Грязная кровь

      Луч летнего солнца лениво коснулся лица юноши, которое мигом скривилось гримасой сильнейшего раздражения. Каркат резко дернул одеяло, прикрывая своё лицо, а затем и вовсе отвернулся от окна. Он даже не хотел смотреть на время, зачем расстраивать себя осознанием оставшихся часов сна. Часов?       – Сынок, я слышала твой будильник, даю тебе ровно пять минут принять реальность и смириться! – голос матери такой громкий, веселый и жизнерадостный, несмотря на скрытую угрозу расправы за неподчинение. Он даже не пытался что-то придумать в ответ. Парень понимал, что всё в этой жизни закономерно. Он был занят с Терези, хорошо проводил время за играми, просмотром фильмов, и когда взялся за свой проект, то у него оставалось крайне мало времени. Несмотря на осознание, что сам создал себе проблему, делать работу абы как совершенно не хотелось, так что он решил попросить помощи у соигрока по сети. Хороший парень, отличный игрок и, к счастью, талантливый программист. Работа была кропотливой, по ходу дела кофе становилось всё меньше, а синяки под глазами – всё больше. Он чудом успел закончить вовремя, и у него осталось несколько часов сна, которые как раз исчерпали себя. Одеяло легко соскользнуло с узких плеч, стоило Каркату сесть на своей кровати и протереть глаза в последних попытках проснуться. Узкая полоска света, нарушительница его покоя, ловко танцевала меж темных штор, слабо освещая невзрачную комнату самого обыкновенного студента. Плакаты на серых стенах, учебная литература тут и там, местами царил легкий беспорядок в виде пачки недоеденных чипсов или пустой кружки кофе рядом с монитором компьютера. Но было в комнате одно особенное место – стеллаж. Это было важное для парня место, где в рамочках хранилось несколько семейных фотографий, его школьные награды, стопочка дисков с романтическими комедиями, небольшая коллекция ретро-игр и самые любимые книги. На уровне глаз хранилось несколько слишком потрепанных детских книжек, что говорило о их популярности в своё время. Это место было сосредоточием того, чем парень жил и гордился, так что это место было неприкосновенно. Особенно для пыли. На кухне, как обычно, витал ароматный запах маминой стряпни. По чересчур громкому стуку приборов и быстрым шагам, он догадался, что женщина спешила.       – Обед готов, на ужин придумаешь что-то сам, хорошо? – уточнила женщина.       – Ага. Куда-то торопишься? У тебя вроде сегодня должен был быть выходной, – поинтересовался парень, озадаченно коснувшись своих каштановых волос.       – Должен был быть. Джена попросила заменить её сегодня, какие-то проблемы дома, – ответила Эпри, намазывая для сына тост джемом.       Каркат недовольно нахмурил брови, рассматривая низкорослую женщину.  Не то чтобы его раздражала отзывчивость матери, он давно понял, что в этом плане откатился от яблони за километр и был слишком эгоистичен. Но ему не слишком нравилось, что она так пренебрежительно относится к своему графику труда и отдыха. Когда много лет живёшь рядом с человеком, то обычно не замечаешь изменений. Но даже невооруженным взглядом видно, что его мама сильно уставала. Слишком рано появились мелкие морщинки около рта и огрубели нежные руки. Ему не раз приходилось накрывать её одеялом, когда она засыпала за просмотром фильма, а из-за усталости она порой становилась слишком рассеянной.       – Ладно. Возвращайся, когда сможешь. Всё будет в порядке, – попытался он приободрить её. – Я справлюсь, ни о чём не волнуйся.       Тряхнув пышными темными волосами, женщина обернулась и тепло посмотрела на сына. Отложив деревянную лопатку, она сделала огонь под кастрюлей немного тише и подошлак сыну и ласково обняла его плечи. Вполне обычный жест нежности, но парень как-то сразу напрягся, почувствовав себя в ловушке.       – Я знаю, – негромко ответила она и после короткой паузы добавила: – Будь аккуратнее. Я понимаю, что в твоём возрасте мысли о том, как провести время с любимой девушкой вполне...       – Мам! – эмоционально воскликнул Каркат.       – ... к месту, – настойчиво закончила женщина, ущипнув вспыхнувшего парня за щёку. – Но это не повод откладывать всё на последний момент. Посмотри на свои глаза! Постарайся позаботиться об учебе заранее. Я ведь волнуюсь.       Каркат неловко отвёл взгляд и наклонил голову вбок, подставляясь под лёгкие движения женских пальцев в своих волосах.       – Хорошо. Извини за волнение, буду аккуратней.       Наградой за послушание был легкий поцелуй в макушку. Чёрная кошка смотрела на этих двоих, вылизывая свою мордочку после завтрака. Всё в порядке. Эти двое никогда не создавали лишнего шума и могли договориться между собой.       Быстро собравшись и проверив, не забыл ли он положить флешку с проектом, Каркат спешно попрощался с родными. Дорога до университета занимала около часа. Он волновался насчёт своей работы и не хотел усложнять свой эмоциональный фон переживаниями из-за опоздания. Пробегая мимо аудиторий университета, он мельком кивнул своей подруге Канайе, которая, по-видимому, тоже спешила, пытаясь не уронить несколько учебников или пособий из своих тонких рук. Аудитория потихоньку заполнялась студентами. Несмотря на то, что он учился здесь уже три года, Каркат так и не завёл среди этих молодых людей ни одного товарища. Он сложно выходил на контакт с людьми, а тот, кто сам обращался к нему за помощью уже через пять минут понимал, что это была не лучшая идея. Парень был не сдержан, высоко ценил своё мнение и потому был крайне груб в случае любого противоречия своей точке зрения и безжалостен в критике. В любом случае он привык обходиться своими силами и не стремился что-то менять. От мыслей его отвлек голос у стола преподавателя. Ученикам дали пять минут на самопроверку своих работ, и после этого всё должно было быть отправлено по сети на проверку. Послышалось гудение системных блоков, щелканье мышек. Но было что-то не так. Сначала Каркат не понял, в чём дело, и лишь потом заметил ошибку в коде. Но, кажется, ничего серьёзного, и он решил проблему несколькими кликами, полностью уверенный в своём решении. Вот только его встревожил внезапно усилившийся звук работающего системника, который становился всё громче и громче. А затем в нос ударил едкий запах гари.       Спустя три часа Каркат сидел во внутреннем дворике своего университета, в крайне подавленном настроении. То, что происходило эти несколько часов, было слишком опасным, громким и сумбурным. Он сидел, размышлял и непрерывно вертел свою флешку, пока внезапно не выпрямился и со своей силы не бросил её куда-то в сторону.       – Каркат? – негромкий женский голос заставил его вздрогнуть и, скривившись, обернуться.       – Привет, Кан, что тебе нужно? – грубо поприветствовал он девушку в надежде, что он всё же побудет в одиночестве. Но он сильно ошибся, потому что девушка не собиралась бросать своего грубого, но дорогого ей человека и близкого друга в таком подавленном состоянии. Она села рядом, но Каркат даже не обернулся. Канайя Марьям была выше парня на голову, с короткими темными волосами, собранными на причудливый манер, тем не менее привносящими какое-то очарование в её образ. Она красива. Каркат познакомился с ней на втором курсе и, как ни странно, именно ей удавалось поддерживать с ним довольно крепкие и доверительные отношения. Несмотря на то, что порой он считал её несколько дотошной, он высоко ценил её ум и отзывчивый характер. Не каждый будет столь терпелив с таким грубым мудаком, как он. А ещё было что-то в её движениях столь тонкое и элегантное, будто подобное изящество было привито ей с рождения.       – Что у тебя с рукой? – поинтересовалась девушка.       – Ничего. Замёрз, решил с помощью бинта согреться. Серьёзно, будто ты не знаешь, что произошло, – съязвил парень в ответ. Молчание несколько затянулось и, вздохнув, он поинтересовался. – Сильно там ещё шумят?       – Уже не так, но достаточно активно. Я могу посмотреть? – и, протянув руку, подруга молчаливо ждала, пока парень, помявшись, протянет ей травмированную конечность. Девушка была аккуратна, хотя в её взгляде сквозило любопытство.       – Сильно болит? – спросила она.       – Уже нет. Над нами с ребятами хорошо повозились, – Каркат молча и немного настороженно рассматривал, как девушка внимательно рассматривала переплетения бинтовой ткани, а второй рукой почти невесомо придерживала его ладонь. Это смущало. – О чём там разговаривают?       – Все гудят подобно осиному рою. В основном спорят о том, был ли взрыв техники хитрым планом или простой случайностью. Может, ты всё же расскажешь, как было на самом деле?       Каркат сразу же пожалел, что спросил её об этом. Он был готов тут же вскинуться и грубо оборвать, что это не её дело. Но не смог. Это было бы глупо. Неважно, стыдился он этого или нет, Кан беспокоилась о нём и переживала из-за того, что случилось в аудитории. Каркат нахмурился, его взгляд стал тяжёлым, и он отвернулся. Рассказ не занял много времени, несмотря на панику, после взрыва взрослые повели себя очень организованно. Смогли вывести учеников, проблему с огнём решила противопожарная система.       – А потом нас повели в лазарет, – закончил парень, переплетая пальцы рук между собой. – После этого с группой переговорил секретарь. Пытался выяснить, в чём причина взрыва.       – Боже, – после услышанного, девушка выглядела очень напуганной и, представив эту пугающую своей нестандартностью картину, в ужасе прикрыла ладонью рот. – Если бы... Ты ведь мог...       – Да-да, я знаю! По сути, легко отделался, – невесело рассмеялся Каркат, рассматривая перебинтованную руку.       – И... ты признался, что это из-за твоей программы?Парень молчал, вызвав тем самым неодобрение во взгляде.       – Каркат, я понимаю, что это сложный моральный поступок, но могли пострадать...       – Блин, всё я рассказал, – перебил Каркат свою подругу. – Уж извини, что не спешу хвастать о том, что признал за собой факт создания мной грёбаного происшествия, в ходе которого пострадало сраное имущество университета и люди. Видишь мои уложенные волосы? Клёво, да? Это меня загладили по голове одногруппники и секретарь за мою честность, она же, блин, так важна! – наконец взорвался парень.       Он был зол, но дело было даже не в Кан с её вопросами. Злоба, клокотавшая в нём, была лишь ненавистью к самому себе. К тому, что натворил, к тому, что произошло, и даже сейчас он злился на себя за то, что сорвался на девушке. Сжав руки в кулаки, он стыдливо опустил голову, чувствуя на себе взгляд зеленых глаз.       – Прости, – внезапно качнувшись, он осознал, что оказался в плену нежных женских рук. Кан обнимала его по-особенному легко, боясь причинить боль и утешающе поглаживая по спине.       – Ты молодец. Даже если это результат твоей ошибки, я рада, что разговариваю с тобой здесь, а не в больнице, – слова утешения утихомирили клокочущие эмоции в душе парня, и, прикрыв глаза, он позволил себе расслабиться в объятиях подруги.       – Бля, ребят, это так ахуенно-трогательно, я почти расплакался.       