Связанные

*** Тор всего лишь хотел увидеть своего брата. Он знал, что Локи спустился в одну из параллельных вероятностей Мидгарда и решил надолго там остаться. Даже, вроде бы, присоединился к какой-то группировке людей со способностями. Словом, жил и не тужил. И про брата вспоминать не собирался. Но Тор так не мог. Он хотел просто убедиться, что с Локи все хорошо. Что люди его не обижают (да, самому немного смешно было при этой мысли), что сам Локи не взялся за старое, что ему там просто уютно и спокойно. Он ждал чего угодно. Кинжала в бок, хлесткого удара по лицу, равнодушного взгляда, холодного недоумения, злости, теплой улыбки, радости… Локи был непредсказуем. Но уж никак не того, что стоящий рядом с ним сероглазый юноша в черном плаще без колебаний свяжет его странными черными лентами с алой каймой. — Локи?! Брат, что происходит? — Эммм… — Локи растерянно склонил голову набок, разглядывая связанного Тора. Определенно, Рюноске сегодня в хорошем настроении, раз не проткнул Рашомоном, а просто сковал. Но глаза уже нехорошо прищурились, сравнивая их. — Брат? Вы не похожи. — Я приемный, — вздохнул Локи. Мягко коснулся руки Акутагавы. — Рюноске, отпусти блаженного. Он не виноват, что его при рождении умом обделили. — Как ты меня тонко идиотом назвал, — проворчал Тор, когда с него послешно спали ленты. Повисло неловкое молчание. Акутагава был неговорливым, хмуро разглядывая Тора, сам Тор мялся, не зная, что сказать такому… незнакомому, новому брату. А сам Локи думал. Его занимала очень серьезная проблема. Силы магические у него были, но недостаточно, чтобы отправить Тора обратно. В Асгарде это наверняка знали. Несомненно, сам Тор о пути обратно не задумывался, но кто-то же должен был об этом подумать? Значит, у него есть амулет. — Тор, ты прихватил амулет для возвращения? — Да, — Тор удивленно заморгал, но показал золотую загогулину на цепочке. В голову внезапно закрались мысли о том, что Локи захочет отнять амулет и отправиться в Асгард, чтобы… — Отлично, — кивнул Локи. Приобнял Рюноске за талию, разворачивая спиной к Тору. — Активируй и вали домой. Пойдем, я там видел кое-что интересное… — Постой, брат! — Локи ожег его таким резким взглядом, что ас споткнулся на ровном месте. — Я… я хотел тебя увидеть… — А я тебя — нет, — отрезал Локи. Глубоко вздохнул, потер переносицу. — Тор… Если ты переживаешь обо мне — не стоит. Я хорошо живу. Меня никто не обижает. Мир не захватываю. Все, можешь считать свой братский долг выполненным. Всего хорошего. — И все же я хочу убедиться, что с тобой все хорошо. Что ты здесь счастливее, чем в Асгарде, — тихо произнес Тор. Да. Он наконец понял — его стремление вернуть Локи в Асгард всегда было глупостью. Потому что нельзя удержать человека там, где ему плохо, где он несчастлив. Асгард с самого рождения Локи был для него золоченной клеткой. И он, в отчаянии, пытался занять в этой клетке место царя, надеясь, что это даст ему хотя бы мнимую свободу, но тщетно — это не помогло. Этот мир… дал ли он Локи то, чего он желал? Дал ли этот странный юноша, с тревогой смотрящий на ледяную маску Локи, ему что-то важное, что не смог дать Тор? — Хорошо, — Локи неожиданно широко улыбнулся. — Тогда познакомься. Это — Акутагава Рюноске, мой возлюбленный. Акутагава дернулся и слегка покраснел. Локи с трудом удержался от того, чтобы не начать банально тискать Рюноске. Редко он смущался настолько явно и настолько мило. Тор поперхнулся воздухом. — Э-э-э… Ну, приятно познакомиться… — Мне тоже, — сухо бросил Рюноске, ни на грамм не уменьшая подозрительности по отношении к Тору. — А теперь, Тор… Думаю, тебе было бы интересно познакомиться с моими коллегами. Я же с твоими Мстителями