Глава 7
4 декабря 2017 г., 18:16
Ифань с грустью наблюдал, как постепенно пустеют комнаты и шкафы. Бэкхен бродил по квартире, собирая вещи и проверяя, ничего ли он не забыл. Но самым болезненным в этом утре было другое — разговор с Миян. О том, кто её настоящий отец.
Малышка, словно чувствуя состояние отца, спала долго. Но когда проснулась и увидела Бэка за сборами, стала заваливать родителей вопросами.
— Папочка, а что делает папочка Бэкки? — Миян подошла к Ифаню, обнимая пса-Чанни.
— Вы отправляетесь в небольшое путешествие, принцесса, — альфа присел перед ней и потрепал по волосам.
— А куда? — потребовала подробностей малышка.
— Это будет сюрприз, солнышко. Но тебе должно понравиться.
— А почему ты не собираешься? — спросила Миян.
— Потому что мне нужно работать, — вздохнул Ифань. — Дядя начальник меня не отпустит.
— Но ты ведь к нам приедешь, папочка? — омежка сжала в кулачке его футболку.
Альфа сглотнул, этот разговор становился всё больнее. Врать, глядя в глаза дочке, было очень сложно.
— Конечно, милая. Обязательно.
— Папочка, что с тобой? — волнение альфы передалось и малышке. — Почему ты такой грустный?
— Всё в порядке, моя хорошая, — улыбнулся Ифань. — Просто немного болит голова. Не выспался, — он погладил малышку по головке.
— Так давай я поцелую, и все пройдет, — Миян подтянулась и чмокнула его в нос.
Альфа зажмурился и улыбнулся, едва сдерживая подступающий ком.
— Мне уже лучше. Спасибо.
Малышка улыбнулась и обняла его за шею.
— Я тебя люблю.
— И я тебя, Миян, — он крепко обнял девочку. Кто знает, как она выдержит разговор… — А теперь беги, умывайся. И я бы на твоем месте отдал Чанни папочке, иначе рискуешь уехать без него, — Ифань подмигнул, стараясь хоть как-то поднять настроение обоим.
— Хорошо, папуль! — малышка слезла с его колена и побежала к Бэкхену.
Ифань улыбнулся вслед убегающей девочке. Все-таки они с Бэком воспитали прекрасную дочь.
Омега тем временем вошёл на кухню и чмокнул мужа в макушку.
— Что ты ей сказал?
— А что, — не понял альфа, — что-то не так?
— Нет, просто я должен знать, какую легенду поддерживать.
— Я сказал, что вы уезжаете в небольшое путешествие, — ответил Ифань. — А я остаюсь тут, потому что работаю.
— Хорошо, — кивнул омега. — Разве тебе не надо сегодня на работу?
— Я взял сегодня отгул, — пожал плечами альфа. — Хотя, может после вашего отъезда и схожу.
— Ох, Фанни, — выдохнул Бэк, положив ладони ему на плечи. — Прости, что заставляю испытывать все это.
— Да ладно, Бэкки, — вздохнул альфа. — Всё в порядке. Я больше волнуюсь за Миян.
— Я тоже волнуюсь, — омега сел рядом. — Может, дашь совет? Как лучше рассказать все ей?
— Давай это сделаю я? — предложил Ифань, обняв омегу за плечи. — Расскажу всё перед отъездом, когда будете садиться в такси. Идет?
Омега глубоко вздохнул и кивнул.
— Спасибо, Фанни. Ты очень выручишь меня. Впрочем, как и всегда, — добавил Бэк с улыбкой.
— Не волнуйся. Я думаю, она всё поймет.
Вскоре подъехало такси, и омега, не без помощи альфы, погрузил туда все сумки, которых, к слову, оказалось не так много.
— Миян, — Ифань глубоко вздохнул, собираясь с силами, и присел, — подойди, пожалуйста, ко мне.
Омежка послушно подошла к альфе.
— Да, папочка?
— Малышка, — Ифань взял её за маленькую ручку, — мне нужно сказать тебе кое-что важное перед отъездом.
— Это большой-большой секрет? — шепотом спросила Миян.
— Можно сказать и так, — усмехнулся альфа. Ну как можно ранить сердце этой милой омежки? — Скажи, принцесса, как ты относишься к дяде Чанни?
— Ну… Он красивый. И добрый. Наверное, хорошо, — пожала плечами омежка.
— Как думаешь, вы бы поладили с ним, если бы он пришел в гости? — альфа погладил девочку по волосам, стараясь не нервничать.
— Конечно! — без тени сомнения сказала Миян. — А ты с ним тоже подружился?
— Вроде того, — уклончиво ответил Ифань. — Малышка, а ты заметила, что вы очень похожи с дядей Чанни?
