Здесь травы сказки рассказывают

Один проснулся от тянущего ощущения тревоги в груди. Так бывает в предвкушении охоты, по крайней мере, раньше. Сейчас ему было как-то неловко охотиться в Лесу — ведь тот вроде как принял самого Одина и его семью. Охотник с удивлением оглядел их место для ночлега. Костер давно погас, а над Олаем и сестрами нависали странного вида ветви — слишком чистые для того, чтобы появиться из-под земли. К тому же на них едва заметно светились руны. Один хорошо разбирался в подобном и быстро понял, что руны эльфийские. Он подошел к Мэгпай и прикоснулся к корням. Они были приятно теплые, будто хорошо прогретые полуденным солнцем. Но времени прошло предостаточно, скоро должно было рассветать, а стало быть руны на корнях не просто так. Один мысленно сделал зарубку на памяти. Было довольно прохладно, Мэгпай спала плохо. Ее все больше мучили приступы кашля. Один огляделся, надеясь увидеть тропу, но в предрассветной мгле трудно было что-то разглядеть. Глаза блуждали по частоколу стволов в ожидании хоть какой-нибудь подсказки от Леса, но ее не было. Один вздохнул и решил собрать хвороста для костра. — Т-только давай б-без шуток, — пробурчал Один под нос, обращаясь к Лесу. Деревья миролюбиво зашелестели и затихли. По пути ему попался кролик в силках и брошенная лисой куропатка, пока еще живая, но Один здраво рассудил, что вряд ли она протянет долго. Пока он собирал хворост, не покидало ощущение, что кто-то наблюдает. Один чувствовал спиной изучающий холодный взгляд. И смотрел точно не Лес, тот наблюдает исподтишка. Охотник пару раз пытался аккуратно посмотреть на незримого наблюдателя, но тот либо был невидимым, либо очень умело маскировался. В этот раз Один возвращался без проблем. Пройти по своим следам обратно не составило труда и впереди виднелись спящие сестры. За спиной почудилось какое-то движение, волна воздуха, хотя ни один лист не шевелился. Он как мог быстро развернулся и успел поймать за руку незваного гостя. Тот испуганно выдохнул и попытался выдернуть руку, но Один держал крепко. Охотник прижал парня к дереву. — Т-ты какого ч-черта следишь за м-мной? — Стало интересно, какое отребье на этот раз пришло в Лес. — Незнакомец насмешливо искривил губы, все еще пытаясь вырваться. — К-кто ты такой в-вообще? — Один хмурится, сильнее сдавливая руки парня. — Да я не обязан отвечать, но для новичка сделаю исключение. Нас зовут наядами, хотя это ошибка, потому что наяды — это повернутые стервы и дочери Верховного, а мы всего лишь духи воды. Килиан, если интересно мое имя. Один опешил от этого монолога и слегка ослабил хватку. Килиану этого хватило, он дернул запястьями и вывернулся из хватки. Отошел на пару шагов и настороженно впился взглядом в Одина. Охотнику словно чудился раскатистый смех Леса, и он невольно повел плечами. Килиан вдруг подался к нему, хищно раздувая ноздри. — Тоже слышишь его, да? — Дух воды был то дружелюбен, то насмешлив, его маски сменялись подобно бликам на воде. — Д-да, слышу, — буркнул себе под нос Один. Он оценивающе оглядел Килиана. Трудно было что-то понять по его лицу, эмоции на нем казались неподдельными, но в этом то и заключалась причина настороженности Одина — все настолько идеально, что так не бывает. Они все так же стояли напротив друг друга. Охотник переступил с ноги на ногу, молчание уже начинало переходить грань, после которого становится неловким. Килиан смотрел равнодушно, его казалось уже не интересовал Один, но в глубине глаз мелькали едва заметные искры любопытства. С таким взглядом разглядывают новую игрушку, подаренную на день рождения. Кусты зашелестели, и на поляну выпорхнула стайка фей. Они о чем-то беспокойно щебетали, но из тонкого многоголосья трудно было понять хоть что-то. Один тяжело вздохнул, понимая, что жизнь в Лесу будет крайне познавательна и полна открытий. Новый