МОИ ГРЁЗЫ

Драконы. Прекрасные змееподобные существа из старых мифов. Огромные по размерам, в толстой непробиваемой чешуе. С крыльями что в полёте затмевают солнце. Бессмертные в глазах людей. Но мало кто знает что драконы на самом деле тоже могут обретать человеческий облик. Они верны тому человеку которого полюбят. Да и только благодаря роду человеческому эти непобедимые существа могут размножаться, независимо от пола. Я полюбил этого человека в тот миг когда его теплая рука коснулась моей головы. К тому времени мне уже было год отроду. Но драконы растут немного быстрее человека, вот только трансформироваться учатся к восемнадцати годам. Я был ребенком, он тоже. Мальчик с доброй душой и солнечной улыбкой принёс меня в свой дом. Его родители наверное были ангелами, раз решили оставить в своём доме детёныша дракона. Хотя почему бы не мечтать о том что их ребёнок станет наездником чудовища. Профессия хороша как не крути, да и платят много. Мы вместе спали, ели, гуляли, а я влюблялся всё больше. Потому что Хосок дал мне почти утраченную надежду на счастье. Я утонул в желании угодить ему во всём. Я мечтал лишь о том что вот так вместе мы с ним останемся навсегда. Однако ни что не вечно под луной. Настал тот день когда я стал огромным могучим драконом. С чёрной броней и мощными крыльями, а смешной мальчишка как и мечтал стал наездником. Я боялся престать перед ним в человеческом обличии, не зная как же этот солнечный зайчик отнесется к таким переменам. Но в моей груди до сих пор жили сладкие чувства к этому хрупкому для меня созданию. Под облаками мы летали целыми днями, он смеялся, я ревел. Всегда вместе, под одним небом. Другие относились к нашей парочке спокойно. Все мои силы легли на то чтобы защитить своего возлюбленного от любых бед. Драки с другими драконами, просто перевозки, участия в битвах людских. Мы были единой командой, сплочённой с самых малых лет. Этот день не задался с самого начала. С раннего утра розовый дракон Джин, промыл мне мозг тем что у него с наездником очень близкие отношения. Слушать его эротические сценки было невыносимо. Нет, конечно я был рад за него. В другом же меня одолевала зависть, мне тоже хотелось поцеловать Хосока и наконец-то рассказать ему о своих чувствах. И если странный диалог я пережить ещё смог, то вид любимого человека под ручку с какой-то местной девкой выбил из лёгких струю огня. Хотелось опустить свою мощную голову в ближайшую реку чтобы остудить пыл. Он же счастливо смеялся и строил глазки этой рыжей бесстыжей твари. Не прошло и минуты как на меня взобрались два тела. Злость и ревность разрастались в сердце как корни шиповника. Гнев застилал здравый рассудок, когда я поднялся в высь под облака, а потом рванул к земле сложив крылья. Девчонка на спине визжала как сумасшедшая, я же от этого испытал садистское наслаждение. Падения остановил любимый голос, сейчас причиняющий невыносимую боль. — Чонгук, угомонись. На землю! Нехотя, но я расправил крылья и славировал на ближайшую ровную поляну. Хосок спустил аккуратно девушку, которая тут же убежала. Его нежность к этому отвратительному существу резануло по сердцу ножом. Глаза любимого смотрели на меня с осуждением. Не в силах переносить подобной муки я преградил ему путь ко мне кольцом огня и просто взмыл в воздух, желая как можно дальше улететь. Сил видеться с этим человеком сейчас просто не было. Предательство всегда бьет по влюблённому дракону слишком остро, иногда вызывая у него период гона. Я не мог подумать ни о чём кроме как о измене. Хотя мысль о том что он сейчас с этой рыжей бестией доводила до исступления. Хосок должен быть моим, а не чьим-либо. Выход был только один, и я решил сделать то что однажды осуществил мой отец. Этот человек станет моим даже без его согласия. Приняв жестокое решение я вернулся, как и думал этот жалкий человек был у дома этой страшной барышни и похоже извинялся перед ней за моё поведение. День уже клонился к своему закату, но было довольно светло. Не заботясь о настроениях наездника я схватил его своими лапами, стараясь не поранить и понёс в ближайший лес на поляну с