Омежка охнула и приложила пальчики к губам. А потом шепнула альфе в самое ухо:
— Это же теория моей тайной лаборатории! — слово «лаборатория» девочка выговорила раза с третьего. — Но пока я не нашла никаких доказательств. Ты что, тоже эту теорию знаешь?
Альфа умилился, их дочка такая умная.
— Я тебе сейчас назову одно очень веское доказательство, — Ифань глубоко вздохнул, понимая, что начинает очень сильно нервничать.
— Оно что, очень страшное? Дядя Чанни пьет мою кровь? — ужаснулась малышка.
— Нет, милая, конечно, нет, — улыбнулся Ифань. — Всё дело в том, — он сглотнул и на секунду прикрыл глаза. — Малышка, — альфа крепче сжал маленькие ручки, — я не твой папа. Твой настоящий папа это и есть дядя Чанни. Поэтому вы с ним так похожи, — он с ожиданием взглянул на Миян, готовый в любую секунду начать успокаивать возможную истерику.
Миян не заплакала. Хотя все, кажется, к тому шло. У девочки покраснели глаза и щёчки, а крохотные ладошки в руках альфы задрожали.
— Но почему… — она всхлипнула. — Папочка, ты так шутишь? Ты же мой папочка. Я же дольше тебя знаю. А дядю Чанни всего много-много дней.
— Милая, — альфа и сам почувствовал, как дрожат его руки, — папе Чанни пришлось уехать, когда ты была совсем-совсем крошкой. И он попросил меня присмотреть за вами, — Ифань погладил её по волосам. — А теперь пришло время возвращаться. Ты можешь пообещать мне, что будешь слушаться его так же, как меня?
— А ты будешь приезжать к нам? — малышка расплакалась. — Я не хочу забывать тебя из-за папы Чанни.
— Буду, солнышко, — смотря на девочку, альфа почувствовал, как и его глаза наполняются слезами. Вот и всё. Это больше не его дочь. — Конечно, буду. Но обещай мне, что будешь любить папу Чанни очень сильно и быть ему хорошей дочкой.
— Хорошо, папочка, — омежка крепко обняла его за шею. — Ты тоже мой папа. Самый лучший.
Ифань не выдержал. Он стиснул хрупкое тело _не_его_дочери_ в крепких объятиях, стараясь не проронить ни звука. Слезы градом текли по щекам, а сердце буквально разрывалось на части, от осознания того, что он больше не будет слышать по утрам её звонкого «Доброе утро, папочка!», никто больше не будет сидеть на его коленях за столом, никто не будет мило требовать подарков и просить читать сказки. Никто не залезет в _теперь_уже_пустую_постель_ и не спросит «Папочка, можно я полежу с тобой?».
Миян ревела навзрыд, не желая отпускать альфу. Да, дядя Чанни хороший. И даже если он папа, почему обязательно надо оставлять папу Фаня? Можно ведь жить всем вместе. Почему же он оставляет их?
— Не плачь, моя хорошая, — сквозь слезы произнес альфа, стараясь держать голос ровным. — Мы с тобой увидимся еще не раз.
— Когда? Завтра? — спросила девочка с надеждой.
Ифань сглотнул и, вытерев слезы тыльной стороной ладони, чуть отстранился и взглянул на девочку.
— Я постараюсь, — кивнул он, вытирая влажные дорожки на щеках омежки кончиками пальцев.
Бэкхен и сам плакал, глядя на альфу с дочерью. Хоть и не родной. Сейчас разрывались сердца у всех троих. Но больше всех, конечно же, страдала малышка Миян.
— Ну всё, милая, — Ифань улыбнулся ей, насколько мог, — вам пора, — он оглядел её лицо, словно сохраняя образ в памяти, и коснулся её носика. — Папочка Бэк уже заждался.
— Подожди, — омежка подбежала к Бэкхену и отобрала рюкзак, который он сжимал в руках. — Папа, дай! — повалив рюкзак на землю, девочка стала там копаться и извлекла маленького панду, которого они с папой сами связали крючком. Вернувшись к Фаню, она протянула игрушку. — Вот, возьми. Я сама сделала, мне папа немножко совсем помогал. Это чтобы ты не забывал меня.
Ифань опустил голову и зажмурился. Да разве когда-нибудь в жизни он сможет забыть это чудо?
— Спасибо, Мими, — он забрал из рук омежки подарок. — Я всегда буду помнить тебя.
— И я тебя, — Миян поцеловала его в щеку. — Приезжай скорее.
Бэкхен поднял рюкзак и, подойдя, взял дочь за руку. Хватит ей терзать Ифаня. Да и саму себя.