знакомый прошептал что-то на незнакомом языке и феи слетелись к нему, щебеча о том, что их встревожило. С каждой минутой Килиан хмурился все больше, а под конец рассказа он начал нервно хрустеть пальцами. Затем он повернулся к Одину и сказал: — Тебя ищет Ведьма. Если ты хочешь отблагодарить свою спасительницу, то советую поспешить. — Н-но откуда… — Что знает Лес, то знают Слышащие. Поспеши. Один кивнул и направился к поляне, где спали брат и сестры. *** Это, черт возьми, не было сном. В голове еще метались отзвуки просьб о помощи, пальцы были липкими, а на теле выступал холодный пот. Не сон. Врасия украдкой поглядывала на нее из-за стола, перемалывая что-то очень пахучее в ступке. Аве на самом деле было сейчас все равно на эти переглядывания, ее еще не отпустил ужас после древнего алтаря. В голове крутились только стенания теней, по лодыжкам будто бы ползли струйки Тьмы и… Ава могла поклясться, что пальцы до сих пор ощущают прелую листву. На обратной стороне век, словно каленым железом выжженный, горел символ, что она видела на полу алтаря. Он сочетал в себе крайности — плавные изгибы навевали спокойствие, в то время как его острые углы вызывали тревогу. Одна часть означала Изначальное пламя, другая — Вековые льды. Ава не понимала, что он означает. Спрашивать Ведьму — значит, подвергать ее такой же опасности, в какой находится сейчас она сама. Да и, в конце концов, ей нужно найти то место. Стоит добраться до Сердца Леса, чтобы понять, в чем проблема. Там связь всегда лучше, правда, Ава никогда не пыталась туда попасть. Про это место в Лесу много чего говорили. Считалось, что туда идут те, кому нечего терять, потому что никто еще не возвращался. Если Ава собирается добраться до Сердца, то ей не стоит привлекать повышенный интерес к себе. Значит, надо усыпить бдительность Врасии и вести себя, как обычно. Ава вздохнула, встала с печи и потянулась. Оделась, принесла воды в умывальник, почистила зубы и умылась. Ведьма с явным облегчением заваривала чай. Ей никогда не давались сны, кошмары забирала Ава, но что делать, если самой знахарке приснилось что-то этакое, Врасия не знала. — Ты в порядке? — Ведьма не так сильна в проявлении заботы, но, кажется, сейчас самое время. Ава подняла на нее глаза. Что ж, Врасия и правда беспокоится, но Ава не может втягивать ее в это. Если бы Лес хотел помощи Ведьмы, он бы и ей показал это. Но в последнее время ей не снятся кошмары, поэтому Ава с точностью может сказать, что ее сюда впутывать не стоит. - Да, всего лишь кошмар. — Ложь так легко соскользнула с языка, что даже сама Ава не заметила. Она научилась этому еще в своей лавке. Если хочешь соврать посетителю, надо и самой в это поверить. И иногда если очень веришь, так и происходит. Ава часто так делала с тяжелобольными — она искренне верила в то, что может их вылечить. Старая гадалка, с которой она иногда общалась, говорила, что мир их молод, значит, пластичен, потому и получается так, что иногда самые сильные желания сбываются. Она рассказывала, что есть и более старые миры, где все зависит лишь от усилий самого человека. Аве становилось грустно, ведь в таких местах люди переставали слышать окружающие их вещи. У всего есть своя песня. Врасия только прищурилась, явно не поверив, но больше вопросов задавать не стала. Когда она ушла в свою комнату, Ава тихонько собрала припасы в дорогу и свернула одежду в дорогу — штаны, длинную тунику и добротные сапоги, которые как-то ей сделал Педри. Весь день она провела на поляне неподалеку от дома. Травинки нежно щекотали лицо, а Ава задумчиво разглядывала плывущие облака. Дождавшись ночи, она бесшумно переоделась и вышла из дома. Ава нежно провела пальцами по двери. Это может стать ее последним делом, возможно, она и не увидит больше ни Врасию, ни Педри. Об Одине Ава старалась не думать. Они и знакомы то были