Не шутите со Снежкой!

Меньше всего Реджина ожидала получить сообщение от Белоснежки, да, еще в пять утра понедельника. Еще меньше всего она ожидала, что у ненавистной падчерицы не хватит здравого ума, чтобы после не начать ей названивать каждую минуту. Миллс ненавидела чету Прекрасных всеми фибрами своей души, даже не смотря на то, что она с завидным упорством выжимала из себя фальшиво-доброжелательную улыбку при встрече с ними. О, видит Бог, она мечтала о том, чтобы погрузить свои руки в их грудные клетки и вырвать оттуда сердца, ну или сердце, которое Бланшар поделила между собой и Дэвидом. Но настойчивые убеждения Эммы, что она не такая уж и злая, в совокупи со взглядом полным надежды от Генри, делали свое дело. Реджина гасила пожар злобы и ненависти, натягивая маску «Привет, Чарминги!» и убирая подальше «Чтоб вы сдохли, самодовольные, чванливые и бла-бла-бла!». Реджина не стала поднимать трубку, но смс все же прочла. «Спасай!!!!!!!!!!!» — Ну, вот кто ставит одиннадцать восклицательных знаков после такого слова? — прорычала раздраженно Миллс, вставая с постели. Ответ был один: чертова Белоснежка. — Чего тебе? — перезванивая, грубо спросила Королева. Послышался судорожный всхлип, а потом второй, спустя десять секунд падчерица рыдала в трубку уже навзрыд. — Перезвони, как успокоишься! — отрывисто бросила Миллс и уже хотела было отключиться, как Снежка заговорила. — Мне очень нужна твоя помощь… — выдавила из себя, все еще продолжая всхлипывать, затем Мэри Маргарет запнулась и добавила. — Точнее нам. Нам очень нужна твоя помощь! — Ну и? — в пять утра никто не будет вежливым особенно с той, которая вас доставала на протяжении почти пятидесяти лет. «Бля!» — подумалось Реджине, когда она припомнила, что ей уже перевалило за седьмой десяток. — Ты не могла бы приехать? — жалобно попросила падчерица, на что Миллс тут же закатила глаза. — Я на «Веселом Роджере»! — Вау, ты что напилась и решила увести у дочери жениха? — расхохоталась язвительно Реджина. — Тебе что надоели пастухи, и ты переключилась на пиратов? — Реджина, — буквально взмолилась Снежка, — перестань! От твоего юмора мне легче не становится! — Тогда зачем ты мне позвонила в пять утра? — рявкнула в трубку мэр. — Я объясню тебе, как только ты приедешь, — пробормотала Белоснежка и сбросила звонок. Честно говоря, подобная манера заканчивать телефонные разговоры была ей несвойственна, но видимо жизнь рядом с пастухом напрочь выбили всю манерную дурь из пустоватой головы Принцессы. Ну, по крайней мере, именно так объяснила сама себе поведение Бланшар разгневанная Королева. И было не совсем понятно почему, но Реджина все же решилась поехать на пристань. Может потому что извечное женское любопытство взяло вверх над сном? Или же, потому что Миллс тут же представила осуждающие взгляды Свон и Генри, когда они узнают, что она бросила Мэри Маргарет в трудную минуту? В общем, что бы это ни было, но именно оно привело к половине шестого утра мэра Сторибрука на палубу «Веселого Роджера». — Снежка! — раздраженно позвала Королева. Из капитанской каюты тут же показалась темноволосая макушка, а следом за ней показались Дэвид и Эмма. — Все семейство в сборе, — недовольно поморщилась Миллс. — Только Ген… Генри, что ты тут делаешь? — удивилась мэр. — Ну, ма взяла меня с собой, — замялся мальчик. — Мисс Свон, не потрудитесь объясниться, почему вы приволокли с собой сюда моего сына, да еще в такую рань! — прорычала взбешенная Королева. — Ну, во-первых, — Эмма передернула плечами и широко улыбнулась, — нашего сына! Во-вторых, не приволокла, а привезла. В-третьих, он сам напросился с нами. А в-четвертых, Генри уже не раз бывал на этом корабле… — Ладно, хватит препираться, — втиснулся в их разговор Дэвид. — Реджина, у нас проблема и мы не знаем, как ее решить. — Господи, у вас вечно какие-то проблемы, — пробормотала себе под нос Миллс, — и вечно вы думаете, что