— Пойдем, родная. Нам пора.
Альфа поднялся и улыбнулся, глядя им вслед. Этот период будет его самым лучшим воспоминанием.
Бэкхен вытер слезы и, глядя на альфу, проговорил одними губами:
— Пока.
Ифань кивнул ему и махнул рукой.
«Я отпускаю тебя. Будь счастлив».
Теперь осталось лишь сделать это сердцем.
Омеги сели в такси и долго смотрели на Ифаня через заднее стекло. Миян махала ему рукой, пока машина не скрылась за поворотом.
Тяжело вздохнув, альфа вернулся в квартиру, в которой теперь было непривычно тихо и пусто. Кажется, сегодня будет тяжеловато.
***
— Звони в дверь, малышка, — Бэкхен поставил сумки и поднял Миян на уровень звонка. Омежка тут же с энтузиазмом нажала на кнопку. Чанель вздрогнул. Он никак не мог дождаться, когда же его любимые омеги приедут, но услышав звук, тут же метнулся в коридор. — А вот и мои сладкие! — открыв дверь, он раскрыл руки для объятий. Бэк улыбнулся и передал дочь в руки альфе, а сам стал заносить сумки. Миян смешно нахмурилась и сложила ручки на груди. — Папа Чанни. Я тебя, конечно, люблю, но папу Фаня люблю тоже. И не ревнуй. И не обижайся. Все равно все хорошо будет. Чанель завис, глядя на дочь. — Бэк? Вы ей уже всё рассказали? — спросил он, не сводя взгляда с малышки. — Нет, я сама такая умная, — возразила Миян, погрозив тонким пальчиком. — Ты ж на меня похож. Не пьешь же ты мою кровь, ну в самом деле, — улыбнулась она. Бэкхен тихонько рассмеялся. Его доченька. Чанель крепко обнял Миян. — Ты ж моя сладкая, — он чмокнул её в нос. — Обещаю, буду хорошо относиться к дяде Ифаню. Омежка обняла его за шею и чмокнула в щеку. — А где я жить буду? — А я тебе сейчас покажу, малышка, — не выпуская её из рук, Пак прошел в комнату, которая была оформлена пока в бежевых тонах. Там стояла небольшая кроватка, стол с кучей альбомов и карандашей и много всяких детских штучек. — Ну как? Если не нравится, готов сделать всё, как ты пожелаешь, — он звонко поцеловал её в щеку и опустил на пол. — Вааау, — комната была больше, чем в предыдущей квартире, и Миян уже начала прикидывать, что и в каком месте она будет делать. — Но кое-чего не хватает. — И чего же? — удивился Чанель, перебирая в голове, что он мог забыть. — Моих рисунков, которые на стене будут висеть, — малышка обняла его за ноги. — Да я готов завесить ими все стены! — Чанель присел перед ней. — Ты привезла их? — Несколько. Но мы нарисуем новые, — улыбнулась Миян. — Не сомневаюсь, — альфа взял её за ручку. — Пойдем, поможем распаковать папе вещи, а заодно и обустроим до конца твою комнату? — А можно мне покушать? И папе тоже. А то он голодный, — попросила омежка. — Ох, что это я, — шлепнул себя по лбу Чанель. — Конечно! Идемте. Бэк? — он позвал возлюбленного. — Ребенок тебя сдал. — Куда? — не понял тот. Омега раскладывал вещи в шкафу. — Не «куда», а «кому», — рассмеялся Пак. Он подошел к возлюбленному и, заключив в объятия, чмокнул в губы. — Миян сказала, что ты голодный. — Папочка, я кушать хочу, — Миян подергала его за рукав. Бэк улыбнулся и поцеловал ее в макушку. — Корми нас, папуля. — Идемте, — Чанель обнял омег и провел их в кухню, где уже дожидался праздничный обед. — Все за стол, мои сладкие, — подмигнул он.***
Тао глубоко вздохнул, протирая бокалы. Вроде, вечер пятницы, а скука смертная. Даже буйных пьяниц нет. — Добрый вечер, — Ифань со вздохом сел за барную стойку. — Можно чего-нибудь покрепче? — Добрый, — альфа получил мягкую кошачью улыбку. — Виски подойдёт? — Подойдет, — кивнул Ифань. Он пока особо не разглядывал бармена, смотря словно сквозь него. Тао бросил в бокал лед и налил половину виски. — Пожалуйста. Альфа за один глоток осушил бокал. — Еще. Омега послушно налил ещё половину. — Расстались с кем-то? — поинтересовался бармен. — Можно сказать и так, — усмехнулся Ифань, вновь залпом глотая виски. — Отпустил в лучшую жизнь, — он снова придвинул бокал к бармену. Про себя Тао ужаснулся: у этого альфы ведь никто не