Глава 13
15 января 2018 г., 17:55
Новоиспеченная чета Пак вместе с малышкой отправилась на фотосессию, оставив гостей наслаждаться живой музыкой и легким фуршетом.
— Ты только говори, если будешь себя плохо чувствовать, ладно? — улыбнулся Ву, когда они с Тао вышли прогуляться в тенистый сад. — Хочешь чего-нибудь?
— Хочу поцеловать тебя, — улыбнулся омега, обнимая возлюбленного за торс. — Сейчас мне очень хорошо.
Альфа улыбнулся и с нежностью оглядел лицо Тао. Наклонившись, он коснулся его губ поцелуем, пытаясь вложить в него все свои чувства. Парочка даже не заметила наблюдающего за ними фотографа. Или не хотела замечать. Они просто наслаждались друг другом и прекрасным днем.
***
Чанель держал Бэкхена за руки и целовал его пальцы. Он словно не замечал ничего вокруг, кроме своего омеги. Бэкхен касался своего альфы со всей нежностью, как делал это в минуты ласки. Иногда казалось, что это просто одно из первых свиданий, а не свадебная фотосессия. Вокруг бегала малышка, играя с бабочками на клумбах и разбрасывая остатки лепестков. Иногда фотограф даже не знал, кого фотографировать больше: пару или их чудесную малышку. Гостям оставалось лишь завидовать и наблюдать со стороны. Вскоре семейство Пак вернулось к гостям. Было множество тостов, поздравлений, радостных возгласов. Молодоженов не раз заставляли целоваться. А Бэкхен и Чанель буквально светились счастьем. Наконец-то, спустя почти шесть лет, они осуществили свою мечту.***
Наступил вечер, и после бурных танцев до упаду пришло время бросать букет. Тао не стал вставать со всеми омегами, боялся, что его могут толкнуть. Да и букет ему не был нужен — Ифаня он любил и без законного брака. Бэк с хитрющей улыбкой стал спиной к толпе. О, сколько же омег желали поймать этот «знак». — Раз, — хором начали считать гости, когда Бэкхен стал замахиваться, — два… Три! Вдруг омега резко развернулся и прицельным броском кинул букет куда-то немного в сторону, который прилетел как раз к ногам Тао. Миян тут же запрыгала на одном месте и закричала: — Дядя Тао, бери! Омега ошеломленно посмотрел на букет и поднял его. И все? Так просто? С каким-то слегка виноватым лицом он обернулся к Ифаню. Который тут же опустился перед ним на колено и достал из кармана бархатную коробочку с кольцом, протянув её омеге. — Тао, ты выйдешь за меня? Все вокруг восхищенно затихли, ожидая ответа. Да и сам омега замолчал, чувствуя, как по щекам покатились слезы счастья. Интересно, они заранее сговорились с Бэком? — Да, — выдохнул Хуан. — Тысячу раз да! Ифань улыбнулся и, вынув кольцо из коробочки, надел его на палец омеге. Поднявшись, он осторожно обнял Тао и нежно поцеловал. Быстрее всех отреагировал Бэкхен — он громко заверещал, крепко обнимая Чанеля. — Получилось! У нас получилось! Толпа омежек умильно вздохнула и пустила слезы. Разве это не романтично — получить предложение на свадьбе друзей? Тао улыбнулся, отвечая на ласку. У него в жизни целых три свадьбы: одна разрушила его жизнь, вторая дала надежду на светлое будущее, а третью ещё предстоит пережить. И она будет самой счастливой в его жизни. Дождавшись, пока друзья оторвутся друг от друга, Бэкхен с Чанелем подошли к ним, держа в руках по два бокала с шампанским. — Давайте отметим это? — предложил Чанель, протягивая бокал Ифаню. Тао взял шампанское из рук Бэкхена и растерянно посмотрел на Ву — нельзя же. Ифань мягко забрал бокал из рук омеги. — Тебе только сок, моя панда, — поймав проходящего мимо официанта, он поменял шампанкское на стакан с соком и протянул его возлюбленному. — Эм, — Чанель заинтересованно взглянул на Тао, — да неужели? — Наша панда с панданенышем? — восхитился Бэкхен. Хуан лишь спрятался за плечом Ифаня с загадочной улыбкой. — Получилось, что мы оба сделали сегодня друг