Подскочив от неожиданности, Каркат не выдержал и смачно выругался, обернувшись на хриплый голос.       – Еб твою мать, ебаная ты швабра, не знаю из какой сраной норы ты вылез, но тебя не учили, что нельзя так подкрадываться к людям? – он не понял, чем вызвал приступ смеха у Гамзи, но это не сильно спасало ситуацию. Каркат с неприязнью наблюдал, как к ним подсел высокий парень с самой безумной причёской из всех, что он видел.       – Да ладно, бро, это ты больно пугливый, – весело бросил он, расслабленно присаживаясь рядом с Каркатом. – Что, тебе понадобилась исцеляющая сила твоей подружки?       – Нахуй пошёл.       – Не хочу, я сверху люблю, – легко парировал Гамзи, кажется, искренне наслаждаясь розовым румянцем на щеках парня после подобного уточнения. Но в какой-то момент улыбка с его лица исчезла, стоило кудрявому посмотреть в сторону Кан.       – Я чего подошёл, бро...       – Я тебе не бро, торчок дылдастый, сколько, блять, раз я должен тебе это повторить?       – Бро, – многозначительно посмотрел на Карката Гамзи, – ты ведь был расстроен всей этой ситуацией. Переживаешь, злишься...       – Ближе к делу, Гамзи, – попросила Кан, чувствуя, что её только-только успокоившийся друг вновь начинает закипать.       – Ладно, в общем, это ведь всё произошло из-за проги на той ебаной флешке?       – Допустим.       – Окей, невъебенно важной флешке, с ахуенно важным сосредоточием твоей мысли, которое столь всеобъемлющее, что способно взрывать компьютеры? – уточнил парень, откидываясь на спинку лавки, широко раскидывая руки.       – Да.       – Очень опасной флешки, если сделать ахуеннодлинное заключение из удивительной и богатой мудаёбскими событиями истории, что сегодня произошла?       – Блять, грёбаный членодрочер, если ты...       – Короче! Прикинь, если найдёт какой-то чувак, это же пизда будет. То есть, он подумает: «О–о–о–о, прикольно, какой-то еблан спалился с порнухой, посмотрю-ка я это у себя дома, где живу я, мама, батя и малыш Томми».       Каркат слушал весь этот бред с выражением лица, отражающего внутреннюю агонию, просто не понимая, что пытается донести до него этот идиот. Хотя… Стоп.       – Ты вроде выкинул её в сердцах примерно в том направлении? – Макара лениво указал длинным пальцем в сторону кустов ближайшей клумбы.       Каркату потребовалась несколько секунд для осознания ещё одной своей серьёзной ошибки. Опасной ошибки. Второй за день.       – Ох, ЁБ ТВОЮ МАТЬ.       Через пять минут Каркат уже вовсю ползал в цветах, пытаясь найти своё оружие массового поражения, пока Кан и Гамзи болтали, сидя на скамейке.       – И давно ты сидишь тут? Когда я пришла, он ничего не бросал.       – Ну конечно, ты ведь всегда чем-то занята, это я еблан, мне делать нечего, вот и сижу тут, палю грустных мальчиков.       – Самокритика похвальна, но ты слишком много разговариваешь. Если серьёзней?       – Да перебрал вчера, я со вчерашнего вечера тут сплю. Когда оклемался, понял, что не хочу шевелиться ещё минут тридцать. Потом пришёл наш маленький друг, а после я не стал вам мешать. Кажется, ему нужна была твоя помощь.       – Как вежливо с твоей стороны. Не трогай мои волосы, будь добр.       – Но тебе нравится. Стесняешься? – с ухмылкой спросил парень.       – Просто перестань, – настояла девушка.       Гамзи ухмыльнулся и убрал палец с кончика короткого локона, после чего Канайя продолжила:       – И обрати внимание на вещества, которые ты принимаешь. Ты слишком часто где-то «вырубаешься», мы потом не можем тебя нигде найти.       – У меня всё под контролем, – заверил Гамзи, чем вызвал вздох недовольства со стороны девушки. – Чёт он долго, не думаешь?       