цветами. Мягкие стебли прекрасно сойдут за ложе. Донеся свою любимую жертву до нужного места, я бросил его в ромашки и сам сел на землю. Его взгляд прожигал меня на сквозь, а изо рта понеслись ругательства. — Ты свихнулся что ли? Да что ты творишь сегодня весь день? Бесишь! Его злые слова были для меня похлеще хлыста. Закрыв глаза я стал трансформироваться. Процесс этот был до безумия болезненным. По крайней мере первые несколько раз просто вываривали всё внутри. Рычание трубящее в груди сменилось на громкий крик страдания. С земли я поднимался на трясущихся ногах, по потом по всех мышцам заструилась привычная сила. В своём человеческом обличии я был выше своего наездника. Хотя и не намного. Основательно потянувшись и заплетя свои волосы в длинную чёрную косу, мне стало интересно что сейчас делает Хосок. Обернувшись я встретился с удивленными глазами. Стало ещё больнее, но все страдания смыла недавняя ревность. Его тело было в долю секунды припечатано к дереву. Голос плохо слушался пока что, так что пришлось закашливаться. Приведя связки в порядок я поглядел в глаза на против и спросил. — Хосок, за что ты так со мной? Моя рука скользнула по его щеке ласково поглаживая. — Я, ты кто вообще? Когда же я услышал его ответ она переместилась на его шею и легонько сжала. Но этого хватило для того чтобы Хосок вздрогнул. Самому мне тоже было больно от того что я творю, однако остановить это безумие было уже невозможно. Я прижался к его лбу своим, и пригвоздив взглядом на месте ответил на глупый вопрос. — Это же я Чонгук, твой дракон! Неужели ты не узнал? Было горько и потрясно одновременно. Для меня весь мир погас в тот миг когда тонкая черта была переступлена и наши губы слились в поцелуе. Немного надавив на челюсть я проскользнул языком в его рот. Мне хотелось забрать из чужих лёгких весь воздух, чтобы из его головы вылетела та деваха. Прикусив мягкие губы, провел рукой по его телу и убедился что нужное действие произвел, внизу всё стояло. Отстранившись от парня я ухмыльнулся и тихо прошептал ему на ухо. — В моей слюне содержится афродозиак, так что ты не сможешь противиться мне. Как ты мог променять меня на какую-то девку. Мне так больно. Хосок смотрел на меня туманными от возбуждения глазами, покусывая и так раскрасневшиеся губы. Для него мой яд был слишком действенным. Всё его тело дрожало от напряжения. Сознание было таким же расплывчатым. Мне же было горько от того что наш первый раз был не по любви, а по принуждению. Но делить этого человека хоть с кем-то я не намерен, пусть всего и на одну ночь. Даже если его ненависть потом убьет меня. Подхватив на удивление лёгкое тело на руки, я перенес перышко на лежанку из цветов. Жертва ещё пыталась сопротивляться не смотря на то что его штаны уже были мокрые от смазки. Достав охотничий нож из чужих ножен, мне хватило пару секунд чтобы обрезать свои длинные до пояса волосы и обвязать ими отталкивающие руки. Оставшиеся локоны послушными змеями расползлись по голове, закрывая обзор появившейся челкой. Откинув мешающиеся волосы я принялся за одежду всадника. Сначала острый нож разрезал надвое бежевую тунику. Это легкое движение оголило чужую грудь, и на ней осталось пару тонких царапин от холодной стали. Ни о чём не думая, языком я зализал алые капли крови. Зверь внутри зарычал от удовольствия. Хотя оставшийся разум отчаянно кричал, чтобы я остановился. Уже не думая о последствиях, я довольно бережно оголил красивые бедра дав свободу возбуждению этого парня. Хосок уже почти не сопротивлялся, просто смотрел осуждающе и призывающее одновременно. Наклонившись над ним, я прикусил его губу, а потом зализал очередное ранение. Губы скользнули ниже к ярёмной вене, и в ход снова пошли зубы. На месте преступления красовался большой укус вперемешку с засосом. Его кожа на вкус была слаще любого мёда. Остановиться больше не было сил. На груди и животе расцветали кровавые метки, непослушное тело выгибалось от боли с мазохистским наслаждением. Жалость к этому человеку забилось куда-то в глубины разума. Совесть взывала к ней безрезультатно когда на нежной коже появлялись красные