Это мой выбор!

Человек всегда привязывается к тому, с кем проводит много времени. Он начинает доверять ему, ценить, уважать. Он может полностью положиться на него, не боясь быть преданным. И, казалось бы, что ни одна ссора не сможет сломать их дружбу… Ведь по сравнению с их привязанностью, какие-то недомолвки – всего лишь мелочи. Вот и Наруто познал на себе эту привязанность. Проводя много времени с Итачи, он сам не заметил, что доверяет ему так же, как и самому себе. Уже почти полтора года он находился в его обществе. И уже почти полтора года он находится в теле Саске. Наруто понимал, что поступает не правильно, лишая настоящего Саске своего дома, родителей, брата. Можно сказать так, что он полностью отобрал чужую жизнь. Но и поделать с этим ничего не мог. Не мог вернуть их в своих тела, не мог рассказать Учихе правду и, что самое главное, уже не мог расстаться с этой жизнью… Он знал! Знал, что превратился в настоящего эгоиста! А сейчас, в то время пока он, Наруто, живет тихой и мирной жизнью, Саске приходится проходить все те страдания, через которые он когда-то прошел сам! И почему-то он совершенно не чувствует за это ответственности. Наверное, это осознание того, что он тоже хотел иметь семью, сказалось на нем. Конечно, он замечал, что Саске ходит в академию с видом куда более подавленным, чем раньше. В прошлом у него умерла семья, поэтому он ушел в себя, а позже – начал жить только местью. Сейчас же он, при своем-то характере, выглядит еще хуже. И это не удивительно, если учитывать его-то психику… В прошлой жизни он немало настрадался. А сейчас, наверное, все его прошлые эмоции перешли и в это время. Наруто ведь вернулся с прошлой психикой, так что, не удивительно, если и Саске тоже. Возможно, он даже помнит некоторые фрагменты с прошлой жизни, но совершенно не понимает, из-за чего они возникают у него в голове. Сейчас, он страдает вдвое больше… Но Наруто уже ничего не мог поделать. Он слишком привязался к чужим родителям… к чужому брату… к чужой жизни… И не удивительно, что однажды он решил поговорить с Итачи о семье. Ведь он все помнил. Помнил примерную дату полной вырезки клана… Но… он же теперь мог вмешаться, да? Мог попытать предотвратить глупый поступок Учихи-старшего. -Нии-сан, можно у тебя кое-что спросить? – он тихонько присел рядом с братом на краешек крыльца. - А? – опешил парень, даже не заметив, как к нему подошел Наруто. Слишком уж он увлекся рассматриванием звезд на ночном небе. – Да, конечно, спрашивай. Брюнет немного напрягся, не зная как бы ему это сказать. Напрямую он, конечно же, не решится… Нужно было как-то издалека… - Хм… Ты ведь любишь… нашу семью? – тихонько и нерешительно спросил Наруто, стараясь не глядеть в лицо брату. - Что это за вопросы такие? – удивился Итачи, немного недоверчиво покосившись на своего братишку, но заметив его жалобный взгляд, ответил. – Конечно, люблю и… - …ты никогда нас не предашь! – закончил за него Узумаки звонким голоском, что еще больше удивило Учиху. - Ну… да, - парень снова перевел взгляд в небо, и одними губами прошептал: «Наверное». У Наруто же, который, естественно, не услышал последнее слово, сказанное в пустоту, в душе немного полегчало. Но не до конца. Он знал, что Итачи хоть и сказал эти слова, они никак не повлияют на его решение служить в АНБУ. И, что более вероятно, он согласится выполнить это задания. Но теперь, если он успеет вернуться в тот день пораньше, у него будет на что давить. Напомнив ему о сказанных только что словах, Итачи, возможно, не станет истреблять клан. Но… именно в тот день все пошло наперекосяк… Наруто со всех ног бежал домой с Академии, стараясь успеть до того момента, как Итачи возьмется выполнять данное ему задание. Времени почти не оставалось, а в голове у него все не сходила мысль о том, что будет, если он опоздает? Еще находясь в Академии, Наруто попытался сбежать с уроков, чтобы прийти пораньше, но, увы, Ирука его подловил. И сейчас он никак не мог опоздать! Ведь он уже всем сердце проникся в эту семью и порой даже забывал, что это тело принадлежит вовсе не ему. И теперь, когда Узумаки, наконец, обрел родных, он просто не мог дать им погибнуть. Но что будет, если он не успеет? Не успеет остановить Итачи? Неужели тоже станет таким же мстителем, как и Саске? - Саске –ку-у-ун! – откуда не возьмись на паренька налетели двое из его фанаток – Ино и Сакура. - Саске-кун, мы тебя уже везде обыскались! – выпалила Харуно, перегородив дорогу брюнету. – Давай сходим на свидание? – немного смущенно предложила девушка, опустив взгляд в пол. - С чего бы это? – холодно спросил Наруто, стараясь обойти розоволосую, но, увы, там его ждала другая засада, в виде Ино. - Саске-кун, может лучше со мной, а? Ну ее, эту Сакуру? – приветливо улыбнулась блондинка. Брюнет скептически оглядел девочек и, оттолкнув Ино, помчался дальше, оставив этих двоих с непонимающим видом. Почему-то, раньше эти двое его никогда не бесили, зато сейчас выводили также сильно, как и Саске в прошлом. Прибавив шагу, Наруто немного позлился на Яманаку и Харуно за то, что они его задержали. Хоть эта задержка и была всего минутной, для Узумаки она значила слишком много. Запыхавшийся брюнет из последних сил смог добежать до своего квартала. Но то, что его там ждало, больно ударило в самое сердце… Тишина. Гробовая тишина, в которой совершенно не чувствовалось жизни. Разбитые вдребезги окна, перевернутая тележка, следы борьбы на земле – вот что ждало Узумаки по приходу домой. Неужели он… опоздал? Но… как такое могло произойти? Ведь он со всех ног бежал домой, в надежде, что Итачи еще не натворил всяких глупостей. А ведь он обещал, обещал, что никогда их не предаст! Больно… больно видеть эту опустевшую улицу… больно, передвигаясь медленным шагом, идти к своему дому… больно заходить в него – в такой темный и безжизненный коридор… больно видеть своих родителей, лежащими на голом полу, и не подающими признаков жизни… а само больнее, смотреть на своего брата, который с непроницаемым лицом, стоял в тени около мертвых тел… Сейчас, Наруто стало совершенно не понятно, каким образом Саске смог пройти через все это. Как после такого ходил в Академию? Как умудрялся сохранять хладнокровие, когда внутри он обливался горькими слезами? Как, вообще, он смог это пережить?! Ведь сейчас, ему самому, хотелось также упасть и умереть! Почему судьба с ним так плохо обошлась? Что он плохого сделал?! Наруто только-только, наконец, обрел родителей, брата, но… лишился их, хотя знал, что это можно предотвратить. Ведь так? Можно же было что-то сделать? Хотя… что может один маленький восьмилетний ребенок, который из-за еще слабого детского тела, кроме как техники клонирования и подмены еще ничего не научился делать? Вот именно! Ни-че-го! Разве что, попросить у кого-нибудь помощи… Но… кто ему, такому-то глупому мальчишке, поверит? Какой идиот поверит в то, что старейшины, Корень и Хокаге, который был против этой затеи, решили истребить клан Учих? Да это же бред чистой воды! Зачем скрытому Листу лишаться сильнейшего клана? Именно так сказал бы любой из жителей Конохи, который не знает всей правды… И сейчас, перед Наруто лежал выбор: оставить все как есть, и смириться с тем, что семьи у него никогда не будет, или отомстить. Нет, не Итачи. Он ни в чем не виноват. Он лишь пешка. Марионетка в руках Корня, главой которого был Данзо. Вот ему и нужно мстить, а так же тем двоим старикам, которые называют себя старейшинами. Хотя выбирать-то особо и нечего. Просто так он оставить этого не мог! Не мог с этим смириться! Ведь если быть честному к самому к себе, это не он виноват в том, что его лишают семьи, а деревня! Не он виноват, что Четвертый пожертвовал своей жизнью ради спасении Конохи, а Кушина ему в этом помогла. Не он виноват в решении, истребить весь клан Учих. А именно она – Коноха! Уже второй раз она лишает его самого дорогого – семьи! - Саске, мой глупый малень… - начал было Итачи, но Наруто ему продолжить не дал. - Закройся! – сквозь слезы выпалил он. – Не нужно мне тут лапшу на уши вешать о том, что ты хотел проверить свою силу! Не нужно говорить мне, чтобы я овладел Мангеке, и, обретя его, пришел к тебе! Не нужно врать. Ведь ты этого совершенно не хотел! На какой-то миг, на лице Учихи-старшего отобразилась удивление, но он тут же совладал с эмоциями, и оно опять стало непроницаемым. Но вот… откуда Саске узнал, что он только что хотел ему сказать? Тем-более утверждать, что он этого не хотел? Это было… странно. - И еще, - продолжил брюнет. – Я отомщу им! Отомщу за нас двоих. За то, что они так с нами поступили!