Операция: Вспомнить

Утро, как всегда, добрым быть не хотело. Экзорцистов разбудил оглушительный гудок паровоза. Причём, казалось, кто-то просто уснул на нём, так как гудок не прекращался. Странное явление всех переполошило. А ведь и правда, оказалось, что машинист из последних сил вёл поезд, так как и его помощник благополучно уснул в углу. Вскоре двух бедолаг «убрали» и на станции воцарился гам людей. У всех радостные встречи, воссоединение с семьёй и будущей семьёй, в общем счастье всем, но не экзорцистам. С одного транспорта передвижения на другой. Это уже порядком поднадоело никакого разнообразия. Но, если подумать, то так быстрее. Но за то, какая была бы прогулка! Сколько знакомств с лесниками! А зверюшек бы сколько повидали! Белочки бы наблюдали за вами в ожидании орешков, гусеницы бы про себя ворчали, что вы тронули их лист, медведи бы с радостью поиграли с вами в догонялки. Друзья уже устали морально. Парусник, гостиница, паровоз, гостиница, парусник. Хотя нет, прибыли утром, так что обошлись без гостиницы. Вот скажите, чем разнообразится? Поиграть в карты с проезжими? Одолжить стопку книг? Порыскать в поисках акум? Вариантов много, но всё порядком поднадоело. Уолкер с мрачным видом озарялся на прохожих. В очереди за билетиками особо не повеселишься. Неподалёку Лави сторожит вещи, Канда стоит перед самим мальчиком. Тимкампи мирно покоился на голове седоволосого, мечтая о чём-то вкусном, а голем мечника пристально наблюдал за мальчиком. Аллен усмехнулся и схватил голема. Тот встревожено захлопал крылышками. Мальчик заботливо погладил его. Очередь сдвигается, и мальчик сравнивается в Кандой, поскольку настала их очередь. Чёрный голем спокойно смотрел, прям на мальчика, а тот с неким непониманием тыкал куда вздумается. - Отстань от него уже, – мечник вернул себе голема, уходя из очереди. - Почему? Он первый ко мне полез. - И что же он сделал? - Он смотрел на меня, – Аллен несколько возмущённо посмотрел на владельца чёрного голема. - Он не просто смотрел, он записывал. - Твой голем – маньяк. - Голем нормальный. Это я – маньяк. - Я не удивлён. Но зачем? Брюнет не ответил, предпочтя возобновить миссию голема. Лави радостно подбежал к друзьям, рассказывая о здешних девушках. А ещё он поведал, что три дамы перехихикивались в их сторону. Уолкер не удержался и зыркнул в ту сторону. Одна их трёх дам, очень похожая на Линали, только с более смуглым лицом и карими глазами, покраснела и отвела взгляд, который пересёкся с взглядом седоволосого. Оставшиеся две заметили это и посмотрели на экзорцистов, но вскоре весёлое хихиканье возобновилось. Уолкер отвлёкся от друзей и направился к девушкам. Друзья проводили его непонимающим взглядом. Лави ещё долго пялился, как мальчик флиртует, а Канда предпочёл отвернуться. Вскоре Аллену надоела беседа с девушками, так как кроме: «А я лучше, чем она...», «А она мне такая...», «Ахахахаха» ничего путного он не узнал. Седоволосый обернулся и заметил, что друзья пропали. Хотя, повернув голову, он увидел, что они уже на паруснике наблюдают за ним. Нет, наблюдал в основном рыжий, он облокотился на палубу и с любопытством наблюдал за ними, а мечник повернулся к «весёлой компании» спиной и лишь одним глазом следил за седоволосым. Объект слежки помахал им ручкой. Историк помахал в ответ, а вот брюнет вообще ушёл из зоны видимости. Уолкер опечалился, и каждая из девушек погладила его по плечу, успокаивая. - Не расстраивайся, - прошептала ему на ухо та, что была похожа на Линали, – я уверена, ты помиришься со своим другом. Девушка поцеловала мальчика в щёку и убежала, сказав, что ей пора. Остальные девушки