царапины от ногтей, а мягкие места покрывались звонкими шлепками. Растягивание предавшего человека заняло слишком много времени, ведь не смотря на злость и разочарование в груди от восторга билось сердце. Наигравшись вдоволь, одним сильным толчком я ворвался в его тело и прорычал ему на ухо. — Ты только мой, и так будет всегда. Хосок выгнулся мне на встречу, с искусанных губ сорвался стон боли и восторга. Но мне сейчас было всё равно, перед глазами сновали искры. Внутри наездника было слишком хорошо, тугие стенки плотно обхватывали немаленький орган дракона. Не дав привыкнуть, у меня просто не было сил на это, я начал вдалбливать ослабшее тело в землю. Кусая парня подо мной в плечо завлекая в болезненный поцелуй. На землю опускалась темная ночь, но свидетелем порочной страсти был бледный диск луны на небе. Бурная злость сменилась нежностью, когда Хосок потерял сознание и по его бёдрам стекала сперма вперемешку с кровью. Стало слишком горько от того что я натворил, от того что сорвался. Бережно вытерев любимого. Я зализал его раны, зная что слюна поможет им срастись быстрее. Осознавая о том что завтра солнце упадёт на землю из-за меня, я притянул худощавое тело к себе и зарылся носом в чужие волосы. Так и не сумев уснуть я всю ночь поддерживал чужую температуру тела. Чувствуя то что внутри любимого зарождается жизнь. Драконы когда признаются в чувствах дарят возлюбленному волосы, мои же сейчас валялись никому не нужные в траве. Я точно знал что теперь когда окончательно отвергнут то вскоре умру. Ведь убить любого сильного дракона может безответная любовь. Так когда-то умер мой отец, такова же и моя учесть. Поднявшись я собирался превратиться и улететь как можно дальше. Но меня остановила чужая рука на моей ноге. Не веря в реальность я снова опустился на землю и увидел серьезные глаза Хосока. Под грузом вины я приземлился перед ним на колени и не смотря в глаза сказал. — Прости. Молчание угнетало, а потом неловкую тишину разрушил тихий вздох облегчения, смешок и шепот. — Получилось Не понимая счастье своего наездника, я поднял на него глаза и увидел наисчастливейшее лицо этого странного парня. Головоломка становилась всё сложнее когда это странное чудо начало собирать мои волосы. Не в силах сдержать свои мысли я спросил. — Что ты делаешь? — Собираю. Просто ответил он и я наконец-то решил разъяснить ситуацию. — Хосок, прости меня за всё что я натворил. Это всё из-за ревности. Теперь внутри тебя есть наш ребёнок. Тебе не обязательно растить его. Можешь выкинуть в лес когда родится, выживет сам. Я же выжил когда ты меня нашёл. Я сейчас же уйду и ты больше меня не увидишь. Я снова попытался встать и уйти когда услышал возмущенный голос за спиной. — А кто ответственность возьмёт за потомство. У ребёнка как бы отец должен быть. Так что куда собрался. Поднимай меня, я даже сидеть ладом не могу. Теперь мои мысли окончательно запутались. Помотав головой и развеяв сомнения я наклонился и поцеловал Хосока. Он ответил на поцелуй спокойно и нежно, а моё сердце сделало кульбит в груди. Стало как-то слишком хорошо. Не в силах противиться счастью, я подхватил его на руки, закутав в остатки одежды, лишь потом спросил. — Может объяснишь мне? Мой наездник посмотрел на меня до безумия хитро, а потом начал рассказ. — Ну о том что ты можешь превращаться, я узнал сразу как нашёл тебя.При тебе была записка! Именно это помогло оставить тебя у меня, переубедив родителей. Правда я ждал что в свои восемнадцать ты станешь человеком, а когда это не случилось начал волноваться. В твои двадцать один всё же решил обратиться за помощью к ведунье. Кстати та рыжая девушка это и есть она. Её советом была ревность, и ведь помогло. Хотя ты мог быть помягче в мой первый раз. Моё сердце трепетало, мозг ликовал. Счастье впитывалось в кожу с первыми лучами солнца. Подавшись порыву я поцеловал любимого и понял что он тоже любит. Об этом можно было не говорить. — как назовём наше чудо? Спросил Хосок, и моя улыбка застыла на лице, похоже навечно. Подумав долю секунды я снова поцеловал возлюбленного рыжеволосого парня и шепнул. — Может Чимин.