другу сюрпризы, — Ву погладил своего омегу по волосам. — За это точно надо выпить, — Чанель приподнял бокал. Ифань поддержал его. Бэкхен же прошел к Тао и крепко обнял его. — Поздравляю, дорогой. — Спасибо, Бэк. Я могу, если что, обратиться к тебе за советом? — Я уже обещал Фаню, что приму его первенца, — хихикнул омега. Ву усмехнулся — похоже, их жизни никогда не разойдутся. — Бэкки, спасибо за помощь, — поблагодарил он омегу, делая глоток шампанского. — Это вам надо спасибо говорить, — улыбнулся Чанель. — Так скрасили нашу свадьбу. — Будто без нас было бы не так, — рассмеялся Ифань. — Я рад за Вас. Очень рад, — он взял Тао за руку. — Но скоро мы поменяемся местами, — альфа подмигнул чете Пак. — И будет у вас свой неутомимый пропеллер, — рассмеялся Бэк, глядя на Миян, у которой внезапно для всех оказался букет. — Папочка! — она протянула ручки к Чанелю. — Я следующая пойду замуж. Ты уже нашел мне такого же красивого жениха? Тао хитро улыбнулся и хихикнул. — Пока нет. Зато я нашел тебе друга, — Пак поднял ее на руки и поцеловал. — Но он нескоро придет. — А когда, папочка? — тут же заинтересовалась Миян. — А когда он придет? И откуда? А сколько ему лет? — начала заваливать вопросами малышка. — Ой, зря ты это сказал, — усмехнулся Ифань. — Будешь теперь каждый день отвечать на них. — И отвечу, — усмехнулся Пак. — Он будет маленький-маленький, — улыбнулся Тао, погладив омежку по волосам. — И очень милый. — Он? — удивился Ифань. — Думаешь, это будет мальчик? — Это мой жених? — обрадовалась Миян, помахивая увесистым букетом. — Ой, — Хуан прикрыл рот ладонью. — Само вырвалось. — Хотя тебе виднее, — Ифань приобнял Тао и прислонился к его виску. — Как же все здорово вышло. — Не говори, — улыбнулся Бэкхен. — Наверное, нам на роду написано всегда быть вместе. — Эй, — Пак притянул возлюбленного к себе, — я сейчас что-то не понял… Ты мой! — Я, вообще-то, имел в виду нас с тобой, — улыбнулся Бэк, — и Тао с Ифанем. Разве ты не разделяешь с ними их счастье? — Ах, ты об этом, — слегка покраснел Чанель. Как всегда сначала сказал, потом подумал… — Рад. Я рад, что все так сложилось, — он перевел взгляд на Ифаня, безмолвно благодаря его за то, что он позволил им с Бэком быть вместе.***
— Бэкхен, передай Ифаню, что я… Аааа! Для Тао счёт пошел на секунды. Бэк сказал, что все будет в порядке, но омега уже не верил и не надеялся — боль буквально пронзила все его тело. — Так! — рявкнул Бэкхен несвойственным для хрупкого омеги голосом. Да так, что абсолютно все вокруг притихли. — Панда! Хватит тут строить из себя номинанта на Оскар! Ты просто рожаешь! — Ты хоть знаешь, как это больно? — заканючил Тао. — А ещё Ифань не при… Ааа! — простонал омега, всхлипнув. — Ифань меня бросил… — А кто, по-твоему, рожал шило в заднице по имени Миян? — фыркнул Бэк. — И твой Ифань никуда тебя не бросал, не выдумывай! Откуда же он знал, что ты начнешь рожать, пока он в командировке в Китае? — И что, я тут буду совсем… Апчхи! — омега чихнул, вздрогув в кресле. — Айщ, Тао!!! — Бэкхен даже топнул ногой. — А я для тебя пустое место? Летит твой Ифань уже! Скоро будет, — фыркнул он. Что-то панда не на шутку разошелся. — Когда он вылезет уже? — омега посмотрел на друга просящими глазами. Бэкхен едва сдержал ругательства и, не выдержав, наклонился, словно заглядывая именно туда, откуда появляются дети. — Эй, малыш, ты скоро? — выпрямившись, он пожал плечами. — Молчит пока. Тао напрягся, было дико больно, и он чувствовал, что его мальчику там тоже не весело. — Ооо, умничка панда, — улыбнулся Бэкхен, про себя выдохнув. Скоро вопли раненной антилопы закончатся. — Давай, уже головка показалась. Омега напрягся и стал тужиться активнее. Поскорее бы увидеть малыша. — Так, хорошо, давай, — Бэк попытался хоть немного