За силы Зла

      - Хватит! - кулак с треском опустился на деревянный стол, оставив на нём зигзаги трещин, - вы, да и вся Комиссия уж точно в курсе, кому мать поручила дворец и королевство, пока её нет! Я, знаете ли, осведомлена о своих собственных действиях, и нет,       - Мина, даже не начинай, - в одну из комнат дворца, оборудованную под военный штаб, проникли алые лучи рассветного солнца, едва осветившие тёмную залу: по одну сторону колоссального дубового стола, заставленного картами и глобусами, полными хитросплетений военных стратегий, расположились член Верховной Волшебной Комиссии Хекапу и сильнейший воин королевства Мина. По другую сторону стола, так и не убрав с него кулака, стояла худая молодая девушка с острыми чертами лица. Её щеки раскраснелись от гнева, от чего на них ещё чётче вырисовывались тёмныё символы кресте. Солнце осветило копну белых волос на голове, превращая её в сияющую огненную лавину.       - Драться ты, может, и горазда, но никто так и не ответил мне, что ты забыла в этом чёртовом штабе.       В предвкушении хорошей ссоры, а может и драки, воинственная Мина сдвинула с глаз шлем и уже набрала в грудь воздуха, чтобы извергнуть шквал возражений, но Хекапу подняла руку:       - Оставим в покое девочку, Мина, поговорим с Королевой, когда она вернётся, - волшебница круто повернулась, рассекая воздух портальными ножницами, и исчезла в огненном окне, уволакивая за собой Мину.       - Девочку!       Стол затрещал и переломился. Принцесса стояла над ошмётками, схватившись за свою левую руку, покрывшуюся багровой кожей. “Как у моего отца”, не без гордости подумала она и слегка пришла в себя. Несколько секунд и рука стала прежней. Нужно было срочно вернуться к себе и привести в порядок нервы. Девушка открыла деревянные двери ударом ноги и направилась в свою комнату, которая находилась по ту сторону тронного зала. Войдя туда, она скривила лицо и отвернулась, увидев на троне короля Мьюни.       - Дочь! - прогремел тот раскатистым басом, долго звучавшим в сводах потолка. Принцесса прошла мимо него.       - Снова разгневала Комиссию, Хэйнос? - повторил король намного тише. Каблук её сапога замер, не коснувшись мраморного пола.       - Это… не … моё… не моё имя! - рявкнула принцесса, резко повернувшись к нему. Белки глаз покраснели.       - Я дал его тебе, дочь моя, - спокойной заметил король, за секунду до того, как она вылетела из тронного зала и заперла дверь своей комнаты. Наследница престола подошла к своей детской кроватке и провела пальцами по буквам,вырезанным у изголовья.       “МЕТЕОРА”.       Метеора Баттерфляй подняла своих кукол и потрепала их плюшевые головы вновь побагровевшей рукой. Мама говорила, что не стоит скрывать руку, хотя Метеора знала, да и была уверена, что мама сама знает, что это необходимо. Необходимо говорить, что король Мьюни - её отец, необходимо скрывать имя настоящего. Если и было сейчас во всех измерениях существо одновременно безмерно гордое собой и столь же безмерно себя стыдящееся, то это была Метеора Баттерфляй. Сейчас её раздирали противоречия: быть в восторге от своего происхождения, но скрывать его, не желать воевать с монстрами, на планировать атаки, быть первой дочерью монстра и мьюнианки, да и не простой мьюнианки - королевы. Принцесса неслышно усмехнулась. Да, она сама одно большое противоречие. Натягивая перчатки без пальцев и включая оглушающую музыку, она словно наслаждалась этим. Наслаждалась своей противоречивостью. Одной из самых больших её радостей было то, как она сама это воспринимала. Любой другой, думалось наследнице, посчитал бы себя чудовищем, ошибкой природы и пожелал бы навеки уйти в изгнание в Лес Верной Смерти. Любой, но не Метеора Баттерфляй. Ведь когда-нибудь, ах, когда-нибудь она станет королевой. Королева - наполовину монстр, что может быть противоречивее.