Пленить сердце Слизеринца

Оглядываясь назад Драко Малфой мог с уверенностью сказать и подтвердить под Сывороткой правды, что пересекался и ссорился с Вегой Поттер чаще чем писал домой. Столкнувшись еще перед первым курсом в поезде «Хогвартс-Экспресс» и разругавшись в пух и прах из-за какой-то мелочи и рыжего Уизли, их конфликт дотянулся до старших курсов. И только сейчас, учась на пятом курсе Драко понял, что во всех ссорах Вега Поттер держалась за вторых ролях и можно сказать в тени, за нее вечно говорил рыжий предатель крови, готовый броситься с кулаками на любого слизеринца, и кудрявая грязнокровка. Голос Веги Поттер он слышал только на занятиях и в библиотеке, когда она просила очередную книгу мадам Пинс. И вот сейчас на пятом курсе ее голос впервые за все годы в школе звучал уверенно и сильно. Только когда это началось? Была ли она так же сильна на первых курсах? Или все началось, когда в школе появилась розовая жаба? Или дюзатдень до отъезда из Хогвартса после всех СОВ ? Но сначала был первый курс...

***

Первокурсник факультета Слизерин, из собственного чувства противоречия, несмотря на вполне дружелюбное знакомство, оттачивал на Героине магического мира язвительность и презрение. И в довершении всего этого победа Гриффиндора в конце первого года обучения! Драко следил за Вегой Поттер и успел заметить за маской радости промелькнувшие недовольство и обреченность, но тогда он был настолько зол, что просто не обратил на это внимание. — Что, Уизел, — Драко проходился по друзям-знакомым Поттер, когда видел их в ее компании, — греешься об ауру Героя? Рыжий тут же бросался в драку, но его отталкивали Крэбб с Гойлом, с которыми Драко лепил «куличики» в песочнице с самого детства. Да, и лохматая грязнокровка оттаскивала Уизли и уводила в сторону, прихватив по пути не сопротивляющуюся Поттер. Вега Поттер молчала на любую агрессию и отвечала лишь на занятиях. Второй курс отпечатался в памяти у Драко, как натянутый до предела нерв, который вот-вот разорвется. Каждое письмо из дома, где между строк читалось: «очередной обыск в мэноре», вызывало в нем бурю эмоций. В такие моменты Драко поминал тетушку Беллу и мечтал устроить террор в Хогвартсе, чтобы сбросить лишнее напряжение. Волнения на Слизерине после весточек из дома становились все сильнее. Нападение на кошку завхоза в Хеллоуинстало первым звоном колокола, который никто не услышал. Кто бы знал за стенами гостиной Слизерина, какие там кипели страсти! Были сторонники Лорда, были противники и нейтралы. Но все просто хотели жить. Жить так, чтобы семья была в целости, а главное безопасности. В этом слизеринцы были едины, как и в том, чтобы ходить по школе малыми группами после нападения на кошку завхоза и случая в «Дуэльном клубе»! — Она знает змеиный язык! — шелестело подобно змеиному шипению в коридорах Хогвартса, когда там шла Вега Поттер. — Темная волшебница! Старшекурсники Слизерина взвалили на себя сопровождение студентов первого — четвертого курсов между учебных занятий, хоть большинство подопечных считали себя самостоятельными, но они все равно смирились с такими делами. И Драко был среди них из-за чего выпал из социальной жизни школы, став наблюдателем. Ему так хотелось подойти к Поттер, тряхнуть ее за плечи и заорать, чтобы она боролась с нападками окружающих, как это делали герои в сказках у мамы! Но Вега Поттер хранила молчание, правда ходила по коридорам так, что перед ней расступались все и младшекурсники, и старшекурсники, едва встречались взглядом с ней. Поттер откуда-то знала, как надо «держать лицо». Спокойствие и равнодушие — то что транслировала второкурсница миру под названием «Хогвартс» — стали ее верными спутниками. И как апогей сумасшедшего второго учебного года — пропала сестрица рыжего. Правда каким-то образом ее спасла Поттер, которую видели выбравшуюся где-то в районе причала из тайного прохода. И «мир» вдруг вспомнил, что Вега Поттер — светлая волшебница и героиня, правда вот ни с кем она не желала общаться. Маска вежливости стала скрывать истинные мысли девчонки даже от «друзей». Драко не видел Поттер в поезде «Хогвартс-Экспресс», когда все возвращались домой на каникулы. Слухи ходили, что она загремела в Больничное Крыло, но никто не мог этого подтвердить. Вегу Поттер все увидели лишь перового сентября девяносто третьего года в Хогвартсе. Слишком бледную и слишком кукольную с прямой спиной и стеклянным взглядом. Она сидела между Уизли и Грейнджер за столом на праздничном ужине, полностью игнорируя происходящее вокруг. Ее даже сбежавший из Азкабана Сириус Блэк не волновал, как и дементоры вокруг Хогвартса. — Всем запрещено ходить в Запретный лес и Хогсмид, — объявила на первом факультетском собрании Джемма Фарли в сентябре. — Не важно умеете вы или нет призывать Патронуса! Не шатайтесь по тайным переходам! Третий курс абсолютно не запомнился Драко. Он так же цеплялся к Веге Поттер, которая была абсолютно нейтральна, если рядом был кто-то из ее «друзей». Иногда ему казалось, что в ней и души-то нет! Но стоило перекинуться с ней парой фраз в библиотеке о чарах или трансфигурации, как она оживала. Загорались зеленые глаза, а на губах появлялась легкая улыбка. Но стоило теме разговора угаснуть, как она умело пряталась за очередной маской, которые все лучше и лучше ей удавались. — Тебе нравится Поттер? — шепотом спросил Теодор Нотт, когда вся школа спала в Большом зале из-за появления Сириуса Блэка. — Что? — Драко аж подскочил и сел в своем спальнике. — Ляг! — шикнул Тео и дернул его за руку. — Ты так кружишь вокруг Поттер, хочешь пригласить ее в Хогсмид? — Поттер — враг! Тео едва слышно хихикнул, а Драко почувствовал, как краснеют не только щеки, но и уши. — Так всегда, — ни к кому не обращаясь произнес однокурсник, — сначала за косички дергаем, потом розы таскаем. И бац! — он посмотрел прямо на Драко. — Отрицать чувства становится поздно. Любовь начинает кружить вокруг! — Спи, Нотт! — не нашелся с ответом Драко и перевернулся на другой бок, но прекрасно слышал, как друг хихикал.