только я могу их решить. — Идем за мной, — махнул рукой ей Чарминг, вновь исчезая в капитанской каюте. Королева обреченно вздохнула, но последовала за ним. Когда она вошла, то увидела кучу распитых бутылок из-под вина, рома, пива и виски. Миллс тут же неприязненно поморщилась от открывшегося перед ней вида и мерзкого запаха, что, подобно невидимой паутине, коконом опутывал своих жертв. — Вы меня сюда позвали, чтобы я полюбовалась на пьяного вдрызг однорукого пирата? — с отвращением посмотрела Реджина на Киллиана, что ничком лежал на узкой кровати. — Нет, конечно, — изумленно ахает Белоснежка. — Он может чуточку и пьян… — Мама! — тут же прикрикнула на нее Свон. — Ну, может, не совсем чуточку, — исправилась смущенная Снежка. И тут Реджина подмечает одну маленькую, но очень важную деталь, которую упустила изначально. Конечно, она списывает свою невнимательность на то, что не выспалась, на чрезмерную раздраженность и так далее. Миллс замечает, что Бланшар с трудом стоит на своих двоих, облокачиваясь на дверной косяк. А еще, что глаза Мэри Маргарет затянуты поволокой, а взгляд расфокусирован. Это отчего-то веселит Королеву, которая незамедлительно начинает хохотать. — Итак, Снежка, я была права, и ты все-таки надралась с ним на пару? — злорадствует мэр. — Ну, выпили мы с ним чуть-чуть… — складывает с обиженным видом руки на груди падчерица. — Мама! — опять одергивает ее Свон. — Ну, может, не совсем чуть-чуть, — вновь исправляется Бланшар, — но что с того? Мы взрослые люди, ик… Реджина поливает их очередной порцией смеха. — Так, ладно, поясните мне уже, наконец, зачем вы меня сюда позвали? — вздергивает брови вверх Миллс. — Ну, давай, рассказывай, ма-ма, — язвительно хмыкает Эмма. А Королева с удивлением косится на нее, явно не ожидавшая того, что дочь не планирует выгораживать свою мать. — Э-э, — тянет неуверенно Бланшар, — мы с Крюком разговорились вчера вечером… — А потом надрались, как две свиньи, — добавляет саркастически Свон. Реджина восхищена, пока Снежка обиженно пыхтит. — А что мне еще оставалось делать? — защищается Бланшар. — Его самодовольство и самоуверенность просто выбесили меня… — И ты не нашла другого способа, как напиться? — ядовито уточняет шериф Сторибрука. Реджина мысленно ставит плюсик напротив имени Эммы. — Ну, или иначе мне пришлось бы идти в участок с повинной, — признается Белоснежка. — Я, правда, готова была его прибить! — Милая! — восклицает ошарашено Чарминг, явно не ожидавший, такого удара по их прекрасной репутации. — Ты бы тоже его захотел бы заколоть мечом, — ворчит Снежка и далее поясняет. — Он заявил, что у них с Эммой такая же Истинная Любовь, как у нас с тобой! — гневно говорит она. Реджина едва не плачет от смеха. Эмма стоит, разинув рот. Дэвид пытается вспомнить, где лежит его меч, и отчаянно сожалеет, что не может трансгрессировать с корабля в лофт. — Каков наглец! — выдавливает наконец-то из себя Миллс, подавляя приступ смеха. — И это еще мягко сказано! — негодует Чарминг. Снежка активно кивает головой. Эмма до сих пор находится в шоке. — Да-да, — поддакивает в который раз Бланшар и, видя, что все на ее стороне, добавляет. — А потом начал приводить кучу примеров, как Эмма его спасала. Как например, отдала ему часть темной магии, чтобы он мог выжить, как отправилась за ним к Аиду! — Охренеть! — приходит наконец-то в себя Свон. — Пожалуй, это весьма уместное выражение, — смеется тихонько Королева. Прекрасные тут же с ней соглашаются. — А еще, — продолжает вдохновлено жаловаться Мэри Маргарет, — он начал утверждать, что если бы его подвергли сонному заклятию, то поцелуй нашей дочери заставил бы его очнуться! Ведь у них с Эммой Истинная любовь! — Пиздец, — крякает изумленно Свон. Остальные дружно ее поддерживают. — И что же потом случилось? — интересуется Реджина. — Ну-у, — краснеет, как рак Белоснежка. — Сонное заклятие сработало… — Прости, что? — настала