Дочь своего отца

      За последнее время это был уже второй раз, когда Серасса была удостоена чести «нежиться» в объятьях командира скоя’таэлей. Но эти встречи стали ей уже порядком надоедать. Особо подобное сомнительное чувство юмора ее судьбы не устраивали девушку, когда в соседней комнате решалось их с отцом будущее. Поэтому Серасса, не долго думая, что есть силы наступила пяткой на ногу эльфа. Тот зашипел ей в ухо, но руки не убрал, а наоборот, сжав сильнее, повалил на кровать. Зажимая рот одной рукой, сдерживать вырывающуюся эльфку другой было крайне неудобно, поэтому их тихую борьбу Иорвет прервал ядовитым шепотом: «Если меня обнаружат у вас в доме, вас арестуют, а я смогу уйти. Так что успокойся, foile beanna (глупая женщина)».       Это подействовало лучше всяких угроз кровавой расправы. Серасса осознала безвыходность своего положения и перестала сопротивляться. Эльф тут же отпустил ее и отошел ближе к двери, прислушиваясь к голосам в соседней комнате. Видимо, их небольшую перепалку не было слышно из-за двери, и Иорвет облегченно вздохнул. Бросив на Серассу взгляд, обещающий множественные пытки в ближайшем будущем, если что-то пойдет не так, он прошел к окну и опустился на стул, при этом положив руку на рукоять своего верного меча. Полуэльфке ничего не оставалось, как забраться к изголовью кровати с ногами, и оттуда, съежившись, зло смотреть на эльфа.       В комнате было темно, но света от луны было вполне достаточно. Эльф сидел не шевелясь, пытаясь уловить все звуки, доносившиеся из соседней комнаты. Там шел жаркий спор, где Роше обвинял во всех смертных грехах Седрика, а тот, с помощью Геральта, конечно, отбивал все его аргументы. Роше злился, Седрик пил. Иногда включались в эту оживленную беседу и другие, но было ясно, что это противостояние закончится не в пользу командира Синих полосок. Основной вопрос, которым мучили Седрика, был о месте расположения лагеря белок. Услышав это, Иорвет криво улыбнулся, и Серассе стала очевидна цель визита "старого лиса" к ней в комнату. Однако узнав, что их логово не обнаружено, уходить он не спешил - видимо рассчитывал поживиться еще какой-нибудь менее ценной, но не лишней информацией. Серассе ничего не оставалось, как сидеть и ждать, когда незваные гости осознают бессмысленность своего визита и удалятся восвояси.       Наконец, это время настало. Судя по разговорам, вялым угрозам и тихой перепалке бойцов, ожидавших жаркую ночку впереди, Роше решил оставить семью Серассы в покое. Пока.       Иорвет вскочил со стула и хотел уже выпрыгнуть в окно и скрыться в ночи, но краем глаза заметил быстрое движение юной девы, рванувшей к нему. Он было собирался поставить блок, ожидая продолжения сегодняшней схватки, но Серасса лишь схватила его за руку и зашептала в самое ухо эльфа: - У тебя есть голова или она лишь для того, чтобы было куда есть? Люди Роше окружили дом, они не такие глупые, как ты. Уходи через подвал, d'yaebl ean'givare(чертов шпион).       После своей пылкой речи девушка быстро открыла спрятанный под половицей люк и скрылась внизу. Иорвет, хоть и был взбешен командующей бабой, однако, аргументы в пользу ее решения осознал и нехотя спустился вслед за ней. — Этот проход выведет тебя к мосту, который недалеко от логова троллей, — указала Серасса на темный провал в стене, зажигая свечу, — и, надеюсь, как только ты уйдешь, сразу же забудешь об этом тоннеле.       Даже не посмотрев в ее сторону, Иорвет грубо выхватил свечу у нее из рук и скрылся в темноте. — Серасса! — раздался голос сверху. Девушка покачала головой, будто хотела вытрясти этот вечер из своей головы и спешно полезла наверх. Там уже ждал отец. — Все в порядке? — одновременно спросили они друг у друга. Седрик улыбнулся, стоя рядом с открытой дверью. - Ну конечно в порядке, отец, — улыбнулась Серасса, — просто это был очень длинный день. Спокойной ночи.       Седрик поцеловал дочь в лоб и вышел, оставив ее в темноте комнаты и ее собственных мыслей.       Ночью девушку одолевали странные сны. Серассе снилось, будто она пробирается сквозь лес, идет в сторону маленькой светлой точки. И чем дальше она шла, тем яснее ей становилось, что это идет не она, а будто Серасса лишь часть этого существа и находится у него в голове. Она захотела повернуться, но не смогла, ноги и руки не слушались ее. Даже моргнуть она была не в состоянии. И вот так, в качестве непрошеного пассажира, она вышла, наконец, к костру. Два эльфа, сидевшие подле него, вскочили на ноги. — В ваше отсутствие ничего не произошло, — быстро доложился один из них.       