знакомился. — Ну… — Вообще-то, нормальным знакомством это назвать сложно. Так что Тор с опаской отнесся к предложению Локи. Но поворачивать назад было не в его правилах. Тор решительно кивнул. Ему показалось, или Акутагава едва заметно улыбнулся? *** — Познакомься, это мой шеф — Мори Огай. — Ой, дядя-шкафчик! — Элис, — улыбнулся шеф Портовой Мафии. Окинув острым взглядом «родственничка» своего подчиненного (одного из самых талантливых, между прочим!), решил, что привели к нему этого викинга не зря. И расплылся в самой доброй своей улыбке. — Тор-сан, а вы у нас надолго? А то может помогли бы брату в его работе. — А что у него за работа? — Тор с подозрением косился на Элис, что-то увлеченно рисующую. Вроде бы его портрет. — Да так, ничего трудного, — успокаивающе покачал ладонью Мори. — Всего-то нужно разобраться с парой-тройкой десятков зарвавшихся неудачников, лезущих не в свое дело. Акутагава, материалы я отдал Хигучи. — Хорошо. — Можете особо не спешить, я даю вам неделю. Управитесь? — Конечно. Даже раньше справимся, — Локи расплылся в ответной улыбке. Тору снова стало нехорошо. — Дядя-шкафчик, посмотрите, как я вас красиво нарисовала! — Д-да, очень красиво… — Тор отодвинулся от радостной Элис. — Похоже, — пробормотал Рюноске. Шкаф с красной накидкой и желтым вороньим гнездом на квадратной башке? Вылитый Тор. *** Тор ждал чего угодно. Что его заставят шпионить, швырнут во врагов, как он сам — Локи, заставят быть приманкой, наживкой. Словом, что-то в этом роде. Но никак не того, что его попросят подождать в сторонке и не вмешиваться. А затем устроят кровавую баню. Вокруг Рюноске плясал Рашомон, пронзая, разрывая, ломая. Вокруг Локи плясали льдинки, замораживая, вымораживая сердца, гася жизни. Тор видел множество битв. Но ни разу не видел, чтобы боевые товарищи… танцевали. Вокруг друг друга, задевая кончиками синих пальцев или черных лент. Обжигая алым взглядом или острием темно-стальных. Даря улыбки — широкую и радостную, предвкушающую и чуточку еще недоверчивую — ты со мной, ты будешь танцевать со мной, ты не оставишь меня в этой пляске смерти? И отдавая ответную — слабую, робко-неверящую, искреннюю, с болезненно-нуждающимися нотками — разве я могу быть без тебя, разве могу оставить, разве могу не откликнуться? И что в конце этого безумной пляски Рюноске обхватит ладонями лицо Локи и поцелует — так жадно и неудержимо, будто продолжая сражение, не страшась синей кожи с темными линиями шрамов. И что Локи обнимет его в ответ, прижимаясь так, словно даже сантиметр пространства между ними губителен. Вокруг плескалось кровавое море. Плясали льдинки и плети Рашомона. Стоны умирающих. И прозвучавший странной музыкой стон Локи. Рюноске оторвался от него с сожалением. Надо подождать до дома, не следует заниматься такими вещами в подобных местах. Нежно посмотрел на губы, на томно полуприкрытые глаза. Улыбнулся, когда Локи потянулся вслед за ним, не желая прерывать поцелуй. — Дома, Локи. — Дома, — с сожалением кивнул бог обмана, отпуская тонкую талию любимого. Бросил насмешливый взгляд на Тора. Что, братик, не готовила тебя к такому жизнь? К таким откровенностям? То ли еще будет. Он ведь обещал познакомить со своими коллегами. Одного Мори маловато будет. Им же еще отчет отдавать. *** — Кое-сан, это мой брат Тор. Тор неуклюже поклонился, с восхищением глядя на прекрасную даму. Дама вежливо улыбнулась, свысока оглядывая его. — Какой… интересный у вас родственник, Локи-сан. — Какой есть, — пожал плечами Локи. — Вы так непохожи. — Неродные. Тор вздрогнул. Неродные. Только Локи так мог — одним словом перечеркнуть все, что было. А было ли?.. — Вы столь наивны и глупы. У вас глупый взгляд, ослепленный светом, — Кое-пожала