подбодрить Тао. — Уже почти. Тао вскрикнул от перенапряжения и откинулся на кресле. Все. Теперь точно. Спустя несколько минут счастливый Бэкхен подошел к омеге, держа на руках его «многочасовое мучение». — А вот и наш малыш, — он передал крохотный сверток Тао. Омега, правда, не так представлял себе малыша: точно не сморщенного и с чуть приоткрытыми глазками. Но он уже обожал своего сына. Тем более что он так похож на отца. — Ханни, — улыбнулся Тао. — Ханни? — удивился Бэк. — Ты уже успел придумать имя? — Ифань выбрал имя, — улыбнулся омега врачу. — Ву Хань. — Здорово, — Бэк погладил Тао по взмокшим волосам, любуясь его счастливым лицом. — Скоро приедет ваш папочка. А пока отдыхай. — Ты как? — спросил омега у Бэкхена. — В порядке? Живот не болит? — Да заболит тут с тобой, — рассмеялся Бэк. — Всё в порядке. Мелочь спокойна. — Хорошо, — выдохнул Тао, чмокнув своего малыша в щёчку. — Ну и заставил ты нас помучиться. — Вот уж точно, — хихикнул Бэкхен. — Ладно, отдыхай, я скоро еще забегу.***
Вскоре в больнице появился взволнованный Ифань и тут же набрал номер своего бывшего омеги. — По-моему, звонить ты должен не мне, — улыбнулся Бэк, поглаживая живот — он был на пятом месяце. — И тебе привет, Бэкки, — рассмеялся Ву. — Просто объясни, куда идти. Я заблудился в этой вашей больнице! Опять. — На каком ты этаже? — омега встал и пошел к выходу из кабинета. — На твоем уже, — ответил Ифань, оглядываясь неизвестно в поисках кого или чего. Бэкхен вышел в коридор и увидел растерянного альфу с букетом под мышкой. — Я тут. — Бэк! — Ифань тут же бросился к нему. — Где они? Всё в порядке? Без осложнений? — он завалил вопросами врача. — Давай просто пойдем в палату, — Бэк взял его под руку. — Все нормально, 3800 граммов, 55 сантиметров. Мальчик, альфа. — О боже, — Ифань стиснул Бэкхена в объятиях. — Спасибо! — Да я-то причем? — рассмеялся Бэк, похлопав его по спине. — Тао надо благодарить. Он молодец. — За то, что с Тао был именно ты, — Ву улыбнулся и нетерпеливо обернулся. — Пойдем. — Нам сюда, — омега развернул его в другую сторону. — И не кричи так громко. Кругом детки спят. Ифань поджал губы и, состроив мордашку нашкодившего ребенка, пошел за Бэком. Причем чем дальше они шли, тем сильнее становилось волнение. Наконец омега привел его к палате, рядом с которой было написано имя пациента: «Ву Цзытао». — Пожалуй, тут я оставлю тебя. — Спасибо, — альфа улыбнулся и, взволнованно обернувшись к двери, тихонько постучал и вошел в палату. Бэкхен же пошел в свой кабинет. Теперь семейка воссоединилась. Тао дремал, придерживая одной ладонью коляску с сыном. Всё-таки, роды отобрали у него много сил. — Моя панда, — Ифань присел на край кровати и, отложив огромный букет из разноцветных роз, кончиками пальцев погладил омегу по лицу. Тот спал довольно беспокойно, поэтому сразу проснулся и сонно улыбнулся мужу. — Ты приехал. Ифань тут же коснулся его нежнейшим поцелуем. — Конечно, приехал, как же я тебя оставлю? — он протянул огромный букет Тао. — Ну показывай. — Я боюсь, что у него будет аллергия, — омега переложил цветы на другую сторону кровати, подальше от маленького Ханя, и подкатил коляску ближе. — Только он спит. Ифань расплылся счастливой улыбкой. — Тао, он такой милый, — прошептал альфа, снова поцеловав мужа. — Спасибо. — У него такие большие глаза, — омега крепко обнял Ву, заставляя лечь рядом. — А ещё он такой же красивый, как ты. Ифань улыбнулся и снова чмокнул Тао в губы. — Не выдумывай, он на тебя похож. — Какой на меня? — рассмеялся омега, обнимая мужа. — Он светленький. — Ну и что, — возразил альфа. — Ты тоже ведь красивый. И вообще, ребенок всегда похож на обоих. Так что, не спорь, — поцелуй не дал омеге продолжить спор. — Ладно, — рассмеялся Тао. — Ты насовсем? — Да, — кивнул Ифань, — прилетел несколько часов назад. Так что можешь не волноваться. — Отлично, — Тао улыбнулся и прикрыл глаза. — Побудешь с нами? — Сколько попросишь, моя пандочка, — Ифань обнял возлюбленного, прижав к груди. — Сложно было? — Да. Наверное, Бэкхен хотел меня прибить, — усмехнулся Тао, снова начиная проваливаться в дрему. — Больно. И я плакал, как девчонка. — Ну ты же омега, — улыбнулся Ифань. — Отдыхай, — он начал поглаживать возлюбленного по волосам, но тот уже не слышал — крепко заснул, обнимая альфу.***