всего ничего, отчего ему вдруг оставаться здесь в Лесу, когда там у него есть семья. Ава затянула сапоги покрепче, заплела косу и скрылась в чаще Леса. *** Лес, как ни странно, сам показал тропу до дома Ведьмы, даже просить не пришлось. Одину казалось, что все жители леса тайком разглядывали его, потому что то и дело слышалось шуршание в кустах, доносились на грани слышимости смешки дриад и едва уловимые шаги за спиной. Сколько Один не оборачивался никак не мог заметить преследователя. В голове тихонько копошилось желание плюнуть на просьбу Ведьмы и забиться в какую-нибудь чащу, но если Ава нуждается в помощи, то он просто не может ее подвести. Он замер в нерешительности перед дверью, не решаясь постучать. В прошлый раз он уходил отсюда с твердым желанием никогда больше не возвращаться, но, пожалуй, погорячился. Один бы и еще так постоял на крыльце, но тут дверь сама раскрылась, едва не сбив его с ног. Из проема выглянула Врасия. Она тревожно обвела взглядом округу и втащила Одина в дом за предплечье. Охотника это весьма удивило. Что могло так обеспокоить всегда спокойную и отстраненную Ведьму? На кухне царил хаос. Везде стояли свечи, на полу расстелены карты разных размеров, рядом лежат разнообразные травы и всяких форм и размеров поисковые камни. Повсюду валялись раскрытые книги, свитки и небольшие клочки пергамента. Авы среди этого беспорядка не было видно. Ведьма принялась толочь в ступке травы, попутно закидывая в котел ингредиенты, опознать которые Одину не удалось. Охотник понадеялся, что пить ему это потом не придется, потому что запах стоял не самый приятный. — Г-где Ава? — Один стоял у самого порога, не решаясь пройти дальше, потому наступать было практически некуда. Ведьма издала звук, представляющий собой что-то среднее между хмыканьем и тяжелым вздохом, и ответила: — Я бы и сама хотела знать. — Т-так ч-что все-таки с-случилось? — Ей накануне приснился кошмар. Она долго отходила от него. Потом я подумала, что все в порядке, что Ава еще отойдет, но сегодня ночью она пропала. — Ведьма потерла виски и помешала зелье. — Нет, не так. Она ушла, не оставив ничего о том, когда вернется и куда пошла. — М-может, она п-просто у-ушла ненадолго? — с сомнением произнес Один. Насколько он успел узнать Аву, это было совсем не в ее стиле, она бы обязательно сказала Врасии. — Ты думаешь, что мы такие идиоты? Я проверила ее тайник, где она обычно держит свои вещи. Сапогов и походной одежды не было. Это значит, что Ава собралась куда-то далеко. Но точно не дальше Леса, потому что он уже не отпустит. — Н-но Лес о-огромен, как нам ее найти здесь? Твои заклинания определили, где она сейчас? — Если бы это помогало, я бы тебя не позвала. — Ведьма оскорблено хмыкнула и отвернулась к котлу. — Видишь ли, Ава и сама немного ведьма, я ее учила кое-каким хитростям, так что теперь не могу к ней подобраться. — Ч-чем же я т-тогда могу помочь? — Один чувствовал подступающую тревогу. Куда же она могла деться? — А вот теперь мы подобрались к самому главному. — На губах Врасии заиграла лукавая ухмылка. — Когда Ава спасала тебя, у вас должна была образоваться связь — так иногда бывает, когда забираешь жертву у Леса. Ты сможешь почувствовать, где она находится. И если ты ее не вернешь домой, то хотя бы помоги в том, что Ава задумала. Один нервно растрепал волосы. Она спасла ему жизнь. Он должен Аве. Теперь его очередь помогать ей. Странная тревога все никак не давала покоя. Один загнал ее в самую глубь сердца, принимая решение. — Х-хорошо, что я-я д-должен сделать? — Для начала выпей вот это, — говорит Одину Ведьма, протягивая стакан с зельем. После первого глотка голова начала кружиться. И чем больше Один пил, тем сильнее кружились предметы вокруг него. Сначала исчезла Ведьма, а потом и сам дом. Вокруг осталась только темнота. — Эй? З-здесь есть к-кто-нибудь?