушка успела услышать его хриплый вскрик и горячая сперма залила её внутри, обжигая раны. Хидан еще несколько секунд почти с любовью двигался, наслаждаясь упругостью девушки, а затем, когда напряжение в члене спало — вышел. Его член был полностью в крови, как и матрас под бедрами девушки. Не вытираясь, он натянул брюки и косуху, а затем подвигал челюстью — вроде на месте как и должна. Дверь распахнулась. — Ты что, уёбок, натворил?! — мужчина с длинными светлыми волосами, завязанными в хвост, отпрянул от увиденного. — Её нельзя было трогать, ты чем слушал, блять?! — Завались на хуй, — альбинос с улыбкой на губах расслабленно затянулся сигаретой Lucky Strike. — Сучка много говорила, а ты знаешь как я не люблю разговорчивых — она сама виновата. Блондин с отвращением скривился. — Животное. С тобой потом разберутся, а сейчас неси её в медотсек. — Пошёл ты нахуй, эта дрянь выбила мне челюсть, пусть хоть сдохнет здесь, — мужчина затушил бычок об свою руку и застонал, прикрыв глаза. — Сам иди нахуй, больной ублюдок, — блондин, не скрывая омерзение на лице жестом выпроводил Хидана за дверь. Дейдара, а так звали блондина, оставил дверь открытой, чтобы свет из коридора хоть немного осветил пленницу. Откровенно говоря смотреть на нее было жалко: опухшее от синяков лицо, кровь повсюду, рука вывернута под странным углом. — Сволочь, — он сплюнул на пол и, чтобы не портить костюм от Hugo Boss, вызвал медиков прямо в эту комнатку. А медики, понятное дело, запросили свет, привычный набор инструментов и лекарств. Дейдара милостиво позволил переместить пленницу в медотсек, внутри радуясь, что не пришлось это делать самому.

***

— Я НЕ ПОЗВОЛЮ СДЕЛАТЬ ЭТО СНОВА!!! — Линда, привязанная к стулу, впала в ярость от понимания, что её снова связали, и завертелась так, что мешковатая повязка с глаз упала на шею. Свет на мгновение ослепил, ярко освещая недоумение на лицах её коллег. Хината испуганно прикрыла рот руками. Саске сузив глаза внимательно на нее смотрел. А Наруто, с глуповатым непонимание на лице, дернул за ниточку хлопушки. — Сюрприз… — Рок Ли попытался разрядить обстановку. Но его энтузиазм смотрелся неуместно в такой напряженной обстановке. — Какая муха тебя укусила? — Темари обиженно скрестила руки на груди. С горящими щеками, девушка осмотрела комнату и подавленно прикусила губу — ребята и правда постарались. «Похитители» протащили её совсем немного — она сидела в той уютной кафешке. Под потолком охапкой повисли разноцветные шары: некоторые с блестками, некоторые с конфетти. А на соседних столиках, красиво упакованные, стояли капкейки и пирожные. Даже веревки предательски спали стоило ей заерзать посильнее… «В каком же я дерьме»

***

Позорно сбежав с праздника, организованного в её честь, Линда лежала под одеялом, а в голове картинками мельками подробности того ужасного вечера… Хидан. Это имя она запомнила на всю жизнь. А её имя он прохрипел в последний раз, когда выплевывал кровь из пробитых пулей легких за несколько часов до аварии. Дверь скрипнула. — Можно? Девушка с раздражением поджала губы и решила игнорировать всех и вся. Итачи прошел вглубь спальни и сел на низкую софу у входа. — Расскажешь что это было? «Козёл. Сразу к делу значит!» Молчание. — Моя прямая обязанность, как наставника, разобраться в этом инциденте, — снова этот вежливо-паскудный тон. «Твоя прямая обязанность — катиться к черту отсюда» Молчание. Девушка натянула одеяло на голову. Тихий вздох и, кажется (о нет!) Итачи решил подойти поближе. Да, так и есть. Матрас немного прогнулся под его тяжестью. — Может не будем играть в прятки, — не уловив реакции, он продолжил. — Я знаю о твоей миссии в организации Акацуки. Линда мысленно простонала. Чертов Какаши. Незачем было посвящать в это мистера-я-какаю-фиалками. — Тогда ты все знаешь и обсуждать нам нечего, убирайся, — голос звучал приглушенно. Но черноволосый отлично все слышал. — Я видел только отчет. — Думаешь я буду откровенничать с тобой? — этот парень не знал, что еще немного и она сорвется. Миссия, на которую её отправили нанесла ей столько душевных и физических травм, что если начнешь обо всем рассказывать — не остановишься. А потом будешь плакать. И скорее всего напьешься. Итачи не знает о чем просит. Или знает? — Хочу, чтобы ты была откровенна, — голос безжизненный. Как у доктора. Но не лечить же он её собрался. Скорее выведать какую-нибудь информацию. Линда фыркнула и резко отбросила одеяло. — А знаешь чего хочу я? Чтобы ты убрался к чертовой матери и как можно дальше! Он сидит слишком близко. Черт. И этот запах. Девушка пожалела, что выбралась из-под одеяла, но отступать было некуда. — В отчете все есть — остальное тебя не касается! — она была взбешённой как кошка и рвалась выпустить коготки. Но, к сожалению в Итачи полетели только слюни. «Почему сейчас?!» Итачи заморгал чаще, чем обычно и левой рукой медленно вытер капельки слюны. А затем улыбнулся. Но не так как обычно. А как человек, который заметил чью-то глупую шалость и намеренно позволил себе попасться в неё. В глазах заплясали смешинки. — Не обязательно было плеваться, Линда. Достаточно было просто сказать мне об этом в лицо. Девушка опешила. Надо было плюнуть, чтобы он стал похож на человека, а не на биоробота? Так просто? — Итачи, прости, я не хотела… Черт, какая же это неловкая ситуация! Итачи молча притянул её к себе и обнял, прижимая всем телом. Всем своим прекрасно-идеальным телом. С этим одурманивающе-наркотическим запахом. Ох, Итачи… Его мягкие и гладкие волосы нежно щекотали щеку. А руки стали защитным кольцом. Линда, чтобы не портить мгновение, отодвинула в сторону шквал вопросов и чувств, для того, чтобы сполна насладиться этим моментом. Как же хорошо в его объятиях. Теплый запах, его запах приятно щекотал ноздри и она не заметила как начала успокаиваться. Под защитой и в безопасности. Да, в безопасности. Пропади пропадом Акацуки с его членами-ублюдками. Сейчас её встревоженные нервы, как струны, своими длинными пальцами настраивал человек, которому она хоть и не доверяла, но почему-то с головой окунулась в него как в новую неизведанную лагуну… — Я должен идти, — как же ей этого не хотелось. Но Итачи мягко разомкнул руки, обратно вбирая в себя ауру спокойствия. Он пододвинул сброшенное одеяло поближе и двинулся к двери, но перед тем как исчезнуть, остановился. — Линда, я всегда тебя выслушаю, если ты захочешь мне что-нибудь рассказать, — и дверь закрылась. А вместе с закрытой дверью, тьма как будто бы сгустилась, дыша холодом на уже завернувшуюся в одеяло девушку. Вместе с холодом, в сердце проникли образы из прошлого, которое рассыпало её на части и развеяло тепло Итачи. Старыми друзьями в её голове проснулись мнительность и паранойя. «Может он и есть шпион?» Ведь Лидер-сама всегда говорил «Люди — скот. Никого не жалей и не доверяй. Иначе сама станешь скотом.»