переглянулись и убежали вместе с той. А Аллен прибывал в шоке. Потерев щёку, что бы стереть воспоминания об этом происшествии, он направился на парусник. Подойдя, наконец, к Лави он огляделся в поисках Канды. - Он в каюту пошёл, - тут мечник с гневным видом вернулся. - Вы это, - он протянул бумажонку коллегам, - видели?! Рыжий и седоволосый с интересом стали вчитываться в аккуратный почерк. «Уважаемые господа, приносим свои извинения. В связи с большим количеством народа, желающего попасть в Англию, мы вынуждены пересилить вас в комнату с одной большой кроватью. Ещё раз приносим свои извинения и что бы искупить вину, в этом путешествии для вас всё бесплатно... Вот» - Писал явно новичок, - оценил историк. - Я тебе про суть, а не про написание! – брюнет вручил другу подзатыльник. - Ну, ничего, - книжник улыбнулся, потирая подзатылок, – вам не привыкать, а я там, на краешке перекантуюсь. - Чего-чего ты щас сказал?! Не привыкать говоришь?! - Юу, успокойся. Возьми пример с Аллена, он тупо стоит в непонимании происходящего. - Я всё понимаю, - тихо возразил мальчик. - Тч. Мечник скрылся. Лави и Уолкер поводили его взглядом до двери. Потом мальчик сполз по перилам, а книгочей принял позу наблюдателя за видами. Вскоре парусник отплыл. Аллен ещё долго сидел, облокотившись об палубу и раздумывая, о чём-то. А вот историк покинул друга, направляясь в общий зал. Там он познакомился со многими людьми, среди них были даже довольно богатые. Книгочей провёл там почти всё время до ужина. Ужин устраивали в этом же зале. В случае потопа первой пострадавшей комнатой являлась бы именно эта, но конечно, это никого не волновало. Рыжий с нетерпением вглядывался в двери, в ожидании друзей, но явился только Канда. Видимо седоволосый всё ещё сидел снаружи. Брюнет уже собирался сесть за другой столик, когда увидел Лави, но тот потащил его за свой. Поели в тишине, ну как в тишине, играла тихая умиротворённая музыка и что б её расслышать, надо было молчать, что все так упорно старались сделать. Позже, когда ужин закончился, мечник направился за мальчиком, так как начинался дождь, а он всё ещё сидел там. Лави же отправился на осмотр комнаты. Она была довольно скромной, всего лишь одна кровать и пара картин на стенах. Кровать была правда не маленькой, на ней могли расположиться не то что бы два человека, целых четыре! Словно снег белые простынь и наволочки, а вот покрывало было насыщенного красного цвета. Каркас кровати был из тёмного дерева, впрочем, как почти весь парусник. И вот, наконец, вернулся брюнет с мальчиком. - Ну-с, давайте ложиться спатеньки, - промолвил историк. Какого было его удивление, когда Аллен и Канда даже без взгляда, легли на разные стороны кровати, оставляя серединку рыжему. - Ха? Вы чего? Поссорились? - Заткнись и спи, - пробурчал мечник. Книгочей послушно прыгнул на кровать, прижимаясь к брюнету, дабы вызвать ревность Уолкера. Но седоволосый, всё так же спокойно лежал, отвернувшись от них. Да и мечник особо не сопротивлялся. Тогда парень проделал тоже самое с седоволосым, но и результат получил такой же. Лави надулся и отпустил мальчика. Перевернувшись на спину, он немного подумал и его озарило. - Идите ко мне, дети мои, - прошептал он. Лави обнял обоих. И получилось так, что легли он на книгочее лицом к лицу. - Целуйтесь. После этого не обдуманно сказанного слова, историк получил двойную порцию удара в живот. Он сжался в комок, пытаясь унять боль. - Что ж у вас такого произошло, что вы так отчаянно не хотите общаться? Чего вы там себе нафантазировали? – Лави, изображая предсмертную сцену, приподнялся, садясь. - Не твоего ума дело, - хором был