В один из следующих дней навестить Тао приехали Чанель с Миян. — Тук-тук, к вам можно? — Пак заглянул в дверь вместе с малышкой на руках. — Можно, — улыбнулся омега, беря на руки проснувшегося сыночка. — Ой, дядя Тао, а что это у тебя? — Миян с интересом глянула на маленького человечка в руках омеги. Тот лишь рассмеялся. — Это мой сын, малышка. — А почему он такой маленький? — Миян подошла ближе. — А можно потрогать? — Можно. Но осторожно, — кивнул Тао. Чанель усадил дочку на койку к омеге. Немного хмурый со сна Хань с интересом взглянул на девочку. Тао улыбнулся и снял с ладошки сына тряпочную варежку, обнажая крохотные пальчики. Миян аккуратно коснулась его ручки. — Он на куколку похож! Только мягкий, — она обернулась к Чанелю. — Папочка он такой интересный! — У нас скоро тоже такой будет. Ты же ждёшь братика или сестричку? — улыбнулся ей Чанель. — Хочу братика! — омежка вернулась к рассматриванию малыша, а потом чмокнула его пальчики. — Дядя Тао, он на тебя чем-то похож. — Да? — рассмеялся омега. — Я и не замечал. — Носик похож, — кивнула Миян, осторожно коснувшись пальчиком кончика носа малыша. Хань дернулся и очень громко чихнул, заставив вздрогнуть папу. — Ой, Боже! — рассмеялся Тао. Миян тут же испуганно прижалась к Чанелю, хватаясь за его рукав. — Тише, малышка, всё хорошо, — улыбнулся Пак, обнимая дочку. — Так, что это у нас тут происходит? — в палату с улыбкой вошел Ифань. — Какие у нас гости… — Папа Фань, привет! — помахала ему малышка, не вылезая из укрытия. — А сын дяди Тао нас пугает. — И чем это? — рассмеялся Ифань, подходя к омежке. — Он чихнул, — усмехнулся Чанель. — Фань, дай мне бутылочку, пожалуйста, — попросил мужа Тао. — О боже, чихнул, — Ифань состроил испуганное лицо и, взяв бутылочку, протянул её возлюбленному. — Какой кошмар… Сильно испугалась, малышка? — он погладил дочку по волосам. — Да, — Миян выкатила вперед нижнюю губу. Впрочем, почти сразу ее взгляд изменился, когда она услышала странное чмоканье. — Это что такое? Ифань с Чанелем умилились такой реакции. — Малыш кушает, — Ву кивнул в сторону Тао, держащего Ханя. — Ого, — Миян придвинулась ближе к омеге. — Как он миленько это делает. — Ты была такая же, — мягко улыбнулся Ифань. Подойдя к Тао, он приобнял его за плечо. — Как ты себя чувствуешь? — Хорошо, — улыбнулся омега, поцеловав его. — И он тоже. Ифань ткнулся в макушку Тао, сейчас он был безмерно счастлив. — Судя по интересу Миян к малышу, мы станем вашими частыми гостями, — заметил Чанель. Малышка до сих пор следила за новорожденным сыном четы Ву. Тао выразительно посмотрел на мужа. Пора бы им сказать нечто очень важное. — Боюсь, не получится, — вздохнул Ифань. — Мы через некоторое время переедем в Китай. Мне предложили там очень хорошую работу. — Чего?! — в дверях появился Бэкхен. Новость присутствующих сильно ошарашила. — На какой срок? — спросил он. — Эм… — Ифань весьма удивился такой реакции омеги. — Ну как вам сказать, — он потер шею. — Планируем насовсем. Повисло неловкое молчание. Уезжают? А все только начало налаживаться. Миян всхлипнула. — Папочка Фань больше к нам не придет? И малыша тоже увезут? Тао как-то нервно хохотнул. — Ну что ты, малышка. Мы будем приезжать в гости. — И вы можете