умер? — Ещё? Ифань кивнул и тяжело вздохнул. — Я, наверное, сейчас выгляжу как сопливый омега, — произнес он негромко свои мысли. — Вовсе нет. Вашу боль можно понять. Даже хорошо, что Вы в себе не замыкаетесь, — вздохнул Тао. — Я не могу набраться смелости и высказаться, например. Хоть и омега. Ифань наконец сфокусировал взгляд на бармене, но тут же замер. Взгляд темных раскосых глаз пленил за секунды. — Хотите, я побуду вашим барменом сегодня? Хуан мягко рассмеялся. — Спасибо, конечно, но я не пью. — Я не об этом, — мягко улыбнулся альфа. — Бармены ведь часто выслушивают проблемы людей. Они своего рода психологи. Хотите, я побуду вашим? — он усмехнулся следом. — Готов слушать хоть до утра. Теперь уже некуда спешить. Тао тепло улыбнулся и пожал плечами. Хороший альфа. Может, из них бы вышла отличная пара. Правда, альфе сейчас явно не до отношений. — Моя проблема — бред по сравнению с Вашей. — Но Вы же не знаете, что произошло у меня, — возразил Ифань. — Да и может, я смогу хоть чем-то помочь? «А заодно и отвлечься хоть немного». Омега глубоко вздохнул. — У меня свадьба была вчера. В ходе которой человек, с которым я хотел связать свою жизнь, бросил меня. Ещё и наговорил всякого, но это уже мелочи. Альфа нахмурился. — Надеюсь, это произошло до обмена кольцами? — Ну, на вопрос падре он ответил «нет» и креативно объяснил, почему, — бармен налил ему ещё виски. — Могу я узнать, как? — осторожно спросил Ифань. — Ну, если в общих чертах, то я страшный. Внешне, в смысле. А еще доверчивый дурак, раз не смог заметить его измен. Альфа фыркнул, делая глоток из бокала. — Ну не знаю. По-моему это Ваш бывший альфа дурак. Во-первых, зачем доводить дело до свадьбы, если уже начал изменять, во-вторых, насчет внешности я готов с ним поспорить, — он спрятал улыбку в бокале с виски, на мгновение отводя взгляд. — Ну, — омега вздохнул, — как говорится, на вкус и цвет фломастеры разные. Альфа ненадолго замолчал, раздумывая о своем и периодически поглядывая на стоящего за барной стойкой омегу. Добрый, но в то же время иногда соблазнительный взгляд, изумительная улыбка, на которую невозможно не ответить, и чуть смуглая кожа, которую сейчас редко встретишь. Они оба пережили боль, но оба вопреки тяжелым испытаниям улыбаются. Их словно свела судьба. — Меня зовут Ву Ифань, — альфа улыбнулся и сделал еще один глоток виски. — Хуан ЦзыТао, — улыбнулся тот, протирая бокалы. У альфы замечательная улыбка. Хочется сделать так, чтобы он никогда не грустил. Ифань одним глотком допил виски и поставил на стойку пустой стакан. — Не хотите прогуляться после работы? — спросил он, раскусывая кубик льда, который случайно попал в рот вместе с алкоголем. — Вам придется ждать очень долго, — покачал головой Тао, опираясь руками на стойку. — Мне спешить некуда, — пожал плечами Ифань. — Четыре, пять утра? — Пять, — кивнул омега. — Ну вот и познакомимся за это время, чтобы Вы не подумали, что я маньяк какой-то, — улыбнулся альфа. — Если, конечно, хотите. Я не настаиваю. Всё же разрыв обычно тяжело переживается. — Если честно, мне очень нужна поддержка, — Тао опустил взгляд, стараясь не показывать покрасневших глаз. — Я только за. — Эээй, — Ифань мягко улыбнулся и, коснувшись ладони Тао, попытался заглянуть ему в глаза. — Жизнь продолжается. Всё наладится, вот увидите. Пойдем после работы, встретим с Вами рассвет, загадаете желание в первый день новой жизни… Омега тепло улыбнулся этим словам. Этот альфа такой хороший. От одного его взгляда становится легче. — Спасибо. И можно на «ты». — Хорошо, — с улыбкой кивнул Ифань. — И ко мне. Вы совсем не пьете? — Только шампанское по праздникам, — покачал головой тот. — И то, не очень люблю. — А кофе пьете? — поинтересовался альфа. — Да, — кивнул тот. — Очень люблю кофе. — Отлично, — улыбнулся Ифань. — Я знаю одну очень хорошую круглосуточную кофейню. Будем встречать рассвет с кофе. — Отличная идея, — улыбнулся в ответ Тао.