дан ему ответ. Ночь прошла тихо, без происшествий. Вот только Аллен всё время ёрзал. Flashback Очнулся мальчик, когда почувствовал, как что-то сдавливает его запястья. Да и не только их. Оказалось, что Уолкер сидит в той самой коробке, которую нашёл Лави, а те ленты были мило завязаны на нём же. Рыжий благосклонно оставил на нём трусы, чему очень обрадовался мальчик. Он попытался выбраться из коробки, выбив крышку головой, но его тут же упрекнул историк. Тогда Аллен унялся. Но оставлять попытки спастись он не желал. Синие ленты обвивали всё тело, а в районе трусов красовался пышный бант. Мальчик попытался достать до него, но руки, связанные за спиной не желали развязываться. Тогда решил, что развяжет зубами, но не суждено. Гибкости не хватало, что бы совершить побег. Тут коробка пошатнулась. Видимо, Лави поднял её и куда-то потащил End of flashback Утро было спокойным. Тихо и солнце почти не светило. Лави отстранённо лежал на самом краю кровати, проснулся он очень вовремя, ещё пара волн, которые бы заставили парусник встрепенуться, и он был бы уже на полу. Историк повернулся назад, что бы увидеть ситуацию за собой. Седоволосый и брюнет лежали лицом к лицу, лбом ко лбу. Уолкер всё пытался его обнять, а мечник сопротивлялся. Удивительно ведь хоть они и спали, казалось, что мозги их синхронизируют. Канда знал, куда направится рука мальчика, а тот в свою очередь знал, что руку отодвинут обратно, но продолжал наступление. И тут он нанёс неожиданный «удар». Он обхватил мечника ногами, и когда тот отвлёкся на их отцепление, обхватил и руками. Книжник не вольно улыбнулся, глядя как брюнет пытается вырваться, но, в конце концов, сдаётся и, наконец, замирает. Лави часами мог наблюдать эту картину, вспоминая тот вечер. Но с очередным смешком он отметил, что мечник подал признаки пробуждения. Историк призвал силу кролика и незаметно выбрался из комнаты, ускакав на завтрак. - Мояши, какого хрена? - Лави лез ко мне ночью, - прошептал мальчик, ещё сильнее прижимаясь к Канде. - Ладно, но что ты делаешь рядом со мной? - Говорю же, Лави лез, а твоя аура великолепно отпугнула его. Мечник сделал очередную попытку выбраться, но, увы, увы. В итоге получилось, что мальчик полностью разлёгся на мечнике. - Слезь. - Не хочу, мне удобно. Брюнет вздрогнул. На лице Аллена росла хищная улыбка. Руки его задвигались по простыни. И вот пальцы расстёгивают рубашку, затем начинают скользить по нежной коже. - Прекрати! Брюнет из последних сил старался вырваться, но пальцы начали атаку. Коротенькие ноготки пробежались по бокам Канды. Тот опять вздрогнул. После пальцев мальчика, кожа покрывалась мурашками. Брюнет долго и упорно дёргался, лишь бы не засмеяться. Из-за таких стараний он и забыл, что у него есть руки. И вот прорвался первый смешок. А пальцы Аллена перемещались по телу мечника ещё быстрее. Он нагнулся к шее мечника, дуя на неё. Тот быстро прикрыл поражённое место. И тут его осенило. Он перехватил руки мальчика и завёл их за его спину. - Ну, вот и доигрался. Свободной рукой, брюнет расстегнул рубашку мальчика. Затем нагнулся к его ключице, выдыхая при улыбке. Губы сами приникли к светлой коже, постепенно поднимаясь к шее. Уолкеру было немного щекотно, от чего он старался перекрыть мечнику доступ к своей шее, но тот не останавливался. И тут он нанёс мальчику неожиданный «удар». Он уже не целовал, а вылизывал его шею. Его язык прогулялся до скулы и снова остановился. - Точно, - вдруг вырвалось у Канды, - я ж обиделся. Он отпустил покрасневшего и ошеломлённого Аллена и снова улёгся. - И... Что это было? – так же озвучил свои мысли Уолкер. - Месть. Сладкая месть.