Empty

Peter Sandberg — Who's There #nowplaying Иногда Фэшу кажется, что он задыхается, будто он под толщей воды. Ощупывает подводные камни, царапает нежную кожу о ракушки, а потом у него заканчивается кислород и он тонет, выпуская пузыри воздуха. Но сегодня его клинить, ломает и несет куда-то никуда. Парень взглядом цепляет красные разводы на уже потертой ночнушке и еле успевает подхватить теряющую сознание рыжеволосую. Он быстро расправляется с одеждой, выбрасывая ту в мусорку, она уже износилась, ни чуть не смущаясь и опускает практически безжизненное, на первый взгляд, тело в ванну. Вода тут же окрашивается в красный цвет и даже кажется, что просто кто-то смочил грязную от краски кисть, но это не так. Фэш закусывает губу и тяжело вздыхает. Ему немного страшно, но все перекрывает непонятная дрожь в теле. Он перебирает схемы действий и решает, что надо бы принести новое полотенце и достать аптечку. Он кивает сам себе и выходит из ванной комнаты. Спустя какое-то время он возвращается и замирает в дверном проеме, сжимая в руках то самое чертовое полотенце. Девушка сидит в ванне с пустым расфокуссированным взглядом, а с ее кончика носа капает капля воды, смешанная с кровью. И это страшно до соленых слез и кома в горле. Он медленно подходит к ней и присаживается на корточки. Рыжеволосая поворачивает голову, замечая движение рядом и замирает снова. — Потерпи немного, — говорит Драгоций хриплым голосом и двигается ближе, стараясь взять девчонку на руки. Она дергается, но не убегает, потому что не может. Стонет неслышно от боли и все же сдается. Фэш подхватывает её, едва слышно дыша. — Не трогай меня, — шепчет хрипло, но не двигается. Фэш несет ее в комнату, переступая через пороги и думает о том, что это пиздец какой-то. Потому что внутри все в узел стягивается, а сердце стучит где-то в глотке. Ему не страшно, но очень приближенно к этому чувству. Это страх в каком-то ином проявлении и он совершенно не может понять в каком. — Не трогай, — повторяет снова и сжимает мокрыми руками фэшеву футболку. — Я сказал потерпи, — Драгоций опускает рыжеволосую в глубокое кресло на полотенце и осторожно начинает обтирать её. Она говорит не трогать, хватается пальцами за подлокотники и плачет ели слышно. Изредка стонет от боли, но все же на неё натягивают большую черную толстовку и укладывают в постель. Фэш приносит аптечку, роется в ней, а потом ставит на тумбочку стакан с водой и пару коробочек с лекарствами. — Феназепам — одна таблетка, анальгин — две таблетки, — говорит он и встает с кровати, захлопывая крышку аптечки. — Выпей. — Нет, — коротко бросают ему в спину. Драгоций оборачивается на секунду, вздыхает и уходит. Он возвращается минуты через две. Забирает тарелку, пустую от таблеток, и покидает комнату. В голове роятся мысли, путаясь между собой, но он прогоняет их. Стелит себе на диване, закутывается в одеяло по самые уши и не может уснуть целую ночь. В районе трех часов ночи приходит сообщение от Марка: «Я тут кажется на долго застрял. Не скучай, созвонимся завтра. Но вернусь недели через две, не бойся.» Фэш вдыхает запах свежего постельного белья и впервые за долгое время плачет. Не слышно, на грани срыва. Внутри что-то бушует, а руки дрожать, будто он под дозой. Он засыпает лишь к утру, когда солнечные лучи начинают пробиваться сквозь шторы.

***

Она спит почти целые сутки, а когда просыпается, то просто смотрит нечитаемым взглядом в потолок. Единственное, что он смог узнать — это то, что ее зовут Василиса. Попытки накормить или заговорить были тщетны, да и Фэш не особо старался. Он сам находился в каком-то странном состоянии. Бессоная ночь дала о себе знать, поэтому его побитое состояние начинало выражаться во внешнем виде. Он написал Захарре, что у него важный проект и просил не беспокоить звонками. Фэш чувствовал себя последней сволочью, когда врал сестре. Ей сейчас нелегко, а он просто так бросил её. Драгоций всегда старался думать о других больше, чем о себе, но сегодня он просто не мог делать счастливый вид и изображать, что все хорошо. Он в очередной раз приносит стакан воды и таблетки. Дожидается, пока Василиса уснет, и уходит в магазин. У него заканчиваются продукты, а еще надо в универ заскочить, взять пару конспектов, потому что в ближайшее время он не сможет ходить на занятия. Он возвращает спустя час и проходит на кухню, шелестит полиэтиленовыми пакетами, бросает мимолетный взгляд на кровать в соседней комнате и выпускает продукты из рук. Потому что Василисы нигде нет. Ни в постели, ни в ванной. Он больно дергает волосы и метается из комнаты в комнату. Окна закрыты, дверь была заперта. Куда она могла деться? Фэш думает, что кто-то сидит в его голове и периодически стучит молотком по его мозгу, как по наковальне. Тук-тук-тук. Сейчас это чистый страх, который окутывает и связывает невидимыми веревками. Ему хочется просто исчезнуть, испариться в воздухе. Что угодно, лишь бы больше никогда не чувствовать этого. Василиса находится на полу в гостиной. Её лицо бледное и она ели слышно всхлипывает. На Фэша будто выливают ведро холодной воды. Он шепчет «какого черта?» и подхватывает рыжеволосую под руки. — Что ты творишь?! Она поднимает на него свои огромные, блестящие от слез, глаза и поджимает губы. Говорит очередное чертово «не трогай меня» и Драгоций чувствует, что это разрушает его сильнее, чем что-либо еще. — Почему ты орешь на меня? — ее голос дрожит и хрипит местами. Фэш смотрит на красные пятна, которые выглядывают из-под ворота толстовки, синяки и ссадины, расцветающие на песочной коже. Вздыхает и немного тянет в сторону спальни. — Поедем в больницу? Василиса молчит, медленно передвигая ноги, а потом останавливает и хватается за стену. — Не надо в больницу, — Фэш смотрит искоса и вопросительно приподнимает бровь. — Меня там грохнут. Просто грохнут. Еще вчера он думал, что ничего не может быть хуже. Хуже уже было — будет еще.