плечами, отворачиваясь. — Локи-сан, ваш брат так сильно от вас отличается, что я не могу более находиться рядом с ним. Его взгляд, его недоумевающая слепота… Заставляют злиться моего Золотого Демона. Локи понимающе кивнул. Акутагава спрятал за воротником насмешливую ухмылку — более красноречивого намека сложно представить. По меркам Озаки Кое — так вообще почти прямым текстом сказали тупому викингу, что он тут очень нежеланный гость. — А это, Тор, Накахара Чуя. Наш с Рюноске семпай. Один из сильнейших аналитиков мафии. — Это еще что за свинья? — Накахара идиотом не был. И понял почти сразу, что Локи так тонко стебет своего братца. Мстит за что-то. Тор ему сразу не понравился, так что Чуя с удовольствием решил помочь. — Локи, ты его лучше на кухню отведи. По тупым глазкам вижу, что жрать хочет. А там на ветчину его пустят, все польза… Локи безмятежно улыбался, Тор кипел. Рюноске прикрыл ладонью улыбку. Накахара-сан такой… Накахара-сан. Прочие коллеги Локи отреагировали на Тора не менее колоритно. — Брат, как же мне с тобой повезло… — Гин, сочувствующе погладившая Локи по плечу. — Акутагава-сан, этот человек вам мешает? — Хигучи деловито зарядила пистолет. — А можно я испытаю на нем свои новые лимоночки? — комментарии излишни, да? — Дядя Тор, вы поиграете со мной? — вот с Кью Тора знакомить не хотели. Но он сам подошел. Благо, его быстро отвлекли, и Локи с Рюноске оттащили ничего не понявшего Тора. — А вот здесь мы живем. Небольшая квартира в соседнем квартале. А что? Недалеко от работы, прекрасный вид на парк рядышком, тихий и спокойный район, понимающие соседи. Что еще нужно для счастья мафиози? Тора уже не царапало намекающее «мы». И так понятно, какие отношения связывали неразговорчивого, презрительно фыркающего в его сторону парня и Локи. Не сказать, что это ему нравилось. Рядом с братом хотелось видеть кого-то другого, кого-то мягче и добрее, что ли? Наверное, поэтому остаток вечера прошел как-то… неловко. Тора уже не впечатлял вид одомашнившегося Акутагавы, готовящего в простом синем фартуке. Не впечатляла уютная квартира, оформленная в кремовых и шоколадных теплых тонах. Не удивляли стеллажи с книгами и отсутствие телевизора. Не тронуло тонкое взаимопонимание без слов между Локи и Рюноске. — Ну что с него взять? Эмоциальный диапазон ограничен десятком простых чувств, чувствительность, как у табуретки… Нет, Тору было не стыдно подслушивать негромко беседующих в гостиной Локи и Рюноске. А вот поговорку, что подслушивающий не услышит о себе ничего хорошего, вспомнить стоило бы. — Твой брат слишком на тебя не похож. Пусть вы некровные родичи, но росли-то вместе. — Такое воспитание… Вернее, различия в оном. Любимый сыночек и его тень. Верная, неотделимая, послушная. Тору хотелось ворваться в комнату и заявить, что это было не так, но вместо этого он осторожно приоткрыл дверь, заглядывая одним глазом в комнату. На диване сидел Рюноске, рассеянно перебирающий волосы Локи, лежащего на его коленях. — Локи. Ты рассказывал, что он хотел забрать тебя домой, в Асгард, так? — Так. — Ты… — Никуда не пойду, — твердо сказал Локи. Поймал дрогнувшую бледную ладонь, поцеловал внутреннюю сторону. Поочередно коснулся губами подушечек пальцев. — Куда я от тебя уйду. Я нигде уже не буду счастлив, только если рядом с тобой, Рю. Ты — мой Дом. Рюноске не ответил ему. Словами. Он отвечал сбившимся дыханием, дрожащими пальцами, рывком поднявшими его. Губами, почему-то солеными, мечущимся взглядом, бриллиантовыми капельками на ресницах. — Локи. Ты мой, — как жаль, что он так и не научился говорить о своих чувствах, и этот сдавленный шепот — единственное, на что он способен. Но Локи все прекрасно понимает. Улыбается