Вместе ребята обратили внимание на Карката, который всё ещё ползал в клумбе.       – Не хочешь помочь?       – Не хочу пачкать туфли.       – А меня он прогонит, – с печалью произнёс парень, почесывая кончик изогнутого носа.       – Ты есть в его чате, а это уже круг доверия.       – Самый крайний? – рассмеялся Гамзи. Спустя минуту они услышали довольный возглас Карката. Его ликование сквозило чуть ли не из всех щелей, заставив Канайю тяжело вздохнуть, а Гамзи ободряюще присвистнуть. Флешка была найдена, и вместе они решили, что уничтожение её ближайшим камнем будет вполне уместно.       – Ладно, ребята, я пошёл. Уверен, матери уже позвонили.       – Ох... Удачи, Каркат, – сочувственно произнесла Кан.       – Да всё будет заебись, бро.       – Прекращай меня так называть, – резко ответил Каркат, вешая сумку на плечо здоровой руки. – Спасибо, – негромко произнёс он, развернувшись к выходу.       Несмотря на некоторое облегчение, Каркату было паршиво от предстоящего разговора дома. Когда он вернулся, его встретила только Тереза. Взяв тёмную кошку на руки, он прошёл в гостиную их дома, который находился неподалёку от самого большого Парка Лондона – Хампстед-Хит. Прекрасное место, которое позволяло семье Уэй почувствовать себя где-то за городом и насладиться природой, не покидая каменные джунгли. Дом был не очень большим, но довольно уютным. Он помнил, как вместе они расставляли мебель, как докупали мелкие элементы декора, завели кошку. Он часто приглашал сюда Терези для просмотра фильма на уютном диване, закусывая очередной романтический фильм попкорном... Мама вернулась ближе к девяти. Конечно, по её лицу было всё видно. И страх, и беспокойство. Разговор сразу не задался и быстро перерос в нетипичную для них двоих ругань.       – Ты хоть можешь отчасти понять, каково это, когда тебе звонят из университета, в котором учится твой сын, и начинается разговор в стиле «Здравствуйте, миссис Уэй, вы только не волнуйтесь, ваш сын в порядке, но... » Но!? Взрыв, твоя рука! К-как такое вообще возможно? – хватаясь за голову, в непонимании вопрошала женщина.       – Ох, мам, ну прости! Прости, что доставил беспокойство тебе и всем вокруг! Мне понадобилось для этого всего пара кликов мышкой и букв с клавиатуры, может, это мой талант, не считаешь? Да! Точно. Это не гребаная случайность, я всё так и планировал с самого начала! Мне ведь совсем нечем заняться, – срывающимся на хрип голосом произнёс Каркат, сглатывая подступивший ком к горлу. Было очень обидно. Он чувствовал себя непонятым.       – Спасибо, пойду в комнату, пересмотрю свой любимый фильм о том, как круто быть неудачником. Надо закреплять успехи, – сглотнул парень. От этого разговора ему не стало легче, а чувство вины лишь усилилось. В его комнате повисла тишина. Послышались тихие шаги.       – Нет, – тихо произнесла Эпри, прижав к себе сына. – Каркат, прости... Просто... Я-я не хотела. Сынок, я чуть не уронила трубку, не могла понять, что произошло, – женщина даже не пыталась сдержать слезы, от всхлипов ей было тяжело говорить. – Конечно, ты не виноват. Прости, мой хороший...       Каркат шумно вдохнул и обнял свою маму в ответ. Простое «прости» объясняло её вспыхнувшие эмоции и многое расставило по своим местам. Его не пытались обвинить, женщине было просто трудно понять, что всё это было результатом такой глупой ошибки в коде. Что её сын оказался в опасности тогда, когда казалось бы ничего не могло случиться. Успокоившись, они оба ещё немного поговорили об этом, и, сменив повязку на руке Карката, женщина решила позвонить на работу, чтобы взять небольшой отпуск и побыть рядом с сыном до момента его выздоровления.       