Кто-то, в чьей голове была эльфка, кивнул и сказал, что сменит их. Эльфы сдержанно высказали слова благодарности и, собрав свои вещи, удалились. Странные догадки начали появляться в мыслях Серассы, однако когда ее проводник сел возле костра и достал флейту, они рассеялись без следа. Теперь Серасса была совершенно точно уверена, что ее по странным стечениям обстоятельств, занесло в голову самого Иорвета.       Лишь утро принесло девушке желанное освобождение. Она открыла глаза уставшей, будто и вправду всю ночь провела у костра в лесу, наигрывая старинные мелодии эльфийского народа. Холодная вода немного взбодрила ее, но не помогла избавить от неприятного осадка. Приведя себя в порядок, Серасса покинула дом и отправилась в сторону смотровой вышки. Ей хотелось выяснить подробности вчерашнего разговора, но ее планы резко изменились, когда по пути к намеченной цели она застала Сегерима, беседующего с Геральтом. — Зачастил ты к нам, Gwynbleidd, (Белый Волк) — с улыбкой сказала она, протягивая руку ведьмаку. — Он спрашивает о тролле, Серасса, — после приветственного кивка ответил ей Сегерим, — и я посоветовал спросить у тебя. Это ж твой друг пьет уже третью неделю. — Я давно их не видела, — удивилась Серасса, — а что случилось? Кто-нибудь знает? — Вот, — Геральт протянул ей сорванное объявление о награде за голову тролля. — Нет! — воскликнула Серасса, — Не может быть! Ничего не предпринимайте, я разберусь.       И оставив своих собеседников недоуменно вглядываться в пыль, оставленную ее сапогами, девушка бросилась к мосту - туда, где жила семья ее знакомых троллей.       Серасса всегда отличалась любопытством и дружелюбием. Поэтому, как только они с отцом поселились в Биндюге, она облазила все окрестности, натыкаясь попутно на множество неприятностей. Так, однажды, проходя по мосту, полуэльфка встретила тролля, который старательно этот самый мост отстраивал. Благо, тогда при ней нашлась бутылка настойки, которую она стащила из дома, заботясь об отце. Так она познакомилась с этими двумя великанами, которые на поверку оказались весьма забавной и дружелюбной компанией. Особенно, если приходить к ним с подарками. И теперь она бежала со всех ног туда, где за голову ее друга обещали немалые деньги.       Разваливающийся мост однозначно был плохим знаком. Серасса осторожно спустилась вниз, и в отчаянии вскрикнула. Тролль сидел на камне, в одной руке у него была немаленьких размеров бутылка, другой он подпирал голову. Лицо его распухло до безобразия, а на ее приход он не обратил внимания, лишь вздохнул, да приложился к своей стеклянной подруге. — Стой! — крикнула Серасса, медленно подходя ближе, — что у тебя произошло? — Уйди, эльфа, хреново ммммне, – лишь отмахнулся тролль. — Ты помнишь меня? — робко спросила девушка на трольем языке, который пыталась безуспешно выучить под руководством своих больших друзей, — где Харишка?       Тролль уже более осознанно посмотрел на полуэльфку, затем схватил своими огромными ручищами имевшую неосторожность встать слишком близко девушку, обнял и заплакал так, будто хотел утопить несчастную в своих слезах. — Убили!!! — сквозь слезы удалось расслышать полузадушенной в объятьях тролля Серассе, — моя уйти, патом вернулся, смотрю — без головы Харишка-то! За что?!       Серасса поначалу пыталась вырваться из сильных рук тролля, но такие новости остановили ее попытки. — Как, убили? Кто? — лишь ошарашено спросила она. — Моя не знать, пришел, а Харишка таво, — и тролль снова залился слезами, отпуская Серассу и прикладываясь к бутылке. — Подожди, Рхавш, не пей, — попыталась успокоить его Серасса, — я найду их. Вот клянусь тебе, им не жить, — в сердцах крикнула она.       Бутылка замерла на подходе ко рту тролля. — А шо, правда грохнешь эту шваль? — с надеждой взглянул на нее тролль. — Обещаю тебе, я отомщу за нее. А ты пока лучше работой займись, так легче и тебе будет, и людям. А то они уже и за твою голову награду объявили, сволочи, — плюнула под ноги Серасса, выражая тем самым свое отношение к этим dhoine(люди).       