к нам приезжать, — кивнул Ифань. — Мы же не обрываем связь с вами, — он открыл объятия для Миян. Но та ткнулась лбом в плечо Чанеля, начиная реветь. Папочка уходит снова. И теперь насовсем. Ифань вздохнул и сжал переносицу, надо было промолчать пока. — И когда вы собирались нам сказать? — Чанель обнял дочку. — Не плачь, милая, всё хорошо. — Мы не были точно уверены, — ответил Тао. — А Фанни вернулся из командировки в день моих родов и все уточнил. — Мими, — Ву со вздохом сел перед девочкой, — не плачь, пожалуйста, я буду звонить тебе. Можем разговаривать по скайпу, — он взял ее за ручку. — Ты же моя принцесса. — По Скайпу все не то, — всхлипнула омежка. — Я же не смогу тебя обнять. От слез и слов девочки сжалось сердце. — Миян, посмотри, пожалуйста, на меня, — он взял обе её ладони в свои руки. Омежка подняла на него заплаканные глаза. — Я обещаю, что на твой день рождения я всегда буду приезжать к тебе. И еще на несколько праздников. Идет? — А дядя Тао и малыш? — спросила Миян, глядя на омегу. — Конечно, они будут приезжать со мной, — кивнул Ифань, мягко улыбнувшись своей «пандочке». — Мы будем приезжать все втроем. И вы к нам потом вчетвером. — И маленькие будут дружить? — улыбнулась омежка. — А можно я буду о них заботиться? Бэкхен улыбнулся. — Ну, кто, как не ты? — Обещаю, что мы все будем дружить, — Ифань чмокнул маленькие ладошки.***
— Ну вот и все, — Тао схватился за ручку переноски, рядом с которой сидела Миян. — Пора на регистрацию. Слишком быстро для всех пролетели пять месяцев. Чета Ву подождала, пока Хань немного подрастет, и приготовилась ехать в Китай. Бэкхен всхлипнул, уткнувшись в плечо Чанеля. — Я не дождусь ближайшего праздника. — Время пролетит незаметно, — улыбнулся Тао, похлопав омегу по плечу. Бэкхен вскочил и стиснул его в объятиях. — Я буду скучать. — Папочка Фанни, — Миян уткнулась в ноги Ву с грустным выражением лица. Ифань поднял её на руки и, подозвав Чанеля, обнял всех. — Мы обязательно еще увидимся. Давайте все улыбнемся? Не хочу запоминать вас грустными. — Давайте ещё сфотографируемся? — Чанель достал мобильник. — И я всем перекину. — Да, да, да, — Бэкхен закивал и вытер глаза. — И малыша Се тоже возьми, — улыбнулся Тао. Вся компания сбилась в кучу, стараясь улыбаться. — А теперь все говорим «кимчхи»! — улыбнулся Чанель. Пока все старательно улыбались, Хань схватил за ручку Сехуна и потянул ее в рот. — Ой, смотрите, смотрите! — чуть ли не взвизгнул Тао. — Ну всё, это точно знак. Малыши еще даже не разговаривают, а уже дружат. Ифань приобнял любимого. — Я когда смотрю на вас с Бэком, у меня улыбка с лица не исчезает. — Потому что мы папочки, — улыбнулся Тао, чмокнув его в губы. — Мы излучаем тепло. — Да, — Бэк обнял своих детей. — Мы самая счастливая категория населения. — А мы, значит, несчастные? — надулся Чанель. — Наоборот, — возразил Ифань, легонько толкнув Пака, — мы еще более счастливые, потому что у нас есть собственные источники тепла и счастья. — Да-да, — поддержал его Пак, пафосно покачав пальцем перед носом мужа. Тот сразу его за этот палец укусил. — Злое счастье. Вновь прозвучал механический голос, оповещая о продолжении регистрации на рейс до Китая. — Ну что ж, — Ифань обнял Тао за плечи и взглянул на друзей, — нам пора. Бэк тут же пустил слезу и отмахнулся. — Идите уже, пока я не разревелся на весь аэропорт. — Давайте, — кивнул Чан. — Позвоните, как приземлитесь, — он прижал к себе мужа и детей. Тао тоже успел пустить слезу, глядя на Бэка. — Так все, — Ифань рассмеялся, — скоро напишу. Ждите. Уходя, он улыбнулся. Кто бы мог подумать, что всё обернется именно так. Их всех сплотило горе, но не иначе постаралась судьба — ведь теперь они все снова были счастливы. И можно сказать, что стали одной большой семьей.