так беззащитно, прижимается так доверчиво, сплетает их пальцы, обнимает, тихо шепчет на ухо какие-то милости на родном языке. Пусть Рюноске не понимает, но ему достаточно просто слушать голос Локи. Этого вполне достаточно. — А как Кое-сан на него посмотрела… — Только она умеет взглядом опустить ниже плинтуса, — заразительно смеется Лафейсон. — И хорошо, что мы отволокли Тора подальше от Кью. Было бы неловко, если бы он заставил Тора все вокруг крушить. — Жаль, что оттащили. У меня было бы, по крайней мере, хоть какое-то оправдание, — недовольно пробурчал Рюноске, отворачиваясь. — Какой ты у меня кровожадный, — промурлыкал Локи, целуя изящную шею. Рюноске расслабил напряженные плечи, поворачиваясь уже с улыбкой. Глаза в глаза — так мирно и нежно, что сердце рвется. — Локи. — Только ты так мое имя произносишь. — Как? — Так… ласково. Ломкое стекло в глазах осыпается, не причиняя боли, лишь обнажая что-то ранимое и горячее, быстро-быстро бьющееся, жадное и алое. Рюноске повалил Локи на диван, укладываясь сверху, яростно целуя губы, щеки, скулы, шею, кадык, ключицы… Локи застонал, обхватывая его ногами. Тор быстро отшатнулся от двери. Нет, такое он видеть точно не готов. Он согласен принять такую странную любовь Локи, но… Новый стон, тихий смешок, шорох одежды. Тор бросил последний взгляд, зафиксировавший в памяти навечно — худощавая спина, вся в шрамах, чуть склоненная голова, ноги его брата, скрещенные на пояснице Рюноске, небрежно отброшенная на пол одежда и их руки с переплетенными пальцами. Крепко, наверное, до боли. Бело-фарфоровые и синие. Мышцы под кожей перекатились, когда Рюноске склонился над Локи. Пальцы они так и не разжали. Тор прикрыл двери. Щеки горели. Кажется, ему нужны будут затычки для ушей. И Ермунгард его подери, если Рюноске не заставит Локи кричать сегодня ночью специально, назло ему! *** Локи спать не мешали ни солнечные лучи, пробивающиеся сквозь занавески, ни Тор, старающийся ступать как можно тише. Он остановился лишь на секунду — как можно не посмотреть на эту спокойную улыбку, в уголках губ. Лафейсон заворочался, плед сполз. Тор сглотнул: шею и грудь его брата усеивали засосы. Так. Он не хочет знать больше о личной жизни брата. — Уходишь? Акутагава стоял в дверях квартиры, прислонившись к косяку. Он был в одних штанах, так что Тор мог оценить, что его брат был не менее страстным этой ночью. — Да, — Тор улыбнулся, нажимая на кнопку вызова лифта. — Думаю, я у вас загостился. К тому же, я уже узнал все, что хотел. Ему хорошо здесь, с тобой. Это все, что мне нужно было знать. Рюноске задумчиво окинул его взглядом. — Приходи еще. — Что?.. — Он будет рад. Первые дни он вспоминал о тебе. Очень много. Это раздражает. — Значит, он меня не ненавидит? — вышло немного по-детски. Акутагава посмотрел на него с жалостью, как на слабоумного. — Что бы я ни сделал, Гин меня не возненавидит, как и я ее. Вы были братьями, вы росли вместе, вы были связаны. Это не так просто преодолеть. К тому же, ненавидь он тебя, не останавливал бы меня вчера. Я хотел тебя убить, ты сильно его расстраивал. — Спасибо тебе, Рюноске, — Тор улыбнулся юноше. — За все. За брата и за… — Не благодари, — покачал головой Акутагава. — Просто приходи еще. Как-нибудь потом, в следующем году или лучше через пару лет. Тор хмыкнул, заходя в лифт. Да, это будет неплохо. Иногда, раз в несколько лет заглядывать к Локи, терпеть его шутки, издевательства его товарищей. Слушать ночью стоны. Видеть утром, как же сильно они друг любят. Кстати, он видел на столе в вазочке очень знакомые яблоки… Нужно будет проверить сокровищницу Асгарда. И подкинуть Локи гостинцев в следующий раз. Таких яблочек для гарантии нужно много.