очередь Королевы удивленно замереть. — Мама! — кричит в ужасе Эмма. — Дорогая! — выпучивает глаза Чарминг. — А чего вы ожидали? — рычит гневно на них Мэри Маргарет, которая решила применить тактику: «Лучшая защита — нападение». — Он все хвалился и хвалился… Он нарочно меня провоцировал! Я уже готова была одолжить у бабули Лукас арбалет! Так что сонное заклятие, знаете ли, лучше чем убийство в состоянии аффекта… — добавляет напоследок Бланшар. — Так, где ты, говоришь, раздобыла заклятие? — как бы между делом спрашивает Королева. — Эммм-м, — зависает Принцесса. — У Голда, — неуверенно произносит она. — У Голда? — повторяет за ней вопросительно Миллс. — Ну, может быть в твоем склепе, — закатывает глаза Снежка. — В моем склепе? — так, на всякий случай, уточняет Реджина. — Угу, — кивает падчерица. — Давай-ка еще раз проясним, — предлагает тихо Королева. — Ты проникла в мой склеп, выкрала из него сонное заклятие и отравила Крюка, все верно? — Ага, — вновь кивает Белоснежка. — Ты понимаешь, что сотворила за один раз сразу три преступления? — Миллс и сама не понимает, почему продолжает так спокойно разговаривать с пьяной падчерицей вместо того, чтобы поджарить ее фаерболом. — Он меня вынудил, — занимает оборонительную позу Бланшар. — И потом Эмма его поцелует, и он сразу же очнется! Так что минус одно преступление! — Ни за что! — раздается уверенный голос Свон. Все поворачиваются к ней лицом. — Я не буду его целовать, — повторяет шериф. — Но почему? — округляет глаза Белоснежка. Дэвид непонятно чему утвердительно кивает. — То есть ты считаешь, что у меня недостаточно причин, чтобы этого не делать? — вскидывает вопросительно брови Эмма. — Но он же… Но ты же… Вы же… — невнятно проговаривает Снежка, которая никак не может взять в толк, почему ее дочь упрямится. — И? — продолжает уверенно смотреть ей в глаза Свон. — Ты же любишь его, а он любит тебя, — заявляет Бланшар. — Так, для начала давайте-ка проясним кое-что, — усмешка расползается по лицу Спасительницы. — Крюк на протяжении всего вечера хвастался перед тобой, что у меня с ним якобы Истинная Любовь, в отместку ты напустила на него сонное заклятие, так? — Именно, — соглашается Мэри Маргарет. — То есть, вы оба были уверены, что просто позовете меня сюда, и я все разрешу, так? — Ну… — мнется Принцесса. — Да или нет? — спокойно уточняет Свон. — Да, — обреченно кивает Снежка, хотя ей совсем не стыдно. Вообще не стыдно. И честно говоря, она считает, что поступила очень даже правильно. Вот так-то! — Окей, — вновь ухмыляется Эмма. — Но я не собираюсь идти у вас на поводу. Тем более после того, что ты рассказала мне о Джонсе. Я вообще начинаю думать, что наше решение пожениться было слишком поспешным. Так что пусть он как следует проспится, пока мы все не постареем, а я не подыщу себе партию получше… — Но… — замирает Бланшар, на ее лице читается шок, отчаянье, непонимание. Короче, все эмоции, которые появляются, когда чей-то мозг внезапно ломается под натиском непринятия реальности. — Мама, ты натворила делов, но не скажу, что не признательна тебе сейчас за такое решение, — устало потирает переносицу Эмма. — Спасибо, что избавила меня от истеричных воплей со стороны Киллиана. Да и вообще спасибо, Крюк, что ты открыл мне глаза на свою самовлюбленную натуру! Мне плевать, что ты меня сейчас не слышишь, — она даже не смотрит на бренное тело своего бывшего жениха, — но мы расстаемся, так что поищите кого-нибудь другого для роли Спасителя! Я — пас! — Реджина, — взмаливается Белоснежка, внезапно понимая, что переубедить дочь у нее не получится. — О, нет, мама! — останавливает ее взмахом руки Свон. — Реджина тебе тут тоже не помощник. Ты украла у нее зелье, хотя не думаю, что она тоже против того, что ты усыпила Крюка… — шериф смотрит на Миллс и получает от той одобрительный кивок головы. — И вот что мне непонятно, если ты сомневалась, что у нас с Джонсом