***

      Отдых пошёл на пользу семье Уэй. Спустя две недели миссис Уэй выглядела посвежевшей и отдохнувшей, а Каркат смог оклематься после своей неудачи. Он был освобождён на то время, пока рука не придёт в норму, и к тому времени шумиха вокруг этого случая утихла. С них не стали взымать деньги за ущерб, поскольку, несмотря на рассказ парня, людям было трудно поверить, что студент смог написать нечто такое, что вызвало не просто торможение работы операционной системы, а настоящий взрыв. В аудитории сделали ремонт, заменили компьютер. И в то время, пока парень был на учебе и беседовал с Канайей, а его мать была на работе, в их пустующий дом залетел первый осенний листочек, который тут же подвергся преследованию маленького усатого хищника.       Осень пришла, как ожидалось, медленно, величаво и очень красиво. Всё больше людей переодевались в пальто, накидывали на шеи разноцветные шарфы, а город преображался, готовясь к очередной смене времени года. На витринах всё чаще появлялись заманчивые коллекции осенней одежды, кафе оформляли свои уличные вывески с меню разнообразными, красочными рисунками листьев, а по утрам всё чаще слышался звук шуршащей по асфальту метлы.       В вечер пятницы Каркат решил встретиться со своей девушкой, чтобы отвести её в их любимую кофейню и хорошо провести время вдвоём.       Они вместе сидели за столиком напротив панорамного окна, чтобы иметь возможность любоваться чарующим осенним видом. Парень любил такие мелкие детали, которые делали их встречи немного особенными, привнося нотку романтики. Напротив него сидела очаровательная девушка со стрижкой под каре. Она улыбалась, рассматривая его несколько задумчивый вид, и Каркат очень любил её улыбку.       – Ты подумал над моим предложением? – поинтересовалась Терези, слизывая с кончика вилки ярко-зелёный крем от пирожного.       – Да, – немного помявшись, ответил Каркат.       – А чего так неуверенно? – широко улыбнулась девушка.       – Просто… Я не уверен. Я не хочу сидеть на шее у матери или у тебя, надеясь, что денег будет хватать и на жильё, и на еду, и на прочие нужды. Я должен устроиться на работу, если мы хотим жить отдельно.       – Родители обычно рады помогать своим детям, – заметила Тиз, опустив взгляд на чашечку своего кофе. – Или ты хочешь поиграть в самостоятельного мальчика?       – Я не играю, – нахмурился Каркат в ответ на ироничный тон девушки. – Я делаю. Я хочу доказать, что способен нести ответственность. Что могу позаботиться о своём обучении, заботиться о тебе, не оглядываясь беспомощным взглядом куда-то по сторонам.       Умиленно улыбнувшись, девушка привстала и, дотянувшись до Карката через стол, мягко поцеловала его губы.       – Тебе не надо ничего доказывать, – негромко произнесла девушка. – Меня ты покорил уже давным-давно. Просто…Я хочу ощутить что-то новое рядом с тобой, оставить этих придурков-соседей в той дыре, хочу быть рядом с тобой. Я так скучаю по тебе, – Каркат внимал каждому слову девушки, почувствовав укол вины после её признания. Затем он молча наблюдал, как она вновь опускается на своё место, чтобы продолжить свою мысль.       – Но, судя по тому, что ты упоминал о ней, твоя мама очень любит тебя. Она может решить, что чем-то обидела тебя и посчитать твой порыв самостоятельности попыткой побега. Просто поговори с ней. Может, первое время она поможет тебе, а за это время ты найдёшь подработку. В конце года будет выпуск, и ты найдешь более лучший вариант. И всё-ё будет просто замечательно, – довольно протянула девушка, справившись со своим десертом.       Каркат понимал, что она права. Своей спешкой он мог создать неверное впечатление дома. Стоило действовать мягче, обдуманнее.       – Хорошо. Тогда я хочу, чтобы вы познакомились, – девушка поперхнулась своим кофе.       – Ч-что? Зачем?       – Она давно знает, что мы встречаемся. Почему бы и нет? – Каркат ухмыльнулся. – Или ты стесняешься?       – Вот ещё, – фыркнула Тиз, в волнении обхватив свою талию рукой. – Просто не думала, что это важно. Это ведь наши отношения.       – В этом и дело. Ей давно интересно, что за красавица отнимает так много моего свободного времени, – хмыкнул парень и добавил чуть мягче. – Не волнуйся, она просто хочет увидеть тебя, – мягко произнёс Каркат, накрывая её руку своей ладонью. – И уж тем более, я не дам тебя в обиду.       Терези долго рассматривала их руки и наконец утвердительно кивнула.              После встречи с Терези у Карката была назначена ещё одна, но гораздо менее приятная.       – Добрый день, доктор.       – О, мой дорогой мальчик, здравствуй. Может чаю? – бледный мужчина с пепельными волосами тепло улыбнулся вошедшему в кабинет парню.       – Нет, благодарю, – ответил Каркат, присаживаясь в кресло напротив рабочего стола.       Они с доктором были давно знакомы, ведь Каркат приходил в этот кабинет не первый год. И юноше никогда здесь не нравилось. Он не помнил, когда точно началось их знакомство, но по рассказам матери он понял, что на нём плохо отразился переезд в Лондон, когда он был маленьким, и во время осмотра в больнице в крови выявилось превышение среднего для человека уровня RC-клеток. Поэтому точно по графику парень был вынужден сдавать анализы, чтобы было возможно отследить их внезапный рост. Он слышал, что делает с людьми гиперсекреция клеток RC и во что их превращает эта болезнь. Он уделил этому феномену долю своего времени и этого хватило, чтобы впечатлиться и отнестись к этим сеансам со всей серьёзностью. Но эта любовь доктора к белому была просто невыносима. Пока доктор изучал результаты анализов и что-то заносил в компьютер, Каркат по привычке скользил взглядом по белому столу, белым стенам, белым шторам, белым…       – Прошу прощения, доктор, вас ожидает Мисс Уилсон, – обернувшись, Каркат заметил заглянувшую ассистентку доктора. Он не помнил её имени, но его забавляла её прическа на японский манер с этими палочками в пучке на затылке и обрамляющими лицо тёмными прядями. Парень не очень часто видел её в кабинете, потому что по большей части он замечал её мелькающую фигурку то здесь, то там по всей больнице. То она давала распоряжения медсёстрам, то маячила у палаты, а через минуту уже спешила, скорее всего, с очередным отчетом для доктора. Создавалось впечатление, будто она выполняла за этого чудика в очках всю активную работу, хотя Каркат вполне мог и ошибаться на этот счёт.       – Да-да, я помню. Что ж, Каркат. Всё в порядке. Я рад, что ты следуешь мои рекомендациям, не хотелось бы, чтобы из-за банальной лени произошли весьма печальные события.       – М-да. Я понимаю. Спасибо, док, – Каркат уже поднялся со своего места, как мужчина поинтересовался:       – А как у тебя дела с самочувствием?       – В смысле? Всё как обычно.       – Ты уверен? – доктор аккуратно сложил пальцы в замок. – С кровью у тебя всё в порядке, но остальные показатели…Ты сидишь на диете?       – А, вы о весе. Ну…Скажем так, не так давно мне пришлось испытать хорошую нервотрёпку, любой с этим сталкивается. Особенно студенты. Разве это проблема?       Врач посмотрел на парня долгим взглядом, слегка нахмурившись.       – Хорошо, что ты так уверен в своём здоровье. Но всё же, обрати внимание на своё питание и если ситуация не улучшиться, тебя ждёт более долгий разговор. Можешь идти.       – Ага. До свидания, доктор Скретч.