Тролль ничего не ответил, но бутылку отложил. Так Серасса и оставила его, сидящего на камне, погруженного в свои мысли. Сама же полуэльфка быстро вылезла из оврага и побежала к деревне, чтобы успеть предотвратить непоправимое.       Сегерима она нашла на вышке, рядом с отцом. Он часто стал проводить там время после пропажи Мориль, своей невесты, которую не видели уже несколько месяцев после того, как она ушла в город. Сегерим вглядывался вдаль, хотя сам уже в глубине души понимал, что это бесполезно. Так, вдвоем с Седриком они проводили в молчании многие дни, каждый думая о своей судьбе.       Серасса, как белка, взлетела по шатким лестницам наверх и, только увидев искомого эльфа, наконец, смогла себе позволить отдышаться. Рухнув на небольшую скамеечку, тяжело дыша (даже для эльфов порой такие марафонские забеги даром не проходят), она взглядом пыталась дать понять Сегериму, чего она ждет. Седрик же поначалу удивился внезапному появлению Серассы, однако, вскоре вновь вернулся к прерванному занятию. Они поддерживали определенную свободу друг друга, и если его дочь захочет поделиться своими мыслями с ним, он обязательно ее выслушает. Но наставивать на том, чтобы все свои проблемы Серасса обсуждала с отцом, он считал бессмысленным занятием. — Геральт сказал, что будет в городе в таверне. И еще сказал, что не будет ничего решать без твоего объяснения, так что не беспокойся за своих друзей, — кратко отрапортовал Сегерим.       Серасса улыбнулась и кивнула. Восстановив дыхание, она напоследок обняла отца и пожелала ему хорошего дежурства, и лишь потом направилась к таверне. Для этого пришлось переступить через свое нежелание и, что уж скрывать, грызущий ее сердце страх. В лесу она могла ориентироваться с закрытыми глазами, там был ее дом. Но в городе… В городе могло произойти что угодно. Хорошо еще, что она знала обходные малолюдные пути, где могла привлечь внимание разве что портового старого пьянчужки.       Накинув плащ с капюшоном и удобно закрепив на боку стилет, чтобы вытащить его при первых признаках опасности, она направилась к городу. Легко преодолев каменную стену, отделявшую цивилизацию от деревни, она крадучись пробиралась по крышам, не боясь быть обнаруженной. Иногда Серасса даже подумывала о карьере вора, но моральные принципы не позволяли ей пасть настолько низко, чтобы воровать у dhoine. Спрыгнув в темном переулке, она вынырнула из-за угла дома и слилась с немногочисленной, но весьма шумной толпой. Был воскресный день и простолюдины спешили на центральную площадь, где раскинулась ярмарка, а так же заманивали в свои сети самые популярные места сбора горожан - бордель и трактир.       Лавируя между людьми, полуэльфка быстро добралась до места назначения и, открыв двери, шагнула внутрь. Даже несмотря на полуденный час, добротные деревянные столы все были заняты. В углу краснолюды и люди мерились силой на руках, кто-то раскидывал партейку в гвинт, остальные же просто отдавали должное дешевым, но вполне приличным напиткам. Несмотря на пеструю толпу, охотника на монстров было видно сразу. Он со своей неординарной компанией привлекал внимание всех без исключения. Серасса уже направлялась к нему, как неожиданно ее схватили за руку и сдернули капюшон.  — Опять ельфы пожаловали, — крикнул нетрезвый голос из угла, а рядом с самым ее ухом, дыша страшным перегаром, грубый мужской голос возвестил: - Ну что, повеселимся, ушастая?       Серасса уже нащупала стилет и, не думая о последствиях, хотела применить его, но внезапно перед ней возник Геральт. Она даже не поняла, как он так быстро смог тут оказаться, но об этом думать было не время. — Отпусти девушку, — спокойно сказал ведьмак, скрестив руки на груди, смотря куда-то сильно выше головы эльфки. Видимо, ее новый ухажер обладал немаленьким ростом, но разум свой не полностью пропить успел. Его пальцы разжались, и Серасса сразу же отпрыгнула от него за спину ведьмака. Геральт еще несколько секунд мерил взглядом полупьяного увальня, затем неспешно, походкой победителя, направился к своему столу под неодобрительные взгляды со всех сторон и шепотки «ведьмак-то всех подряд, без разбору, трахает».       