Истинная Любовь, то почему же тогда его заколдовала?! — Я не сомневалась, что у вас Истинная Любовь, — пробормотала Снежка. — Я знала, что ее нет! — она выпрямилась и посмотрела уверенным взглядом на дочь. — Во-первых, если бы он действительно любил тебя, то не стал бы выставлять вашу любовь напоказ и махать ею перед всеми типа: «Смотрите, я встречаюсь со Спасительницей! Капитан Крюк окольцевал Эмму Свон! Спасительница пойдет за Киллианом Джонсом в саму преисподнюю!». А ты бы без лишних слов просто бы поцеловала его и спасла бы, как и всегда. — Ну, примите мои поздравления, матушка, вы были абсолютно верны в своих догадках, — саркастически рассмеялась шериф. — Реджина не станет тебе помогать. Точка. Разруливай сама свою проблему, в конце концов, ты же взрослый человек и в состоянии нести ответственность в полной мере! Пойдемте, Мадам Мэр, — она жестом указала Миллс в сторону двери, — пора Генри отвезти в школу. Королева посмотрела на притихших Чармингов, спящего Крюка, решительно настроенную Свон, все это время не проронившего ни слова сына и кивнула. Шагая к выходу, она сделала мысленно пометку пересмотреть свое отношение к Эмме и даже молча обругала себя в предвзятости. — Может быть, она не так уж и глупа, в отличие от ее родителей, — проворчала еле слышно Реджина, которой даже начало казаться, что куртка мисс Свон не так уж ее и раздражает, а покачивающиеся бедра перед ее взглядом довольно-таки привлекательны. — Прошу, Ваше Величество, — галантно распахивает переднюю дверцу автомобиля перед ней шериф. Реджина обреченно вздыхает: — И ведет себя весьма учтиво, — бормочет она себе под нос. — Нет, определенно, я была к ней чересчур строга. — Операция «Невеста», — шепчет ей с заднего сиденья Генри. Реджина растерянно замирает. — Ма теперь свободна и будет искать себе более достойную кандидатуру, — с хитрой усмешкой намекает сын. — И? — все еще не понимает Миллс. — Ты тоже свободна, — продолжает тихо наводить на правильный ход мыслей свою приемную мать подросток, пока Эмма что-то объясняет Дэвиду. — И как это соотносится с тем, что теперь шериф Свон больше не обручена? — Боже, мам, — откровенно недоумевает парень. — Кто более достоин Спасительницы, чем сама Королева? — Генри бьет вопросом прямо в лоб. — Тем более, что ты сама признала, что была чересчур к ней предвзята и строга. Пора исправлять свои ошибки. Можешь для начала позвать ее на свидание, — успевает он протараторить, прежде чем Эмма распахивает дверцу и с сердитым видом усаживается на водительское кресло. Они в молчании доезжают до школы их сына, и с губ Реджины невольно срывается: — Шериф Свон, не хотите после заехать и выпить со мной кофе? Эмма удивленно смотрит на нее, потом на Генри, который ослепительно улыбается и утвердительно кивает. — Было бы неплохо, Мадам Мэр, — соглашается Спасительница, с интересом косясь на напряженную Королеву. — Я бы даже от завтрака не отказалась. — Не так быстро, шериф Свон, — хмурится Реджина, — мы с вами еще даже не ужинали, чтобы переходить сразу к завтраку. — Фу, я пошел, — морщится от недвусмысленности ее слов Генри, — пока, мамы, — и поспешно выходит из машины. — Пока, малыш, — хором отвечают женщины, впиваясь глазами друг в друга. — Итак, значит, ужин? — отводя взгляд, произносит Эмма. — Ну, если вы так настаиваете, — отвечает будничным тоном Миллс, с трудом подавляя довольную улыбку. — Но для начала кофе, — Свон задумчиво следит за тем, как светофор меняет красный на желтый цвет. — Подъезжайте к семи, я приготовлю лазанью. — Отлично, я привезу вино, — улыбается шериф и смотрит на Реджину. — Зеленый, мисс Свон, — тихо говорит Королева, но улыбка сама по себе расползается по ее безупречному лицу. — Теперь уже, желтый, — боковым зрением подмечает она, когда лицо Эммы стремительно приближается к ней. — Красный, — шепчет она, прежде чем губы Спасительницы отнимают у нее возможность говорить.