Серасса снова накинула капюшон и села за стол, рядом с Белым Волком. Она бы предпочла быстро переговорить в стороне и покинуть этот ужасный город, полный мерзких dhoine, но ее мечтам не суждено было сбыться. — Геральт, да как смел ты, презренный, скрывать такую яркую звезду на эльфийском небосклоне, будто прекрасную розу взращённую на отбросах этого ужасного города! — Раздался с другой стороны стола громкий возглас, и прямо перед ней замаячила в приветственном жесте рука, — прошу Вас простить меня, прекрасная похитительница моего сердца! Позвольте быть настолько настойчивым, насколько позволит мне мое воспитание и ваша красота, и представиться — я поэт Лютик, скромный бард и не менее скромный ценитель прекрасного! — Лютик! — осадил своего друга ведьмак, заметив ступор, в который впала Серасса от такого словесного потока. — Что, друг Геральт? Или ты ревнуешь? — хитро подмигнул поэт, все еще пытаясь привлечь внимание эльфки. — Серасса, не обращай внимания, — вздохнул ведьмак, отпивая из кружки пиво, — это Лютик. А это Трисс, — указал он на невероятной красоты женщину с рыжими волосами, — а вон там сидит Золтан Хивай. — Серасса, какими судьбами, тетка его подкурятина! — оживился крепко сбитый краснолюд, хватая руку Серассы и тряся ее так, что она чуть не оторвалась, — хорошо, что Геральт первым к тому ушлепку подвалил, я б его!       И Хивай разразился такой отборной бранью, что уши Серассы не просто свернулись, а вжались вовнутрь. Однако ей хватило такта поздороваться со всеми, и уж потом тихо шепнуть о деле тролля Геральту на ухо. Тот кивнул и предложил ей говорить здесь, все равно лучшего места в этом заведении они не найдут.       Серасса кратко изложила свой разговор и соображения по этому поводу. Она посоветовала подойти к старосте Биндюги, который наверняка перебьет награду за голову тролля, если кто-нибудь выведет его из запоя. Серасса предложила деньги Геральту, ей же нужны были лишь имена.       За столом наступило напряженное молчание, которое нарушил Золтан: — Ах, итить их мать, я ж недавно слышал, как Прожженый, тот, который местный чемпион в покере, хвастал головой тролля!       Серасса подняла полные ужаса глаза на краснолюда. Расследовать дело, где фигурировала голова твоего друга, висящая в милой оправе на стене, ей совсем не хотелось. — Геральт, — начала было она, но ведьмак лишь положил руку ей на плечо, выражая понимание ее положения. — Серасса, — сказал он, — я думаю, что к вечеру уже буду знать, кто убил тролля. Но может, я сам с ними разберусь?       Серасса молча покачала головой. В ее глазах светилась ярость и боль. — Значит, я жду от тебя вестей вечером, Геральт, — сказала она и встала, чтобы уйти. — Уже уходишь, звезда моих грез? — возмутился было Лютик, но быстро остыл под взглядом Геральта. Серасса виновато пожала плечами, мол, я б и осталась, но очень надо. Покинув злачное заведение через черный выход, она оказалась недалеко от порта, и, ловко забравшись на крышу таверны, девушка направилась домой. Ей следовало бы немного отдохнуть пред тем, как она получит новости от ее нового друга.       Вечер подкрался незаметно, как эндриага из-за кустов. Серасса привела в порядок свое тело и свои чувства, так как догадывалась, что ночь сегодня будет жаркой. Седрик все еще был на посту, в доме стояла приятная тишина. Вдруг дверь распахнулась и на пороге появился Сегерим. Частый гость ранее, теперь он редко заходил к ним, даже по бытовым надобностям. Горе сильно исказило некогда прекрасные черты его лица, а о том, что творилось на его сердце, можно было только предполагать. — Приходил человек, передал тебе это, — сказал он и положил на стол запечатанный конверт. Немного помедлив, он добавил: «Будь осторожна». И вышел.       Серасса нетерпеливо принялась распечатывать послание. На пол выпал маленький листок, на котором, в манере Геральта, было кратко изложено, кто убил, количество целей, и где они бывают. Быстро пробежав глазами эти строчки, эльфка взяла лук и стрелы, небольшой кинжал, и направилась в сторону леса. На опушке над обрывом, если идти через кладбище, было место встречи этих dhoine. Если, конечно, Геральт не ошибся. Учитывая количество ее будущих врагов, вся работа могла быть завершена еще до полуночи.       Добравшись до полянки, она увидела кострище и пару больших бревен рядом. Прямо идиллическая картина, прекрасное место для ностальгических бесед со старыми друзьями. Не видя смысла прятаться, так как враг угрозы не представлял, она развела костер и, присев на одно из бревен, стала ждать. Все это время ее не покидало странное чувство, что за ней кто-то наблюдает.